Ниндзяго: системный перезапуск

Немолодой мужчина с редкой проседью в чёрных коротко стриженных волосах всматривался в теряющееся в линии горизонта зелёное море весенней степи. С высоты десятиметровой каменной стены, окружающей небольшой приграничный городок Ваари, открывался прекрасный обзор. Хидэль напряжённо мерил шагами крепостную стену, всё время поднимая взгляд на северо-запад. Непонятная тревога преследовала его уже который день и выявить её причину мужчина так и не сумел. Последний раз столь тяжёлое чувство сдавливало грудную клетку в далёком 1991-м, когда он ещё носил имя Юрий Фёдорович Костецкий. Всю свою жизнь Юрий Фёдорович посвятил детям, долгих сорок лет работая учителем русского языка и литературы. Окончил педагогический институт в двадцать четыре года и по направлению попал в небольшой посёлок в Сибири, где и остался жить и работать. Женился, завёл семью – всё как у людей. Смерть настигла неожиданно. На протяжении всей жизни осколочное ранение, полученное в далёком сорок третьем, давало о себе знать. К шестидесяти организм стал сдавать стремительно, но Юрий Фёдорович всё успокаивал жену: «Я ещё не всё доделал, класс свой ещё не выпустил. А это юбилейный, пятый выпуск, между прочим! Не помру я, пока ребят своих не доведу до экзаменов». Но слова не сдержал. Сердце прихватило возле булочной, до которой заслуженный учитель решил прогуляться утром в выходной. Продавщица испуганно подскочила к утратившему равновесие мужчине, прислонила его к деревянной скамейке и побежала набирать номер скорой на стационарном телефоне. Да только было поздно. Так Юрий Фёдорович и оказался в бесконечном белом пространстве. Когда перед лицом вспыхнули голубым свечением буквы, он попытался было перекреститься, да только рук не было. Если бы было сердце, то его прихватило бы второй раз. Перед глазами замелькали предложения. И хоть и были они написаны на родном языке, Юрий Фёдорович никак не мог понять, что эти фразы значат. «Игрок», «Форум», «Сфера деятельности» - бесконечный поток информации никак не укладывался в голове простого советского учителя. Времени на раздумья ему не дали. Перед лицом вспыхнула последняя табличка:

[Запущен процесс перерождения]

Вселенная: «Тьма»

1% - Пожалуйста, ожидайте…

Так Костецкий и стал 20-летним парнем со странным именем Хидэль. Осознание того, что это не сон, пришло не сразу. Страх и полное непонимание захлестнули с головой, а голубое окошко под носом лишь выдавало сухие факты на отчаянные просьбы вернуть его домой, к его Лидочке, которая наверняка с ума сходит от беспокойства. На адаптацию и принятие ушло долгих три года, но Юрий Фёдорович убедил сам себя – раз Господь не дал ему умереть, значит есть ещё что-то, что он обязан в этой жизни выполнить. Так вновь молодой и полный сил парень начал делать то, что умел лучше всего – учить. Преодолев все бюрократические проволочки нового мира, существующего во времена средневековья, и сопротивление знатных родов, выходец из простой семьи поступил в местный аналог университета, отучился и создал свою школу, где обучал деток из всех сословий. За долгие тридцать пять лет на новом месте Хидэль заслужил уважение всего городка, но семьёй, как полагается, так и не обзавёлся – в сердце его была лишь одна женщина, и свою Лиду он не променял бы ни на кого. Королевство Альдония, где и появился Юрий Фёдорович, славилось своим богатством и торговыми отношениями с соседями. Потому не раз случались вооружённые конфликты за делёжку торговых караванов, иногда даже набеги на приграничные поселения, в основном племенами знойной пустыни. Но ни разу на душе не было такой тревоги и предчувствия чего-то нехорошего. Вторые сутки он поднимался на крепостную стену, пользуясь разрешением рыцарей, и часами смотрел в сторону, где в сотне километрах от их города раскинулась бескрайняя пустыня Тарканд. Мужчина вздохнул. Совсем стар стал, в каждом углу поджидал опасность. Не хорошо это, человеку с паранойей детишек учить. Он хотел было развернуться и уйти, решив прекратить свои бессмысленные созерцания степью, как внезапно прямо перед ним вспыхнула воронка портала. Хидэль отпрянул от прорезавшей пространство энергии, уставившись на бледно-голубую рябь. Мать честная, это ж зачем к ним столичный маг пожаловал? Чародеи послабее открыть пространственный проход не в состоянии без портальной арки! Из вихря грациозно вышла молодая совсем девушка с длинной рыжей косой. Старик в шоке захлопал глазами, подумывая, что на старости лет зрение его совсем подводит. Не может маг пятого ранга быть столь юным! Вторая волна шока накрыла, когда юная леди на чистом русском произнесла: — Матерь Божья, ну и авиалинии. Можно было и поаккуратнее.

***

Воронка портала исчезла почти сразу же. Эмили зажмурилась, массируя гудящие после пространственного прыжка виски. — Матерь Божья, ну и авиалинии. Можно было и поаккуратнее. – недовольно буркнула она. Перед глазами всплыло системное окошко:

[Добро пожаловать в Мир №692846

[Вселенная "Тьма"]

[Запущен квест: "На чужой земле"]

[Цель: спасите жителей города Ваари от вероломного нападения и полного истребления детьми Тарканд]

[Время до нападения: 51:34:12]

— Что? Что за "Тарканд"? Какие дети? Кого спасать? — Прошу прощения... Эмили вздрогнула и обернулась. На неё широко раскрытыми глазами таращился мужчина лет пятидесяти. Хватал ртом воздух, пытаясь выдавить из себя хоть какую-то осмысленную фразу. Шаманка не сразу поняла, что говорит он не на языке Ниндзяго. Мозг обработал информацию лишь спустя пару секунд, и девушка в шоке выдохнула: — Вы?.. — Вы тоже Игрок? - закончил за неё мысль мужчина. Они уставились друг на друга, совершенно растерявшись и не зная, что делать. Эмили прокручивала в голове мысль, что она же ни раз вела диалоги на форуме с другими Игроками, но почему-то теперь не могла придумать, с чего начать разговор. Тем более что мир этот был далеко не Ниндзяго, а человек перед ней совершенно незнакомым. Грохот железных рыцарских сапог зазвучал на внутренней лестнице, ведущей на площадку крепостной стены. Эмили испуганно дёрнулась и поспешно нырнула в тень. Что-то внутри подсказывало, что на глаза никому лучше не попадаться. Надо дождаться, пока Игрок останется один. — Господин Хидэль! – перед всё ещё растерянным стариком из каменной башни крепости выскочил молодой рыцарь. – Наши маги засекли странное возмущение магических потоков. Вам стоит покинуть крепость, пока они не выявят его причину. Старик заторможенно кивнул, удивлённо глядя на место, где секундой ранее стояла девушка. Чудеса. Бывает же. — Учитель? Что-то случилось? – молодой рыцарь забеспокоился, видя растерянность старика, у которого он когда-то учился. — Ничего, сынок. – поспешил успокоить его Хидэль. – Старею, всё в мыслях своих витаю. — Да ладно вам! – широко улыбнулся парень. – Какие ваши годы! Ещё вся жизнь впереди! Ну да ладно, вам лучше уйти, пока наши нетерпеливые чародеи не набежали. Ни то мне точно выговор сделают, что я нарушил правила и пустил вас на крепость. Старик улыбнулся. Хлопнул ученика по плечу и поспешил спуститься со стены. Быстро двинулся в центр города, на автомате здороваясь с приветствующими его жителями. Почему-то Хидэль был уверен – девушка следует за ним. Быстро добрался до дома, закрыл двери и оглянулся. Из тени шкафа тут же появилась рыжеволосая, с нескрываемым изумлением глядя на старика. — Здравствуйте… - неуверенно поздоровалась она. — Здравствуй. – кивнул ей Хидэль. Слово прозвучало немного коряво, с заминкой на букве «р». Как же давно он не разговаривал на родном языке, а ведь когда-то преподавал его! Стыд, да и только. — А меня Кира зовут. – Эми сама не поняла, почему представилась настоящим именем. Это вышло само собой, и девушка растерялась, не ожидав от себя такого. — Юрий Фёдорович. – старик улыбнулся. – Откуда ж ты взялась, Кирочка? Не думал я, что доведётся мне встретить такого же, как я. — Из другого мира. – Эмили тряхнула головой, недовольно фыркнув. Кто бы знал, что её так легко заставить растеряться. Надо включать мозги и сделать лицо попроще. – Признаться, я сама не думала, что так быстро наткнусь на Игрока. Видимо портал выбирает точкой для выхода координаты другого иномирца. — Чудеса. – старик не совсем понял, о чём говорит девушка, но суть примерно уловил. Все эти тридцать пять лет он практически не обращался к Системе, проживая самую обычную жизнь, и игнорировал сияющую табличку, которая исчезла, когда он попросил её убрать. Не хотел он ни выполнять навязанные задания, ни становиться рыцарем, хотя статус у него был именно такой. Поэтому и крайне плохо разбирался во всех вопросах, касающихся его перерождения. Да и не было до сего момента необходимости в этой теме разбираться. — Юрий Фёдорович, возможно это не очень вежливо, но я хочу сразу начать с вопросов, времени довольно мало. Кто такие «дети Тарканд»? Старик удивлённо хлопнул глазами: — Пустынные племена? — Я не знаю. Понимаете, когда я переместилась в ваш мир, мне выдали задание. Но я его прочла и не поняла, что мне надо сделать. – Эмили нахмурилась, глядя на висящую рядом табличку. Время на ней стремительно утекало. Она бы и рада поболтать с земляком, да только вот дела не терпят. — Детьми Тарканд называют племена, населяющие знойную пустыню. Живут они разрознено и ведут кочевой образ жизни, промышляя набегами на торговые караваны и приграничные зоны. Хорошо владеют мечами и стрельбой из лука. – профессионально, как и подобает человеку, вот уже семьдесят лет занимающегося педагогикой, отчеканил Хидэль. Эмили же уставилась на него, стараясь обработать информацию. Вздохнула, понимая, что кажется придётся ей сначала послушать лекцию об этом мире. Иначе совершенно ничего не понятно. Закинуло её в мир, представляющий собой единый материк, разделённый на королевства. Оказалась шаманка в богатом королевстве Альдония на северо-востоке континента в небольшом приграничном городке Ваари населением в две с половиной тысячи человек. В ста двадцати километрах от города раскинулась пустыня Тарканд. Населяли её кочевые племена беглых преступников, воров и прочих представителей подобного контингента, которые бежали от правосудия или долгов. В пустыню старались не соваться, даже магам, которых было меньше половины от всего населения, было крайне тяжело выжить в песчаных дюнах, что уж говорить о простых людях. Поэтому и установили песочники – как прозвали пустынные племена – там свою полную власть. Устраивали набеги на торговые караваны, грабили небольшие поселения, чтобы хоть как-то выживать в раскалённых песках. Но никогда не совершали масштабных набегов, опасаясь гнева знатных вельмож и Королей, крайне трепетно относящихся к своим владениям. — Но в моём квесте точно написано, что через пятьдесят часов будет совершено нападение на город. И слово «истребление» весьма прямо указывает на то, что настроены враги серьёзно. – Эмили нахмурилась. Слова Хидэля шли вразрез с указаниями Системы. — Песочники живут вооружёнными группами или племенами до пятисот человек. Даже если они и решатся напасть, им не справится с нашими рыцарями и боевыми магами. – старик задумался. – Они отчаянные и крайне беспринципные, но не дураки. Они не станут брать штурмом один из самых крупных приграничных городов. Синклер кивнула, задумчиво разглядывая табличку с заданием. Могла ли Система ошибиться? Нет, она, конечно, знатно треплет ей нервы, но в такого рода вопросах никогда не подводила. Эмили была уверена – нападение будет. Но как убедить в этом Хидэля? И что делать дальше? — Я понимаю, что это звучит нереалистично, но… — А знаешь, Кирочка. – перебил её старик. – Ох, прости, внуча, что перебил. Что ты хотела сказать? — Нет-нет, продолжайте. — Прости, ради бога. Так о чём я? Дело в том, что я уже не первый день ощущаю непонятную тревогу. А чуйка на неприятности у меня знатная, ни раз мне по молодости жизнь спасала. Поэтому я тебе верю. Только вот одни мы с тобой не сдюжим, я же даже не маг. Да и о противнике мы ничего, по сути, не знаем. Нам нужна помощь Графа Вэйта. Он здешними землями правит. В его распоряжении и маги и рыцари. — Спасибо, Юрий Фёдорович, за доверие. Но как нам убедить Графа в правдивости моих слов? У меня нет никаких деталей. Только сам факт нападения. А я так и вовсе для него чужеземка с непонятными намерениями. Старик задумчиво почесал подбородок. Пару секунд что-то обдумывал и решил: — Я запрошу у него аудиенцию. Попытаюсь донести до него свои опасения и отправить кого-нибудь на разведку. Граф человек мудрый, просто так не отмахнётся.

***

Хидэль довольно быстро договорился о встрече с Графом – оба сына Лорда Вэйта учились в школе Юрия Фёдоровича, так что знакомы они были давно. Уже через 2 часа старик стоял в общей зале замка, почтительно склонив голову перед статным мужчиной и его советником с телохранителями. — Поднимите голову, Сэр Хидэль. – Граф поднял руку, разрешая выпрямиться. – Что за срочное сообщение потребовало такой спешки? Мне доложили, что вы просили аудиенцию как можно скорее. — Милорд Вэйта, эту новость я спешил доставить лично вам, и она не требует отлагательств. – начал старик. Эми вынырнула из тени, скрывшись за балкой под каменными сводами потолка, разглядывала отделку замка. Довольно скромно, она ожидала большей роскоши от средневекового поместья Графа. Видимо, надо было читать меньше манхв про северных герцогов – реальность оказалась жестокой, никаких роскошных белых сводов и золотых канделябров. — Ровно через двое суток на город нападёт пустынное племя, и я смиренно прошу вас как можно скорее собрать Совет и обсудить эту тему. — Песочники? – Граф скептически изогнул бровь. – Что им делать в наших землях? Есть куда более богатые поселения, где можно поживиться. Да и кто в здравом уме пойдёт грабить города Альдонии? Они отчаянные, но далеко не глупые. Где вы услышали подобную новость? — Я понимаю, как это звучит, Милорд. – кивнул Хидэль. – Но я прошу вас проверить эту информацию. У меня нет ни единой причины врать или увиливать. Эту новость принесла мне шаманка, странствующая по нашим землям. И я могу поручиться, что слова её правдивы. — Шаманка? – Граф нахмурился. Шаманы были большой редкостью и жили от людей обособлено, редко общаясь даже с магами, скитаясь по материку. Как в их город забрёл божий вестник? — Есть ли у вас доказательства ваших слов, сэр Хидэль? – стоящий по левую руку от Графа рыцарь сделал шаг вперёд, хмуро глядя на старика. – Я глубоко уважаю вас и ваш труд, но такими словами нельзя так просто разбрасываться. — Готовы ли вы понести ответственность за то, что погибнут люди, если вы не прислушаетесь к моим словам? – Эмили вышла из-за спины Хидэля, встав рядом. Рыцарь тут же вскинул меч, закрывая собой Графа. Телохранители ощетинились клинками, направляя их на девушку. Эмили не дрогнула, глядя рыцарю в глаза. — Приветствую Лорда Вэйта, владельца земель Ваари. – Эмили вежливо поклонилась, озвучивая выученное приветствие. Подстроится под местный диалект было сложно, и шаманка просто надеялась, что её манера речи не слишком выбивается. — Разве шаманы способны творить подобные заклинания? – напрягся рыцарь. – Насколько я, далёкий от дел чародеев, знаю, для сотворения заклинаний нужны магические круги. Кто вы? — Сэр Роуби, прошу вас опустить меч. – вклинился в разговор Виконт, советник Графа. – Позвольте им сказать. — Виконт, моё дело – защищать Лорда, я не могу просто так оставить этот инцидент без внимания и сделать вид, что всё под контролем. — Сэр Роуби, опустите меч. – в голосе Графа сквозили стальные нотки. Рыцарь послушно убрал меч в ножны, отступая обратно к Лорду, но внимательно следил за действиями незнакомки. – Говорите, Леди. Эмили не успела открыть рот, как в залу ворвался вестовой. Он поспешно глубоко поклонился, опускаясь на одно колено и отчеканивая извинения: — Прошу простить мне мою дерзость, Милорд. Но только что поступила важная информация. — Встаньте. – Граф властно махнул рукой. – Докладывайте. — Боевые маги, отправившиеся изучать всплеск волшебных потоков, обнаружили лазутчика. Воин пустынных племён укрывался возле крепостных стен при помощи артефакта. Он только что был доставлен на допрос. Песочник сообщил, что в скором времени на город готовится нападение. В зале воцарилась тишина. Эмили задумалась. Как нельзя кстати. Если бы этот спор продолжился, они бы и дальше теряли время. Граф поднялся на ноги, хмуро обведя взглядом всех присутствующих: — Виконт, немедленно собирайте Совет. Жду всех в моём кабинете через полчаса. Сэр Хидэль, вы тоже. Леди, - он бросил взгляд на шаманку. – И вы. — Милорд, целесообразно ли пускать на совет шаманку? – рыцарь опустил голову, отдавая честь Графу. – Мы ничего о ней не знаем, как мы можем обсуждать что-то столь важное при ней? — Сэр Роуби, я ценю вашу преданность, но приказы здесь отдаю я. – нахмурился Лорд Вэйта. – Исполнять.

***

— Просто неслыханная наглость. – возмутился старый маг. Эйнор был приближённым Графа и возглавлял чародеев города. Под его командованием было десять боевых магов и пятеро целителей. – Как смеют эти варвары покушаться на священные земли Альдонии! Когда эта весть дойдёт до Короля, он уж точно это так не оставит! — Не сомневаюсь, друг мой. – кивнул Граф. – Только нам нужно до этого момента что-то предпринять. Виконт, что удалось узнать от пленного? — Допрос песочника возымел результаты. – советник разложил перед собой бумаги, и все собравшиеся за столом внимательно вслушивались в доклад. – Разрозненные племена пустыни были собранны под командованием Азра'Кана – беглого преступника, скрывающегося в песках уже больше пяти лет. Под своим началом он объединил больше сорока племён. В настоящий момент его армия составляет больше двадцати тысяч клинков, включая примкнувших к ним жителей приграничных поселений и жаждущих лёгкой наживы горожан. Армия его всё разрастается и жить в знойной пустыне становится невыносимо. Поэтому он и хочет пойти войной на Альдонию, чтобы захватить власть и занять плодородные земли. Первым в списке на уничтожение – наш город, Милорд. — Думают взять небольшой город, поживиться тут и постепенно дойти до столицы. – криво ухмыльнулся Граф. – Что ещё? — Нападение планируется через двое суток, к полудню. Пять тысяч клинков ринется на город. По плану, не ожидавшие нападения рыцари и маги быстро будут повержены армией, имеющей кратное численно преимущество. Дальше враг двинется к столице. — Что думаете, господа? – Граф обвёл взглядом собравшихся, задумчиво рассматривающих доклад. Сэр Роуби хмурился всё больше, крайне разгневанный таким бесчестным планом. – Миледи, что скажете вы? Эмили, стоящая за спиной Хидэля и ловящая на себе любопытные взгляды товарищей Графа, нахмурилась: — Я не стратег и не лидер, Милорд. Я готова предоставить свою помощь и силу, но не предлагать решения. — Против пяти тысяч воинов мы не выстоим. – покачал головой рыцарь Графа. – В гарнизоне двести рыцарей и четырнадцать магов: шесть из них первого ранга, трое второго и один третьего. Даже при их поддержке нам не справится с вооружённой армией песочников. — Вывести людей мы тоже не успеем. – взял слово Виконт. – До ближайшего крупного города четверо суток пути верхом. Женщины и дети будут идти значительно медленнее, их настигнут и вырежут раньше, чем они достигнут безопасной зоны. — Что вы предлагаете? — Готовится к обороне, Милорд. Отправить вестового или соколом сообщение о нападении и просьбу выслать нам подкрепление. У наших соседей есть маги, способные открывать портальные арки. Нам нужно продержаться хотя бы четверо суток, пока подкрепление не будет собрано и не двинется нам на помощь. Людей укрыть в цитадели, она наиболее защищена. — Есть возражения? – не услышав ни одного, Граф дал добро начать подготовку.

***

Граф собрал людей на центральной площади и коротко объявил, что через двое суток армия песочников окружит Ваари и им неизбежно придётся держать оборону до прибытия подмоги. Народ был крайне поражён данным известием, кто-то упал в обморок, атмосфера мгновенно стала невероятно напряжённой. Лорд Вэйта просил у своих людей помощи, кто чем сможет. Они должны продержаться, спасти детей. Двумстам рыцарям, пусть и при поддержке магов, с пятитысячным войском не тягаться. Шок от страшного известия быстро прошёл, уступая место решимости – люди отчаянно хотели жить. Город загудел, словно улей. В строй встал каждый, кто был способен держать в руках оружие, и Графу удалось собрать семьсот человек в воинский строй и около трёхсот в ополчение. Мастера оружейных дел, купцы и лавочники добровольно отдавали свои запасы, но даже с их помощью вооружить всех не получилось. В ход пошли вилы, топоры и даже столовые ножи. Лучше что-то, чем вообще ничего. У стен крепостной стены появляется наскоро вкопанные в землю колья и баррикады. Люди выносили из домов котлы с маслом и простой водой, сооружали готовые к разведению костры на стенах, готовясь вскипятить варево, чтобы выплеснуть его на головы врагам. Эмили сновала по городу, помогая то одним, то другим. Цифры на системном окне невероятно давили на и без того натянутые нервы. Шаманка запасалась взрывными зельями, зельями исцеления и стабилизации энергии. В перерывах разговаривала с Юрием Фёдоровичем и жителями города о мелочах, словно и не надвигалось никакой битвы. В первые за всё время с момента регрессии ей по-настоящему было не по себе. Ниндзяго был относительно безопасным миром, по крайней мере пока что. Да и знания канона давали огромное преимущество. Здесь у неё не было ничего. Только сухое оповещение Системы и отчаянное желание спасти как можно больше людей. Каждые два часа Виконт докладывал Графу о ситуации. Велись переговоры с магами, разрабатывалась стратегия. Рыцари и чародеи уже не сомневались, что город устоит. С такой подготовкой они точно дождутся помощи. Эмили присутствовала на всех обсуждениях, слушала вполне весомые доводы об успехе, но что-то не давало ей покоя. Что-то было не так, а что именно объяснить она не могла. Только сейчас шаманка поняла, насколько она беспомощна, когда не знает событий наперёд. Отвратительное чувство. — Кирочка, что-то ты совсем сникла. – Хидэль подошёл к сидящей на крепостной стене девушке. Эмили повернулась к нему. Мужчина был облачён в лёгкие доспехи, на бедре закреплён меч. Не вязался образ воина с бесконечно добрыми глазами старика. Когда никого рядом не было, Юрий Фёдорович называл её исключительно настоящим именем. Иногда внучей, но всегда так, словно и впрямь она была ему родной. Эмили молчала. Опустила взгляд на ноги, хмурясь. Старик заговорил ещё через пару секунд молчания: — Я уж думал, что никогда больше не возьму в руки оружие. А оно вона как получилось. – он грустно улыбнулся, вздохнул. – Правильно говорят, не зарекайся. — Юрий Фёдорович, мы точно удержим город? – Синклер прикусила щёку изнутри, ругая себя за поспешно вырвавшиеся слова. Ответа она знать не хотела, но вопрос крутился на языке. Старик взглянул на неё и улыбнулся: — А куда деваться? Удержим, Кирочка. Другого варианта у нас и нет. Шаманка невольно улыбнулась. Верно, надо верить в лучшее. К вечеру город затих в напряжённом ожидании сражения. Системное окно показывало двадцать минут до начала атаки. Первая линия обороны из сотни рыцарей и мага замерли у зубцов крепостной стены. Из-за линии горизонта стало постепенно виднеться облако пыли. Эмили даже дышать перестала, пальцы нервно подрагивали от предвкушения и страха. Ваари был готов дать бой.

[Внимание!]

[Системная ошибка!]

Окошко системы дёрнулось. Эмили не сразу заметила это, напряжённо вглядываясь вдаль. Время на табличке неожиданно подскочило до двух часов, потом до шести, снова вернулось к двадцати минутам. — Что за хрень? – тихо буркнула Эмили, когда заметила эти глюки. — Виконт, ну что там? Видишь их лидера? – спросил Граф. — Нет, Милорд. Облако пыли мешает разглядеть само войско. — Маг Эйнор? — Минутку, Милорд. – старый маг зашептал слова заклинания, перехватывая зрение кружащей над городом птицы.

[Внимание!]

[Ошибка не определена!]

[Внимание!]

[Ошиб№ыолирл?»а… Ошиб…ка]

Окно продолжало судорожно мигать. Буквы прыгали, не желая выстраиваться в связное предложение. Ни на какие команды Система не отвечала. — Да что с тобой? Системушка, ты меня не пугай…

[Ошибка!]

[Квест: "На чужой земле"]

[Цель: спасите жителей города Ваари от вероломного нападения и полного истребления детьми Тарканд]

[Уровень сложности: 15]

[Ошибка!]

[№;»%б!%:$е;»г@*&и]

[Уровень сложности: 40…50...35…70…]

— Что происходит?! — Эйнор? Ты чего побелел? Маг, ты слышишь меня?

[Уровень сложности: 100]

— Милорд, я… боюсь у нас проблемы… — Да не тяни ты, что случилось?

[Квест: "На чужой земле"]

[Цель: Выжить]

— Что?.. — Это не пятитысячное войско… — Да говори уже! Сколько их? — Не могу сказать точно. Но их больше тридцати тысяч.

***

Весь спектр эмоций, которые испытала шаманка, отразился у неё на лице. Она уже не слышала, как выпал из обессиливших рук меч у совсем юного рыцаря, звонко ударившись о каменную кладку. Кто-то зашептал молитвы. Девушка только смотрела на табличку, высветившуюся перед лицом как приговор. В ушах эхом отзывались полные ужаса слова мага: «тридцать тысяч». Как это возможно? Почему условия квеста изменились, когда она уже приняла его? Как так получилось?! Чёрт с ним, с квестом! Что теперь делать?! «Разум игрока» попытался подавить вспышку паники, но Эмили чувствовала, что она задыхается. В голове крутились мысли: в городе люди, дети. Девушка отчаянно пыталась что-то придумать. Но что она может? Вывести две тысячи людей чисто физически невозможно за пару минут. Да и где их укрывать? Крутом степи! Сражаться? Самоубийство. Семьсот против тридцати тысяч – это даже в теории сложно представить. Тело била крупная дрожь, пальцы непроизвольно подрагивали, перед глазами плыло. Впервые Эмили почувствовала, что такое настоящий страх и паника. Она заставила себя сжать зубы и посмотреть на собравшихся на крепости людей. Опытные воины прекрасно понимали их положение. Сэр Роуби вытянулся, напряжённо застыв. На лбу его пролегла глубокая тень. Уж он то знал – это даже боем будет тяжело назвать. Их просто сметут. Без шанса на переговоры – это в планы песочников не входит. Синклер оглядела остальных. Одна и та же картина на всех лицах – отчаяние. Если с утра все ещё верили, думали, что они героически отстоят свои дома, то теперь все эти надежды рухнули. Шаманка сжала зубы. Мозг работал на пределе. Что делать? Сдаться? Это значит умереть. Хотя в их ситуации и сражение будет иметь тот же результат. Но что тогда? Как им продержаться трое суток? О том, чтобы победить, речи уже не шло. Они должны хотя бы продержаться до прибытия подмоги. Но люди уже смирились. Только Граф и пару рыцарей смотрели на приближающееся войско с нескрываемой ненавистью, и Хидэль хмурил густые брови, очевидно пытаясь что-то придумать. Нужно было что-то сказать, что-то сделать. Но Эми никогда не была сильна толкать вдохновляющие речи. Это хорошо умел Кай, Коул, Ву, в конце концов. Ллойд, когда подрастёт, тоже станет прекрасным оратором. Но не Эми. Это совершенно не было её специализацией. Зато она умела действовать. Шаманка ненавидела ответственность в любой сфере, ненавидела быть лидером, избегала этой позиции как могла. Но в критических ситуациях взваливала всё на себя, потому что ей важно было держать всё под контролем. Вот и сейчас она решила – они не сдадутся, даже не попробовав. Синклер решительно двинулась к Графу. Никто не обращал на неё внимания. Набрала в лёгкие воздуха, искренне надеясь, что голос звучит твёрдо: — Милорд Вэйта. – обратилась она к мужчине. Граф нахмурился, переводя взгляд на девчонку. – Я не могу оставить всё, как есть. Вы властвуете на этих землях, ваши люди сейчас нуждаются именно в ваших словах. Но в пустые речи никто не поверит. Я создам для вас сцену. А вы выступите на ней. — Что ты задумала? – Граф удивлённо выгнул бровь. — Просто ждите. Эмили прыгнула в тень, выныривая на крыше каменной цитадели, где укрылись маги. Открыла магазин. 10 КД слетели с баланса, обнуляя его. В руке появились два кристалла, переливающиеся голубым и красным светом. Шаманка хотела купить их чуть позже, кто же знал, что тестировать такое оружие придётся в полевых условиях. Это будет самая первая и самая сильная их атака. Возможно, она пожалеет. Возможно, было бы лучше использовать их потом. Но это самое «потом» может не наступить, если люди не соберутся. Девушка вздохнула, сжимая в ладони горячий кристалл. И решительно шагнула вперед.

[Активирован навык: «Мгновенный рывок»]

Всё случилось за секунду. Войско Азра'Кана приблизилось к крепости на расстояние в триста метров, готовясь поразить защитников Ваари стрелами. Эмили появилась прямо над ними, взгляд заметался по толпе вооружённых и экипированных в лёгкие доспехи людей, стук сердца сбился с ровного ритма, но «Разум игрока» притупил страх. Она сжала в руке красный кристалл, направляя в него проклятую энергию. Враги не успели даже понять, что произошло. Сначала раздался лёгкий свист, который за секунды перерос в рёв обрушившегося на них огненного потока. В несколько мгновений первые линии лучников окутало безудержным пламенем, откуда выпрыгивали истошно кричащие люди. Началась паника. Воины отхлынули от бушующей стихии, с ужасом глядя на объятых пламенем соратников с жуткими ожогами и вздувающейся кожей на лице, катающихся по земле в попытках сбить с плавящейся одежды языки пламени. Огонь ещё не успел утихнуть, когда сквозь крики и стоны боли прорезался новый звук. Воины пустыни нестройными рядами ринулись назад, сбивая друг друга с ног. С неба на них обрушился новый ревущий поток. Сотни тонн воды вырвались из кристалла, с грохотом ударившись об землю и сметая ряды войска пустынников. Эмили метнулась обратно на стену крепости, едва устояв на ногах, когда водный поток ударился о стену. Шаманка тяжело дышала, пытаясь восстановить запас проклятой энергии. Защитники Ваари шокировано смотрели на панику песочников. Их войско этой атакой потеряло ни одну сотню бойцов. — Доблестные защитники Ваари. – усиленный заклинанием голос Графа разнесся по крепости, перекрывая рёв бушующей внизу стихии. Он быстро сориентировался и взял всё в свои руки. – Они столь же смертны, как и мы. Но за нашими спинами наши жёны и дети, неужели мы позволим им погибнуть от сабель и стрел бесчестных отродий Тарканд?! Надежды на победу и спасение малы, но никогда не равны нулю! Если нам и суждено сложить сегодня головы, то сделаем же победу песочников как можно более дорогой! Утащим их за собой! Мы, преданные слуги прекрасной Альдонии, не склоним головы перед врагом! Рёв семи сотен глоток слился в один, являясь ответом. К небу взметнулись мечи. Город был готов пасть, но без боя не сдастся. — Кирочка, ты как? – рядом с шаманкой тут же появился Хидэль, обеспокоенно осматривая побледневшее лицо девушки. – Давай, внуча, вставай. — Юрий Фёдорович. Стоим до конца? Старик удивлённо смотрел в пылающие решимостью голубые глаза. Улыбнулся: — До конца. Другого не дано. Эмили криво ухмыльнулась, стараясь скрыть дрожащие пальцы рук. Поднялась на ноги, укладывая в ладонях рукояти клинков. — И то верно.

***

Шаманка устало сползла по стене смотровой площадки цитадели, дрожащими руками откупоривая бутылёк с зельем восстановления энергии. Получилось это не сразу. Пальцы не слушались, руки словно налились свинцом от усталости и только с третьей попытки вырвали злополучную крышку из склянки с жидкостью. Эмили тихо зашипела от боли, стискивая зубы. Глубокий порез, пересекающий правое бедро, отдавался на каждое движение вспышками боли. На ткани шароваров расползлось огромное пятно крови, ткань прилипла к ране, доставляя ещё больше дискомфорта. Пришлось отдирать её и наскоро перематывать бинтами. Зелья исцеления уже плохо помогали и заканчивались весьма стремительно. Больше половины запасов она отдала магам, чтобы отпаивали раненых и не тратили драгоценные силы на заклинания исцеления. Её же организм уже протестовал от такого откровенного насилия над собой – клетки отказывались регенерировать под действием отваров. Системное окно пестрило от нескончаемого потока уведомлений о наложении очередного дебаффа и предупреждений о перегрузке организма. Эмили боялась открывать эти сообщения об откатах, которые непременно последуют после такого количества влитого в неё зелий восстановления энергии. Перед глазами плыло, тело била мелкая дрожь и слегка морозило – запас проклятой энергии стремительно уменьшался. Первый штурм замка начался через четыре часа после использования кристаллов с запечатанными в них заклинаниями. Едва водный поток утих, и магия перестала действовать, песочники перестроились и с победным кличем ринулись на приступ со всех сторон через грязевое месиво, оставленного стихией. Большие потери среди лучников и первой линии мечников ещё до начала сражения крайне разозлила их. Первая волна нападающих наполовину сгорела в яростных вспышках электричества и пламени боевых заклинаний десятка магов, надёжно укрытых со всех сторон щитоносцами. Этот удар был не столь смертоносным, как магия кристаллов, но приподнял боевой дух защитников города. Второй штурм начался ещё через час и был куда более спланированным и массированным. Военачальник снабдил своих воинов обилием штурмовых лестниц. Маги, чей ранг едва ли дотягивал до третьего, отошли в цитадель восстанавливать силы и поддерживать воинов с безопасного расстояния. Их жизни были слишком дороги. Песочники устремились в атаку единым потоком, и у городских стен закипела кровавая битва. Потоки огня, водопад стрел, струи кипящего масла и горящей смолы поглотили стены, смешавшись с толпами воинов пустыни и вставшими насмерть на их пути жителями Ваари. Эмили ринулась за стены, кружа между размахивающими саблями противниками. Рывками и тенями появлялась то в одном месте, то в другом, разя песочников зачарованным клинком. Чёрное лезвие вспарывало плоть, заливая бегущих рядом людей кровью. Раненый хватался за порез на шее, отчаянно стараясь закрыть его руками, и падал на землю, дёргаясь в конвульсиях, где его тут же затаптывали свои же. Шаманка металась возле городских стен, раз за разом используя уже отработанную схему. Рубила воинов, несущих штурмовые лестницы, не давая противнику взобраться на стены. Но в одиночку перебить всех не получилось, и по мере того, как Эмили выдыхалась и замедлялась, всё больше лестниц песочники устанавливали. Десяток её проклятых духов сновали в рядах армии противника, кидаясь на них и вгрызаясь в лица. Отчаянные крики боли быстро затихали и слышались уже в другом месте. Проклятия знатно подъедали запас энергии хозяйки, и Эмили вынуждено глотала зелья одно за другим, чтобы не отключиться от усталости. Но тело всё равно ослабло и через пару часов бесконечной кровавой мясорубки её всё же задели, вспарывая саблей бедро. Синклер силой заставила себя не закричать, тут же вгоняя клинок противнику в затылок. Ещё какое-то время сквозь пульсирующую боль она перемещалась тенями вдоль стен, но, когда враг снизил напор и отступил, позволила себе укрыться на смотровой площадке цитадели. С ног до головы перемазанная и своей и чужой кровью, шаманка едва не рухнула на каменную кладку, но упёрлась руками о стену и на дрожащих ногах сползла по ней. Металлический запах уже словно въелся не только в одежду, но и кости. Первое время её мутило, потом привыкла и перестала его ощущать. Слева послышались шаги. Эмили с трудом заставила себя повернуть голову. Глаза её в шоке расширились: — Боже мой, Юрий Фёдорович, ваше лицо! Старик устало махнул рукой, опускаясь рядом. Вид у него был ещё хуже – весь перемазанный кровью, лицо пересекал глубокий порез от правой брови до левой скулы, брови и ресницы выжжены боевыми заклинаниями магов, которые случайно задевали и своих. — Что с глазом? — Маг восстановил, как новенький теперь, не переживай, Кирочка. – он попытался улыбнуться, но получилось крайне устало. С самого начала штурма он рубился в первых рядах, откидывая штурмовые лестницы со стен и разя пробравшихся через них песочников. В цитадель его уволокли молодые рыцари, когда старик рухнул от усталости на лестнице. Всё же возраст был уже не тот. – Только вот остальное не залечили. Вымотались маги-то наши, уж на ногах кой-как держатся, не до моих царапин им. Глаз восстановили, чтоб супостатов видел да наших ненароком не задел. Эмили обеспокоенно разглядывала его лицо, но кивнула. Юрий Фёдорович оглядел её с ног до головы и покачал головой: — О себе лучше переживай, Кирочка. Неужто зелья кончились? С такой ногой особо не повоюешь. — Остались, но они практически не работают. Зелье исцеления вообще не стоит мешать с восстанавливающим, они перекрывают друг друга и оба действуют не так эффективно. А тут я ещё и запас энергии почти исчерпала, зельями его восстанавливаю, но это плохо. Откат будет знатный. – девушка недовольно сморщилась, убрала в инвентарь пустую склянку и прикрыла глаза. – Юрий Фёдорович, много у нас потерь? — Сто сорок шесть. Тридцать тяжелораненых, шесть магов крайне истощены и не в состоянии двигаться. – старик вздохнул, устало потирая оставшиеся без ресниц веки. – Страшное это дело. Молодые совсем парни. — Почему песочники отступили? – шаманка поспешила перевести тему. Она видела, как гибли защитники замка, не хотелось погружаться в печаль ещё больше. — Не иначе как подкрепление ждут, сукины дети. – Юрий Фёдорович зло сощурился. На его глазах парни, которые ещё недавно были его учениками, падали замертво, пораженные стрелами и саблями врага. Для учителя нет ничего хуже, чем видеть смерть своих воспитанников, которых он считал своими детьми. Кипящая в груди злость придавала ему сил кидаться в бой снова и снова, мстя за убитых. — Двадцать часов почти. – Эмили зажмурилась, закрывая лицо руками от вспышки боли. Система сообщила о побочных эффектах зелий. Вот этого только не хватало. Девушка недовольно цокнула и продолжила. - Мы продержались девятнадцать часов. До прибытия подмоги ещё около двух суток… Шаманка поникла. Опёрлась спиной о стену, устало прикрывая глаза. Хидэль перевёл на неё взгляд, всматривалась в побледневшее лицо, обескровленные потрескавшиеся губы, наспех перевязанные волосы, перепачканные кровью. Вздохнул и тихо сказал: — Кирочка, возвращайся ты домой. Эмили удивлённо распахнула глаза, уставившись на старика. — Сама же знаешь, ты девочка умная, город нам не удержать. Наши ребятки на ногах с трудом держатся, маги тоже вскоре выдохнутся. А враг с подмогой придёт, как пить дать все тут поляжем. Не нужно и тебе тут с нами погибать. — Но ведь… — Я уже достаточно пожил, уж две жизни землю топчу. Хватит с меня. Деток жалко, рассчитывали они на нас, да кто ж такое войско сдержит. Мы без боя не дадимся, до конца город будем защищать. Да не твоя это битва, внуча. Эмили поджала губы, неловко обхватив себя дрожащими от усталости руками за плечи. К горлу подступил ком, в глазах защипало. Шаманка сжала зубы, не позволяя себя плакать. Она знала. Конечно, она всё прекрасно понимает. Но уйти? Как она может? Покинуть мир нельзя, пока не завершён квест. И её единственная цель – выжить. Если она покинет город и укроется в безопасном месте, то это автоматически засчитается за выполнение задания. Но сможет ли она дальше жить с мыслью, что оставила этих людей на верную смерть? Как же она налажала. Ей была дана возможность всех спасти, а она не справилась. Где же был этот просчёт? Когда всё рухнуло? Что она сделала не так? Чувство вины пожирало её изнутри, давило на сознание, не давая спокойно мыслить. До этого момента она воспринимала квесты, задания как что-то, с чем она непременно справится. Как в мультиках, где главный герой преодолевает все преграды и выходит победителем. Эмили даже не рассматривала возможность проигрыша, ведь в её понимании это всё – сюжет, а они – герои. Ниндзя в каноне справлялись и без неё, а теперь у них есть она на подхвате, значит точно со всем справятся. Она не справилась. И это ощущение приближающегося кошмара было невыносимым. Она и была бы готова принять поражение, но не такой ценой. Эти люди не должны платить за её ошибки. А в том, что оплошала именно она, а не кто-то другой, Синклер не сомневалась. Это она попала в этот мир в качестве поддержки, и вот чем это обернулось. Не справилась, переоценила себя, была слишком самоуверенна. Если бы она изначально решила придумывать, как вывести людей, было бы иначе? Или, может быть, нужно было отправиться самой за подмогой? Почему она не подумала об этом раньше? Почему даже не попыталась рассмотреть ещё варианты? Почему, почему?.. — Кирочка. – мягкий голос Хидэля вырвал её из мыслей. Девушка вздрогнула, поднимая покрасневшие от подступивших слёз глаза на старика. Он притянул сжавшуюся Эмили к себе, заботливо поглаживая её по волосам. – Не вини себя. Ты совершенно ни в чём не виновата. Если бы ты не появилась, нас бы уже всех перерезали, а мы бы даже не дали бой. Не думай о том, что поступила неправильно. Нет такого «правильно» и «неправильно». Есть только решения и их последствия. И никто не знает, могло ли быть лучше. Ты подарила рыцарям шанс пасть с честью, а не просто молча умереть. — Но теперь все погибнут. Я же могла что-то изменить. Я должна была что-то сделать. – горячие слёзы побежали по щекам. Комок в горле всё разрастался. Спокойствие и забота старика делали только хуже. Лучше бы он на неё злился! — Никому ты ничего не должна. – покачал головой Хидэль. – Ты сделала всё, что могла. Даже больше. Ну не плачь, Кирочка. Не плачь. Так просто сложились обстоятельства, не в нашу пользу. Твоей вины тут нет. Не всегда получается сделать доброе дело, не всех возможно спасти, не всем можно помочь. Это жизнь, внуча. И не всегда мы можем что-то исправить. Это просто нужно уметь пережить и идти дальше. Ты взвалила на себя ответственность за наш успех, за наши жизни. Но ты не обязана это делать. И ты не должна быть тут с нами до конца. Тебя ведь ждут дома. Не заставляй близких переживать. Дома? Эмили прикусила щёку изнутри, старательно выравнивая дыхание. А он у неё есть? Воспоминания о семье стали расплывчатыми, Система оберегала психику пользователя и подавляла большую часть воспоминаний и всплесков эмоций, когда она всё же вспоминала глаза отца, улыбку матери и недовольную мордашку сестры. Но чувства оставались. Она бы очень хотела заглянуть в родной мир, узнать, как они там без неё, справляются ли. Но останавливала себя – нельзя, не думай, будет хуже. И она просто окунулась с головой в дела, заботу о Ллойде, сюжет. Эмили признавала – ей нравится новый мир, но отпустить старый не получалось. Признать, что она, блин, умерла. И она застряла между ними, уже и не зная, а к какому миру принадлежит. Где её дом? — Столько лет прошло, а я всё думаю, как там моя Лидочка? – голос Хидэля вывел шаманку из мыслей. Девушка удивлённо моргнула, поднимая взгляд на старика. К чему это он? – Представляешь, мы сорок лет вместе прожили, а всё никак надышаться друг другом не могли. Помню, как встретил её в коридоре общежития. Я тогда на третьем курсе педагогического был, а она на строительном факультете училась. Я сразу её приметил – красавица такая, староста группы, комсомолка и отличница. Три месяца я за ней бегал, в кино звал, а она ни в какую. Смотрела на меня так с осуждением и всё говорила, что я обалдуй. – старик рассмеялся, нежная улыбка тронула потрескавшиеся губы. – На танцы её позвал. Стоял под окнами общежития, надрывая глотку и крича её имя. Она как окно распахнула, да как крикнет: «Костецкий, ты у меня уже всю кровь выпил!». Но на танцы-таки пошла. А потом через два года свадьба. Как я счастлив тогда был. Троих ребятишек она мне родила, дочек и сына. Я всё думал долго жить буду, всё успею. И внуков понянчу, и с Лидочкой в Сочи съездим. Она давно мечтала, да не получалось всё. Потом в стране хаос начался, сердце всё за Родину болело. – он вздохнул. Перевёл грустный взгляд на девушку. – Как же я скучаю по ним. Да только вот уже не увижу. А ты домой вернуться можешь, к своей семье. Умрём мы в самый обычный день, в середине незаконченных дел и несбывшихся планов. И мир продолжит жить без нас. Так что живи, внуча. Пока есть этот шанс, живи. Эмили молча уставилась в грустные глаза. Сердце колотилось в грудной клетке, от переизбытка чувств, действия зелий, а может всего вместе. Семья… Тут же вспомнились большие зелёные глазки, преданно смотрящие на неё. Ллойд, который ждал её в Ниндзяго. Живую. Ниндзя, всё ещё иногда напуганные, когда злая шаманка выходила из комнаты после неудачной медитации или попытки сварить зелье. Ния, с которой они часто выбирались за покупками или крутили её костюм самурая. Вернее делала всё Ния, Эми лишь болталась рядом, скрашивая работу Смит бессмысленными разговорами. Ву, Адам, Самира, Харуми. Она не может вернуться в родной мир, но Ниндзяго стал ей не менее родным. И там были те, кто ждал её возвращения. А значит она должна жить. Ради своей новой семьи. Синклер сделала глубокий вдох. Стёрла дорожки слёз и кивнула: — Спасибо вам, Юрий Фёдорович. Старик улыбнулся: — Не за что, Кирочка. Шаманка встала, неловко опираясь на стену. Тело жутко ломило, но двигаться ещё могло. Зелий осталось совсем мало, будем экономить. Убегать Эмили не собиралась, не в её это стиле. Но и умирать здесь она не станет. Начать заново. С нуля придумать новый план и спасти людей. Пусть не всех, но хотя бы кого-то. — Я не уйду. – Синклер решительно кивнула, ловя на себе удивлённый взгляд старика. – Пусть и трудно это признавать, но первый план можно считать с треском провалившимся. Значит нам нужен новый. И у меня есть идея. Эмили улыбнулась: — Будем жить, Юрий Фёдорович. Будем.

***

План был прост и до смешного примитивен. Вывести людей из города как можно дальше, пока рыцари будут отвлекать противника на себя. Сделать это через стены, разумеется, нельзя. Но можно под землёй. Эмили промчалась по цитадели, с болью глядя на обессиленных и раненых рыцарей, забывшихся сном от усталости прямо на крепостной стене. Граф размышлял не долго, и Виконт его всецело поддержал. Других вариантов у них попросту не было. Хотя Сэр Роуби и выразил свою неуверенность в плане. Лорд Вэйта предоставил шаманке карту и дал наводку, где будет лучше всего сделать туннель. Прорыть коридор в пару-другую километров за сутки, а то и меньше? Задачка со звёздочкой, но попытаться стоит. Шаманка прикинула расстояние, глубину и ширину будущего подкопа, куда он будет выходить. Наскоро состряпанную идею она озвучила магам. Те были поражены откровенной простотой и сомнительностью идеи, но согласились помочь, выделив одного мага. Эмили приставила к чародею троих проклятых духов, чтобы те переносили землю в тени и устанавливали крепления. На помощь тут же подоспели несколько женщин, до этого укрывающихся в цитадели. Не могли они больше сидеть в стороне, пока их мужья проливали кровь на крепостных стенах. Рвались помогать все, но энтузиазм жителей пришлось поумерить – лишние люди будут только мешать. К рассвету крепость приготовилась к штурму. Стало понятно, что станет ещё сложнее. Песочники пригнали к стенам города тараны и лестницы, позади войска развернули десяток катапульт. В назначенный час прозвучал сигнал к атаке, и армада воинов пустыни ринулась к стенам Ваари. Сколько времени прошло с начала штурма Хидэль не знал. Старик потерял счёт часам в бесконечной рубке, уже не считая и поверженных врагов. Он беспрестанно рубился среди крепостных зубцов, перемещаясь с рыцарями по периметру стены туда, где угроза прорыва становилась угрожающей. Первое время удавалось отбиваться, ибо несколько отдохнувшие маги обрушили на песочников всю ярость своей магии. Сотни воинов пустыни превратились в обугленные головешки и изувеченные трупы, изрубленные клинками и утыканные стрелами. Даже катапульты остались не у дел. Их каменные снаряды застывали в воздухе, скованные заклинаниями, после чего падали на головы собственным воинам. В толпе песочников кружила разъярённая шаманка, орудуя заговорёнными клинками. Вспышки взрывов от зелий и проклятой энергии вспыхивали то тут, то там, внося хаос и неразбериху в строю врага. Но не останавливали. Они упорно лезли на стены, не намеренные отступать. Они должны взять этот город. Иначе столицы им вовсе не видать. Атака песочников стала столь яростной, что руки защитников города наливались свинцом от утомления, уставая рубить карабкающихся по штурмовым лестницам врагов. Но стоящие за их спинами целители раз за разом снимали усталость, и воины продолжали биться. Каменные стены давно окрасились в алый и стали скользкими от льющихся на них потоков крови. Люди скользили и спотыкались, но не прекращали сражаться. Противник не считался с потерями и упрямо карабкался на стены. Знал, что настанет час, и маги выдохнутся, а крайне раздражающая помеха в лице девчонки рано или поздно напорется на саблю или стрелу. И тогда в сражении наступит перелом. Силы магов к исходу вторых суток стали иссякать, и положение защитников резко ухудшилось. Остатки волшебной силы приходилось экономить, и боевые маги уже не бросали заклинания навстречу потокам стрел и граду зарядов катапульт, сосредоточившись на защите цитадели с укрывшимися в ней людьми. Утомлённые целители всё реже восстанавливали силы сражающихся воинов, сберегая заклятья для срочного исцеления раненых, поскольку зелья шаманки уже давно кончились. Эмили переместилась на стену и рухнула на колени, заходясь в жутком кашле. Тело содрогалось от боли, изо рта хлынула кровь.

[Внимание!]

[Повреждены каналы проклятой энергии!]

[Необходимое время на полное восстановление увеличено на 168 часов!]

[Эффективность зелья восстановления энергии снизилась на 65%]

[Потеря контакта с проклятой энергией через 48 часов]

[Внимание!]

[Повреждены внутренние органы!]

[Зафиксировано внутренне кровотечение!]

[Риск смерти: 57%]

[Так блять, завязывай, ты же откинешься.]

- Сама знаю. Эмили зло сощурилась, стирая дрожащей рукой кровь с лица. Обессиленно перевернулась на спину, доставая очередное зелье исцеления. По телу разлилась волна тепла, отвар начал действовать. Девушка отползла ближе к лестнице, неловко скользя по лужам крови. Ей надо перевести дух, иначе она точно помрёт тут. Звук трубящего вестового на цитадели вывел её из полуобморочного состояния. Эмили разлепила глаза, глядя на суетящихся на стене рыцарей. — Катапульты! Крепость сотрясло от удара. Синклер поднялась на ноги, собираясь бежать, но взгляд невольно проследил траекторию полёта каменных снарядов. Глаза в ужасе округлились, и шаманка не задумываясь рванула в сторону дома, рядом с которым создавался эвакуационный туннель. Ещё один флакон зелья опустел. Эмили в секунду оказалась рядом с перепуганными женщинами, застывшими у входа в подземелье. Барьеры накрыли вход и людей, спасая от смерти. Металлический привкус наполнил рот, когда каменные глыбы впечатались в тёмный купол. Послышался треск. Синклер нахмурилась, стараясь удержать остатки проклятой энергии.

[Внимание!]

[Повреждены каналы проклятой энергии!]

[Необходимое время на полное восстановление увеличено на 240 часов!]

[Эффективность зелья восстановления энергии снизилась на 79%]

[Потеря контакта с проклятой энергией через 30 часов]

- В туннель, живо! – рявкнула она. Женщины вздрогнули и кинулись ко входу, скрываясь в черноте проёма. Барьер с шумом разлетелся, отбрасывая шаманку в сторону. Девушка впечаталась в стену, чувствуя, как трещат кости. Лёгкие обожгло болью, на какое-то время она отключилась. Зрение восстанавливалось медленно, голова гудела. Шаманка с трудом разлепила глаза, тут же зашипев от боли. Кажется, сломана лопатка. Легко отделалась. Поднялась на ноги, неловко придерживая руку. Рядом суетился маг, восстанавливая обрушившийся после обстрела вход. — Миледи! – волшебник заметил, что она пришла в себя и быстро оказался рядом. – Вы ранены, я дал вам зелье исцеления, но действует оно медленно, организм сильно истощён. Вам лучше не двигаться… — Как они поняли? – прервала его речь девушка. Маг непонимающе хлопнул глазами. — Как песочники поняли, где туннель? Как они узнали? Я ни за что не поверю, что это случайность. Несколько снарядов прилетели прицельно во вход и завалили его. Рядом больше ни одной воронки! Как они поняли? — Не могу знать, Миледи. – растерялся маг. Синклер сжала зубы. Прокачанная интуиция вопила о том, что это не пустые домыслы. Кто знал о расположении туннеля? Кто знал, что они собираются вывести людей? Неужели среди них предатель? Наводчик для песочников? Среди посвящённых в план было только шестеро, включая её. Хидэль отметается, бедняга маг тоже. Эмили застыла, прокручивая в голове все события последних дней. Она не была уверена в своих догадках, но ждать и терять время больше не могла. Рванула к стене, выныривая из тени. Противник перестал нападать, опасаясь попасть под обломки снарядов катапульт и готовился к новой попытке штурма. Шаманка быстро нашла Графа, остановилась перед ним, тяжело дыша: — Где Сэр Роуби?! Лорд Вэйта стянул с головы шлем, показывая покрытое ожогами лицо, лишённое бровей и ресниц. Нахмурился: — Погиб. Пал от сабли пустынного отродья. — Погиб? Эмили замерла. Она думала, что он предатель, ведь больше всех был недоволен её планами и всячески отговаривал Графа от обороны замка. Неужто… Шаманка стиснула зубы, отправляя духа на поиски советника. Он обнаружился быстро. В стенах цитадели, среди тяжелораненых солдат. Целый и невредимый. — Сволочь! – рыкнула шаманка, опрокидывая Виконта на лопатки и приставляя клинок к горлу. – Это ведь ты!? — Что вы делаете, Миледи? – мужчина испуганно округлил глаза, поднимая руки. – О чём вы говорите?! — Как ты связался с песочниками?! Это ведь ты выдал им расположение входа?! — Я не понимаю о чём вы! Леди Синклер, прошу вас, успокойтесь! Рядом тут же оказались двое магов, поражённо глядя на развернувшуюся картину, не понимая, что им делать. — Не зли меня! Я знаю, что это ты! Или мне выпоить тебе зелье, чтобы стал разговорчивее?! Учти, что тогда я сразу тебе глотку перережу! Виконт испуганно сжался. Замотал головой и поспешно затараторил: — Мне угрожали! Я не мог поступить иначе! — Врёшь, собака! Говори правду! — Мне пообещали место во дворе! – выпалил Виконт, зажмуриваясь, когда холодное лезвие впилось в кожу. – Сказали, что после свержения Короля, я могу занять место одного из дворян нового правителя. И мне сохранят жизнь! — Так это ты сообщил им, что город готовится к обороне? – голубые глаза заволокло чёрной пеленой, Эмили шипела, словно змея, разъярённая всплывшей правдой. – Это из-за тебя они увеличили армию?! — Я хотел жить! — Мы все тоже! – Синклер не сдержалась, впечатав кулак в перепуганное лицо Виконта. Рывком подняла его за грудки, встряхивая. – Не смерти ты боялся, а во дворцовые палаты захотел! Как связался с песочниками?! Что ещё ты им сообщил?! — При помощи артефакта. – прохрипел мужчина, прикрывая разбитый нос. – Больше ничего. Только расположение туннеля и количество рыцарей и магов. Эмили судорожно выдохнула, стараясь не сорваться. Швырнула Виконта в руки магам: — Решайте сами, что с ним делать. Я на крепость. Шаманка была зла. Но ещё больше в груди кипело жгучее разочарование. Люди бывают сволочами. И из-за таких часто страдают достойные. Она была готова порвать Виконта на месте, но оставила его судьбу на рассмотрение жителей города. Им решать, как с ним быть. И Эми была уверена, что он был бы и рад умереть от её руки. Граф, потерявший стольких рыцарей, явно не отпустит его просто так. Шаманка выхватила клинок, разминая восстановившуюся после зелья лопатку, и прыгнула за стену. Почувствовав ослабление волшебной мощи, песочники усилили обстрел города. В воздух взвивались бесконечные водопады стрел, катапульты прекратили одиночный обстрел и начали бить залпами. Ваари запылал, крепостные стены пошли трещинами и начали разрушаться, покрываясь пробоинами, с каждым залпом становящимися всё шире. Число защитников редело под непрекращающимся ливнем метательных снарядов. Эмили металась у стен замка, зло размахивая клинками. Чувство опасности заставило обернутся. Приступ боли накрыл с новой силой и Синклер едва успела уйти от сабли, перемещаясь в город. Стало понятно, что больше сдерживать врага не удастся. Разбитые фрагменты стены начали обрушаться, лишь вопрос времени, когда в город хлынет армия песочников. Граф, всё ещё поражённый предательством советника и бросивший его за стену крепости на сабли воинов пустыни, быстро принял решение воплощать план шаманки в жизнь. Людей уже вывели из цитадели и отправили к туннелю. Пусть его местоположение и было раскрыто, маги решили, что точка выхода врагу неизвестна, постольку знали её только Эмили и маг. Как только последний человек скрылся в тёмном проходе, вход в него завалили. Даже если песочники ринутся туда, чтобы добить всех, придётся повозиться с раскопками. А там уж и подмога подоспеет. А они уж продержатся сколько смогут, отвлекая на себя внимание. И сделают победу врага невероятно дорогой. Эмили покачнулась, намереваясь двинутся в сторону цитадели, но с удивлением обнаружила, что ноги не держат. С глухим звуком девушка рухнула на землю, чувствуя, как меркнет сознание. Рука потянулась к животу, нащупывая тёплую вязкую жидкость. Последней мыслью было: «Задел-таки».

***

Штурмующий замок поток песочников отхлынул от стен, и идущие во второй волне лучники спустили тетивы. В небо взмыл поток пылающих стрел, отбрасывая на стены зловещую тень. Последний оставшийся в живых вестовой протрубил в рог сигнал тревоги, и обороняющиеся воины прижались к зубцам крепостной стены, укрываясь щитами. В следующее мгновение тысячи стрел обрушились на замок свистящим грязно-жёлтым водопадом. Со стен и башенных вершин объятого пламенем замка звучали крики раненых и хрипы умирающих. Полностью укрыться от смертоносного потока было невозможно. Последние стрелы ещё падали на израненных защитников, но снаружи уже раздавались команды противника, отправляющих войско на продолжение штурма. Граф Вэйта сражался в первом ряду, у одного из пробитых ударами катапульт проломов в стене, ближайшего к мостку, соединяющему крепостную стену с цитаделью. Отдавать его нельзя, иначе воины, сражающиеся на дальнем участке стены, окажутся отрезанными от цитадели и неминуемо погибнут. Граф яростно наносил удары, хрипя от клокочущей внутри ненависти, и в пылу битвы не замечал усталости. Но удержать бешеный поток песочников было невозможно. Воины Графа гибли в неравном бою, и количество защитников замка редело с каждой минутой. Охваченная огнём крепость была заполнена врагами, немногочисленные оставшиеся в живых воины, сплотившись спина к спине, отчаянно отбивались от окруживших со всех сторон песочников. Опрокидывать штурмовые лестницы было уже некому, да и не имело смысла. В проломы стены каждый миг врывались всё новые и новые враги. Стена была потеряна. Сил удерживать её более не имелось. Необходимо сохранить оставшихся в живых воинов и укрыться в цитадели. Захватить её противнику будет непросто, и у последних защитников города появится возможность выпустить много крови из отродий пустыни. — Сэр Хидэль! – крикнул Граф. – Трубите сигнал магам! Более ждать нельзя! Ещё минута, и путь к цитадели будет отрезан! Сражающийся чуть позади окровавленный старик разрубил своего противника и отпрыгнул назад, вскидывая боевой рог и пошатываясь от потери крови. Вверху, на обзорной вышке цитадели, слабо засверкали тусклые вспышки боевых заклинаний, и копившие силы для последнего удара маги атаковали захлестнувших крепостные стены врагов. Два огненных шара ударили в скопления песочников, сметая со стены пылающие тела. — Трубите всеобщее отступление в цитадель! Всем отступать, не обращать внимание на ожоги, беречь глаза! Маги поддержат нас! Все в цитадель! По пылающим стенам бежали объятые пламенем воины графа, крича от боли, изо всех сил стремясь успеть добраться живыми до ведущих в цитадель мостков. Некоторые из них, не выдержав ожогов, теряли сознание и падали замертво. Остальным всё же удавалось достичь цели, где их встречали измождённые целители. Рыцари несли на себе раненых, Граф и Хидэль шли замыкающими, пятясь спиной вперёд и прикрывая своих воинов от стрел щитами. Вскоре скудные крохи чар давно обессиливших магов иссякли, и охватившее стены пламя начало спадать. Песочники вновь ринулись на штурм. Засвистели стрелы. — Милорд, Сэр Хидэль бегите! Времени не осталось! – донёсся из-за спины хриплый голос мага. – Я уничтожу оставшиеся мостки! Торопитесь, они заряжают катапульты! Мужчины развернулись и бросились бежать. Рыцари с раненными на руках достигали входа в цитадель и скрывались внутри. Хидэль безостановочно метался взглядом по раненым, надеясь выцепить среди них хрупкую девичью фигурку. Он не видел шаманку уже больше трёх часов, и жуткие догадки закрадывались в сознании. Как бы старик не крутил головой, девушку он не видел. — Катапульты! – закричал один из щитоносцев, указывая рукою в небо, где взметнулся целый каменный поток, рвущийся захлестнуть цитадель. Графу удалось вбежать в распахнутые двери. Следом за ним Хидэль внёс потерявшего сознание мага, и несколько воинов захлопнули дверные створы, подпирая их мощными брёвнами. Удар катапульт обрушился на укрепление. Цитадель вздрогнула от ударов множества массивных камней, откуда-то донёсся глухой треск ломающейся кладки. — Милорд, нам необходимо спуститься на нижние этажи цитадели. – к графу приблизился один из рыцарей. – Верхние этажи попадают под обстрел и долго не выдержат. Вскоре тут всё будет разрушено. — Сэр Хидэль, верхние этажи необходимо покинуть. Раненых уносим в первую очередь. – Граф помог подняться щитоносцу, с трудом вставшему на ноги. – Пусть они крушат верхние этажи. Этим они затруднят себе штурм нижних. Скольким воинам удалось укрыться здесь? — Пятидесяти неполным десяткам. – нахмурился рыцарь. – Это все, кто уцелел при штурме, Милорд. — Шаманки среди них нет? – вклинился в разговор Хидэль. Рыцарь качнул головой: — Сожалею, сэр Хидэль. Леди Синклер в цитадель не возвращалась после случая с Виконтом. Старик поджал губы, сокрушённо покачав головой. Кивнул и принялся спускаться по содрогающейся от ударов лестнице с магом на плечах. В голове всплыли все молитвы на родном языке, умоляя, чтобы девушка осталась жива. Оставалась надежда, что она всё же завершила квест и вернулась домой. Весь второй этаж цитадели был занят ранеными. Почти два десятка людей лежали на полу, на наскоро постеленном тряпье. Первый этаж был превращён в одну сплошную баррикаду – защитники готовились встретить последний штурм. То, что он станет последним, сомнений не было. Рыцари слишком обессилили, половина магов была без сознания или крайне истощены. Три флакона зелья восстановления энергии были подготовлены, чтобы сотворить последнее заклинание, унося с собой в могилу столько врагов, сколько будет возможно. — Необходимо обрушить лестницу на третий этаж. Её завалило, но если набежит множество песочников, то легко откопают. – Граф посмотрел на мага. – Эйнор, кто из боевых магов на ногах? Нам требуется всего одно заклинание. — Никого, Милорд. – вздохнул чародей, слегка покачнувшись, но Хидэль удержал его от падения. – Они сражались до тех пор, пока сознание не покинуло их. — Каковы потери среди волшебников и воинов? – хмуро спросил Граф, размышляя, чем перекрыть лестницу. — Из целителей уцелело двое. Боевых, если не считать тех двоих, выводящих женщин и детей, четверо, но… мы едва держимся на ногах. – чародей болезненно поморщился. – Все сильно измождены. Особенно маг третьего ранга. Если ему не предоставить хотя бы двадцать часов сна, его мозг не выдержит нагрузки и погибнет. Потерь среди воинов не счесть. Легче пересчитать уцелевших. Рыцарей осталось двенадцать клинков, воинов – двадцать семь мечников и восемь лучников. Восемнадцать из них тяжело ранены, излечивать их полностью нет сил… из ополчения не уцелело ни одного. - Достойные дети Альдонии отдали жизни за Родину. – мрачно изрёк Граф. – Они сражались храбро. Жаль, что их жертва не смогла сохранить наш город… - он в бессилии закрыл глаза и мгновение молчал. – Из тысячи храбрецов в живых осталось только пятьдесят… Да простит мне Бог мою слабость, но, видя, как гибнут мои люди под натиском врага, я умолял его о чуде… Как жаль, что чудеса на свете не происходят часто. Хидэль напряжённо разглядывал содрогающийся потолок, с которого осыпались тоненькие струйки каменной пыли. Внезапно всё стихло. Измотанные люди не сразу поняли, что воцарилась тишина. Юрий Фёдорович удивлённо вскинул опалённые брови, прислушиваясь. Старик поднялся на ноги, слегка покачиваясь двинувшись к двери, ведущей на лестницу. — Сэр Хидэль, что случилось? – спросил Граф, заметив перемену в настроении мужчины. — Тишина, Милорд… - он неопределённо повёл плечом, сверля взглядом закрытую дверь. Пару секунд ничего не происходило. В цитадели повисла напряжённая тишина. Маг вздохнул, решив, что это затишье перед атакой, как дверь с грохотом распахнулась.

***

Сознание возвращалось медленно. Красная пелена застилала глаза, не давая разглядеть окружение. Тело содрогнулось в приступе кашля. Эмили дёрнулась, сплёвывая на землю сгусток крови. Картинка перед глазами постепенно приобретала резкость. Она лежала на земле, распластавшись на спине. В нос ударил запах гари и копоти – город пылал. Девушка повернула голову и обнаружила причину, по которой она осталась в живых. Рядом лежал труп рыцаря, утыканный стрелами. Он неловко придерживал рукой ростовой щит. Видимо, пытался укрыться за ним. Синклер сцепила зубы, переворачиваясь на живот. Возле трупа лежал пустой флакон зелья. Она успела вытащить его из инвентаря, да только выпить сил не хватило. Видимо, рыцарь заметил её, лежащую в луже крови, и кинулся спасать. Увидел зелье и выпоил ей. Укрыл своим телом, спасая от стрел, но сам погиб. Лишь чудом их не размозжило каменными снарядами катапульт. Тело ужасно болело, глубокие порезы не заживали до конца, лишь временно затягиваясь. Уже однажды раненная лопатка вновь отозвалась болью. Одна стрела всё же настигла цель и попала точно в спину. Регенерирующие под действие зелья клетки закрыли рану. Стрела буквально вросла в плоть. Эмили зажмурилась, задержала дыхание, дрожащей рукой ухватившись за древко. Дёрнула. Не удержалась и замычала от боли. Кровь хлынула из разорванной раны. С трудом перевела дыхание, вливая в себя зелье. Последнее. Больше исцеляться нечем. Взгляд упал на труп рыцаря. В глазах защипало. Совсем молодой парнишка, едва ли старше её ребят из Ниндзяго. Она его не знала, лишь мельком видела в пылу сражения. И он знал о ней лишь по разговорам других рыцарей. Но всё равно укрыл собой. Сколько ещё должно погибнуть людей, чтобы этот кошмар закончился? Сколько ещё прольётся крови? Злость закипала внутри, руки затрясло от адреналиновой волны. Шаманка встала. Взгляд упал на цитадель с обрушившимися верхними этажами. Каменные снаряды уже не били по ней, а через стену с победным кличем в город хлынули песочники. Эмили немигающим взглядом смотрела на приближающее полчище врагов. В голове стояла тишина. Земля возле цитадели и крепости была усеяна изувеченными трупами. В воздухе витал отвратительный запах горелой плоти. То, с каким остервенением песочники лезли на груды каменных обломков, оставшихся от укрепления, указывало на то, что там ещё остались выжившие.

[Встала? Отлично. А теперь бегом за стену и возвращайся в свой мир.]

[Не хватало мне ещё за гибель Игрока перед начальством отчитываться.]

Эмили не слушала. В руке оказался холодный флакон зелья восстановления энергии.

[Э, ты что удумала? Валить надо отсюда!]

Злость, ненависть и отчаянное желание жить смешались воедино. Синклер осушила флакон, отбрасывая его в сторону. Вновь всплыли предупреждения об откатах, но девушка только отмахнулась от них. Там ещё остались люди. Спасти всех невозможно – это она ясно уяснила. Но она будет биться за каждого, кто ещё дышит. Потому что просто не сможет уйти и жить дальше зная, что ушла, оставив их на верную смерть. Шаманка двинулась в сторону цитадели. Глаза заволокло чернотой, вокруг тела заклубились потоки проклятой энергии. Средь разрушенных домов, ларьков, изувеченных трупов заплясали чёрные сгустки. Там, где властвовала смерть, всегда было много сильных эмоций и чувств. Всё, что испытывали гибнущие в кровавой мясорубке рыцари и лучники теперь могло послужить ей. Она свершит месть за тех, кто не смог этого сделать при жизни. Они помогут ей даже с того света. - Подчинение. Хриплый, дрожащий от переизбытка эмоций голос был едва слышен. Десятки бесформенных сгустков потянулись к шаманке. Эмили снова содрогнулась от кашля. Слишком много духов для измождённого организма, и она это понимала. Но также понимала, что это единственная возможность вытащить укрывшихся в цитадели людей. Проклятия не противились. Добровольно шли к ней, жаждущие сослужить последнюю службу. Скупые крохи энергии, ещё оставшиеся в теле, были высосаны духами. Ноги подкосились, но она удержалась, не позволяя себе падать. Чёрные глаза обвели взглядом почти сорок духов, послушно ждущих указаний.

[Внимание!]

[Повреждены каналы проклятой энергии!]

[Необходимое время на полное восстановление увеличено на 720 часов!]

[Эффективность зелья восстановления энергии снизилась на 96%]

[Потеря контакта с проклятой энергией через 6 часов]

[Кира, твою мать, ты же сожжёшь каналы!]

[Хватит!]

Синклер мельком взглянула на табличку, вливая в себя последнее зелье восстановления энергии. — Об этом я буду думать потом. Отряд песочников, крушащий то, что осталось от цитадели, был сметён волной проклятой энергии. Воины заметались, не понимая, что происходит. Следом на них обрушились рычащие проклятия, сверкая злыми алыми глазами. Духи рвали плоть вместе с доспехами, вгрызаясь в истерично визжащих противников. Песочники испуганно заметались, отхлынув от обрушившегося укрепления. Эмили шла следом, добивая бьющихся в конвульсиях противников с изодранными лицами. Духи расчистили проход, и шаманка спустилась в цитадель. Распахнула дверь, обводя взглядом замерших в боевых стойках измученных защитников города. — Кирочка? – глаза Хидэля в шоке округлились. Старик едва не выронил меч, уставившись на объятую всполохами проклятой энергии девушку. Чёрные глава впились в него, и Юрий Фёдорович почувствовал, как по спине пробежал холодок. Девушка улыбнулась: — Я же говорила, Юрий Фёдорович: будем жить. – улыбка слетела с лица. Шаманка обратилась к Графу. – Милорд, берите людей, мои духи помогут перетащить тех, кто не в силах двигаться. Господа маги, есть ли у вас силы наложить заклинание маскировки? — С зельями – да. Но продержится магия недолго, не больше часа… - изумлённо ответил Эйнор. — Этого хватит. – кивнула девушка. – Собирайте людей и выходите через первый этаж, я отвлеку на себя песочников. Идите на восток. Если я правильно рассчитала, сегодня должно подойти подкрепление, но в городе вам оставаться опасно, цитадель обрушится в ближайшее время. Идите им навстречу. Есть другие соображения? Повисло молчание. Граф пару мгновений обдумывал слова шаманки и кивнул: — Благодарю, Леди Синклер. Всем подняться на ноги, помогаем раненым и выходим с первого этажа! Держаться вместе, чтобы маги смогли наложить заклинание! Синклер кивнула и пошла к выходу. Остановил её Хидэль: — Береги себя, внуча. – старик нахмурился, разрываясь между желанием помочь с отступлением и проконтролировать, чтобы девушка не погибла. — Обязательно. – кивнула Эмили. Цитадель сотряслась от удара, в первый этаж укрепления бил таран, намереваясь обрушить здание. Оставшиеся духи остервенело рвали на куски песочников, заливая землю кровью. Шаманка проследила, чтобы люди покинули здание и ринулась в атаку. Вихрь проклятой энергии пронёсся по рядам противника, перекрывая им доступ к кислороду и сжимая лёгкие. Система выла о перегрузке, время на восстановление всё увеличивалось, но Эмили не прекращала нападать. Она должна продержаться какое-то время, пока Граф с людьми не покинут хотя бы стены города. Барьер накрыл вымотанную девушку, встречая поток стрел, обрушившихся с крепостной стены. Духи мгновенно оказались на возвышенности, сметая залёгших так лучников. Тело било крупной дрожью, движения замедлялись, поддерживать духов становилось всё сложнее.

[Внимание!]

[Повреждены каналы проклятой энергии!]

[Необходимое время на полное восстановление: ????]

[Зелье восстановления энергии не действует!]

[Потеря контакта с проклятой энергией!]

[КИРА, БЕГИ!]

Лёгкие обожгло волной жара, рот наполнился кровью. Барьер развеялся вместе с духами. Картинка перед глазами поплыла. Эмили не глядя шагнула в тень, перемещаясь куда-то за стены города. В ушах стоял монотонный звон, который всё набирал силу. Девушка рухнула на землю, содрогаясь в конвульсиях, сознание угасало. Система вопила от ужаса, не зная, что делать.

[Квест: "На чужой земле" успешно пройден]

[Награда за выполнение…]

Дальнейшие сообщения Эмили уже не разобрала, потеряв сознание.

***

Десять лет спустя. Королевство Альдония. Северо-западная граница.

Хидэль вздохнул, поправляя набедренную сумку. Уставший взгляд скользнул по степи и каменным развалинам, что когда-то были городом. Воронки от каменных снарядов давно уже заросли травой и с первого взгляда были незаметны. — Сэр Хидэль, пора отправляться. – к старику подошёл Граф Вэйта, ныне носящий звание рыцаря королевского гарнизона. Они сопровождали торговый караван, идущий в соседнее государство. Хидэль поначалу отнекивался, не желая бросать работу, но старый боевой товарищ уговорил его, сказав, что путь будет лежать через Ваари. Тогда-то учитель и согласился. Граф проследил за взглядом друга. Молча опустился на колено, отдавая дань уважения павшим в сражении товарищам. Тогда, десять лет назад, они успешно покинули крепостные стены и больше часа шли безостановочно, стараясь не оглядываться на грохот взрывов и крики, доносящиеся из города. Измотанные люди остановились на привал, не в силах более идти. Так на них и наткнулся рыцарский гарнизон, идущий на подмогу. Они же сообщили, что уже встретили женщин и детей, отправив их в соседний город. Силы песочников были разбиты, Король Альдонии был вне себя от такой наглости и начал собирать силы, чтобы идти на пустыню войной. Никто не смеет истреблять детей великого Королевства. Хидэль спрашивал у вернувшихся после сражения рыцарей, не видели ли они рыжеволосую девушку. Ответ был один и тот же – никак нет, таких не было. Старик не находил себе места, переживая за жизнь Киры, но старался успокаивать себя, веря, что она вернулась домой. И из раза в раз прокручивал в голове её слова, ставшие среди переживших те четыре дня людей жизненным кредо. Старик поднялся на ноги, отряхиваясь от пыли. Улыбнулся, последний раз глянув на развалины: — Будем жить. Будем.