Идиоты

Раньше Коля смеялся громко — так, что оборачивались в кафе, на улице, в университете. Он любил быть в центре внимания: шутил, танцевал первый на вечеринках, рассказывал истории с таким жаром, что слушатели замирали. Его энергия заряжала всех вокруг. Но теперь от того Коли почти ничего не осталось. Артём появился в его жизни два года назад — красивый, уверенный, с улыбкой, от которой замирало сердце. Сначала он казался идеальным: дарил цветы, писал длинные сообщения, говорил, что он — особенный. Коля расцветал рядом с ним. Но постепенно всё изменилось. Утро Коля проснулся первой. Он лежал на краю кровати, почти свесившись, и смотрел в потолок. В комнате было тихо, но тишина давила, как будто предвещала что‑то плохое. — Ты опять не спишь? — голос Артёма прозвучал резко, хотя он даже не повернулся к нему. — Просто… проснулся, — тихо ответил Коля. — Опять будешь весь день вялым? — он сел, провёл рукой по волосам. — Ты вообще когда‑нибудь отдыхаешь нормально? Он промолчал. Спорить было бесполезно. За завтраком началось привычное: — Этот омлет безвкусный. Ты что, не можешь нормально приготовить? — Прости, я… — И перестань извиняться каждую секунду. Это раздражает. Коля опустил глаза. Раньше он любил готовить, экспериментировал с рецептами, угощал друзей. Теперь каждое блюдо казалось недостаточно хорошим, каждая попытка — провальной. День На работе Коля старался быть незаметным. Он отвечал на письма, улыбался коллегам, но внутри всё сжималось. Телефон лежал экраном вниз — он боялся очередного сообщения от Артёма. Оно пришло в 12:17: «Видел, ты сфоткался с коллегами. Опять строишь из себя звезду?» Коля замер. На фото он стоял в стороне, едва улыбалась. Но для Артёма это был повод для упрёка. «Это просто рабочий снимок», — напечатал он. «Не ври. Я знаю, как ты любишь внимание. Только никому ты на самом деле не интересен. Кроме меня». Пальцы дрожали. Он хотел ответить, объяснить, но знал: любое слово может спровоцировать скандал. В обед коллега Лера предложила пойти вместе в кафе. — Нет, спасибо, у меня дела, — Коля натянуто улыбнулся. — Всё хорошо? — Лера нахмурилась. — Ты какая‑то бледная. — Да, всё отлично. Просто много работы. Он солгал. Просто знал: если Артём узнает, что он где‑то с кем‑то, будет новый виток обвинений. Вечер Когда Коля вернулся домой, Артём уже ждал. Он сидел в кресле, листая его телефон. — Кто такой Маничев? — его голос был спокойным, слишком спокойным. — Коллега. Мы вместе работаем над проектом. — «Коллега», — он передразнил его. — И почему он тебе пишет в девять вечера? — Он прислал файл. По работе. — Врёшь. — Артём встал, подошёл ближе. — Ты же только и ждёшь, чтобы кто‑то обратил на тебя внимание. Как будто ты чего‑то стоишь. Слова ударили сильнее, чем пощёчина. Коля почувствовал, как внутри всё обрывается. — Я не… — Замолчи. — Он схватил его за руку. — Ты ничего не стоишь без меня. Никто на тебя даже не посмотрит, если я не буду рядом. Он хотел возразить, но не смог. Где‑то глубоко внутри он уже почти поверил в это. Ужин прошёл в молчании. Коля механически резал салат, стараясь не смотреть на Артёма. Он то и дело бросал на него колючие взгляды, будто ожидая повода для нового упрёка. — Ешь, — бросил он. — Или что, аппетит пропал? Опять играешь в жертву? — Нет, просто… не хочется. — Конечно. Ты же у нас весь такой хрупкий, нежный. Только вчера кричал, что любишь меня, а сегодня уже дуешься. Коля сжал вилку так, что побелели костяшки. Раньше он бы ответил, заступился за себя, рассмеялся в ответ. Но сейчас внутри была только пустота. После ужина он включил телевизор, развалился на диване, будто ничего не произошло. Коля убрал со стола, помыл посуду, стараясь двигаться бесшумно. — Чего шуршишь? — Артём обернулся. — Иди сюда. Он подошел, села рядом. Он положил руку ему на плечо, слегка сжал. — Ну что, опять обижаешься? — его голос стал мягче. — Я же просто хочу, чтобы ты был лучше. Чтобы не позорил меня. Разве я многого прошу? Коля кивнул. Ему хотелось верить, что он прав. Что он действительно хочет для него лучшего. Что он и правда должен измениться. — Извини, — прошептала он. — Я постараюсь быть… другим. — Вот и хорошо. — Он улыбнулся, погладил его по голове, как ребёнка. — Ты же знаешь, я тебя люблю. Просто ты иногда забываешь своё место. Он улыбнулся в ответ, хотя внутри всё кричало. Ночь Когда Артём уснул, Коля тихо встал и прошел в ванную. Включил воду, чтобы заглушить звук, и наконец дал волю слезам. Они текли по щекам, капали в раковину. Он смотрел на себя в зеркало. Бледный, с тёмными кругами под глазами, с потухшим взглядом. Где тот парень, который смеялся громко и заразительно? Где тот Коля, который любил жизнь, танцы, друзей? Его пальцы коснулись шрама на запястье — давнего, почти незаметного. Тогда он ещё верил, что может что‑то изменить. Теперь знал: без Артёма он — никто. Он убедил его в этом. День за днём, слово за словом, удар за ударом. Вытерев слёзы, Коля выключил воду. В коридоре скрипнула половица — Артём перевернулся во сне. Он замер, потом на цыпочках вернулся в постель. Ложась рядом с ним, он закрыл глаза и мысленно повторил его слова: «Ты ничего не стоишь без меня». И почти поверил.