Сами придумайте название

родной грейсс филд....отдаленные голоса...а главное радостные, детские и наивные. Разве это ли не счастье, видеть лица, а главные живые лица своих родных, хоть и живущих во лжи. Как я себя помню, всегда было тяжело, осознавать, что мирная жизнь, эта сказка, когда то оборвется. Конечно из тоски часто приходилось выходить, иначе другим будет сложее будет понять. Лишние вопросы мне не нужны. Страшно, очень страшно, когда нибудь случайно проговорюсь... а может...а может оставить все как есть... НЕТ мне нужно вытащить их..спасти. Хотя какой из меня спаситесь, Норман бы лишь посмеялся назвав меня ‘героем’. Да…Норман, интересно сохранил бы он свое спокойное лицо, узнав все. Но чаще посещают мысли об Эмме... и становится по настоящему больно, как бы хотелось вытащить ее отсюда, чтобы она ни о чем не знала, никогда больше не плакала, не страдала от правды. ————————- Дни проходили быстро, мне нравилось проводить время с Норманом, с Эммой...особенно с Эммой. Вот и подходил последний год. Я решился, я готов, надо действовать. Если медлить и ждать новые отправки, когда Эмме придется узнать правду, ей будет больнее. Возможно даже станет меня ненавидеть, что я смотрел буквально на смерти детей....нет...нашей семьи. Пусть Конни будет последней. Прошло много времени и действий. (кролик, ворота). Мне оставалось, лишь подсматривать за ними из за стекла и поворотов стен, именно в этот момент я по настоящему почувствовал себя мерзко, ведь мне становилось тошно. Почему...почему именно Норман утешает и вытирает слезы Эммы, именно он поддерживает в трудный момент, а не я. Я ждал минуты, когда они расскажут мне и раскроют тайну. Я должен буду сильно удивиться, хоть это и лицимерие. Я ждал, пока тоже смогу участвовать в этой авантюре, а так же помогать Эмме. Время пришло...у всех обычный день, обыденые совместные игры с семьей, все веселились, кроме троих... —————————- Все уже шло по плану..пока Эмма не вскрикнула ‘мы должны сбежать все вместе’. Я не понимал, зачем, для чего. Знала бы она, как боялся такой Эммы, боялся того, что мои кошмары станут реальность, ночные ужасы где мои родные люди погибают по моей вине, а если точнее родной человек....Эмма..будто комочек всего самого светлого, теплого, настолько горячего и необходимого мне. всегда хотелось залезть в него целиком.. Эти мысли прервал Норман..черт его подери, я аж вздрогнул, когда Норман чуть ли не заорал о каком то бреде, о любви к Эмме и о пути, который он готов разделить с ней, будь хоть это тонущий корабль. Не пытаясь подать виду, что мне неприятно слышать это от лучшего друга...брата. Пробирала дрожь, но слава богу смог сдержать порыв ему вмазать и высказать все. Об их абсурдной затее и чувств к Эмме. ———————/ Вернувшись вечером в приют..в наш дом. Все как обычно поели, сходили в душ и разложились по кроватям, меня не покидали мысли об Эмме и ..черт.. Нормане. Одновременно корил себя за свои же чувства. Моя задача думать, как помочь им..нет..я обязан, а вместо этого мучаюсь от тараканов в больной голове. Мягкий скрип закрывающейся двери и тихие шаги уходившего Нормана. Сидя на кровати, глупо улыбавшись, уверяя себя, что это было необходимо, ради Эммы, ради...Нормана. Нормана, которого буквально пару минут назад, заставляя предать все надежды и радужные мечты нашей добрейшей рыжеуньки. Сволочь, я самая что не на есть сволочь. Главное это сбежать, не важно как....пытался себя убедить в этой ‘правильной’ точке зрения, понимая, что не прав. ————- Приют будто помрачнел, наверное это лишь мое восприятие вещей. я видел фальшивые улыбки своих горяче любимых близких, от этого подкатывал гадкий ком к горлу. Пришлось ввести в курс дела Гильду и Дона, (я был против). К сожалению, невозможно противиться пламенным и по своему твердым, но все же мягким...красивым глазам Эммы. Они притягивали, гипнотизировали, заставляя слушать и идти на поводу ее амбиций. Разговор вышел из рамок беседы, перерастая в напряженный, а после вовсе в открытый конфликт с обвинениями. Меня даже пробрала вина...мы им врали..давая надежду. Только подумав об этом. как Дон подорвался, ударив Нормана по лицу. Понятия не имею, что мною двигало, по инерции я попытался остановить Дона, успокоить...(не вышло). Сильный удар пришел по правой стороне головы, зрение смазалось, помню, как Дон хотел ударить и Эмму, но остановился во время. В тот момент хотелось оставить его одного в приюте, прогнав эти мысли прочь, я поднялся. Никогда не мог представить, произносить извинения настолько тяжело. Особенно, человеку, почти поднявшему руку на светлейшего члена семьи, самого искреннего, да если не Эмма, я бы в жизни не подверг нас троих лишней опасности, дабы протянуть руки помощи таким дуракам. ————- Последняя моя просьба - фотоаппарат. Сфотографировавши этих двоих вместе, я не мог представить, что это последний раз, когда я вижу их физиономию. Такие глупые и одновременно полных надежд...что ж день отправки Нормана.. Наблюдая как заплаканное милое личико Эммы, метается в попытках спасти Нормана и сбежать прямо сейчас, я надеялся лишь на одно, надеялся умереть в этот миг от инфаркта, иначе сердце не выдержит. Конец...осени. —————- Хотелось крепко обнять Эмму, быть рядом с ней, но нельзя. 14 января. ночь в приюте, такая же темная и тихая, как и всегда, как и все ночи этих долгих 12 лет. Хотелось две вещи, умереть и быть с Эммой....как жаль. Два моих сокравенных желаний невозможно исполнить, одно, и выбор не за мной, решает только она. Как оказалось не в пользу первого, конечно, я был рад, точнее это облегчение, как ноша, которую сняли, но не предательство ли это..перед Норманом. ——- —— — Норман был бы ты с нами, что бы ты сказал...ДА СКАЖИ ТЫ ХОТЬ ЧТО ТО...главное вернись, неужели нельзя все поменять, изменить ту ночь, когда отправляли Конни. Не делать ничего, я бы смотрел с улыбкой на вас двоих. Неужели это было ошибкой, я пытался сделать всё лучше…видимо не вышло.