Самый заветный шёлк

Я веду его с завязанными глазами. Не знаю как он мне доверился, но младшему неизвестна даже остановка Что это? Азарт? Страх? Предвкушение? Подходим к моему дому. Поднимаемся — Разувайся. — глаза всё ещё завязаны, поэтому мне приходится ему помогать Заходим, и я наконец снимаю повязку — Свихнулся? Пусти меня обратно. — сразу же выдает блондиночка — Я не дам тебе уйти Ведь я только тебя нашёл Приходится силой удерживать Цуки, пока тот пытается прорваться ко входной двери и распараспахнуть её Под пальцами ощущается холодная кожа рук Самый заветный шёлк Оттягиваю его на себя. Вырывается. Сбегает в ванную Наконец-то ко мне пришёл — Хеей, красотка, может всё же поговоришь со мной? Когда мы шли сюда ты так не брыклася от меня — Даже не мечтай — Ты же не думаешь, что сможешь просидеть там до конца своих дней? Я то дверь и выломать могу! Сколько ни беги — Ох, ну и тяжко же с тобой… — пробормотал я себе под нос Постучал раз. Два. Три. Постепенно сила удара нарастала. За дверью никто не реагировал. Вообще — Цукии, на что ты хоть обиделся? — дёргаю за ручку всё с большим рвением — Я понял, понял. Руки помою и выйду. — видимо силушка богатырская была достаточным аргументом, потому что после звука воды раздаётся щелчок и златоглазый показывается наружу — Что ты от меня хотел? — Да, в общем-то, ничего. Чай попить, поговорить Идём на кухню. Ставлю чайник греться и спрашиваю о предпочтениях Кея в напитках. Беру чёрный чай себе и зелёный ему Так осторожно царапают душу нежные слова Сидим друг напротив друга. Я смотрю на него, он упёртно гипнотизирует свою кружку — Как успехи в волейболе? — нелепая попытка завести диалог осталась без ответа — Может с учёбой что-то новое? Вновь ничего — Хочешь молчать? Тогда молчи на моих руках Утыкается своими глазами в мои и видит в них продолжение фразы Тяжелый вздох. Хватается за моё предплечье и впивается своими ногтями И ломай меня, как ломят сигареты Отпускает и хватается уже за свою руку, сжимает, будто всё ещё боится чего-то Меня? — Там, где умирает ненависть… Делаю рывок и припадаю всем телом к Цукишиме. Накрываю его губы своими, хватаю за плечи, придавливаю и не оставляю и шанса на побег И ломай меня, как ломят сигареты! Снизу, «на удивление», особо сильно не сопротивляются. Ёрзают, хотят слезть со стула или хотя-бы спихнуть меня, но чувствуется, что эти действия лишь номинальны — Рождается любовь. — тихо заканчиваю, на секунду разорвав поцелуй Кей пользуется этим и кусает кожу чуть выше ключицы, да так больно, что хочется шипеть Младший засекает заминку, ныряет под руки и встаёт рядом в победоносной позе. На лице довольная ухмылка. Привычный, знакомый Цуки Подхожу, он отходит и утыкается спиной в стенку около входной двери В этот раз поцелуй более нежный, хотя напряжение блондина всё ещё ощущается Пока левой ладонью прохожусь от загривка к макушке, правой нащупываю повязку, покоящуяся на полке при входной двери Наспех завязываю её. Надолго не хватает, но пока Кей обескуражен успеваю бесцеремонно забраться обеими руками под чужую футболку и предпринять успешную попытку стащить её Поднимаю младшего, подхватываю под колени и направляюсь в свою спальню Рождается любовь