Немая зона.

Вот и проходит уже Бог знает какой вечер в этом треклятом Морвэйне. Моя цель прибытия сюда уже давно выполнена: интервью с ещё более отбитым, чем я думал, маньяком проведено. Диктофон справился безукоризненно чисто со своей задачей, записав даже, кажется, всполошённое сердцебиение Киры, гуляющие по моей челюсти желваки, и невменяемые интонации моего собеседника. Изначально я был уверен, что в этом ёбнутом городе меня держит только этот непонятный “долг” перед ним. Однако скоро я понял, что причина моего пребывания здесь либо совсем не в этом, либо таких причин две. Кира. Тихушница. Порой странноватая. Явно недоговаривает чего-то важного, но опасно привлекательная в своей дымке загадки. Я не из тех кто делает девушку “такой… не такой”. Для такого существует Эдвард Каллен. Однако я совру, если скажу, что меня не взволновала её некая отрешённость. Да, нам всем здесь есть что скрывать, умалчивать. Но что-то конкретно в ней меня будоражит и пугает одновременно. Причём, пугает не сама Кира, а та правда, которую она так избирательно отсеяла от своего небогатого рассказа в машине. Она часто, даже слишком часто, опасливо оглядывается, и я сначала понимал, вернее, думал, что понимал почему — мол, ну вот, город криминала, тут в любой момент в голову может прилететь пуля. Позже я заметил — она ищет кого-то в толпах маргиналов. Ко мне в голову даже закрадывалась мысль, что, может, тогда, в день нашего знакомства, я был прав. И что она действительно оправдывает абьюзера. Но, блять… Она слишком уверенно, без каких-либо сомнений в глазах, отвергла это предположение и отказалась от моей помощи. Человек, которому попали в самое сердце правильным вопросом, хотя б замешкался бы. (Если такого человека, конечно, не вынудили заучить ложь.) В общем, мне пришлось признаться в своей неосмотрительности хотя бы себе, чтобы не усложнить и без того отвратную ситуацию ещё сильнее. Кира до жути отстранённая. Часто подозрительная и нелюдимая. Но она въелась мне в душу каким-то откровенно безбожным образом, заняв большую часть мыслей. Я отчего-то прикипел к ней. Видел в ней похожую на меня. Привязался. Я и сам не уловил того момента, когда она стала значить для меня слишком много. И хоть я и понимаю, что Морвэйн — не место для романтики, я не могу это просто отпустить. Тут романтика разве что криминальная. А мне такая самую малость не по душе. И тем не менее это слепое тепло заставляло мою дурную голову даже позабыть о неприязни к касаниям. Я то и дело ловил себя на том, что я инстинктивно тянусь к её запястью, когда мы снова оказываемся нос к носу с очередной компашкой конченых психопатов. Да даже без очевидных угроз я как-то подсознательно искал возможности лишний раз прикоснуться. Чаще всего я успевал убрать руку, сделать вид, что поправлял одежду. Однако иногда я терял хватку и забывал себя одёрнуть, после чего ловил на себе косой взгляд Киры. И боялся после этого даже оставаться с ней наедине, так было стыдно и так хотелось обезопасить нас обоих от своей странной увлечённости. Но Кира почему-то всегда просто спрашивала всё ли со мной в порядке. Возможно. Может, не совсем. Однако она всегда получала от меня утвердительный ответ, и я уходил сгорать со стыда в другую комнату, сжигать энергию в активной тренировке. Вчера произошла ситуация, к которой я так и не понял, как относиться. Я, Айзек, Кира и Лора пошли в очередную вылазку в город. Айзек снова вызвался пойти с Кирой на чёрный рынок в поисках её ноутбука. Мне пришлось засунуть язык в задницу, лишь бы не выдать свои опасения насчёт Айзека. Он мне ещё в первый день не понравился. Очень мутный тип, который ещё и в своих “показаниях” касательно причины его нахождения в нашем цирке уродов, откровенно путается. Будто на ходу эту душераздирающую легенду насочинял. Да, я тогда поверил ему. Ибо думал, что он действительно просто отчаявшийся в горе человек. Но с каждым взаимодействием с ним я всё больше сомневался в своём выборе. Короче, этот полупокер отправился вместе с Кирой. Лору, естественно, понесло в казино — Кира ей рассказала, что Фантом предлагал нам с ней купить у него огнестрел. Нам оставалось только поставить ставки — после этой встречи выживет явно кто-то один. А я остался вынюхивать обстановку, заодно на всякий случай охранять рынок. Не знаю, сколько прошло времени с того момента, как мы разошлись каждый своим путём, но до моего слуха достаточно скоро донеслись звуки ругани с другой стороны улицы, а после — череда выстрелов. Я рванул к рынку. Выстрелы учащались и, очевидно, приближались ко мне. Похоже, один конфликт перерос в массовую уличную перестрелку. Ко мне навстречу выбежала Кира, за ней не спеша вышагивал Айзек. Ублюдок выглядел так, словно знал всё наперёд и понимал, что ему ничего не угрожает. Тут же нашлась и Лора. Мы сразу сорвались на бег в сторону отеля (даже мудак Айзек), однако толпа всё сильнее сгущалась, крови под ногами становилось больше. Скоро Айзек каким-то волшебным образом растворился в толпе, да даже незаметно. А Лора с плотоядной усмешкой вальяжно ушла вглубь потасовки с новеньким пистолетом в руках. Остались только мы с Кирой. И нам категорически нельзя было терять друг друга из своего поля зрения. Мы уже практически были у цели, я пропустил Киру вперёд, чтобы в случае чего я успел среагировать или загородить её. И моя предосторожность, к сожалению, пригодилась. Мимо Киры едва ли успела просвистеть пуля, когда я услышал у себя за спиной отчётливый звук. Я мгновенно схватил её за плечи и с ней в охапку бросился в сторону. Теперь нас от шумной ситуации скрыл узкий переулок. Я въебался спиной в стену какого-то дома, упав на сырую землю. Та самая пуля пробила кому-то череп. Послышался тошнотворный треск костей и возмущённые возгласы кентов, по всей видимости, нежильца. Я покрепче обнял Киру, прижимая её к себе и не давая даже повернуть голову в сторону перестрелки. Дрожащими руками поглаживал её по спине, уперевшись подбородком ей в макушку. “Тише, тише, тише… Не ударилась? Только не смотри, не высовывайся” — что-то в таком роде бормотал я, захрипшим от нервов голосом.

…

“Тебе разве не неприятны касания?” “... Неважно.” Жёсткость происшествия полностью вышибла из моей головы этот бред. Кира несмело обняла меня в ответ, вжимаясь в меня посильнее. Её руки скользнули по моим лопаткам, сама она ощутимо расслабилась. А я напротив. Сердце пропустило удар и я мимолётно подумал, что, возможно, тактильный контакт не такой уж и жуткий… Как только всё улеглось — я первым вышел осмотреться. Заметил штук пять безхозных трупаков, брезгливо поморщился. Но зато они явно больше никому угрозы не представят. Так что мы с Кирой уже шагом поплелись в отель. Честно, я не помню что было, когда мы вернулись в номер. Вообще отшибло. Я запомнил только момент, когда Кира зашла ко мне, пока я тренировкой сбрасывал напряжение от прошедшего дня. Я заметил у неё в руках кружку с дымящимся чаем и энергетический батончик. — Кайден, я поблагодарить хотела. — сказала она тихо, еле заметно поглядывая на мой торс. (пирсинг покоя так и не даёт?) — Спасибо большое. В долгу не останусь, как только ноут верну… — Кира, не надо. — прервал её я, вставая с планки и вытирая пот со лба. — Я же не мог тебя бросить. Она поджала губы. Поставила на тумбочку свои “дары”. — Всё равно спасибо. Я этого не забуду. Да и я не забуду… И всё-таки меня смутило то, как бесследно испарился в непонятном направлении этот Айзек. Удушил бы во сне, да совесть не позволит. После той перестрелки я боялся, как бы Кира не стала меня остерегаться. Кто знает, как она на подобную эмоциональную встряску реагирует… И мучаясь сомнениями, я побрёл к женской комнате. Лора опять куда-то ретировалась, а вот Айзеку почему-то по-прежнему никуда не надо. Зараза. Я постучался, Кира открыла сразу. Без слов мотнул головой в сторону двери, она поняла. Я еле сдержался, чтоб не показать Айзеку средний палец, когда он провожал меня презрительным взглядом до самого выхода. Ничего не объясняя я повёл Киру в уже изученном мною направлении — к совсем недавно брошенному бару. Там один хер максимум, кто ром пьёт — так это мышки и духи прошлых хозяев. Мы с Кирой и не такое видали. Уселись за крайний, самый опрятный из всех предложенных столик. — Кир… — начал и замялся тут же я, подбирая нужные слова. (Дуралей, как всегда: сначала делаю, потом — думаю.) — Ты как? — (гений.) Ну зато не спугну на подлёте… Она явно была в недоумении. Очень её понимаю. — В порядке, если ты о вчерашнем. А ты? — блять, чувствую себя тринадцатилеткой… — Тоже в норме. — ответил я, мысленно проклиная себя за трусость. — Можешь.. рассказать чуть больше про причину твоего приезда в Морвэйн? Если нет — всё в порядке. Просто хотел с тобой поговорить. — Тебе — могу. — у меня по спине пробежал целый табун мурашек. Вот это ошарашила подачей… — Только пообещай, что остальным не скажешь. — Обещаю. — без раздумий выпалил я. И я знал, что она сейчас может мне соврать, снова умолчать что-то важное, однако меня в моей глупости обрадовало бы и это. Рассказ Киры был для меня на одном дыхании. Честно, я был даже немного удивлён, но я внезапно обнаружил, что стал ей доверять ещё больше. В её истории теперь я уже даже не ощущал какой-то натянутости. Кира открылась для меня с новой стороны. Но я не чувствовал себя обманутым и не считал её виноватой. Да, она могла по-другому. Да, она пошла по скользкой дороге, однако… — Значит… Ты здесь из-за Лиса. — Да. Иначе мне кранты. И сяду я рядом с братом. Кира потупила взгляд, я задумался. У меня наконец сложился пазл об Айзеке. Однако Кира неверно истолковала моё выражение лица и первой оборвала образовавшуюся тишину: — Я понимаю, что ты, вероятно, был лучшего мнения обо мне. Она серьёзно думает, что я её осуждаю? — Кира, телепатией ты явно не обладаешь. — попытался развеять напряжённую обстановку я. — Я тебя не осуждаю. Скорее даже… Понимаю. — она подняла на меня вопросительный взгляд своих серых глаз. Меня это улыбнуло, я обезоружено пожал плечами в ответ. — Дело вот в чём… Айзек мне кажется уж больно подозрительным. — Нефор дед инсайд, что с него взять. — Нет, Кир, я не об этом. Не сочти меня за идиота, но у него потенциально больше всего шансов оказаться твоим “Лисом”. Кира замерла. В её глазах отразилась чёткая цепочка растерянность-отрицание-осознание. — … Расскажешь? — Расскажу. — выдохнул я, собирая мысли в кучу. — Уже не говоря о том, что этот чувак таким интересным образом с тобой познакомился, он и тут, в Морвэйне, отличиться успел. — я бросил взгляд на сумку Киры, в которой сейчас покоилась та самая легендарная маска. — Помнишь, в машине тот дед сказал, что только двое спутников говорят правду? Кира кивнула и продолжила мою мысль: — А вы с Фантомом явно говорили правду… — я прикусил губу. — Верно. Тогда выходит, что соврали Айзек и Лора. — А Лора крайне придирчиво относится к мужчинам. Она бы не стала играть роль того, кого презирает. Значит… — Кира шумно вздохнула, закрыв лицо руками. — Да. Кира облизнула губы, посмотрела на свои руки. По ней было заметно, что она тоже находила такую причинно-следственную связь, сомневалась, наверное. Я сам сейчас переживал страшно, просто надеялся, что она не замечает того, как у меня дрожат руки и как часто я кусаю губы. Я понимаю, какую ответственность сейчас несу, выдвигая такую гипотезу Кире. Искренне надеялся, что мои подозрения в итоге окажутся лишь наваждением, вызванным моим недосыпом или паранойей. Однако и рисковать чужой… Нет, её жизнью я не мог. Кто знает, что взбредёт голову такому психопату как Лис?

…

— Кир, — вдруг снова начал я, — ты мне веришь? Она без размышлений ответила: — Верю, Кайден. — я нервно заламываю руки. — Ты самый адекватный из нас. Да и если не вдаваться в ту странную игру… — Кира замолчала, у меня в горле внезапно пересохло. Я осторожно поднимаю на неё взгляд. — В общем, я тебе верю.