inception

закат легким рыжеватым цветом освещает небольшую светлую комнату, в центре которой, на двуспальной кровати, сидят двое подростков.  сегодня был тяжелый день. но, честно, он останется в памяти надолго. а может и навсегда. теперь он слишком важен для них. натаниэль смотрит на марка, не отрывая взгляд. ему кажется, что он никогда не улыбался так ярко. может, то, что он чувствует прямо сейчас, и есть «бабочки в животе»? возможно, так и есть. а марк… марк чувствует все то же самое. он так, так сильно любит.  — офигеть. — они говорят одновременно,  а потом заливаются смехом.  куртцберг хватает парня за руку, и они валятся на кровать. лежат, смотрят друг на друга, ожидая, кто же первый заговорит снова. — не могу поверить… мне всегда говорили, что совпадений не бывает, — нат кивает, поглядывая на друга, — а мы буквально повторили ту историю, которую придумали сами. невозможно! ты думал, что такое вообще может произойти? — честно, нет. но я, блин, так рад, что это все время был ты, — натаниэль полностью разворачивается, и марк делает тоже самое. между ними буквально пара сантиметров расстояния, что заставляет их немного отводить взгляд друг от друга, — это везение, никак иначе. — я тоже рад. — марк шепчет. улыбается и ловит ответную ухмылку. а если у них все взаимно? хотя, наверно, после всего произошедшего, это максимально глупый вопрос. очевидно, что они чувствовали друг к другу одно и тоже. ощущение, что их друзья поняли даже раньше, чем они сами. но, конечно, смелости признаться нет ни у кого.  они молча лежат, пока марк громко не вдыхает воздух и резко садится. думает, что именно ему стоит начать разговор. хотя бы намекнуть. — эм, нат. ты же помнишь, чем именно мы закончили главу? поцелуй. конечно он помнит. он ведь сам это и придумал. сам нарисовал. следовал своему сердцу.  так почему бы сейчас ему не сделать тоже самое? — это намек? — куртцберг присаживается рядом, отчего марк слегка дергается. ну, или же это из-за его прямолинейности. ансьель кивает. правда делает это настолько слабо, что сначала и не понятно, действительно ли это он имел ввиду.  — я не… не нужно этого делать, если ты не хочешь! боже мой, я… это слишком резко… прости! я- конечно, никто не дает ему договорить. натаниэль мягко кладет руку ему на щеку, и, чуть склоняя голову, как бы просит разрешения. марк снова просто кивает, не в силах что-то говорить. нат неумело, но настолько мягко и нежно, насколько он может, пытается поцеловать марка. выходит, конечно, не как в кино, но вполне неплохо для первого раза. наконец поняв, что происходит, марк, набравшись смелости, берет инициативу на себя. он держит куртцберга за талию, аккуратно пододвигая ближе к себе. это совсем не пугает натаниэля, наоборот, помогает быть увереннее. в какой-то момент они все-таки отстраняются. оба смущенные настолько, что пару секунд даже не смотрят друг на друга.  — извини, я совсем не умею целоваться, — первое, что додумывается протараторить нат, — надеюсь, я не был слишком плох. ансьель поднимает взгляд, и, только улыбнувшись, налетает на парня с объятиями. — это самый крутой поцелуй в моей жизни, — услышав тихий вопрос «почему», марк смелеет, — потому что он от тебя. я всегда хотел, чтобы это был ты. потому что… потому что ты мне очень, очень нравишься, нат.  — я так долго не понимал, что именно я чувствую к тебе. я думал, что просто быстро привязался, — он отстраняется, чтобы было удобнее говорить, — и, наверно, совсем недавно понял, что дело то не в этом. просто… ты же знаешь, мне до этого не нравились парни. но я рад, что я впервые не ошибся с выбором, — он берет его за руку, и марк легонько сжимает ее, — ты мне тоже нравишься, марк. ансьель обнимает его снова. хочет делать это постоянно. куртцберг, честно, тоже совсем не против.  — нат. ты будешь моим… моим парнем?  — я думал, что я уже, — он чувствует слабый удар по спине, слыша «не порть обстановку», — извини, извини. конечно я буду, как я вообще могу отказать? марк целует его в висок, за что получает ответный поцелуй в макушку. они просто улыбаются. так, будто лица сейчас треснут, а сердца выпрыгнут из груди.  но, если честно, они совсем не против чувствовать это постоянно.