Цепной Кот

Цепной кот  Жесткая металическая цепь прогремела в тишине храма. Деревянные стены проскрипели, когда тело черного животного беспомощно ударилось об них спиной. Его глаза бегали из стороны в сторону, а конечности, затянутые оковами, беспорядочно дергались.  В это время пара рук нежно поглаживала грудь кота, заставляя шерсть застревать между кропотливыми пальцами Пастыря. Дыхание бывшего божества стало сбивчиво и прерывисто. Горячий воздух смешивался с застоялым холодным храмом, выходя из горла Смерти паром.  "Ягненок… Ты правда… серьезно уверен…?"  Красные глаза впились в белую шерсть перед собой. В ту же минуту пушистая рука подняла подбородок Нариндера вверх, заставив того взглянуть прямо в столь притягательные черные глаза Овечки.  "Ох, бывший бог… Но теперь ты слаб" - холодный голос Пастыря впился в разум кота. Красный глаз Короны выглядел насмешливо. Тут же, аксессуар превратился в черную змейку, которая быстро спустилась с плеча Ягненка и обвилась вокруг горла Нари. Субстанция, похожая на смесь густой жидкости и волокон, начала натягиваться вокруг его кожи, заставив Бога Смерти взвыть. Его пальцы начали скрестись когтями о стену в попытках освободится от цепей.  Ламберт смотрел ему в глаза со смесью ласки и желания. Его губы прижались к раскрытому рту Нариндера, который жадно хватал им воздух. Змея на его теле медленно ослабила хватку, позволив тому расслабится на момент поцелуя.  Чем дольше он длился, тем более сладостный вкус заполнял мысли Нариндера. Его глаза закрылись от недостатка воздуха в лёгких. Разум начал мутнеть… Вдруг металл, сковывающий его конечности отступил и исчез. Тело Нари  упало вперед, не способное поддерживать себя на ногах. Ламберт спокойно поймал его у себя на груди и погладил черную шерсть на головке кота. Из его слабого тела вышло тихое мурчание, заставившее широкую улыбку расцвести на лице Овечки.  Ламберт знал, что раньше Нариндер не был таким раньше. Впервые когда они встретились после смерти Ламберта, Бог Смерти выглядел воистину пугающим. Возвышающее божество с глазами, полными леденящего холода. Одно его слово заставляло падать на колени.  Когда Ягненок исполнил пророчество и избавился от его родственников, то Нариндер никак не отреагировал на их смерть. Один за одним, они покидали этот свет. А Бог Смерти ликовал. Его цепи исчезли. Он вырвался на свободу.  И что сделал этот кот? Он начал угрожать Ламберту. Бог взял его последователей в заложники. Но он не ожидал, что маленькая овечка научится стоять за себя. Что-то изменилось. Что-то… начало пугать Нариндера.  Смерть использовала всё. Все свои силы. Но в итоге, как свои братья и сестры, он пал пред Ягненком. Ненависть горела внутри него. Как? Как мог он проиграть? И что будет с ним? Но произошло то, чего Нариндер не ожидал. Ламберт не только пощадил его, что заставило гнев бывшего бога пылать еще сильнее, но и… Начал уделять ему внимание один. Это было необычно и страшно для Нари.  Чего он пытался добиться, когда он заставлял его оставаться в храме и причесывал его шерсть? Он смеялся над ним? Или пытался разбить его гордость? Но с каждым днем его прикосновения становились все более нежными. Или может Нариндер привыкал к ним все больше.  К удивлению Смерти, Ламберт воскресил его родственников и заставил их подчиниться себе. Противясь, Нари признал, что новые времена, когда они общаются на равных, а их божественные интриги больше не заставляют их вцепляться друг другу в глотки, достаточно неплохи. Хотя он и не говорил этого напрямую.  И вот Нариндер начал забывать о своих амбициях. Храм и статуи нового лидера культа не вызывали в нем гнева. Что-то начало меняться. Но котенок еще не знал, что его Агнец готовился к этому моменту.  Последние цепи. Последние скрепы внутри разума бывшего бога. "Что происходит?" - спрашивал про себя Нариндер. С ним игрались, как с игрушкой. Трогали там, куда никто раньше не посмел бы и посмотреть. И он не чувствовал желания сопротивляться. "Что случилось? Почему мне это нравиться?"  Дни стали проходить иначе. Разговоры с родственниками, обряды у алтаря, работа и ежедневная молитва. Но когда наступала ночь, шерсть Нариндера инстинктивно топорщилась, ведь он знал, что Пастырь придет за ним. Так было всегда с того дня, как он допустил эти мысли в свою голову.  Неизвестно, прочитал ли Ягненок его разум, пока тот спал, либо просто увидел это в его поведении, но Ламберт определенно был в курсе чувств кота. Нари испытал на себе последствия этого знания. Величественный Бог падал ниц перед маленьким барашком. Его губы целовали белую шерсть, пока слезы заставляли её мокнуть.  "Кто я теперь?" - думал Нариндер днем, пока он весело подшучивал над своим братом или выпивал за стойкой с Леши. На его губах святилась улыбка. Те же губы, которые раскрывались в громких стонах по ночам. Те же губы, что жаждали поцелуев от Пастыря. Изменился ли он? Стал ли лучше? Или потерял последний остаток себя?  Но ни один из этих вопросов не был отвечен. Как и не заботил он Бога, когда тот встречался с Ламбертом. Он никогда не задавал их напрямик. Никому. Ни себе, ни ему. Хотя он был уверен, что у Ламберта есть ответ. Ведь теперь он просто… "Мой котенок…"