Заткнись и обними меня (уцц-удивительный цифровой цирк-фаннибанни)

​Первое утро в новом мире было тихим. Здесь не было оглушительного гонга Кейна, не было навязчивой цирковой музыки и фальшивого энтузиазма, который обычно сочился из каждого угла шатра. Помни открыла глаза и увидела над собой не полосатый купол, давящий своей искусственностью, а мягкое, нежно-бирюзовое небо. По нему медленно плыли облака, похожие на клочья сахарной ваты, и они не исчезали через каждые пять минут, чтобы перезапустить цикл декораций. Они были настоящими — настолько, насколько это вообще возможно в цифровом пространстве. ​Она приподнялась на локтях, ощущая под пальцами прохладу травы. Трава не была набором одинаковых зеленых треугольников; она гнулась под весом тела, пахла свежестью и имела тысячи разных оттенков. Они с Джаксом устроили себе ночлег прямо на этом открытом поле, которое после перезагрузки стало центром их новой реальности. Джакс еще спал. Без своей вечной ухмылки, обнажающей зубы, и вечно прищуренных, подозрительных глаз он выглядел почти беззащитным. Его длинные фиолетовые уши смешно подергивались во сне, словно он ловил радиоволны из несуществующего прошлого. Его правая рука всё еще крепко сжимала ладонь Помни — даже в глубоком бессознательном состоянии он боялся её отпустить. Это была хватка человека, который обрел сокровище на краю бездны и всё еще не верит, что бездна исчезла. ​Помни тихо улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается тепло, не имеющее ничего общего с программным кодом. Она осторожно высвободила руку и начала рассматривать их новое пристанище. После глобального резонанса мир вокруг стал «честным». Если это было дерево, оно пахло настоящей смолой и корой, а не жженым пластиком. Если это был ветерок, он приносил запах полевых цветов, а не озона от работающих вентиляторов системы охлаждения серверов. ​— Хватит пялиться, шутиха, я чувствую твой взгляд даже через веки. Это начинает пугать. ​Джакс открыл один глаз и тут же привычно сощурился, но в этом движении больше не было яда или желания уколоть побольнее. Он потянулся всем телом, так что его суставы издали серию цифровых щелчков, и сел рядом, потирая затылок и смешно топорща уши. ​— И где наш завтрак? Где этот летающий глаз со своими безумными идеями про сбор глонков или охоту на цифровых червей? — Джакс огляделся, и на его губах появилась ленивая, спокойная улыбка, которую Помни никогда раньше не видела. — Неужели мы действительно вышвырнули его из системы? Или он просто прячется за ближайшим пикселем, выжидая момент, чтобы заставить нас прыгать через огненные обручи? ​— Мы свободны, Джакс, — Помни снова легла спиной на траву, широко раскинув руки. — Нам не нужно никуда бежать. Нам не нужно развлекать невидимых зрителей. Мы можем просто... быть. Ты понимаешь, какая это роскошь? Просто сидеть и ничего не делать. ​— «Просто быть» — это звучит как девиз самого скучного приключения в истории, — фыркнул Джакс, но тут же мягко подтолкнул её плечом. — Но, признаться, после той пробежки по Свалке и купания в Архивах, я готов поскучать лет пятьдесят. По крайней мере, здесь от меня не отваливаются куски текстур, и я не чувствую себя так, будто меня жует старый антивирус. ​Он посмотрел на свои руки. Серебристые шрамы на запястьях теперь не горели красным, сигнализируя об опасности. Они едва заметно мерцали мягким светом, когда Помни оказывалась рядом. Это больше не было клеймом раба или связью по принуждению, которую навязал им Кейн через боль. Теперь это стало чем-то вроде общего ритма сердца — спокойного, стабильного и очень личного. ​— Знаешь, — Джакс вдруг стал серьезным, и его голос утратил привычные саркастические нотки. — Я ведь никогда не строил ничего своего. Вся моя жизнь здесь — это попытка сломать то, что делал Кейн. Или украсть то, что принадлежало другим, просто чтобы почувствовать вкус власти. А теперь... у нас есть это поле. И кажется, код этого места слушается нас, если не требовать, а просто... просить. ​Он протянул руку к пустому месту перед ними. Помни затаила дыхание. Джакс не делал резких движений, он просто закрыл глаза и сосредоточился. Воздух начал дрожать, в нем заплясали мелкие золотистые искры, похожие на светлячков. Секунда — и из чистого света на траве материализовались два простых плетеных кресла с мягкими подушками и небольшой деревянный столик на резных ножках. ​— Ого... — Помни округлила глаза и коснулась спинки кресла. Оно было теплым от солнца. — Ты сам это сделал? Без консоли управления? Без подсказок Кейна? ​— Ну, я всегда был хорош в манипуляции данными, — Джакс небрежно повел плечом, хотя в его глазах читалась явная, почти детская гордость. — Раньше я использовал это, чтобы подкладывать кнопки на стулья Рагаты или открывать запертые двери комнат, чтобы порыться в чужом хламе. Теперь, видимо, буду работать дизайнером интерьеров. Садись, королева эпизода. Будем пить чай, который на вкус как чай, а не как разбавленный пиксельный сок с привкусом отчаяния. ​Помни села в кресло. Оно было удобным. По-настоящему удобным. Она смотрела, как Джакс создает две дымящиеся чашки из тонкого фарфора, и чувствовала, как внутри неё окончательно расслабляется та тугая пружина страха, которая была затянута до предела с самого первого дня её появления в этом безумном месте. Впервые за всё время она не ждала подвоха. ​— Джакс? — позвала она, когда он протянул ей чашку, от которой пахло бергамотом и чем-то неуловимо домашним. ​— М-м? — он как раз пытался заставить сахарницу левитировать вокруг своей головы, просто ради забавы. ​— Спасибо. За то, что не отпустил тогда. В Архивах, когда зеркало уже почти поглотило меня. И за то, что сейчас... ты такой. Ты ведь мог бы стать новым хозяином этого мира, мог бы заставить всех подчиняться тебе, но ты выбрал просто сидеть здесь со мной. ​Джакс замер. Сахарница тут же плюхнулась на стол, к счастью, не разбившись. Его длинные уши медленно окрасились в более темный, почти бордовый оттенок фиолетового. Он поставил свою чашку на столик и посмотрел вдаль, где на горизонте виднелись силуэты других ребят. Рагата и Зубл строили себе подобие уютного коттеджа из пушистых облаков и остатков старых декораций, которые они перекрашивали в теплые цвета. ​— Забудь, — бросил он, пытаясь вернуть себе привычный холодный тон, но голос его подвел, прозвучав мягко. — Я бы всё равно не смог уйти. Эта чертова метка, наша связь... сама понимаешь, системная ошибка. Куда я денусь с подводной лодки, если мы приклеены друг к другу кодом? ​— Нет, Джакс, дело не в метке, — Помни встала, подошла к нему и обняла со спины, прижавшись щекой к его мягкому фиолетовому меху на лопатках. — Ты сделал это, потому что ты — это ты. Мой вредный, невозможный, вечно ворчащий, но единственный Джакс, который рискнул собой ради меня. ​Джакс застыл на мгновение, его дыхание сбилось. Затем он медленно накрыл её руки своими широкими ладонями, осторожно поглаживая пальцами её кожу. Он не стал отшучиваться, не стал переводить тему на очередную колкость. Он просто стоял так, позволяя тишине и теплу этого момента окутать их, пока над их новым миром медленно поднималось цифровое солнце, знаменуя начало первой главы их новой, по-настоящему спокойной жизни. ​Спустя час они решили прогуляться и посмотреть, как обустроились остальные. Путь лежал через рощу деревьев, листья которых при движении издавали звук, похожий на тихий перезвон колокольчиков. Помни шла вприпрыжку, наслаждаясь тем, что её движения больше не скованы страхом перед очередным «веселым квестом». Джакс шел рядом, лениво покручивая свою трость, но теперь он не использовал её как оружие или инструмент для издевательств — она стала просто аксессуаром. ​— Смотри! — Помни указала вперед. ​Рагата и Зубл работали вместе. Рагата, используя свою способность к шитью, буквально сшивала куски облаков, превращая их в мягкие стены, а Зубл конструировала каркас из разноцветных геометрических фигур. Увидев Джакса и Помни, Рагата сначала замерла, её рука с иглой дрогнула. Страх перед «вирусом» еще не полностью выветрился из её сознания. ​— Привет, — Помни помахала рукой, останавливаясь на приличном расстоянии. Она понимала, что им нужно время. — Мы просто... мимо проходили. Хотели посмотреть, как у вас дела. ​Рагата медленно улыбнулась. Это была слабая, но искренняя улыбка. — У нас... у нас всё хорошо. Мы строим общий дом. Здесь столько места, и Кейн больше не кричит в мегафон. Помни, Джакс... спасибо вам. Мы знаем, что это вы сделали. ​Джакс хмыкнул, рассматривая конструкцию Зубл. — Эй, Зубл, если ты приделаешь ту балку криво, ваш дом развалится при первом же обновлении системы. Хотя, признаю, идея с облачными стенами — это довольно мило. По-девчачьи, но мило. ​— Заткнись, Джакс, — беззлобно отозвалась Зубл, не отрываясь от работы. — Иди строй свой шалаш и не мешай профессионалам. ​Джакс рассмеялся — не тем лающим смехом, который пугал Гэнгл, а открыто и легко. Они пошли дальше, мимо Королёра, который сидел в огромной песочнице и строил идеальный шахматный город. Он выглядел более спокойным, чем когда-либо; его глаза больше не бегали в разные стороны, а движения стали уверенными. ​Вернувшись к своему месту, Джакс и Помни принялись за постройку собственного дома. Это было похоже на игру. Помни представляла, как должен выглядеть их уютный уголок, а Джакс воплощал эти мысли в реальность. ​— Хочу большие окна, — говорила Помни. — Чтобы было видно рассвет. И камин. Настоящий, с дровами. ​— Камин в цифровом мире? Ну ты и ретроград, — ворчал Джакс, но тут же создавал изящный каменный очаг. — А я хочу чертовски огромный балкон. И чтобы там было кресло-качалка. И чтобы никто не смел туда заходить без моего разрешения. Особенно эти облачные строители. ​К вечеру на поле стоял небольшой, но удивительно уютный дом, который казался сотканным из света и дерева. Они сидели на крыльце, свесив ноги, и смотрели, как небо окрашивается в пурпурные и золотые тона. ​— Знаешь, — тихо произнесла Помни, кладя голову на плечо Джакса. — Я всегда боялась, что если мы победим Кейна, мир просто исчезнет. Что мы — всего лишь его фантазия. А оказалось, что мы — это то, что осталось, когда фантазия закончилась. ​— Мы — это база, — Джакс приобнял её за плечи, притягивая ближе. — Фундамент. А всё остальное... всё остальное мы допишем сами. Без ошибок и битых секторов. ​Тишина вокруг была живой. Она больше не давила, она обещала. Обещала сотни таких же спокойных дней, прогулок по лесам кода и теплых вечеров у камина. Глава их страданий была официально закрыта, и впереди их ждала самая длинная и прекрасная повседневность, которую только можно было вообразить. Помни закрыла глаза, слушая мерное дыхание Джакса, и впервые за долгое время уснула с улыбкой на губах, зная, что завтрашний день принесет только радость.