Если бы судьба была добра. (If Fate Were Kind).

Гарри ненавидел площадь Гриммо, но после битвы за Хогвартс ему больше некуда было идти. Каждая комната была постоянным напоминанием о его крёстном отце или о других людях, которые никогда больше не окажутся на площади Гриммо. Фред, Тонкс, Ремус. Эти комнаты были навеяны плохими воспоминаниями и страданиями, и Гарри не хотел провести там всю свою жизнь. Он хотел быть в другом месте, в месте, которое было бы только его собственным. Школа была настолько повреждена, что он не мог оставаться в Хогвартсе, а его родственники в Суррее не хотели иметь с ним ничего общего теперь, когда ему было больше восемнадцати и он навсегда исчез из их жизни. Он уже побывал у гоблинов в Гринготтсе и узнал, что, хотя ему уже исполнилось семнадцать и он имеет доступ ко всем хранилищам банка, но он ещё был слишком молод, чтобы покупать и продавать недвижимость. Он мог делать это только в двадцать один год и ни днём раньше. У них всё ещё действовали архаичные правила, регулирующие собственность. Он мог жить на площади Гриммо, поскольку унаследовал её, но он не мог её продать, пока нет, и он не мог купить что-либо еще в Волшебном мире, пока ему не исполнится двадцать один год. Поэтому вместо этого Гарри начал искать место, где живут магглы. Там он мог купить недвижимость, если ему было восемнадцать или больше и он мог позволить себе этот дом. Он хотел чего-то нового, а не древнего, как площадь Гриммо, и ему не нравилось жить в Лондоне; там все было по завышенным ценам для квартир размером чуть больше обувных коробок. Ему хотелось простора, сада, чего-нибудь, где он мог бы уединиться, потому что у него никогда раньше этого не было. Он не знал, что произойдёт с Орденом Феникса теперь, когда Волдеморт мёртв, но площадь Гриммо до сих пор была штаб-квартирой, и если бы Гарри жил там, он знал, что к нему постоянно будут приходить гости из Ордена. На второй неделе августа он стал счастливым владельцем совершенно нового дома, который был переделан из старого сарая и располагал тремя акрами земли. У Гарри было столько уединения, сколько он хотел. Там было пять спален, не считая главной спальни наверху с примыкающей ванной комнатой. Кухня-столовая была большой и просторной, с современной бытовой техникой и шкафами. В главной комнате дома был большой камин с углублением и полированный пол из кедрового дерева. Гарри провёл много счастливых часов, бродя по магловским мебельным магазинам, чтобы купить вещи для своего нового дома - от кроватей до столов, от штор до руковиц для духовки, от стульев до ковриков. Он понятия не имел о дизайне интерьера или о чём-то подобном, но в основном подбирал предметы и цветовые решения, максимально далёкие от вкуса тети Петунии. Каждый день после покупок он отправлялся в больницу Святого Мунго и сидел у постели Снейпа, читая ему или просто рассказывая о своей последней импульсивной покупке для нового дома. Но Снейп просто лежал там, как лежал с тех пор, как его положили в больницу. Целители не возлагали особых надежд на то, что он когда-нибудь выйдет из комы, и даже если бы он это сделал, они были убеждены, что у него может быть повреждён мозг и он никогда не восстановится. Но Гарри никогда не терял надежды. Он навещал Снейпа каждый день и каждый раз оставался на несколько часов, пока медсёстрам не приходилось прогонять его, так как часы посещений давно закончились. Когда август подходил к концу, Гарри закончил обставлять и украшать свой новый дом, но не предпринял никаких усилий, чтобы получить свои школьные учебники для нового семестра. Он чувствовал себя все более и более подавленным, когда понял, что ему нужно будет пойти в Косой переулок, чтобы купить свои книги и оборудование. Он уже был в Косом переулке вскоре после Битвы, и некоторые люди преследовали его и плевали в него, потому что он спас Снейпа. Некоторые люди по-прежнему считали профессора Снейпа предателем и стремились высказать это мнение Гарри, а также другие, более грубые замечания. Это была не единственная причина, по которой он избегал Косого переулка. Так близко к семестру там были другие студенты, другие семьи. Перед его глазами проплывали лица Уизли, но одного лица всегда не хватало, и это была его вина. Он не мог смотреть в глаза Уизли. Все письма Рона лежали нераспечатанными на столешнице в его новой кухне, и Гарри не знал, что сказать своему другу. Но когда-нибудь он должен был это сделать. С таким же успехом он мог бы встретить музыку сейчас, а после того, как на него накричит миссис Уизли, он мог бы снова навестить Снейпа в больнице Святого Мунго. В том, что Снейп был в коме, была одна особенность: он больше не ругал Гарри. *** Как Гарри и ожидал, Косой переулок был заполнен новыми и возвращающимися студентами и их семьями. Гарри попытался стать невидимым. Он не был готов встретиться лицом к лицу со всеми. Он не был уверен, что когда-нибудь будет готов к этому. - Гарри! - Голос Гермионы раздался позади него, заставив всех остальных уставиться на него и перешёптываться. Гарри обернулся и увидел, что Рон и Гермиона держатся за руки и широко улыбаются ему. Не позволяя толпе встать на своем пути, Гермиона в три шага оказалась рядом с ним и заключила его в объятия. - Гарри! Слава богу, ты в порядке! Мы так волновались. Кичер не знал, где ты, и я даже ходила в дом Дурслей. Твой дядя был очень груб. Он сказал, что ты там вообще никогда не жил, как будто тебя и не существует. Представь себе! Гарри вполне мог представить, что Вернон Дурсли скрывает тот факт, что он когда-либо знал Гарри. Он почти слышал голос своего дяди в своей голове. Скатертью дорога плохому мусору! - Рад тебя видеть, приятель, - сказал Рон, похлопывая Гарри по спине. - Мы остановились в "Дырявом котле". Мама и папа хотят, чтобы ты пообедал с нами. Они тоже беспокоились о тебе, Гарри. Никто не получал от тебя вестей в течение нескольких месяцев. Гарри переводил взгляд с одного друга на другого. - Они... они не сердятся на меня? - С чего бы им злиться на тебя? - спросил Рон. - Из-за Фреда. Он мёртв из-за меня. Много людей погибло из-за меня. Если бы я не вернулся в Хогвартс на поиски крестражей, они все могли бы быть живы. - Мерлин, Гарри! Ты действительно в это веришь, не так ли? - воскликнул Рон. - Они погибли, потому что мы воевали со злобным ублюдком, который все равно убил бы нас всех. Ты спас нас, Гарри. Ты спас весь волшебный мир. Это слишком важно, чтобы ждать до обеда. Я отвезу тебя к маме и папе прямо сейчас. Гарри последовал за Роном и Гермионой обратно по дороге к Дырявому котлу, всю дорогу чувствуя на себе пристальные взгляды. Рон подошел к бармену, который протирал деревянную стойку тряпкой, которая выглядела так, словно от этого она стала не чище, а грязнее. - Ты видел маму и папу? - Да, - ответил Рон. - Они в частной гостиной наверху, они забронировали её на обед. Гарри последовал за своими друзьями вверх по лестнице, его ноги словно налились свинцом. В его животе словно трепыхались бабочки, а руки были липкими от пота. Нервозность даже не описывала того, что он чувствовал. Как только Гарри переступил порог гостиной, миссис Уизли вскочила со своего кресла, и Гарри оказался в очередном крепком объятии. Миссис Уизли обнимала его очень долго, а когда отпустила, то ущипнула Гарри за щёки, после чего ей пришлось вернуться, чтобы обнять его ещё раз. - Я так рада видеть тебя, Гарри, дорогой, - сказала миссис Уизли, её глаза блестели от непролитых слез. Гарри сглотнул комок в горле. - Мне жаль, очень жаль Фреда. Я никогда не хотел, чтобы кто-то пострадал. Рон фыркнул: - Гарри думает, что это его вина, что Фред умер, вот почему он избегал всех. - Это была война, Гарри, ясно и просто, - отозвался мистер Уизли. - И на войне всегда есть жертвы. Но Фред был совершеннолетним, он знал, на что подписывается. Мы все знали. Если бы мы не выстояли против Волдеморта, у нас никогда бы не было мира. Фред знал, за что он сражается. - Мы потеряли одного сына, Гарри. Мы не хотим потерять ещё одного, - мягко добавила миссис Уизли. Гарри изумлённо уставился на неё. - Вы считаете меня частью своей семьи? - Ты - часть нашей семьи. - Миссис Уизли указала на своего мужа. - Артур, принеси мою сумочку, ладно? Мистер Уизли заглянул под стол, а затем левитировал большую кожаную сумку, размером больше с чемодан, чем с дамскую сумочку, к своей жене. Миссис Уизли порылась в содержимом. Она помахала перед Гарри пачкой пергаментов. - Прочти это, дорогой. В любом случае, сейчас самое время тебе это увидеть. Гарри опустился на один из стульев у стола и начал читать. "Семейные услуги волшебников RE: Заявление об усыновлении Гарри Джеймса Поттера 5 января 1982 года Дорогие мистер и миссис Уизли, С сожалением сообщаем, что ваше заявление на усыновление Гарри Джеймса Поттера было отклонено. При принятии этого решения было несколько факторов. У вас своя большая семья, поэтому вы, возможно, не сможете уделять ребенку столько внимания, сколько требуется. Директор школы Альбус Дамблдор числится в Министерстве архивов и заверил этот офис, что Гарри Поттер находится со своими ближайшими живущими родственниками, и мы считаем, что детям лучше всего находиться со своими родственниками, если такая возможность доступна. Профессор Дамблдор заверил меня, что Гарри Поттер здоров и счастлив под присмотром своих тёти и дяди. У Дурслеев есть ещё один ребенок, поэтому мы считаем, что они смогут уделить Гарри Поттеру всё внимание, которое ему может понадобиться. Искренне ваша, Мадам С. Боунс, Департамент социального обеспечения детей". Гарри плакал, когда дочитал до конца. Хорошо и счастливо? Гарри никогда не был здоров, и его жизнь на Прайвет Драйв была несчастьем от начала и до конца. Он глубоко вздохнул и вытер глаза тыльной стороной ладони. - Вы хотели меня усыновить? - Мы сделали это, Гарри. Они могли отклонить наше заявление, но ты наш сын, независимо от того, написано это в бумажке или нет, - настаивала миссис Уизли и похлопала его по руке. - Так что больше не избегай нас, хорошо? И мы ждём тебя в воскресенье на ланче в Норе. - Я приду, - пообещал Гарри. *** С лёгким сердцем Гарри направился в больницу Святого Мунго. Уизли не испытывали к нему ненависти. Ему пришлось столько волноваться из-за пустяков и узнать, что они хотели его усыновить, что кто-то действительно хотел его для себя, а не для того, что он мог для них сделать. Эти мысли заставили его улыбнуться, когда он вошёл в вестибюль больницы. Водяной портал все еще смущал его, хотя он бывал здесь довольно часто. Все сотрудники знали его в лицо и по имени, ведь он так часто бывал здесь. - Гарри, хорошие новости. Профессор очнулся! Гарри не стал дожидаться продолжения, он поднялся по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки за раз, и бросился к комнате Снейпа. Он услышал профессора ещё до того, как вошёл в комнату. - Вы не можете держать меня здесь против моей воли! Я хочу, чтобы меня немедленно выписали! Как только Гарри подошёл к двери, Снейп заметил его. - Поттер, не могли бы вы сказать этим идиотам, что я могу прекрасно о себе позаботиться? - Вы пролежали в коме три месяца, - объяснил главный целитель. - Не говоря уже о риске вторичной инфекции от ваших ран. Есть ли у вас дома кто-нибудь, кто мог бы за вами ухаживать? - Нет, я живу сам по себе, - сказал Снейп, и Гарри показалось, что его слова прозвучали немного грустно. - Я могу присмотреть за вами, - сразу же отозвался Гарри. - Вы можете пойти домой со мной. - Я не хочу больше никогда возвращаться в Гриммаулд Плейс, - запротестовал Снейп. - Я тоже. Поэтому у меня новый дом в другом месте. Снейп подозрительно посмотрел на Гарри. - Вы не можете покупать или продавать недвижимость, пока вам не исполнится двадцать один год, Поттер. - Это верно в мире волшебников, профессор. Но не в маггловском. Мой новый дом находится на собственной территории в сельской местности. Он хорошо охраняется и очень уединённый. - Это приемлемо? - спросил Снейп целителей. Как же ему, должно быть, хотелось покинуть больницу, если он предпочел остаться с Гарри! Гарри знал, что его чувства к Снейпу перерастают в нечто большее, чем просто беспокойство, но он старался не обращать на них внимания. Снейп не стал бы интересоваться Гарри в таком состоянии, не так ли? Гарри покачал головой. Он даже не знал, был ли Снейп геем, не говоря уже о чём-то другом. - Так и есть. Повязки нужно менять каждые два дня, и он должен продолжать принимать эти зелья, чтобы предотвратить развитие инфекций в местах укусов. Я бы по-прежнему советовал вам оставаться под наблюдением в больнице, профессор Снейп, но я верю, что мистер Поттер позаботится о вас. Я пойду и принесу вашу выписку. - Спасибо, - поблагодарил Снейп, что заставило Гарри широко раскрыть глаза. Он не припомнил, чтобы Снейп когда-либо говорил "спасибо" кому-либо раньше. - Почему я всё ещё жив, Поттер? Я ожидал, что умру на полу этой лачуги. От яда Нагини нет противоядия, он должен был убить меня. - Гермионе удалось замедлить кровотечение, пока мадам Помфри не смогла добраться до вас, а я накормил вас безоаром. Он действует на любые яды, даже на яд, от которого нет другого противоядия. - И у тебя просто случайно оказался при себе безоар, не так ли, Поттер? - Да. Я ношу с собой несколько штук с тех пор, как Рона отравили на шестом курсе. Они пригождаются время от времени. - Тогда я обязан вам жизнью, - произнёс Снейп довольно официально. - Я у вас в долгу. - Нет, нет, никакой этой ерунды про волшебные долги. Я уже сбился со счёта, сколько раз вы меня спасали, профессор. Я бы сказал, что оба в расчёте. - Очень хорошо, спасибо вам ещё раз. - Не за что, профессор. - Гарри не смог сдержать улыбки и был приятно удивлён, когда Снейп вернул её. *** Северус никак не ожидал, что проснётся в больнице Святого Мунго. По правде говоря, он вообще не ожидал, что проснётся где-либо. Его последние воспоминания были наполнены широко раскрытыми зелёными глазами и передачей своих воспоминаний Гарри Поттеру, обладателю этих самых глаз. То, что Гарри Поттер был здесь, в больнице Святого Мунго, чтобы навестить его в течение довольно долгого времени, не было неожиданностью. Он слышал, как друзья Поттера говорили, что Поттер умеет спасать людей. Даже без этого подслушанного комментария он знал это по предыдущим поступкам парня. Гарри Поттер был тем, из кого делают героев, и он снова спас их всех. Как только они оказались на оживлённой маггловской торговой улице, Поттер направил их в захламлённый переулок в стороне от неё. - Нам придется сделать двойную аппарицию, профессор. Я не подключён к каминной сети, и защита установлена только для меня и гостей, которых я привёл. Северус кивнул и протянул локоть. Поттер на мгновение уставился на его руку, его лицо покраснело. Так вот как всё было, да? Поттер смутился от того, что ему пришлось прикоснуться к своему самому ненавистному учителю. Он подавил вздох. Возможно, выздоровление в новом доме Поттера окажется более неловким, чем он предполагал. - Я не смущаюсь и не стыжусь, когда меня видят с вами, - мягко признался Поттер. - Я просто немного нервничаю. В последний раз, когда я это делал, Рон чуть не умер от расщепа. Я не хочу, чтобы это случилось с вами, сэр. - Ваша Легилименция несколько улучшилась, как я вижу, - сказал Северус, улыбаясь. Не было ничего удивительного в том, что Поттер мог читать эти мысли, Северус не делал ничего, чтобы скрыть их. - Почему-то угроза неминуемой гибели так действует. Ты должен учиться или ты умрёшь. - Поттер пожал плечами, как будто не понимая, какое это достижение. Легилименция, как известно, была сложной, и лишь немногим волшебникам удавалось её освоить. Поттер взял протянутую Северусом руку, и они унеслись прочь в мельтешении образов и красок. Когда они наконец снова приземлились на твёрдую землю, Северус почувствовал лёгкое недомогание, но после того, как он сделал несколько глубоких вдохов, тошнота прошла. Северус выпрямился и увидел вдалеке большое деревянное строение. - Это переоборудованный сарай, - объяснил Поттер. - Но внутри всё современное и новое. У него три акра земли, так что вы сможете уединиться, как захотите. Давайте пройдём внутрь, и я покажу вам одну из комнат для гостей. - Сколько у вас комнат для гостей, Поттер? - спросил Северус, пока они поднимались по гравийной дорожке, камни хрустели под ногами. - Ну, это дом с шестью спальнями, так что пять, я полагаю? Хотя я подумывал сделать из одной из них кабинет, но я здесь не так давно. - Поттер остановился перед входной дверью, на дереве которой были искусно вырезаны драконы с одной стороны и розы с другой. Он прижал ладони к дереву, и Северус увидел, как мерцают серебристым светом, прежде чем рассеяться. Северус огляделся по сторонам, когда они вошли в коридор. Все было таким светлым. Стеклянные панели поднимались к высоким потолкам, на которых ещё сохранились некоторые старые балки и подпорки. Два больших световых люка на крыше отбрасывали потоки света на кафельный пол коридора. - Мне нужно будет вернуться домой хотя бы на некоторое время, чтобы взять какую-нибудь одежду, - сказал Северус, опустив взгляд на одолженные в больнице рубашку и брюки. - Вместо этого мы можем пойти по магазинам, - поспешил ответить Поттер. - Что-то случилось с моим домом? - Да. Никто не знал, проснётесь вы или нет. Министерство продало его и использовало вырученные деньги для людей, осиротевших во время войны. Может быть, вы могли бы потребовать возврата стоимости? - Я сомневаюсь, что министерство волнует, есть ли у меня семейный дом или нет, или деньги на покупку нового, если уж на то пошло. Мою работу тоже увели у меня из-под носа, не так ли? - Нет, сэр. Профессор МакГонагалл оставила пост открытым для вас. Она надеялась, что вы проснётесь, как и я. Я провожу вас в вашу комнату, а потом приступлю к ужину. - Поттер поднялся по лестнице; Северус последовал за ним и с удивлением отметил, какой у Поттера упругий зад. Маггловские брюки мало что скрывали, и Северус на несколько мгновений предался восхитительным мечтам. Он никогда раньше не думал о Поттере в сексуальном смысле; возможно, дело было в вынужденной близости дома Поттера, а не в классе, где их роли были определены как ученик и учитель. - Вот, пожалуйста, - сказал Поттер, открывая деревянную дверь. В комнате стояла большая двуспальная кровать с чёрным кожаным изголовьем и изножьем. У одной стены стоял чёрный шкаф с двумя зеркальными дверцами. На полированном полу из кедрового дерева лежал ковёр в чёрно-белую полоску, а возле балконного окна стояло кресло. Напротив кровати стоял сундук с пятью ящиками, чёрный с белыми ручками. Комната казалась очень взрослой и, осмелился бы он это сказать это, обставленной со вкусом? Нигде не было и намёка на красное и золотое. - У вас был хороший дизайнер по интерьеру, - решил похвалить Северус. - У меня его не было, - признался Поттер. - Я всё разработал сам. - Тогда вы молодец, это очень стильно. - Спасибо, - сказал Поттер, снова покраснев. Он явно не привык к комплиментам. - Ужин будет примерно через полчаса. Ванная комната находится прямо напротив вашей комнаты. - Спасибо, Поттер. Тогда я освежусь перед ужином. *** Чувствуя себя отдохнувшим и немного более человечным, Северус снова надел позаимствованную одежду и направился вниз, откуда доносился запах еды, от которого у него потекли слюнки. Домового эльфа нигде не было видно, поэтому он подозревал, что Поттер готовит сам, как и украшает дом. Человек со множеством талантов. Он проследовал на кухню и увидел Поттера у плиты, помешивающего в кастрюлях и добавляющего травы и специи в различные блюда. - Карри? - спросил Северус, заставив Поттера удивлённо обернуться. - Простите, профессор. Я вас не расслышал. - Поттер взял ложку с едой, чтобы попробовать. - Да, я приготовил курицу тикка масала, надеюсь, всё в порядке? - Очень даже. Я люблю карри. Вам нужна помощь? - Вы можете достать хлеб наан из духовки, спасибо. - Гарри ещё немного помешал в кастрюле, а затем потянулся вверх, чтобы достать из шкафа тарелки. Его футболка задралась сзади, обнажив участок загорелой кожи. Северус несколько мгновений смотрел на него, пока не опомнился, потому что ему вдруг захотелось наклониться и лизнуть этот маленький участок кожи, и он вынул хлеб наан. Он поставил противень на большую подставку, чтобы раскалённый металл не повредил столешницу. Гарри подал карри, рис и столовые приборы, и вскоре они уже сидели за большим сосновым столом в кухне и наслаждались едой. Остальная часть кухни была очень элегантной и современной, и сосновый стол, казалось, не очень-то с ней сочетался. И тут Северус вспомнил некоторые моменты, которые он видел в голове Поттера во время тех катастрофических уроков Окклюменции. Это было одно из самых счастливых воспоминаний Поттера: он сидел за большим столом на кухне Уизли, когда его принимали как члена семьи. Семья Поттера ничуть не заботилась о нём, и Северус узнал об этом только на пятом курсе: опять эти трижды проклятые уроки Окклюменции. Долгие годы Северус считал мальчика избалованным, но домашняя жизнь Поттера была совсем не такой. Для тёти он был не более чем домовым эльфом, а кузен и дядя использовали его для тренировок по битью. Северус видел все это на том ужасном пятом курсе: голод, жестокость, чулан под лестницей, решетки и замки на окнах спальни, когда Поттеру наконец выделили спальню. Северус увидел мальчика в новом свете, но знал, что должен продолжать обращаться с ним как обычно, иначе у Драко появятся интересные сплетни, которые он сможет рассказать отцу. Поттер пришёлся ему по душе, и Северус уже давно не испытывал к нему особой неприязни. Поттер был совсем не похож на Джеймса. Он не был задирой или недоброжелателем, даже по отношению к тем, кто ему не нравился. Северус не раз видел, как Поттер помогал первокурсникам Слизерина, которые потерялись или тосковали по дому. Северус не мог представить себе Драко Малфоя, который поступил бы точно так же. - Вы возвращаетесь в Хогвартс? - спросил Северус, радуясь, что есть с кем поговорить. - Да. У меня есть почти все книги и оборудование, но в письме было сказано, что мне нужны дневники для учебной программы по Высшей магии, а я никогда о такой не слышал. - Не слышали? - Северус ухмыльнулся. Когда он сам учился в Хогвартсе, старшекурсники не могли дождаться, чтобы рассказать им, что их ждёт. - Если говорить более привычным языком, то Высшая магия - это, по сути, сексуальная магия. Поттер снова покраснел, и его вилка упала на тарелку. - Сексуальная магия? Это настоящая дисциплина? Или вы просто меня разыгрываете? - Нет, это настоящая дисциплина, Поттер. Обычно этот курс проводится на седьмом курсе для старшекурсников, но поскольку во время войны ситуация была немного нестабильной, вы и ваши вернувшиеся однокурсники будете посещать эти занятия сейчас. - Нам ведь не обязательно заниматься сексом, правда? На глазах у всех? - Нет, но будут проведены демонстрации практических аспектов. - Демонстрации? - воскликнул Поттер, став ещё розовее. - Что за демонстрации? - Думаю, я оставлю это на ваше усмотрение. Так веселее. - И ставить Поттера в неловкое положение Северусу тоже было весело. Возможно, молодой человек нравился ему больше, чем раньше, но это не означало, что он собирался помогать ему во всём. *** Возвращение в Хогвартс было горько-сладким. Большинство счастливых воспоминаний Гарри остались здесь, но теперь и его будут преследовать тени людей, которые никогда не вернутся. Гарри до сих пор каждую ночь видел во сне страшную битву и чувствовал вину за всех тех, кого он не смог спасти. - Я не думал, что они так быстро закончат ремонт, - сказал Рон, взглянув на теперь уже идеальные башни. - Магия помогла многим, я уверена, - сказала Гермиона. - Не знаю, почему они не разрешили старшекурсникам помогать в восстановлении. Было бы неплохо сделать что-то конструктивное. - Может быть, есть какая-то юридическая причина, по которой они не могут позволить студентам делать это, - отозвался Гарри. - В мире волшебников существуют странные архаичные законы. Гермиона уставилась на него, разинув рот. - С каких это пор ты интересуешься волшебным правом? - С тех пор, как я обнаружил, что не могу продать площадь Гриммо, пока мне не исполнится двадцать один год. Я никогда не хочу туда возвращаться. - Кричер всё ещё там? - спросил Рон. - Нет, я дал ему одежду и отпустил его. Он, вероятно, ушёл к Малфоям. Пока он вдали от меня, мне всё равно, где он. - Гарри покачал головой. - Пойдём на пир. В Большом зале было тише, чем в предыдущие годы, и многие скамьи пустовали, похожие на рот с отсутствующими зубами. Некоторые из этих мест больше никогда не будут заполнены. Гарри проглотил комок в горле и направился к гриффиндорскому столу с Роном и Гермионой. Невилл улыбнулся им и подвинулся, чтобы они могли сесть рядом с ним. Гарри опустился рядом со своим другом и был просто благодарен, что его не было рядом с Джинни. Во время нескольких визитов Гарри в Нору за лето Джинни довольно сильно намекнула, что была бы очень рада, если бы они снова были вместе. Но, учитывая сны, которые снились Гарри, сны о широкой груди и сильных руках, Гарри не думал, что он такой уж натурал, каким ему казалось он был раньше. После Сортировки профессор МакГонагалл постучала ножом по краю своего бокала, но к этому моменту разговоры уже стихли. - Добро пожаловать в Хогвартс и тепло поприветствуем наших новых студентов. Как вы, несомненно, знаете, ваше обучение было прервано войной, поэтому у нас есть несколько вернувшихся студентов, которые хотят сдать экзамены, несмотря на то, что они уже старше и сами по себе взрослые. - МакГонагалл сделала паузу и отпила глоток воды. - В связи с этим у этих студентов будут новые комнаты и новый общий зал. Их факультетская принадлежность останется прежней: баллы, квиддич и так далее. Но было бы неприлично, если бы они жили в одном общежитии с младшими студентами. Ваши новые комнаты находятся в нижней части Часовой башни. Комендантский час будет действовать, как обычно, для младших студентов, но те, кому больше восемнадцати, будут освобождены от него, в пределах разумного, конечно. Если вы захотите покинуть территорию школы по какой-либо причине, вам всё равно потребуется разрешение. Мистер Филч кашлянул с того места, где он отдыхал в конце коридора. - Мистер Филч хотел бы напомнить вам, что бегать по коридорам запрещено, и он добавил в список запрещенных предметов фрисби и левитирующие пастилки. С полным списком вы можете ознакомиться на досуге на двери кабинета мистера Филча. А теперь давайте поедим. *** Когда МакГонагалл упомянула о комнатах, Гарри и его друзья ожидали увидеть еще один набор общежитий, но на самом деле старшекурсники делили общую комнату со всеми бывшими Факультетами, и у каждого из них была спальня. Сначала все сидели со своими друзьями из предыдущих Факультетов, но постепенно люди, казалось, всё больше объединялись. Гарри был рад этому. В предыдущие годы было слишком много разногласий, и это было одной из основных тактик, которые Волдеморт использовал в своей войне. Они были против них. Рон захихикал, читая их расписание. - Ты уже слышал о Высшей магии, Гарри? - Да. А ты? - Конечно. Билл и Чарли нам все рассказали. Посмотрим, что у нас будет с мадам Хуч: "Расширение женских возможностей и усиление заклинаний". Это должно быть интересно. Особенно практические демонстрации! - Рон подмигнул Гарри, чем вызвал пристальный взгляд Гермионы. - Это серьёзные предметы, Рон! Это не шутки! - Ладно, ладно. Что ещё у нас есть? Усиление ауры и чар с помощью Мужской эссенции и самоудовлетворения с профессором Флитвиком. Хм, не могу представить, чтобы он преподавал что-нибудь о сексе. Ему, должно быть, лет сто. Защита и усиление заклинаний с объединением мужской и женской силы с профессором Вектором. - Рон взглянул на расписание. - Фу, нам ведь не обязательно этому учиться, не так ли? - Чему учиться? - спросил Гарри. - Обмену мужской силой при произнесении заклинаний и создании зелий с профессором Снейпом. Я не хочу видеть, как двое мужчин что-то делают вместе. Это отвратительно. - Рональд Уизли, я не могу поверить! - воскликнула Гермиона, положив руки на бёдра. - Но ведь ты был совершенно счастлив наблюдать за двумя женщинами вместе, не так ли? - Но это совсем другое! - запротестовал Рон. - Они женщины. А мне нравятся женщины. Я не хочу видеть, как мужчины что-то делают, меня не привлекают мужчины. - Нет ничего плохого, мерзкого или отвратительного в том, что два человека одного пола сходятся вместе. Мужчины или женщины, какая разница? И почему-то я не могу представить, чтобы твоя мать была такой фанатичной, - продолжала Гермиона. - Полагаю, дома тебя не учили такому отвращению? Как бы отнеслась твоя мать к твоим гомофобным тирадам, Рон? - Она была бы недовольна, - признался Рон. - Ты ведь знаешь, что твой Чарли - гей? - продолжала Гермиона. - Чарли? - взвизгнул Рон. - Чарли не может быть геем! - Почему? - спросил Гарри. - Он тренирует драконов! Он... он мужественный, не так ли? Так как же он может быть геем? - Сексуальная ориентация не имеет никакого отношения к тому, какой у тебя тип личности, - сказала Гермиона. - Ты считаешь меня мерзким и отвратительным, Рон? - мягко спросил Гарри. - Но ты же не гей! - Может быть, и да, но я ещё не уверен. - А как же Чо? А как же Джинни? - Рон, похоже, как всегда был не прочь приписать прямоту Гарри на две самые короткие связи, которые у него когда-либо были. - И у них ничего не вышло, не так ли? Может, на то была причина? - У нас все хорошо, Гарри. Если только ты избавишь меня от подробностей. Гарри встал и направился в свою новую комнату. - Не волнуйся, Рон. Я не стану делиться с тобой отвратительными подробностями! *** Гарри мог точно назвать день, когда он впервые задумался о том, что может быть геем. Это был вторник, и он отправился в гости к Уизли, оставив Снейпа в его новом доме. Вернувшись через несколько часов, он аппарировал прямо в холл наверху. Дверь Снейпа была приоткрыта, и Гарри увидел через щель, что там происходит. Снейп был обнажен и лежал на кровати, согнув колени. Его глаза были закрыты, и он сжимал в руке свой член. Гарри был очарован и наблюдал за происходящим дольше, чем следовало. Ему следовало бы оставить мужчину в покое, как только он понял, что видит. Но Гарри не хотел этого делать. Снейп выглядел таким блаженным, какого Гарри никогда не видел такого выражения на его лице. Профессор, которого Гарри знал раньше, всегда выглядел угрюмым, печальным или расстроенным. Ничего подобного. Гарри подкрался ближе к двери, и его член запульсировал в брюках. Гарри был очарован тем, как Снейп дрочит. Это казалось таким... таким бесстыдным. В Хогвартсе короткие попытки Гарри заняться самоудовлетворением всегда происходили быстро и скрытно, в занавешенной кровати, с учетом присутствия в комнате других мальчиков. Гарри обратил внимание на то, как Снейп обращался с его членом: несколько движений вверх-вниз, а затем легкое нажатие на головку, собирая влагу и используя прекот в качестве смазки. К этому моменту член Гарри уже истекал в трусы, а сердце билось так быстро, что удивлялся, как Снейп что не слышит его. Ему хотелось достать свой член, потребность в прикосновениях свербела в животе, но он боялся пошевелиться, вдруг Снейп увидит или почувствует это. Поэтому он стоял и смотрел, а когда Снейп выгнулся дугой на кровати и со стоном кончил в свою руку, Гарри растерялся. Его член пульсировал, пропитывая бельё, а он все кончал и кончал, его ноги и все тело дрожали, хотя к его члену никто не прикасался. Гарри побежал обратно в свою комнату, как только смог двигаться. И ещё дважды подрочил с образом Снейпа в голове. *** И вот теперь они стояли перед дверью класса Снейпа, где им предстояло получить первую практическую демонстрацию. Гарри не знал, что делать: бояться или радоваться. По крайней мере, классы были разделены на мальчиков и девочек; он не знал, как бы он смотрел в глаза Гермионы, если бы она оказалась на том же уроке. Последние несколько недель отношения с Роном были, мягко говоря, напряжёнными, и Рону всё ещё было не по себе, когда он брал уроки сексуальной магии для мужчин или вообще что-то связанное с мужской сексуальностью. Гарри был заинтригован, ведь до этого года он вообще мало что знал о сексуальных вопросах. И большую часть того, что он узнал, он почерпнул из случайных разговоров в душевых после квиддича. Некоторые из них, как он был уверен, вообще не существовали, и старшекурсники подтрунивали над ним. Дурсли были худшими ханжами, всегда переключали телевизор, если в нем появлялся хотя бы намёк на поцелуй, и уж точно никогда не рассказывали Гарри о том, как меняется его тело. Он решил, что обмочил постель, когда ему приснился первый сексуальный сон, и, что ещё хуже, Дурсли заставили его поверить, что он действительно обмочил постель в течение многих лет. - Полагаю, нам лучше покончить с этим, - сказал Рон. - Как ты думаешь, что он будет демонстрировать? - Не уверен, - ответил Гарри, его лицо покраснело, когда он вспомнил, как Снейп закончил дрочить. Его член уже был твёрдым и упирался в шов брюк. По крайней мере, свободная мантия немного скрывала его, но ходить было трудно. Они с Роном сидели за одной партой, а Невилл и Эрни Макмиллан - за той, что стояла перед ними. На доске в передней части комнаты была нарисована научная диаграмма анатомии мужского члена, как в возбуждённом, так и в вялом состоянии. Все юноши в классе смотрели на неё, когда по проходу между партами прошёл Снейп, а за ним ещё один человек. Новый ученик был высоким, с длинными темно-каштановыми волосами, завязанными сзади в хвост. Его карие глаза окинули всех учеников и расширились, когда он заметил шрам Гарри. Гарри быстро поправил свою чёлку и опустил глаза на парту. Снейп остановился у доски и представил новичка. - Это Саймон. Он будет помогать мне сегодня с практическими демонстрациями, так как просить студентов-добровольцев не считается уместным, несмотря на то, что вы все уже совершеннолетние. А некоторые из вас, конечно, ничуть не заинтересованы в этом предмете, несмотря на то, что он был на ваших экзаменах. Сексуальная магия имеет множество форм, и вы должны изучать всё, а не только те сексуальные темы, которые интересуют вас больше всего. Снейп кивнул Саймону, который сбросил свободную мантию, которая была на нём, на пол, и они обнаружили, что мужчина под ней голый. Гарри не знал, куда смотреть. Точнее, он знал, куда хотел бы посмотреть, но не хотел, чтобы кто-нибудь из его друзей застал его за этим занятием. Сначала раздалось несколько нервных хихиканий, и люди зашевелились на своих местах. Снейп закатил глаза. - Серьёзно? Вы что, кучка первокурсников Хаффлпаффа? Обнажённое человеческое тело прекрасно и необычно, и если вы не прекратите смеяться, то я запрещу вам всем посещать этот класс. И как же вы тогда будете сдавать свои NEWT, а? - Тишина сразу же стала оглушительной, ведь Снейп редко прибегал к пустым угрозам. - Так-то лучше. Сегодня мы покажем, как тщательно подготовить человека к анальному сексу. В отличие от женщин, у мужчин нет естественной смазки в организме, поэтому необходимо использовать лубрикант. В следующий раз вы научитесь делать эту смазку. А сегодня мы просто посмотрим, как правильно её использовать. Она обладает различными свойствами, в ней есть обезболивающие и расслабляющие мышцы элементы, рецепт которых я разработал сам. Гарри был потрясен, увидев, как Невилл поднял руку. - Да, Лонгботтом? - Снейп приподнял бровь в направлении Невилла. - Сэр, вы сказали обезболивающее, это значит, что это больно? - Отличный вопрос, Лонгботтом. При правильной подготовке боль должна быть минимальной, хотя первый раз может быть довольно болезненным даже при заботливом партнёре. Поэтому в лубрикант добавляют обезболивающее. Иногда тело более расслаблено после оргазма, и тогда будет легче проникнуть внутрь. Голова Гарри лежала на столе, но он не мог удержаться, чтобы не бросить несколько тайных взглядов на обнажённого мужчину в передней части комнаты. Он продолжал сравнивать тело Саймона со Снейпом, единственным обнажённым мужчиной, которого он видел достаточно близко. - Теперь будьте внимательны, - продолжил Снейп. - Вам нужно тщательно смазать пальцы, чтобы свести к минимуму любую боль для принимающего партнера. Каждый раз, когда ведьма или волшебник вступает в сексуальную связь с другой ведьмой или волшебником, они обмениваются друг с другом силой. - Снейп обмакнул пальцы в гель, пока Саймон лежал, перекинувшись через его стол. - Однако самый важный момент - это первый раз для волшебника. В теле каждого волшебника есть магическое ядро, в котором хранится его сила. Те из вас, кто уже не девственник, могли заметить, что ваши заклинания стали мощнее или их легче контролировать. Только после того, как вы лишитесь девственности, вы сможете использовать всю свою силу. Также важно с умом подойти к выбору первого сексуального партнёра, поскольку каждый из вас будет навсегда связан с ним магией. Вы никогда не сможете использовать свою магию против своего первого партнёра и наоборот. Есть вопросы? *** - Гарри, ты хандришь уже несколько недель. Что случилось? - спросила Гермиона. Они с Гермионой были единственными студентами, оставшимися в общей комнате; все остальные уже легли спать. Гарри подумал, не специально ли Гермиона это устроила? - Я не знаю, - ответил Гарри. - Мне просто неуютно на уроках Снейпа по высшей магии. - Ах, - сказала Гермиона. - И ты еще не понял почему? - Нет, просто неловко наблюдать, как Снейп вытворяет такие вещи с Саймоном. - И ты находишь занятия профессора Флитвика или мадам Хуч неудобными? Наблюдать за тем, как они что-то делают на наших уроках? - Гермиона приподняла брови, как бы намекая, что он уже должен был догадаться об ответе. И тут на него снизошло озарение. Ему было неуютно наблюдать, как Снейп проделывает всё это с Саймоном, потому что он хотел, чтобы Снейп проделывал всё это с ним! Он завидовал, что Саймону досталось всё это внимание от Снейпа, в то время как Гарри хотел этого внимания для себя. - Я идиот! Как я раньше этого не заметил? Ты заметила, правда? - Ты бродил вокруг, как влюблённый щенок, Гарри. И каждый раз, когда ты говоришь о профессоре Снейпе, ты краснеешь или у тебя появляется отсутствующий взгляд. Но вопрос в том, что ты собираешься с этим делать? - Делать с этим? Ничего! Он наш профессор. Это было бы запрещено, не так ли? - Конечно, не с младшим учеником. Но тебе уже больше восемнадцати, и ты сам должен спросить, кого ты хочешь сделать своим Первым. Я читала об этом. Есть формальный способ сделать это, если партнер, которого ты хочешь попросить, старше тебя. Это более распространено, чем ты думаешь. Многие молодые волшебники просят старших стать их Первыми, и старший волшебник иногда становится своего рода наставником для младшего, а иногда и больше. Ты можешь спросить профессора Снейпа. Конечно, он не обязательно согласится, но ты всегда можешь попробовать. - Я? - Надежда вспыхнула в груди Гарри, затем камнем упала вниз. Снейп никогда бы не согласился, не так ли? У Гарри больше не было ощущения, что Снейп его активно ненавидит, но Гарри по-прежнему был его наименее любимым учеником? Но если бы он не спросил, то никогда бы не узнал. Он был гриффиндорцем и ходил туда, куда боялись ступать ангелы. - Ты, Гарри. - Гермиона порылась в своей школьной сумке и протянула Гарри очень тонкую книгу. - В третьей главе содержится официальный запрос. Удачи! *** Северус сел в ближайшее к камину кресло с книгой в руках и стаканом огневиски на маленьком кофейном столике рядом с ним. Отметки сделаны, планы уроков составлены, можно было расслабиться, и он любил эти редкие моменты времени, предназначенные только для него. Поэтому ему очень не повезло с человеком, который постучал в его дверь, как только он поднял книгу. Он положил книгу обратно на стол и, ворча про себя, отправился снимать кожу с ученика, который счёл хорошей идеей беспокоить профессора после одиннадцати. Северус резко распахнул дверь, но тирада затихла в его горле прежде, чем он успел её произнести. Это был не просто студент, конечно же, нет. Гарри Поттер стоял на пороге с застенчивой улыбкой на лице, и у Северуса не хватало духу отругать его. Поттер спас его не один раз. Поттер покраснел, и только тогда Северус вспомнил, что на нём только пижама, а грудь обнажена для всеобщего обозрения. Но в отличие от большинства людей, Поттер никогда не пялился на шрамы на его шее. Возможно, он привык к ним за время посещения больницы Святого Мунго. - Входи, Поттер. - Северус приоткрыл дверь, чтобы мальчик мог войти в комнату, отметив, как Поттер располнел за последнее время. Он уже явно не был мальчиком. Северус не смел надеяться на это после того ужасного дня в доме Поттера. Северус всё подготовил, но Поттер повернулся и убежал от Северуса. Может быть, Северус неправильно понял знаки? Возможно, Поттер даже не был геем. Но если это так, что он делал в покоях Северуса посреди ночи? Поттер последовал за ним в гостиную и огляделся, оценивая обстановку вокруг. Кроме книжных шкафов, у Северуса было не так много мебели, только два кресла и журнальный столик. Перед камином лежал потёртый ковер, и Северус теперь жалел, что не уделил больше внимания обстановке. Что подумает Поттер об этой скудной комнате? - Здесь очень уютно, - сказал Поттер с ещё одной из своих обаятельных улыбок. - Спасибо. - Северус подошёл к камину и встал к нему спиной. - Что ты здесь делаешь, Поттер? Поттер глубоко вздохнул, как будто нервничал. - Профессор Снейп, могу я официально попросить вас оказать мне честь быть моим Первым? Что бы Северус ни ожидал услышать от Поттера, это было не это. - Вашим первым? - Северус усомнился. - Я подумал, возможно, вы и мисс Уизли… - Джинни? - Поттер рассмеялся. - Боже, нет! Она мне как сестра. - Но ты встречался с ней какое-то время, не так ли? - Недолго, - согласился Поттер. - Но мы оба решили, что не подходим друг другу. Я думаю, мы сошлись, потому что этого от нас ждали. Все остальные считали, что мы созданы друг для друга. Мы ладили, целовались, но не более того. Джинни сказала, что между нами нет никакой химии и ничего не получится. Может быть, она узнала о том, что я гей, раньше меня. - И когда же ты прозрел, Поттер? - В тот день, когда я застал тебя дрочащим, когда вернулся от Уизли. - Так почему же ты не остался? Почему ты сбежал? - Потому что я думал, что ты меня проклянешь, если поймаешь, что я так на тебя смотрю! Поэтому я вернулся в свою комнату, чтобы уединиться. - Ах, как жаль. После того, как я приложил столько усилий, чтобы устроить все это для тебя. Я хотел оценить твой интерес. - Что? То есть ты хотел, чтобы я тебя застал? - Конечно. Иначе почему дверь была открыта? Если бы я хотел уединиться, я бы закрыл её. - Но как ты узнал, во сколько я вернусь? - спросил Поттер. - Я не знал. Я знал, что ты обычно находишься у Уизли около трёх-четырёх часов. Я просто не торопился и надеялся, что ты будешь дома ближе к финишу. - Снейп ухмыльнулся, и Гарри усмехнулся в ответ. - Ты дрочил больше часа? - Брови Поттера взлетели вверх. - Я не могу представить, что буду делать это так долго, не кончая! - Возраст и зрелость имеют свои преимущества. Ты действительно этого хочешь, Гарри? Чтобы я стал твоим Первым? - Только если ты тоже этого хочешь. Северус улыбнулся, как всегда гриффиндорец. - Тогда я сочту за честь согласиться. Спальня находится здесь. *** Гарри был уверен, что через минуту ему придётся ущипнуть себя, чтобы убедиться, что он не спит. Он шёл в спальню Снейпа. В спальню, где скоро он перестанет быть девственником. Это было так сюрреалистично. - Я думал, у вас будет больше возражений, - наконец сказал Гарри, следуя за Снейпом к двери в его спальню. - Я же студент и всё такое. - Конечно, это было бы так, если бы вы были младшим учеником. Но вы уже достаточно взрослый, чтобы понимать, что к чему. Если для вас всё происходит слишком быстро, мы не должны делать это сегодня. - Уверен, - твердо отозвался Гарри. - Я уже давно думаю об этом, думаю о вас. Я хочу, чтобы это были вы, сэр. - Очень хорошо. Но я думаю, что тебе пора называть меня Северусом, по крайней мере, в этой обстановке. - Спасибо, Северус. А вы должны называть меня Гарри. Гарри ожидал, что спальня Северуса будет залита слизеринской зеленью, но он ошибся. На стене за кроватью красовались серые шелковые обои с более светлыми серебристыми полосами. Сама кровать была пепельно-серым балдахином, но без портьер. Черно-серебристое покрывало в полоску заманчиво спадало с одной стороны, оттеняя белоснежные простыни и наволочки. Книжных шкафов в спальне не было, зато имелись комод с пятью ящиками и тщательно вырезанный платяной шкаф из того же дерева, что и каркас кровати. С потолка свисала люстра с белыми свечами, а на прикроватных тумбочках стояли два больших стеклянных фонаря, каждый из которых был украшен серебряными абстрактными узорами. У подножия кровати стоял большой серый кожаный диван с пуговицами, перед которым лежал тёмно-серый ковер, убирающий холод с каменного пола. Северус прошёл к дивану и махнул рукой, чтобы зажечь свечи и фонари. Он сел и поманил Гарри вперёд заострённым пальцем. - Разденься для меня, Гарри. Я хочу посмотреть на тебя. Гарри снял кроссовки, радуясь мохнатому ковру на босых ногах. Он выгнул пальцы, наслаждаясь его текстурой на голой коже. Яркое видение того, как они вдвоем лежат на том же ковре, заставило его застонать. Северус улыбнулся ему. - Ах, ты чувственный человек, Гарри. Мне это нравится. Гарри нервно сглотнул и начал расстёгивать застежку мантии, чтобы она рассыпалась вокруг его ног. Северус наклонился вперёд, его глаза блестели в отражённом свете свечей. Гарри никогда раньше не раздевался перед кем-то, по крайней мере, не в таком контексте. Раздевание в раздевалке после квиддича не вызывало таких ощущений. Во рту у него пересохло, сердце неровно билось о ребра, а член натягивал ширинку брюк. Он был таким твёрдым, что это было почти непристойно. Он почувствовал сексуальное возбуждение, которого никогда не испытывал, когда был один. Все предыдущие попытки самоудовлетворения сводились к торопливым, скрытным поглаживаниям под одеялом в постели или в туалете между уроками, когда эрекция просто не проходила. Его пальцы шарили по пуговицам рубашки, руки сильно дрожали. Северус отбил его руки и притянул Гарри к себе за талию. Северус сидел, а Гарри стоял, поэтому рот Северуса оказался прямо напротив члена Гарри. Член Гарри запульсировал от фантазии о том, что рот и язык Северуса находятся рядом. Северус продолжал раздевать его, целуя голую кожу Гарри, расстёгивая каждую пуговицу рубашки. Гарри ухватился за плечи Северуса, чтобы удержать равновесие; его ноги вдруг стали ватными. Еще немного, и он испугался, что испачкает свои брюки. - Пожалуйста! - взмолился Гарри. Северус поднял на него глаза. - Пожалуйста, что? Гарри не был уверен, что ему ещё нужно сказать. - Пожалуйста, сэр! Пожалуйста, прикоснитесь ко мне! Северус, казалось, вздрогнул при слове "сэр", и Гарри запомнил это. - Я прикасаюсь к тебе, Гарри. - К моему… моему члену, - почти прошептал Гарри. - Пожалуйста, сэр, пожалуйста! - О, думаю, это можно устроить. - Северус стянул рубашку Гарри через голову, так как несколько пуговиц всё ещё были застёгнуты. Он расстегнул пояс Гарри, и от свиста кожи у Гарри едва не закружилась голова. Пуговицы и молния были расстёгнуты, а затем Северус одним махом стянул брюки и нижнее бельё. Он указал Гарри, чтобы тот поочередно поднимал каждую ногу. Гарри так и сделал и выпутался из одежды, его кожу покалывало от внезапной прохлады комнаты. Северус обхватил его за ягодицы и снова потянул вперёд, его рот навис над твёрдым членом Гарри. - Хочешь, чтобы я попробовал тебя на вкус, Гарри? Гарри с готовностью кивнул. Никогда в жизни он ничего так сильно не хотел. Язык Северуса пробежался по нижней стороне члена Гарри, затем по верхней, а потом по кончику. Пальцы Гарри ещё сильнее впились в ковёр, и он застонал, бормоча какую-то бессмыслицу. Где-то там были слова. Такие слова, как "больше", "пожалуйста", "нужно" и "трахни". Северус сжалился над ним и взял в рот весь член Гарри. Гарри не с чем было сравнивать. Это не было похоже на дрочку, не было похоже на то, когда его член был зажат в кулаке. Это даже не было похоже на прижимание его члена к матрасу. Рот Северуса был тёплым и мягким, а его язык порхал по члену Гарри, словно бабочка, ищущая нектар с самого сладкого цветка. Гарри хныкал и стонал от всех этих новых ощущений. Рот и язык Северуса были заняты, но и его руки ласкали ягодицы и верхнюю часть бёдер Гарри. Длинный палец ласкал его щель. Гарри инстинктивно раздвинул бёдра, чтобы палец вошёл глубже, может быть, внутрь. - Да! - закричал Гарри, его бёдра невольно задрожали. Он не мог устоять на месте. Палец Северуса легонько провёл по его входу, но не сделал ни единого движения, чтобы проникнуть внутрь. Гарри было больно. Он хотел, чтобы его заполнили. Он нуждался в том, чтобы его заполнили. - Пожалуйста, сэр. Войдите в меня, - умолял Гарри. Северус кивнул ему, и через несколько мгновений Гарри почувствовал покалывание от заклинания. Он был мокрым и открытым, и палец Северуса легко скользнул внутрь. Вскоре Северус задал ритм, и Гарри задвигал бёдрами в том же темпе. Когда толчки пальца Северуса усилились, Гарри тоже задвигал бёдрами. Гарри смотрел на свой член, входящий и выходящий изо рта Северуса. О, Боже! Он трахал рот Северуса! Сам Северус впивался в его член, словно это был вкусный десерт. Слюна и выделения стекали по подбородку Северуса, и бёдра Северуса тоже выгибались. Гарри почувствовал, как напрягся низ живота и заныли яйца, и понял, что разрядка уже не за горами. А потом Северус что-то сделал: Гарри почувствовал, как его член проникает в горло Северуса, и перед глазами Гарри замелькали звёзды. - О-о-о! Чё-ё-ё-рт! - завыл Гарри, когда кончил - пять коротких, резких импульсов, которые Северус глотал и глотал. Но спермы было так много, что немного вытекло изо рта, по подбородку и на грудь. Гарри никогда в жизни не видел и не чувствовал ничего такого горячего. Даже когда член Гарри обмяк, Северус лизал и лизал его, как котенок миску со сливками, пока член Гарри не стал настолько чувствительным, что ему пришлось отстраниться. Гарри забрался к Северусу на колени и крепко поцеловал его. Но Северус отстранился слишком быстро. - Всё отлично? - Да, - сказал Гарри, краснея. - Это довольно горячо. Пробовать себя на тебе. - Хорошо, - ответил Северус, повернулся и толкнул Гарри на диван, а Северуса на него. Последовали поцелуи, языки и зубы, и вскоре Гарри снова стал твёрдым и выгибался, прижимаясь к твёрдому телу Северуса. Гарри понял, что Северус, должно быть, все это время был возбуждённым, но так и не кончил. Северус схватил Гарри за руки и прижал их над головой к подлокотнику дивана, а его бёдра задвигались в рваном ритме. Северус оторвался от их поцелуя и издал долгий, протяжный стон. - Гарри! - закричал он, кончая, и Гарри почувствовал тепло его выделений даже сквозь пижамные штаны. Все тело Северуса содрогалось от бурного оргазма, и Гарри не мог не улыбнуться. - Прости, - сказал Северус. - Я не так представлял себе сегодняшний вечер. Я думал, мы хотя бы растелим постель. - Такое даже возбуждает, - признал Гарри. - То, что ты так сильно переживал из-за меня. А ведь ночь ещё не закончилась, правда? У восьмикурсников нет комендантского часа, и, поскольку я не покидал замок, я могу оставаться здесь столько, сколько захочу. Если... если ты этого хочешь. - Гарри вдруг почувствовал, что, возможно, он слишком многого ожидает. - Я бы хотел этого, Гарри, - сказал Северус, снова целуя его. - Прими ванну, а потом мы посмотрим, как можно использовать кровать. - По-моему, неплохо, - улыбнулся Гарри. *** Гарри заснул, когда Северус вытирал его после ванны, покачиваясь на ногах. Северус одарил его снисходительной улыбкой (которую он не стал бы отрицать, если бы кто-нибудь её увидел) и отнес его на кровать. Уложив Гарри, он натянул простыни и покрывало до подбородка, а затем лёг рядом. Северус положил голову на руку и некоторое время смотрел на Гарри. Он понятия не имел, что заставило Гарри искать его, чтобы стать Первым, но Северус не собирался отвергать свою удачу. Гарри нравился ему уже давно. Он всегда защищал ребёнка Лили, но с какого-то момента эта забота переросла в нечто иное. Чувствовал ли Гарри то же самое, или для него это был всего лишь единичный случай? Если одна ночь и утро - это всё, что можно предложить, Северус согласится. Он будет разочарован, но согласится. - Нокс, - прошептал Северус, и все огни погасли. *** Северус проснулся от того, что Гарри легонько посасывал его член. Он застонал и посмотрел вниз, прямо в нефритово-зелёные глаза. Гарри заметив, что он проснулся, и стал сосать ещё сильнее. Было бы так легко отпустить его, но Северус хотел не этого, не сегодня. Он всё ещё помнил, как прошлой ночью его палец обхватил тугой проход, и его член пульсировал от одной мысли о том, чтобы оказаться погребённым в этом тугом жаре. Северус потрепал Гарри по волосам. - Как бы мне ни нравилось то, что ты делаешь, сегодня утром у меня на уме кое-что другое. И если я кончу сейчас, мы можем не успеть. Гарри отпустил член Северуса с тихим хлюпанием, его губы блестели от слюны и выделений. Он выглядел развратным, и Северус снова застонал. Гарри был таким невинным в этих вопросах, но он не уклонялся от того, что они делали; он был послушным учеником. - Прости, я заснул на тебе. - Всё в порядке. Тебе нужен был отдых. А поскольку сегодня суббота, ни у кого из нас нет занятий. У нас полно времени. - Ты собираешься трахнуть меня сейчас? - нетерпеливо спросил Гарри. - Нет, Гарри. Я собираюсь заняться с тобой любовью. - Ещё лучше. - Гарри ухмыльнулся и забрался на Северуса, целуя его. Они целовались и тёрлись друг о друга некоторое время, пока Гарри не стал почти корчиться от желания. Именно так, как хотел Северус. Он поменял их положение, повалив Гарри на кровать и устроившись на его бёдрах. Северус потянулся к ящику прикроватной тумбочки и достал оттуда приземистую хрустальную баночку. Он мог бы использовать то же заклинание, что и прошлой ночью, но в этот первый раз он хотел не торопиться, растягивая Гарри для своего члена. Северус слез с Гарри и опустился на кровать. - Колени врозь, Гарри. Ноги ровно на кровати. Хороший мальчик, - похвалил он, когда Гарри сразу же повиновался. Гарри покраснел при слове "хороший мальчик", и Северус отложил это на потом. Тело Гарри, конечно, уже не было мальчишеским. Он располнел, широкая грудь и плечи сузились к талии и бёдрам. Его кожа не была идеальной: шрамы и небольшие дефекты, как, например, три маленькие родинки, образовавшие треугольник на правом бедре. Северус наклонился и поцеловал его в это место, заметив, как Гарри вздрогнул всем телом. Руки Гарри изо всех сил вцепились в простыни, его член был твёрдым и истекал смазкой на живот. Северус обмакнул два первых пальца в баночку со смазкой. - Сначала я растяну тебя пальцами, Гарри. Дай мне знать, если будет больно. Гарри кивнул и посмотрел на свои ноги, где Северус устроился между ними. Как и прошлой ночью, Северус начал с одного пальца, покрутил его, растягивая проход. Гарри застонал, и вскоре он уже выгибался навстречу, стараясь насадиться на большее количество пальцев. Северус быстро добавил второй и третий палец, и Гарри жадно обхватил все три. Когда Северус нащупал его простату, Гарри чуть не слетел с кровати. - Чёрт! - Гарри выгнулся дугой. - Что это было? - Чудеса простаты, - ответил Северус, ухмыляясь. - Сделай так ещё раз, - умолял Гарри. - Пожалуйста, сэр. - Ты очень требователен. - Северус не прекращал движения пальцев, и оба они задыхались. - Тебе это нравится, - заметил Гарри. - Тебе нравится слышать, как я умоляю. - Да, так и есть. Так скажи мне, чего ты хочешь, Гарри. Умоляй. - Вы... ваш член, сэр. Я хочу ваш член. Я хочу, чтобы вы наполнили меня. Пожалуйста! - Хороший ответ. - Северус наклонился и крепко поцеловал его в губы. По правде говоря, Северус был почти готов. Его яйца казались полными и тяжёлыми, а член пульсировал, как второе сердце. Он хотел, чтобы его член был в заднице Гарри так же сильно, как и юноша. Северус обильно смазал свой член маслом, но осторожно, иначе он бы кончил на всю ладонь ещё до того, как они начали. Гарри возбуждал его так, как никто другой. Северус опустился на колени между ног Гарри и выпрямился. Он не торопился, проникая в Гарри дюйм за дюймом, мысленно произнося формулы зелий, чтобы не кончить слишком рано. Его член заполнял жаждущую дырочку Гарри, и они оба застонали, когда Северус полностью вошёл в него, а его яйца упёрлись в расщелину задницы Гарри. Руки Гарри обхватили его спину, а ноги - талию Северуса. - Ощущения такие полные, - пробормотал Гарри, поднимаясь, а затем опускаясь, заставляя Северуса двигаться в такт с Гарри. Это было не то, чего он ожидал, но тот факт, что Гарри не просто лежал рядом, вызвал всплеск возбуждения по позвоночнику Северуса и опустился к его члену и яйцам. Гарри не был безучастным участником их сцепления, а встречал Северуса толчком за толчком. Внутренние стенки Гарри обхватили Северуса, как бархатный кулак, и Северус знал, что это не займёт много времени ни для одного из них. Северус наклонился и прижался грудью к груди Гарри, чтобы ему было обо что тереться членом. - Ты такой горячий рядом со мной, - шепотом признался Северус. - Такими темпами я долго не протяну. - Да! - шипел Гарри. - Войди в меня, Северус. Я хочу почувствовать это. Почувствовать, как ты наполняешь меня. Северус поверил ему на слово. Он обхватил бёдра Гарри и задвигался в рваном ритме, а крещендо в его теле нарастало и нарастало. - Северус! - закричал Гарри, его внутренние стенки сжались, когда он достиг кульминации, и этого оказалось достаточно, чтобы Северус переступил через край и погрузился в забытье. Северус застонал и продолжил двигаться, его член извёргся внутрь любовника, и он кончил сильнее, чем когда-либо в своей жизни. Они прижались друг к другу ртами, наслаждаясь послевкусием, неряшливым и грязным, но таким приятным. Гарри отстранился, пытаясь скрыть дрожь. - Я сделал тебе больно? - с беспокойством спросил Северус. - Просто немного болит. Кажется, у меня открылись мышцы, о которых я даже не подозревал. Эй, мы светимся! Северус вынул свой вялый член и лёг рядом с Гарри. - Это наши магии выравниваются; ты ведь помнишь свои уроки Высшей магии? - Да, - ответил Гарри, нахмурившись. - А Саймон - это твой любовник? Северус захихикал, забавляясь очевидной ревностью. - Нет, неужели ты думаешь, что директриса позволила бы такое? Саймон — профессионал. - Профессионал чего? - бесхитростно спросил Гарри. - Человек, который занимается сексом за деньги. Проститутка. - Ему... ему, кажется, понравилось. То, что вы делали с ним в классе, я имею в виду. - Смею предположить, что да. Я очень хорош в своем деле. - Он с удовольствием заметил, что румянец Гарри снова разгорелся с новой силой. - Да. Да. - Могу я спросить тебя кое о чём, Гарри? Гарри кивнул. - Конечно, о чём же? - Ты видишь наше совместное будущее? Или тебе просто было интересно потерять девственность с кем-то, кто не проболтается в «Ежедневном пророке»? - Я бы никогда не попросил тебя стать моим Первым, если бы не испытывал к тебе чувств. Секс и любовь для меня не две разные вещи. - Любовь? - Что бы Северус ни ожидал услышать от Гарри, это было не то. - Я понятия не имел, что ты испытываешь ко мне такие чувства. - Это произошло незаметно. Так что, отвечая на твой вопрос, нет, я не хочу, чтобы это был единичный случай. - Отношения? Это то, чего ты хочешь от меня? Гарри кивнул. - Хотя я полагаю, что обычно люди ходят на свидания и всё такое, прежде чем заняться сексом. - Когда это мы были нормальными? - проворчал Северус. - Верно. - Гарри рассмеялся и повернулся, чтобы поцеловать его. - Но мы ведь можем ходить на свидания? - Думаю, мы справимся. У тебя было какое-то конкретное место на примете? - Не совсем. Ты выбираешь его, а я могу выбрать следующее. Сердце Северуса забилось. Будет и следующий раз. И в следующий раз, если судьба будет к нему благосклонна. Конец.