Рыжий рыжий конопатый

Естественно, это не могло пройти просто так. И если от претензий родной семьи Ричарда сразу оградили старшекурсники Дома, в лице Флинта и Монтегю с Хиггсом, которые быстро и не очень цензурно потребовали свалить от их малявок, то на самом факультете вокруг парня словно образовался купол. С ним не общались. И это ощущалось во всём, холодные взгляды, пока они шли в гостиную, а уже там старосты взяли слово: — Здравствуйте, первокурсники, я Джемма Фарли, староста девушек, а это Кассиус Уоррингтон. Запомните первое правило факультета - для посторонних мы едины. Все разборки только в гостиной. Никаких драк, мы не грязнокровки, хотите подраться - милости прошу в дуэльный зал. Первокурсников это не касается. Пока ваши дуэли, если они и будут, под контролем старших курсов. Баллы не главное, ваша задача не опозорить свои семьи и факультет. Декан скажет своё слово завтра, а теперь по комнатам. Ричард еле подавил зевок, после сытного ужина спать хотелось неимоверно, но показать себя еще и придурком без манер не хотелось, и так репутация где-то в районе выгребной ямы, нечего ее закапывать её дальше. Уоррингтон повел парней в спальню первого курса, и тут появилась новая проблема. Не было желающих стать соседом Уизли. Забини оценил эту картину и, проворчав нечто на итальянском, вздохнул: — Вы как хотите, а я хочу спать, а рядом с Уизли или нет - так мне без разницы. Наконец Ричард устроился на кровати возле окна. Его небогатые пожитки заняли почётное место возле кровати, и парень спокойно сходил в душ и переоделся, стесняться ему было нечего. Да, одежда дешёвая и ношеная, но не лохмотья, а за телом парень старательно ухаживал, так что уродцем не был. Стоило голове Ричарда коснуться подушки, как он уснул. А утром началась нормальная здоровая кутерьма в исполнении мальчишек, точнее, началось все с Нотта: — Подъём, лежебоки! Кто не будет мыться по утрам, прокляну, я не намерен весь день вонь нюхать! Душа перед сном это отдельно касается. Ричард открыл глаза и потянулся, осознавая, что ближайшие полгода минимум никакого нытья, дурацких шуток в исполнении близнецов. По сравнению с домашним дурдомом это затишье и игнор были не так уж и страшны. Пока остальные раскачивались и просыпались под сонный бубнеж Малфоя и Забини, он успел сходить в душ и даже одеться в форму, старательно поправляя ту на себе и, критически осмотрев себя в зеркале, тихо и печально пробормотал: — Рыжий, рыжий, конопатый, убил дедушку лопатой. Припомнив кто тут Главный дедушка, Ричард невольно хихикнув, представив себе убиение Дамблдора садовым инструментом. Так что настроение у парня с самого утра было приподнятым. Две же совы первого курса с трудом приходили в себя, а вот шкафоподобные друзья Малфоя уже были готовы. Их никто не будил, видимо полагая, что кто проспал завтрак тот сам дурак. В гостиной же староста оглядел их и усмехнулся: — Вы вовремя, профессор Снейп не любит, когда опаздывают. Ричард внимательно глянул на зашедшего после этих слов в комнату мужчину. О нём дома тоже говорили, много и не всегда хорошее, правда тайком, считая, что дети не услышат. Так что о его прошлом Ричард знал. Декан же осмотрел подопечных строгим взглядом: — Итак, добро пожаловать первому курсу, с возвращением всем остальным. Запомните: Слизерин - это семья, если вы попали сюда, значит достойны этого. Я не страдаю тупым снятием баллов на своих занятиях с вас, но ошибки будете отрабатывать до тех пор, пока не сделаете всё идеально. Старшекурсники вам подскажут и объяснят, но если придется - накажут. В случае серьёзных ситуаций вы всегда можете зайти ко мне. Отправляйтесь на завтрак. Декан круто развернулся и покинул гостиную. Ричард вздохнул. Достойны? Ну что же, он будет достоин, осталось надеяться, что никто жаловаться не станет. Его тактично не замечали за завтраками, а Ричард напрягал всю память прошлой жизни, чтобы быть по манерам ближе к однокурсникам, чем к макакам, хотя тыквенный сок просто отодвинул в сторону, игнорируя. Эту гадость он не хотел видеть. Слизеринцы мирно общались между собой, старшие обсуждали какой-то приём, точнее старшие девушки, парни же обсуждали нечто гораздо более интересное, но соизволили наложить на свою компанию «заглушку», и узнать о чём там речь стало невозможным. Расписание тоже не радовало, первой же парой стояла Трансфигурация, а Джордж с Фредом обожали рассказывать как их декан игнорирует весь Слизерин и что «на её уроке вонючим слизням не видать баллов как своих ушей». Туда Ричард шёл со всеми, но словно сам по себе, его еще ждала непростая встреча с Роном. Вряд ли братишка постесняется начать выяснять семейные отношения при посторонних. Впрочем, в кабинете того не было. Ричард уселся на первую парту на их половине и хмыкнул - желающих сесть рядом не наблюдалось, тем более их нечетное количество. На столе сидела кошка, и парень был готов поставить свою палочку на то, кто это в виде кошечки. Жаль, но Рон его мысли читать не умел, так что, опаздывая на пару с Поттером, радостно провопил: — Старухи ещё нет! Слизеринцы еле сдержали смех, а Ричард глянул на брата, начиная сомневаться в его умственной полноценности: — Рональд, ну не позорься ж ты так… Благо окончила этот балаган сама профессор, ставшая человеком и начавшая лекцию, не забыв отчитать своих подопечных. Лекция была интересная, хотя и занудная, но Ричард в упор не понимал, почему им ничего не объясняют? Кроме законов Гампа, да… Практика же заставила парня вздохнуть и глянуть на палочку Билла, она ему категорически не подходила, ну куда ему дуб и сердечная жила дракона? В итоге получался пшик, вот и сейчас он повторял заклинание как попугай, даже пассы идеально воспроизвёл, а толку? — Как вообще выглядит эта иголка? - проворчал Малфой. И тут до Ричарда дошло - чистокровные, особенно парни, такое в глаза могли не видеть. Он развернулся к однокурсникам и коротко объяснил: — Представьте себе маленькую палочку, только металлическую и острую. Так должно быть проще. Ему никто не кивнул, но вскоре начали появляться первые иглы. Макгонагалл же похвалила какую-то гриффиндорку, хотя превращение было неполным. Ричард же продолжил мучить себя и бедную палочку, покуда его спичка не заострилась. Уже хлеб. С занятия все выходили толпой, и в этой толпе Рон показательно презрительно глянул на него и процедил: — Предатель паршивый, можешь забыть, что у тебя есть брат! Ричард проглотил комок в горле и прикрыл глаза. Он знал это, а сейчас лишь коротко улыбнулся: — Жаль, что факультет стал дороже крови, братец.