Импульс

— Итак! Команда G против команды C! Я прикусил язык и зловеще улыбнулся, потирая ладони. — Ну и кто наши соперники? Оглянувшись по сторонам, я шагнул вперёд. Следом вышли Каминари и Джиро. Ну всё. Сейчас мы всех порвём. За спиной послышались тихие шаги. Я обернулся и увидел того самого мелкого чела в памперсе. Моя улыбка невольно стала ещё шире. О, это уже интересно. Правда, через секунду я заставил себя успокоиться. Если он окажется слабаком, то весь бой будет скучным. Я перевёл взгляд на его напарника и тут же помрачнел. Твою мать. Почему именно она? — Команда G: Джиро Кьёка, Каминари Дэнки и Токито Хито — герои. Команда C: Минета Минору и Яойорозу Момо — злодеи. Всемогущий объявил участников и проводил нас к зданию. Злодеям дали около пяти минут на подготовку. Я надел микронаушник и принялся вертеть в руках план дома. — Блин, ну и что за противники нам попались? Я даже их причуд не знаю. Не успел я договорить, как листок бесцеремонно вырвали у меня из рук. Джиро. Она быстро пробежалась глазами по плану. — Я немного знаю. С Яойорозу я успела поговорить до этого. Она говорила, что может создавать предметы из собственного тела. Но в подробности не вдавалась. Я задумчиво потёр подбородок. — Создавать предметы? Фига себе... Надеюсь, у неё есть какие-нибудь ограничения. Я скрестил руки на груди и посмотрел на Джиро. — А что насчёт того мелкого? Каминари положил локоть мне на плечо и наконец решил поучаствовать в разговоре. — Ну, я тоже немного с ним пообщался. Он наклонился ближе и понизил голос до заговорщицкого шёпота: — У него, похоже, очень странные наклонности. Я несколько секунд молча смотрел на него. — Это вообще не помогает. Джиро тяжело вздохнула, сложила план и убрала его в карман. — Пошли уже. Злодеи уже должны закончить подготовку. Джиро первой двинулась в сторону здания. Едва переступив порог, она вдруг присела на корточки. Мы с Каминари переглянулись и подошли ближе. Девушка коснулась пальцами стены. — Идите вперёд. Я всё равно не особо полезна в ближнем бою, так что буду передавать информацию обо всём, что услышу. Один из её наушников резко вонзился в стену, а второй — в пол. Нифига. Они что, настолько твёрдые? Джиро закрыла глаза и на несколько секунд замерла. — Слышу шаги на четвёртом этаже. Ещё какие-то звуки металла. Будто они что-то собирают. Я кивнул. — Ладно. Рассчитываем на тебя. Пошли. Легонько толкнув Каминари вперёд, я двинулся по коридору. Тот держался чуть позади. Из микронаушника время от времени доносился голос Джиро, сообщающий о перемещениях злодеев. Добравшись до второго этажа, я внезапно нахмурился. — Что за...? Каминари выглянул из-за моей спины и тут же провёл рукой по лбу. — Блин! Это ещё что, ловушки? Весь коридор был усыпан фиолетовыми шариками. Они прилипли к полу, стенам и даже к потолку, словно кто-то специально превратил проход в одну огромную липучку. Я прищурился. — Похоже, это работа того мелкого... Я покосился на Каминари. — Иди осторожнее. Если твои штаны приклеятся, дальше пойдешь в трусах. Каминари цокнул языком, но спорить не стал. Мы двинулись дальше. Я старался аккуратно обходить фиолетовые шарики, а Каминари послушно ступал след в след. В наушнике снова раздался голос Джиро: — Один из злодеев поднялся на пятый этаж. Второй остался на четвёртом. Похоже, объект тоже находится на пятом. Я кивнул сам себе, продолжая медленно продвигаться вперёд. — Чёрт, мы здесь столько времени потеряем... — недовольно пробурчал Каминари. Он был прав. Я почти на сто процентов уверен, что это план Яойорозу. Надо что-то придумать. Добравшись до лестницы на третий этаж, я обречённо вздохнул. Вся лестница была облеплена шариками. На ступеньках их оказалось ещё больше, чем в коридоре. Даже перила местами были покрыты фиолетовыми ловушками. — Так дальше продолжаться не может... Каминари положил руку мне на плечо и посмотрел с таким видом, будто уже мысленно попрощался с жизнью. — Ты ведь говорил, что можешь управлять предметами вокруг себя. Неужели ничего нельзя сделать с этими шариками? Я тяжело вздохнул и опустил голову. — Я... немного неправильно объяснил. Каминари моргнул. — В смысле? — Я управляю не предметами. Я управляю их движением. На лице Каминари появилось ещё более озадаченное выражение. — Это сейчас должно было помочь? — Нет, но это важно. Я ткнул пальцем в ближайший шарик. — Я не умею поднимать вещи силой мысли. Не умею левитировать предметы и двигать их по своему желанию. Чтобы разогнать тот же мяч, как вчера, мне сначала нужно самому его бросить. Каминари задумчиво почесал затылок. — А-а... Судя по его лицу, он опять ничего не понял. Я устало потёр переносицу. — Короче, суть в том, что эти шарики сами по себе не двигаются. А трогать их ради эксперимента я точно не собираюсь. Каминари вздохнул и тоже опустил голову. — Блин и что нам делать? Дальше ползти как черепахи? Я почесал подбородок. — А твоё электричество может повлиять на эти шары? Каминари задумчиво посмотрел на меня. — Ну... я обычно только на роботах его использовал. Даже не знаю. На моём лице тут же появилась улыбка. Я сжал кулаки. — Отлично. Пробуем! Не дожидаясь возражений, я отбежал чуть назад и спрятался за стеной. Каминари проводил меня тяжёлым взглядом. Затем он вздохнул и напрягся. По его телу пробежали жёлтые искры, а кожа на мгновение засветилась. В следующую секунду небольшой электрический разряд ударил по ближайшим шарикам. Послышалось тихое шипение. Фиолетовые ловушки слегка задымились. Я тут же выглянул из-за угла. — Ну? Каминари осторожно подошёл ближе и протянул руку к одному из дымящихся шаров. — Кажется, получилось... — Стой, подожди! Я подскочил и схватил его за запястье. Каминари вздрогнул. — Что такое? Я отступил на шаг. — Просто брось в него что-нибудь. — Зачем? — Если он всё ещё липкий, то прилипнет не твоя рука. Каминари несколько секунд смотрел на меня. — Иногда ты пугающе разумный. — Не привыкай. Я достал из кармана ленту для захвата злодеев и попытался её растянуть. — Блин... не рвётся. Я нахмурился и упёрся сильнее. Безрезультатно. В наушнике тут же раздался знакомый голос: — Верно, юный Токито. Эти ленты совсем не для того, чтобы их было легко порвать. Они предназначены для захвата злодеев. Я недовольно цокнул языком. — Всё предусмотрели, да? Аккуратно свернув ленту, я убрал её обратно в карман. После чего повернулся к Каминари. — Снимай очки. Каминари моргнул. — Чего? — Очки снимай. — Зачем? Я посмотрел на него так, будто это была самая очевидная вещь на свете. — Потому что мне нужна твоя жертва во имя науки. — Это вообще не объяснение. — Зато звучит убедительно. Каминари медленно сделал шаг назад. — Мне начинает казаться, что Минета не самая большая проблема в этом здании. Я стянул с лица Каминари его голубые очки и осторожно приложил их к уже остывшему шарику. — Ой... Очки намертво прилипли. Мы оба несколько секунд молча смотрели на результат эксперимента. — Не вышло. Каминари посмотрел на меня с таким осуждением, будто я только что убил его домашнего питомца. Я пожал плечами. — Зато теперь мы знаем. — Да. Что мои очки больше никогда ко мне не вернутся. — Наука требует жертв. — Почему всегда моих? Я решил не отвечать на этот философский вопрос. — Только время потеряли, — недовольно пробурчал Каминари, скрестив руки на груди. Я отошёл на несколько шагов назад и начал слегка подпрыгивать на месте. — Ладно. Тогда попробую по-другому. Каминари прищурился. — Мне уже не нравится, как это звучит. Мои глаза слегка засветились. Каждый следующий прыжок становился выше предыдущего. — Каминари, я пойду вперёд. А ты двигайся в своём темпе. — Подожди, что значит— Я уже сорвался с места. Прыжок. Я пролетел между шариками и приземлился на свободный участок лестницы. Ещё один. Нога коснулась стены. Толчок. На мгновение мир будто накренился, а затем я сделал несколько быстрых шагов прямо по вертикальной поверхности. Пальцы скользнули по перилам. Новый толчок. И вот я уже оказался этажом выше. Внизу раздался восхищённый свист. — Это вообще законно?! Я быстро оглядел третий этаж. Пусто. Ни ловушек, ни противников. — Здесь чисто! Давай скорее, Каминари! В наушнике неожиданно раздался голос Джиро: — Внимание. Один из злодеев спускается с четвёртого этажа на третий. Моё сердце тут же застучало быстрее. Наконец-то. Я широко улыбнулся. Ждать я точно не собирался. Оттолкнувшись от пола, я рванул вперёд, собираясь как можно быстрее добраться до лестницы на четвёртый этаж.Пролетев все этажи за пару прыжков, я выскользнул к входу на лестничный пролёт. — О боже… уже?! Моя улыбка растянулась до ушей, когда я увидел Минету. Актёр внутри меня буквально взорвался от восторга. Я выпрямился и указал на него пальцем. — Сдавайся, злодей. Игра окончена! Каминари, только что поднявшийся на третий этаж, прыснул со смеху. Минета побледнел. Его руки тут же метнулись к голове, и он начал судорожно срывать с себя липкие шарики, швыряя их в мою сторону. — Кьяя! Ни за что! Я даже не сдвинулся с места. Лишь слегка повёл рукой. И один из шариков резко отклонился от траектории, ударившись о стену. Я ухмыльнулся..Минета застыл. — Что это значит?! Он начал паниковать ещё сильнее. Я не стал терять время. Рванув вперёд, я вытащил из кармана ленту захвата и быстро обмотал его, фиксируя движения. — Поймал. Каминари подошёл сзади, заглянув через плечо. — Один есть! В наушнике тут же радостно зазвучал голос Джиро. Наконец я сделал хоть что-то. Усадив связанного злодея у стены, я поднялся по лестнице — и моя улыбка тут же исчезла. Проход был полностью заблокирован стальными балками. — Ребят… Каминари выглянул из-за моей спины. — Что за…? В наушнике тут же раздался голос Джиро: — Что случилось? Ещё один злодей по-прежнему на последнем этаже. Я прижал палец к наушнику. — Тут проход закрыт. Тем же металлом, о котором ты говорила. Сзади послышался смешок.Я резко обернулся. Минета..Он противно улыбался, наблюдая за нами. — Вы, глупые герои… вам не победить. Дальше вы не пройдёте. Я косо посмотрел на Минету, затем перевёл взгляд на проход. Стальные балки перекрывали весь проход от пола до потолка. Даже с виду эта штука выглядела надёжнее некоторых банковских сейфов. Каминари уже вовсю пытался её сдвинуть. — Ну давай же... давай... Он упёрся плечом в металл. Очевидно, ничего не произошло. — Ну хоть чуть-чуть... Я молча подошёл и оттолкнул его в сторону. — Дай я. Каминари нахмурился. — Ну конечно, давай посмотрим, что ты сделаешь. Я замахнулся и со всей силы ударил кулаком по ближайшей балке. Глухой звон прокатился по лестничной площадке. — Ай, блять! Я тут же схватился за руку. Балка даже не дрогнула. Каминари посмотрел на меня как на идиота. — Отличный план. — Заткнись. Я пнул металл ногой. Ничего не помогло. Я замахнулся, используя причуду. Результат остался прежним. По ощущениям я сейчас больше вредил собственным костям, чем конструкции. В наушнике что-то говорила Джиро. Я почти не слушал. — ...слышу движение наверху... кажется, она всё ещё на пятом... — Угу. — ...может, попробовать через вентиляцию? Я замер. Посмотрел на Каминари. Он посмотрел на меня. Я приложил палец к уху. — Через что? Наступила короткая пауза. — Через вентиляцию, — повторила Джиро. Я тут же сорвался с места. — Почему ты сразу не сказала?! Вернувшись на этаж, я быстро оглядел помещение. Судорожно вертел головой во все стороны. Взгляд зацепился за решётку под потолком. — Нашёл! Я подтащил к стене пару столов и забрался наверх. — Ты серьёзно собрался туда лезть? — донёсся голос Каминари. — Ну, если хочешь, можешь ты лезть. Каминари помотал головой и замолчал. Я сорвал решётку и заглянул внутрь. Чёрт. Это не те вентиляции из фильмов, где можно на четвереньках полазить. Здесь очень узко. — Ненавижу вентиляцию... Пробормотав это, я всё же полез внутрь. Первые несколько метров дались терпимо. Потом стало хуже. Приходилось буквально проталкивать себя вперёд локтями и носками ботинок. Металл скрипел под одеждой. Пыль лезла в нос. Я уже начал понимать, почему нормальные люди предпочитают двери. Наконец горизонтальный проход закончился. Передо мной открылся вертикальный вентиляционный канал. Я посмотрел сначала вверх, потом вниз. Не хотелось туда падать. Я раздражённо застонал и начал вылезать в шахту. Уперевшись руками и ногами в стенки, я начал медленно карабкаться вверх. Каждый метр давался с трудом. Мышцы рук постепенно начинали гореть. Ноги скользили по металлу. — Ты там живой? — донёсся голос Каминари. — Пока да. — Отлично. Сообщай изменения каждые десять секунд. — Зачем? — Чтобы мы знали, когда остановить бой. — Да успокойся ты... Спустя ещё несколько метров я наконец добрался до бокового ответвления. Облегчённо выдохнув, заполз внутрь и пополз вперёд. Через несколько секунд впереди появилась решётка. — Есть! Я ударил по ней ногой. Решётка вылетела наружу. — Я на четвёртом. Не успел я вылезти наружу, как Джиро заговорила: — Молодец, только почему ты не на пятый полез? Я промолчал пару секунд и со вздохом пополз обратно. Снова скрип металла. Снова вертикальный проём. Снова проклятия в адрес человека, придумавшего вентиляционные шахты. Наконец я добрался до уровня пятого этажа. Я протянул руку вверх, чтобы схватиться за проход. — Что за... Вентиляционный канал был полностью перекрыт. Я поднялся чуть выше и посмотрел. Вся шахта была забита плотной серо-белой массой, которая идеально повторяла форму прохода, словно кто-то выдавил внутрь гигантскую пробку. Я осторожно ткнул её пальцем. Поверхность чуть продавилась. — Ну нет... И в тот же момент она медленно начала возвращать форму, снова уплотняясь и заполняя всё пространство до идеальной герметичности. — Да вы издеваетесь... Я ударил кулаком. Никакого эффекта. Только слабая вибрация, будто я бил по очень плотной резине. — Хито? — раздался голос Каминари в наушнике. — Я на пятом... ну, почти. — Что значит “почти”? Я ещё раз толкнул пробку плечом. Она даже не дрогнула. — Значит, меня заблокировали. Пару секунд все молчали. — Это плохо звучит, — осторожно сказал Каминари. Я медленно выдохнул, упираясь ладонями в стенки шахты. — Это не просто плохо. Это кто-то очень аккуратно закрыл мне единственный нормальный маршрут. В наушнике послышался голос Джиро: — Яойорозу? Я на секунду закрыл глаза. — Ага. Тишина. Я снова посмотрел на серую массу перед собой. Она выглядела мягкой, но внутрь никак не пробиться… — Ладно... — пробормотал я. Я развернулся в узком канале, упираясь ногами в металл. — Тогда идём другим путём. — Ты же не собираешься обратно вниз? — сразу напрягся Каминари. — А куда мне ещё? Я на секунду посмотрел в темноту шахты вниз. Потом вверх. И усмехнулся. — Было бы неинтересно, если бы всё было легко. Я оттолкнулся от стенки и начал медленно спускаться обратно, уже прокручивая в голове новый маршрут. Снова оказавшись на четвёртом этаже я сразу рванул к лестнице. Времени оставалось мало, и это ощущалось почти физически. Проход на пятый этаж был ожидаемо заблокирован всё теми же стальными балками — будто кто-то специально выстроил из них стену, чтобы отрезать нас от финала. Я резко сменил направление и побежал к другой лестнице, ведущей на третий этаж, надеясь найти хоть какой-то обход, но и там всё оказалось бесполезно. Металл не поддавался ни с одной стороны. Нас разделили, заперли в разных частях здания, как будто заранее просчитали каждый наш шаг. И именно в этот момент в наушнике раздался голос: — Герои, злодеи, у вас осталось пять минут. Я на бегу схватился за волосы, не сдержавшись: — Что делать? Нас разделили! Я почти не ждал ответа, но в наушнике сразу зазвучала Джиро. Она пыталась держаться спокойно, но напряжение всё равно просачивалось в голос: — Токито, слушай внимательно. Если ты не можешь пройти вертикально, тебе нужно искать другой маршрут, возможно через нижние уровни или— Я её уже не слушал до конца. Мой взгляд зацепился за окно. Я резко остановился. Передо мной было огромное окно, и оно выглядело слишком… правильным. Слишком удобным. Слишком очевидным, чтобы быть просто частью стены. За ним, совсем рядом, находилось другое здание — настолько близко, что казалось, будто его можно достать рукой. Между ними было всего несколько метров воздуха. И два стекла. Я медленно подошёл ближе и коснулся ладонью холодной поверхности. Стекло было настоящим, тяжёлым, не декоративным. Если ударить как следует — оно разобьётся. Это не была преграда уровня “невозможно”. Это была преграда уровня “опасно, но реально”. — Эй, ты меня вообще слышишь?! — резко прозвучал голос Каминари. — Джиро что-то говорит! — Да слушаю я… — ответил я почти автоматически, не отрывая взгляда. Но это было неправдой. Я уже не был внутри разговора. Я смотрел только туда — на соседнее здание. На его окна. На коридор за ними. На лестничный пролёт, который тянулся вверх, прямо к пятому этажу. И в голове уже складывался маршрут, которого секунду назад не существовало. — Хито, — голос Джиро стал заметно напряжённее, — у тебя меньше пяти минут. Если ты сейчас потеряешься или пойдёшь в обход, мы можем проиграть. Я сделал шаг назад, затем ещё один, уже оценивая расстояние. Плечи, разбег, угол. — …это может стоить нам победы, — закончила она. Я медленно выдохнул. — Я нашёл путь. — Что?! — почти одновременно вырвались Каминари и Джиро. Я не ответил сразу. Просто поднял взгляд на стекло и усмехнулся. — Он прямо там. — Хито, ты сейчас про что?.. — осторожно спросила Джиро. Я чуть наклонил голову, как будто подтверждая собственную мысль. — Я заберу нашу победу. Я задержал дыхание и сорвался с места. На ходу я прикрыл голову руками и влетел в окно. Стекло разлетелось с громкии треском, осыпая меня осколками, и холодный воздух тут же ударил в лицо. Но я не убрал руки — впереди явно было ещё что-то, и останавливаться сейчас было глупо. Я даже не пытался смотреть вперёд. Мне это не нужно. Тело само “читало” пространство: траектория, скорость, баланс — всё это складывалось в одно непрерывное движение, как будто я просто продолжал прыжок, а не думал о нём. Я слегка наклонился вперёд, увеличивая инерцию, и в следующий момент снова столкнулся со стеклом. Оно лопнуло так же легко, и я проскользил внутрь, прокатившись по полу. Спина и руки собрали на себя мелкие осколки, но это было уже не важно. Я резко поднялся на ноги и отряхнулся. Вот и готово. Почти автоматически я обернулся назад. В окне третьего этажа мелькнули Джиро и Каминари. Они что-то кричали мне, но звук не доходил. Я машинально коснулся наушника. Блин, потерял. — Поздно… — пробормотал я себе под нос и только махнул им рукой. И снова сорвался с места. Лестница на пятый этаж встретила меня тишиной и напряжением. Подъём занял меньше времени, чем я ожидал, но чем выше я поднимался, тем сильнее ощущалось — там уже всё решается. И как только я оказался у выхода… Я остановился. Опять окна. Я медленно выдохнул. — Да вы издеваетесь… На секунду стало даже смешно. Хито, когда ты начнёшь думать наперёд? Похоже, не сегодня. Я подошёл ближе.И в этот момент увидел девушку. Яойорозу смотрела на меня из соседнего здания. Она выглядела так, будто не до конца понимала, это всё ещё часть плана или уже катастрофа. Я встретился с ней взглядом. И, еле сдержал улыбку, резко ударил кулаком в стекло. Трещины побежали по поверхности, расползаясь сетью. Второй удар — и оно рассыпалось. Я не стал ждать ни секунды. Разбежался и прыгнул вперёд. Ноги первыми прошли сквозь проём, и я влетел внутрь, гася инерцию перекатом по полу. Осколки звякнули за спиной. Я поднялся. И только тогда понял — путь до бомбы был открыт. Яойорозу выглядела напряжённой и заметно уставшей. Было очевидно, что её причуда требует слишком много ресурсов: каждое создание давалось ей с усилием, которое уже начало сказываться на движениях и дыхании. Она стояла, слегка покачиваясь, но всё ещё не отступала. Её кожа на руке на мгновение блеснула, и прямо из ладони сформировался небольшой щит. Он получился неровным и хрупким, словно собранным в спешке из последних оставшихся сил. Это было не оружие для победы, а скорее попытка удержать дистанцию хотя бы ещё немного. Она тяжело выдохнула. — Это… было очень травмоопасно… Я слегка приподнял бровь, оценивая её состояние. — Ты еле стоишь. Сдайся уже. Но она не сдвинулась с места. Даже после моих слов её взгляд остался сосредоточенным, хотя в нём уже читалась усталость. И именно в этот момент я понял, что дело не в том, чтобы победить меня силой. Она просто тянет время. Я резко осознал, что у меня его почти не осталось. Возможно, меньше минуты. Она наверняка рассчитывает на это. Я сжал губы и без лишних колебаний рванул вперёд. Яойорозу вздрогнула и подняла щит, пытаясь закрыться, но конструкция была слишком слабой. Мой удар пришёлся точно в него, и щит тут же вылетел из её рук, рассыпаясь. Она пошатнулась и почти потеряла равновесие. Я не дал ей упасть и быстро схватил её за руку, удерживая на месте. Сделав несколько шагов вперёд, я подвёл её прямо к бомбе. Она уже не сопротивлялась активно, но всё ещё пыталась держаться на ногах, будто это было единственное, что оставалось. Я разжал пальцы и положил ладонь на поверхность бомбы. Мгновение тишины накрыло всё вокруг. Шум боя, напряжение, движение — всё словно оборвалось одновременно. Я медленно выдохнул, отпуская напряжение, и только тогда понял, что всё действительно закончилось. Я аккуратно опустил девушку на пол. Она провела рукой по лицу, вытирая пот со лба, и на секунду просто закрыла глаза, переводя дыхание. Я сделал то же самое — сел рядом, а потом почти рухнул на спину, чувствуя, как тело наконец отпускает напряжение. Когда адреналин окончательно схлынул, на меня резко накатила знакомая тяжесть: головная боль, слабость, лёгкая дезориентация и тошнота — привычный, но неприятный “побочный эффект” моей причуды. Как будто тело каждый раз напоминало, что за такие рывки оно платит свою цену. Я схватился за голову и выдохнул: — Мы победили?.. Я наушник потерял. Яойорозу уже поднялась с пола. Она посмотрела на меня спокойно, без злости или раздражения, и мягко улыбнулась. — Да. Поздравляю. Она протянула руку. На секунду я завис, глядя на этот жест. Спокойный, вежливый, будто мы не только что пытались “поймать” друг друга в боевой ситуации, а просто закончили тренировку. Я принял её руку и поднялся. — …Спасибо. Несколько секунд мы просто стояли в одной комнате, не зная, что сказать дальше. Неловкость постепенно заполняла тишину, пока её не прервал голос снаружи. Всемогущий появился через разбитое окно, легко спрыгнув внутрь. — Ну что ж, поздравляю, герои! Этот бой был… впечатляющим. Он оглядел помещение и остановил взгляд на нас. Его большая ладонь легла мне на голову и слегка потрепала волосы. Давление было неожиданно тёплым и каким-то успокаивающим — даже головная боль на секунду стала слабее. — Отличная работа, юный Токито. Через несколько минут мы уже стояли в комнате наблюдения вместе с остальными учениками. Все обсуждали бой, перебивали друг друга, жестикулировали. Кто-то уже пытался разобрать каждое действие по секундам. Я видел, как Киришима и Розовласка оживлённо спорят о моменте с окнами, а Каминари что-то эмоционально рассказывает, размахивая руками. Но мне с каждой минутой становилось хуже. Головная боль усиливалась, а к ней добавлялась тяжесть в желудке. Всемогущий кашлянул, привлекая внимание. — Итак, кто, по вашему мнению, проявил себя лучше всего? Кислотница тут же подняла руку первой, почти подпрыгнув на месте. — Токито-кун, конечно! Он буквально вырвал победу в последний момент! Комната зашумела одобрением и обсуждением, но Всемогущий поднял руку, прося тишины. Он выдержал короткую паузу. — Да, юный Токито был очень эффектен и решителен в своих действиях. Он посмотрел на нас внимательнее. — Однако лучшей в этом бою была Яойорозу. В комнате стало чуть тише. — Она грамотно использовала пространство, ресурсы и время. Даже в условиях давления она смогла перестроить всё поле боя под себя. Пауза. — Ваш проигрыш, юная Яойорозу, связан не с ошибками в стратегии… а скорее с разницей в стиле противника. Он чуть помолчал и добавил спокойнее: — С его непредсказуемостью и… импульсивностью. Яойорозу слегка опустила взгляд, но без обиды — скорее с пониманием. А я только выдохнул, снова потирая виски, чувствуя, как всё ещё слегка кружится голова. Бой закончился. Но последствия, похоже, ещё нет. — Юный Токито. Я слегка выпрямился, чувствуя, что сейчас тон будет другим. — Твоя результативность в этом бою высокая. Ты быстро адаптировался, использовал окружение, сумел найти нестандартный путь к цели и довёл задачу до конца. Он кивнул, признавая это без колебаний. И сразу после неё голос стал строже. — Но. Я уже заранее понял, что это “но” будет главным. — Ты слишком часто действуешь без предварительной оценки последствий. Ты выигрываешь за счёт скорости и импровизации, но в реальном бою это может привести не к победе, а к ошибке, которую уже невозможно будет исправить. Он посмотрел прямо на меня. — Разбитые окна, рискованные прыжки между зданиями, отсутствие контроля экипировки — это не “стиль”, юный Токито. Это потенциальная потеря жизни. В комнате стало заметно тише. Я на секунду отвёл взгляд, но ничего не ответил. Что я должен сказать? Всемогущий смягчил тон, но неполностью. — Я не запрещаю тебе использовать твой способ мышления. Но ты обязан научиться останавливать себя в момент, когда импульс начинает заменять расчёт. Он кивнул, словно ставя точку. — Иначе однажды ты не успеешь закончить бой. Я тихо выдохнул. — Понял. Всемогущий задержал взгляд ещё секунду, потом перевёл его дальше по классу. — Теперь остальные. Но ощущение его слов осталось. Не как упрёк, а как предупреждение, которое лучше не игнорировать. Когда разбор боя закончился, я направился к стене, стараясь не привлекать внимания. Состояние было откровенно паршивым: головная боль усиливалась, к ней добавилась тошнота и общее ощущение, будто тело отказывается нормально слушаться. Почти сразу ко мне подлетели Киришима и Розовласка — слишком быстро и слишком шумно. Я поднял руку, останавливая их. — Я сейчас блевану… оставьте меня. Они переглянулись, и в их взглядах тут же исчезло веселье. — Эй, тебе плохо? — Киришима нахмурился. — Может, в медпункт сходишь? Я отмахнулся, делая шаг в сторону, чтобы уйти от лишнего внимания. — Нормально… просто дайте минуту. Я отошёл к стене и прислонился к холодной поверхности. Стало чуть легче, но ненамного. Шум вокруг продолжался, тренировка шла дальше, голоса смешивались в общий фон. Рядом стоял Бакуго. Я заметил его краем взгляда, но даже не стал пытаться что-то сказать. Сил не было ни на разговор, ни на колкости. Он тоже не проявлял интереса — просто стоял, как будто всё это его не касается. Я медленно сполз вниз по стене, пока не оказался на полу. Сел, подтянув колени, и уткнулся в них лбом. Время будто стало тянуться. Иногда кто-то проходил мимо и спрашивал, всё ли со мной нормально. Я отвечал коротко, почти автоматически: — Всё нормально. Но голос звучал всё слабее. Шум вокруг постепенно стал глухим, будто его отодвинули куда-то далеко. Тело окончательно перестало держать напряжение, и усталость накрыла полностью. Я не заметил, в какой момент закрыл глаза. Просто уснул, склонив голову прямо там, у стены, пока тренировка продолжалась дальше.Разбудил меня резкий пинок в бок. Я резко открыл глаза и тут же прищурился от света и боли в голове. Надо мной стоял Бакуго. Лицо у него было привычно раздражённое, с тем самым выражением, будто сам факт моего существования его утомляет. — Долго ты ещё дрыхнуть будешь? Уходим. Он развернулся и пошёл вперёд, даже не дожидаясь ответа. Я на секунду остался сидеть, пытаясь собрать мысли воедино. Вокруг уже почти никого не было — все постепенно расходились после тренировки, голоса стихали, шаги удалялись по коридору. Я медленно поднялся с пола, чувствуя, как тело всё ещё слегка ватное после боя и сна. Потянулся, зевнул и только тогда заметил, что головная боль стала слабее — уже не давила так сильно, как раньше, а скорее неприятно напоминала о себе. — Да иду я… — пробормотал я уже в пустоту, хотя Бакуго, конечно, этого не услышал бы. Я догнал остальных, поправляя одежду на ходу, и ещё раз оглянулся назад, уже почти не понимая, сколько времени прошло и как вообще я умудрился вырубиться прямо там.Ко мне подошёл Каминари и легко хлопнул ладонью по плечу. — Тебе уже лучше? Ты в курсе, что храпел? Я усмехнулся, даже не сразу поверив. — Идиот. Я не храплю. Если бы храпел, мне бы точно кое-кто прописал. Он засмеялся, но ничего не стал доказывать, просто пошёл рядом, продолжая болтать о каких-то моментах боя, которые, по его словам, “выглядели вообще нереально”. Постепенно к нам присоединились остальные. Компания снова собралась вместе, уже без боевого напряжения, просто как шумная группа после тяжёлого дня. В раздевалке разговоры только усилились — каждый пересказывал свой взгляд на прошедшие бои, спорил, смеялся, перебивал другого. Даже после окончания занятий атмосфера не отпускала сразу. Позже к обсуждению присоединилась и Кислотница, делясь своими впечатлениями, и её комментарии только подлили масла в общий шум. Когда всё закончилось, я вышел из академии уже один. Город был обычным, спокойным, будто ничего особенного сегодня и не происходило. Но у меня в голове этот день всё ещё не укладывался до конца. Что это вообще было за безумие? И если здесь каждый день будет таким… я вообще выживу? Я тихо усмехнулся сам себе и пошёл дальше по дороге, не спеша. Несмотря на усталость, я шёл с улыбкой, как идиот. Первая победа. И точно не последняя.