Череда нелепых совпадений

Антон к концу рабочего дня доел последний леденец. Не тот, который укатился под стол, а тот, который лежал у него в кармане на запас. Это был леденец под номером пятьдесят восемь. С мятой, двойной порцией освежения, с надписью на обёртке «Для настоящих ценителей». — У меня всё, — сказал Антон, показывая пустой карман. — Что всё? — спросил Никита. — Леденцы. Закончились. Вообще. — Это трагедия, — сказал Тимофей без капли иронии. — Я знаю, что такое остаться без любимого продукта. — Ты про что? — Про кофе. Но не суть. Антон решил, что перед вечеринкой нужно обязательно закупиться. Он написал в чат «Котики и пантеры» (тот самый, где были только свои, без Панкрата, потому что этот чат никто не трогал): «Ребята, кто знает, где в районе есть мятные леденцы? У меня кончились, я в отчаянии. Срочно». Он имел в виду леденцы. Буквально. Но в чате «Котики и пантеры» сидели не только свои. Туда случайно добавился кто-то из знакомых Тимофея (история умалчивает, кто именно, но Тимофей потом долго оправдывался, что «он нормальный парень, просто иногда не понимает шуток»). Этот кто-то увидел сообщение Антона, не понял контекст и переслал его в другой чат с комментарием: «У наших кончились леденцы. Похоже, готовятся к чему-то серьёзному». «Леденцы» на сленге некоторых групп (с которыми Тимофей когда-то пересекался по работе) означало «подкрепление». «У меня кончились, я в отчаянии. Срочно» означало «На нас напали, нужна помощь». Информация пошла по кругу. К половине восьмого у входа в «Кошачий глаз» собралось около сорока человек. Некоторые были в звериной форме, некоторые в человеческой, некоторые принесли бублики (потому что в исходном сообщении Ильи было про бублики, и это была единственная информация, которую никто не исказил). Они ждали. Кто-то — вечеринки. Кто-то — разборки. Кто-то — просто боялся пропустить что-то важное. Илья, который приехал первым, увидел толпу и растерялся. — Я звал десять человек, — сказал он Тессе, которая приехала с ним. — Ты звал «своих», — напомнила Тесса. — Теперь «свои» — это все, кто считает себя своими. — А почему они пришли? — Потому что кто-то неправильно понял слово «леденцы». — Леденцы — это леденцы! — Не для всех.