Приговор, изменивший жизни

Летняя пора всегда была для Эмбер самой любимой. Зимний гардероб постепенно сменяется на более легкий, принося в жизнь много забытых за месяцы прохлады красок. Однако на этот раз начало лета радует ее не так сильно, как она того ожидала еще пару дней назад. - Эмбер, это не обсуждается. Я всегда потакал твоим прихотям, но сейчас ситуация экстренная, и я не собираюсь уступать тебе в этом вопросе, – Ричард Гленн сидел в своем кабинете на втором этаже двухуровневых апартаментов в центре мегаполиса. Перед ним стояла его любимая и единственная дочь – Эмбер Гленн, явно протестующая против решения отца. - Папа, это немыслимо, я не поеду ни в какую глушь, тем более черт пойми в какой стране на все лето! У меня были совершенно другие планы, и в них явно не входило времяпрепровождение с оборванцами из России, – Блондинка всегда была до умопомрачения избалованная. С самого детства она не знала слова «нет», получая абсолютно все, что только могла захотеть ее душа. И сейчас, оказавшись в непривычной ситуации беспомощности и невозможности противостоять решению отца, она начинает закипать. - Я еще раз тебе повторяю, что это вынужденная мера для твоей же безопасности. Я сам не в восторге от этой идеи, но, к сожалению, это единственный возможный вариант. Как только все успокоится, я сразу же заберу тебя домой. Но сейчас тебе необходимо скрыться там, где эти люди будут искать в последнюю очередь. А я в это время, как можно скорее, найду их и разберусь со всем этим недоразумением, – Мистер Гленн, скрестив руки на груди, откинулся на спинку дорогого кожаного кресла, и выжидающе смотрел за реакцией своей дочери. Он знал, что без бури не обойдется. Такова уж была Эмбер. - Да пошло оно все, – девушка развернулась, и пошла на выход, демонстративно громко стуча каблуками о дорогой паркет, не забыв сильно хлопнуть дверью, чтобы еще яснее выказать отцу свое негодование. Ричард громко выдохнул, опустив взгляд куда-то в пустоту. Мужчина никогда не мог отказать своей дочери ни в чем, особенно после недавней смерти ее матери. Эмбер была очень близка с ней, и внезапная потеря сильно ударила по ней. Из просто избалованной девочки, блондинка превратилась в настоящее олицетворения скандала и капризов. Она выстроила огромные стены вокруг своей скорби, срываясь на отца по любому поводу. И без него. Однако сейчас ситуация была из ряда вон выходящая, требующая его выдержки и непоколебимости. Ему уже на протяжении месяца поступают пугающие сообщения от одной из сторон его последнего судебного разбирательства с угрозами Эмбер. Мистер Гленн никогда не был законопослушным гражданином своей страны, считая, что деньги любят силу, а не совесть. Но в свете нынешней ситуации, он впервые задумался о правильности своих поступков на протяжении всей жизни. Теперь его действия имели последствия, отражающиеся на самом дорогом человеке. Но в любом случае, прошлое изменить нельзя, однако можно предотвратить губительное будущее. Поэтому мужчина, собравшись с мыслями, пошел на поиски дочери. Выйдя в длинный, темный коридор большой квартиры, Ричард направился в сторону комнаты Эмбер. Пройдя достаточно большое расстояние, он, наконец, оказался рядом с дверью из качественного дерева, которая была слегка приоткрыта. Подумав несколько секунд, Мистер Гленн тихо постучал о дверной косяк, спрашивая разрешения войти. Не услышав протеста, он прошел внутрь комнаты. Однако не увидел там того, кого искал. Обстановка в комнате говорила сама за себя: вещи разбросаны по полу, раскрытый настежь шкаф, теперь занимал куда больше свободного пространства, чем ранее, создавая впечатление еще большего хаоса, если такое вообще было возможно. Переведя взгляд с беспорядка, Ричард заметил открытую дверь балкона. Подойдя прямо к стеклянной преграде, он остановился. Там сидела Эмбер, смотря пустым взглядом на огни вечернего города, размышляя о происходящем. Она была в ярости от положения, в которое поставил ее отец. С одной стороны, ее очень пугала эта ситуация. Пугало то, что на ее жизнь покушаются люди, к которым она не имеет никакого отношения. А также злило то, что отец не был осторожен и допустил такое. Но больше всего ее раздражала перспектива провести неопределенный срок в абсолютно незнакомой стране, на другом конце света, с совершенно незнакомыми ей людьми. Ее всегда пугала неизвестность, а сейчас неизвестностей было слишком много. Мужчина слегка прокашлялся, привлекая внимание своей дочери. Обернувшись, блондинка посмотрела на отца оценивающим взглядом, будто размышляя, какую очередную колкость и гадость ему высказать, чтобы он точно понял ее настрой и отношение ко всему происходящему. Однако девушка просто отвернулась к виду оживленного города, снова погружаясь в свои мысли. Тогда отец заговорил первым, слегка уставшим и взволнованным тоном: - Дорогая, я понимаю, что для тебя это очень неожиданно и пугающе. Поверь, я напуган не меньше твоего. Но для твоей же безопасности тебе нужно поехать. И как бы я не хотел сейчас сделать все, чтобы ты не была так зла на меня, я все равно останусь стоять на своем, – ожидая новой бури, мужчина стал выжидающе смотреть на свою дочь. Эмбер наконец развернулась в сторону отца, впервые за это время посмотрев ему прямо в глаза. В ее взгляде читался пылающий огонь, который, при возможности, сжег бы весь город за долю секунды. - И что ты мне предлагаешь там делать? В абсолютно незнакомой стране, без банального знания языка. Ты отправляешь меня в какое-то Богом забытое место, к совершенно незнакомым людям. Вдруг они вообще маньяки? И каким образом мне там существовать, если ты даже карточку мне дать не хочешь? – раздражение читалось в ее тоне отчетливее, чем что-либо. Напряжение росло с каждой секундой. Было очевидно, что Эмбер просто так не согласится уехать в неизведанность, но Мистер Гленн явно не ожидал такого категоричного протеста. - Я тебе не предлагаю, Эмбер. Я ставлю тебя перед фактом, хочешь ты того или нет. Это хорошие люди, которых я знаю очень давно, поэтому по поводу безопасности переживать точно не стоит. Они переехали из Штатов после рождения близнецов, поэтому с языком проблем быть не должно. А касаемо карточки, я тебе уже объяснял. Я перешел дорогу очень влиятельным людям, которым ничего не стоит пробить по базе историю покупок и где они были сделаны. А я более чем уверен, что как только они заметят, что тебя нет, именно этим они и займутся в первую очередь. Я дам тебе немного денег на первое время, но они тебе будут без надобности, потому что ходить там некуда, - Ричард сделал глубокий вдох. Эмбер смотрела на него прожигающим взглядом, будто старалась проделать в нем дыру. – За нами и так уже идет слежка, времени осталось совсем мало. Уверен, что если сейчас ничего не предпринять, в скором времени эти люди пойдут в наступление. А последнее чего я хочу, это чтобы ты оказалась замешана в мои разборки. - Только вот ты прогадал, папочка, я уже оказалась в них замешана, – Блондинка громко фыркнула, вновь отвернувшись в сторону завораживающего вида с двадцать третьего этажа элитного жилого комплекса. Мужчина почувствовал новый укол вины за происходящее. Он никогда не думал, что может произойти нечто подобное, о чем сейчас сильно жалел. Ему было плевать на своих подсудимых и на то, что они совершили. Он придерживался позиции, что до тех пор, пока ему платят, его не волнует ничья судьба. Однако сейчас он впервые посмотрел на ситуацию под другим углом, и впервые задумался об этом с позиции жертвы, а не безучастного посредника. - В любом случае, это уже произошло, и как бы я сейчас об этом ни жалел, прошлого не исправить. Остается сейчас сделать все возможное, чтобы ты была вне этой игры. Поэтому прошу, собери вещи, мы оправимся в аэропорт через полтора часа, тебе предстоят два перелета. Развернувшись, Ричард пошел в сторону выхода из комнаты, оставив свою дочь в полном шоке и с неистовым желанием разнести весь мир в щепки. Эмбер отошла от стеклянного ограждения, отделяющего ее от падения на двадцать два этажа вниз. Выйдя с балкона, она очутилась в своей комнате. Девушка на секунду остановилась, будто смотря на обстановку в комнате, больше похожую на начало Армагеддона, впервые. Она не гордилась таким импульсивным поведением, однако считала его вполне оправданным. Переступив через несколько брендовых юбок и кофт, блондинка подошла к кровати, на которой лежал ее телефон, и, рухнув на нее, открыла историю звонков. Четыре пропущенных от ее лучшего друга Ильи. С Малининым они были знакомы с самого детства, став по-настоящему близкими друзьями. Они относились друг к другу как к брату и сестре, которых у них никогда не было. Сделав глубокий вдох, она нажала на его контакт, прикладывая дорогой смартфон к уху, вслушиваясь в звуки по ту сторону. Через несколько секунд гудки сменились взволнованным голосом друга: - Эмбер, ты куда пропала, почему не отвечала на звонки? Мы тебя тут ждали три часа, ты в какую кротовую нору провалилась? – голос Ильи звучал обеспокоено. Точно. Ее ждали. Со всеми потрясениями, девушка напрочь забыла, что на сегодняшний вечер у нее была запланирована тусовка. - Тут такое произошло, ты бы знал, - Гленн провела рукой по волосам в нервном жесте, как делала всегда, когда ее что-то беспокоило. – Если коротко, то из-за каких-то терок отца по работе, мне теперь необходимо уехать черт пойми куда, черт пойми к кому, а главное - черт пойми на сколько. И по итогу я буду неопределенное время находиться у каких-то оборванцев, вдали от цивилизации и адекватных людей. Я уверена, что они даже не знают о существовании интернета. - Ничего себе, вот это новости, - Малинин был в не меньшем шоке, чем Эмбер. – И что, ты реально планируешь ехать? - По всей видимости у меня нет выбора. Отец поставил меня перед фактом. Я собиралась выезжать к вам, уже начала одеваться, как вдруг он зовет меня к себе в кабинет, и говорит, что мне нужно собирать вещи, потому что я еду в какую-то глушь до тех пор, пока он со всем не разберется, – негодование в голосе Гленн было слышно за километр. Она перевернулась со спины на живот, в очередной раз бросая взгляд на учиненный ею бардак. Мама была бы недовольна. Эмбер на секунду застыла. Мысли о маме часто посещали ее, однако она всячески старалась отгородиться от них, пряча эмоции за ослепительной улыбкой и язвительным тоном. - Ну слушай, возможно в этом есть рациональное зерно. Все-таки не с проста твой старик решил отправить тебя к черту на куличики. Сомневаюсь, что он сделал бы это без сильной на то необходимости. - Но почему именно туда и почему к совершенно незнакомым мне людям? Можно же было бы отправить меня на какой-нибудь курорт, или на острова в конце-концов, - Эмбер замолчала, обдумывая дальнейшие слова. Мысли путались из-за крайней степени недовольства. – Я даже ни разу не слышала про этих его друзей! Мы ни в гости к ним не ездили ни разу, ничего! Да и тем более, какие нормальные люди переезжают из Америки в маленький городок на другом конце мира? Я тебе отвечаю, они сто процентов какие-то маньяки или просто невменяемые! Почему-то Гленн была убеждена, что старые знакомые ее отца явно не в себе, раз решили, что переезд в другую страну, тем более в отдаленный Российский город – это лучшее решение, которое можно принять в жизни. По мнению Эмбер, в России априори не могли жить обеспеченные и интеллигентные люди. Справедливости ради, в России она никогда не была, поэтому и ее познания относительно этой страны были весьма скудными. - Пораскинь мозгами, Белая. Если первое, о чем ты подумала были острова, как считаешь, насколько быстро об этом же догадались бы ваши преследователи? Гленн задумалась. В словах Ильи и вправду была толика логики и здравого смысла. Однако девушка не планировала признавать свое поражение так скоро. - Тогда мог бы найти какое-нибудь место, о котором эти люди подумали бы в последнюю очередь! – все еще стояла на своем капризная семнадцатилетняя девочка. - Эээ, ну вообще я думаю, он именно это и сделал. Кто бы мог подумать, что тебя отправят в… А в какую страну говоришь он тебя отправляет? В этот момент рядом с комнатой остановился Ричард. Заметив, что дочь еще даже не начала собирать вещи, мужчина вкипел. - Эмбер, почему ты меня совершенно не слушаешь? Я беспокоюсь о твоей безопасности, а ты так беспечно относишься ко всему, что сейчас происходит. Быстро собирай вещи, пока я не сделал это за тебя, - Мистер Гленн редко позволял себе повышать тон на дочь, считая, что к девочкам нужен нежный подход. Однако когда его попытки исправить сложившуюся ситуацию настолько демонстративно игнорируются, у него не остается ни капли терпения. - Да не хочу я никуда ехать, папа, как ты не понимаешь, - для блондинки все происходящее было каким-то комичным фильмом с элементами боевика. В ее голове никак не укладывалось, как все это может происходить именно с ней. Еще вчера она жила среднестатистической жизнью дочери богатого отца, которая безрассудно тратила его деньги и весело проводила время на тусовках. А сейчас все переворачивается на сто восемьдесят градусов настолько быстро, что не остается возможности хоть как-то подумать обо всем. - Я тебе в последний раз повторяю, это не обсуждается. Ты прямо сейчас встаешь и собираешь необходимые вещи, потом мы садимся в машину и я лично провожаю тебя до самолета, чтобы ты ничего не выкинула, и это мои последние слова. Если ты сейчас же не начнешь собираться, я уже не буду так терпелив, - с этими словами Ричард Гленн покинул комнату Эмбер. Блондинка секунду посмотрела невидящим взглядом куда-то в стену, а потом закатила глаза, громко зарычав. - Господи, как же меня бесит весь этот цирк. Пока Илья, а то меня сейчас четвертуют намного раньше, чем это успеют сделать враги моего папаши, кем бы они ни были, - и не дождавшись ответа друга, Гленн сбросила звонок, упав лицом в мягкий матрас.  Ей нужно собраться с мыслями. Все это начинает не на шутку пугать Эмбер. Отец почти никогда не ругался на нее, что уж говорить про крик. Поэтому немного поразмышляв, девушка приняла решение, что ей придется подчиниться отцу. С этими мыслями, она наконец встала с кровати, подходя к открытому шкафу, попутно запнувшись о какое-то платье, все еще лежавшее на полу, как и большинство вещей, которые она выкинула в порыве ярости. Эмбер стояла в просторной прихожей с двумя чемоданами с обеих сторон от нее, что-то параллельно смотря в телефоне. В этот момент в прихожую вышел Ричард: - Очень хорошо, что ты собралась, нам как раз пора выходить, - тут его взгляд упал на телефон, который блондинка держала в руках, - отдай телефон, он тебе там не пригодится. Его наверняка уже прослушивают. Я же надеюсь ты никому не сказала куда едешь? Эмбер медленно перевела взгляд с экрана смартфона на лицо отца. В миг спокойное выражение лица сменилось яростным вглядом. - Ты что надо мной издеваешься? Мало того, что я еду на другой конец планеты, так еще и без телефона? Ты меня совсем от цивилизованного мира отрезать хочешь? – новая волна злости подступила под грудь Эмбер. Отец шумно выдохнул. По его реакции можно понять, что он изрядно устал он скандалов дочери за этот вечер. - Ты меня вообще слышишь? Я тебе говорю, что за нами ведется слежка. И прослушивать телефоны это самое очевидное, что они могут сделать. Оставь телефон здесь, ты не возьмешь его с собой и не будет подвергать себя неоправданному риску, - решительность читалась в голосе мужчины. Он уже не был так зол, однако и привычное спокойствие он не излучал. Все происходящее явно действует ему на нервы не самым хорошим способом. А Эмбер, плюсом ко всему, подливает масло в огонь. - Ну уж нет, ни за что, я не оставлю единственную возможность связаться со своими друзьями дома, - девушка начала активно мотать головой из стороны в сторону, отступая на шаг от отца. - Это не обсуждается, - Мистер Гленн протянул руку в ожидающем жесте. У блондинки в голове происходила настоящая война между упрямством и здравым смыслом. С одной стороны, она совершенно не хотела уступать отцу и принимать свое поражение. С другой же стороны, напряжение ее отца читалось невооруженным глазом. Обычно спокойный и уравновешенный Ричард Гленн сейчас не был похож сам на себя. В его взгляде читалась решительность и беспокойство. Шумно выдохнув, Эмбер вложила дорогой девайс в руку отца. Здравый смысл победил. - Славно. Еще раз спрашиваю, ты никому не сказала куда едешь? Блондинка вновь закатила глаза, явно устав от допроса и нравоучений отца. - Илья спрашивал, но я не успела ему ответить, ведь ты бесцеремонно ворвался в мою комнату и вновь начал читать нотации, - девушка скрестила руки на груди, встав в оборонительную позу. Защищен значит вооружен. - Слава Богу. А то мы могли бы оказаться в не самой приятной ситуации. Нам нужно спешить, поехали, - с этими словами он подхватил чемоданы дочери и направился в сторону выхода из квартиры.

***

Сидя в зале ожидания, Эмбер наблюдала за проходящими мимо нее людьми. Она только прилетела в Варшаву, дожидаясь рейса в маленький город, отрезанный от основной части России Польшей и Литвой. Калининград был так называемой Русской Европой, смешивая менталитет двух этнических групп одновременно. Однако Эмбер еще не имела ни малейшего представления куда именно она летит, и кто ее там ждет. Отец сказал, что с самолета ее встретят его люди и отвезут прямиком туда, где она проведет ближайшие… Да кто знает сколько дней. Или недель. Нервно теребя пальцами замок брендовой куртки, девушка устремила свой взгляд в панорамное окно, вид из которого демонстрировал взлетно-посадочную полосу. Самолеты садились и взлетали, унося вместе с собой ввысь сотни человек, у каждого из которых была своя жизнь и судьба. Но мало кто из них мог похвастаться покушением на собственную жизнь непонятными людьми из мира криминала. Спустя некоторое время, из колонок послышалось объявление на двух языках об открытии регистрации на рейс «Варшава-Калининград». Встав, Эмбер неспешно побрела в сторону стойки регистрации. Блондинка делала все на автомате, не разбирая чужих голосов, будто находилась под толщей воды, куда не проникало девяносто процентов существующих звуковых волн. Девушка смотрела на свои билеты, словно пыталась разглядеть там ответы на все волнующие ее вопросы. В самолете было огромное количество людей, счастливых, предвкушающих хорошее путешествие или ожидающих долгожданное возвращение домой. И только Эмбер смотрела на все это из-под призмы вынуждающих обстоятельств, а не счастливой поездки в новое место. Кто-то рядом разговаривал по-русски, однако блондинка не знала ни слова на этом языке, из-за чего поездка пугала ее еще больше. Допустим, что эти непонятные люди разговаривают на английском. Но отец сказал, что у них есть близнецы, с которыми они переехали в эту глушь, когда те были еще совсем маленькими. Неужели за столько лет жизни в другой стране, они все еще помнят английский? Каким образом мне вообще жить с абсолютно незнакомыми людьми, тем более такими странными и явно далекими от вкуса хорошей жизни? Что это вообще за личности такие, которые между прогрессивной Америкой выбирают городок на краю света и живут там, будто лучшего места не сыскать? Вопросов было куда больше, чем ответов, однако у Эмбер выстроилась четкая картина того, куда она едет: маленький Богом забытый город, грязные улицы, бедные люди без каких-либо манер, зато с огромным пристрастием к алкоголю. А, ну и куда же без медведей, беспечно прогуливающихся по улицам. Примерно так блондинка и представляла себе жизнь русских. По крайней мере, у нее не было причин считать иначе. Ее лучший друг был русским, но ни он, ни его родители ни разу не были в России, так что их национальность определялась исключительно корнями и фамилией. Поэтому, даже имея в ближнем кругу своего общения русского, Эмбер все равно верила абсолютно всем глупым, а порой и откровенно бредовым стереотипам о русских, что явно не облегчало тяжесть груза на ее душе и страх неизведанности, которая поджидает по ту сторону иллюминатора, ведь самолет только что приземлился, и с этого момента начинается самое интересное.