Рыжий рыжий конопатый

До каникул всё шло относительно хорошо. Конечно, общее напряжение никто не отменял, то, что Люпин —оборотень теперь знали все, включая последнюю летучую мышку на чердаках, и все понимали, что на второй год он не останется. На Ричарда Люпин и вовсе смотрел виноватым взглядом побитой собаки, а однажды попросил остаться после уроков: — Мистер Уизли, я недавно узнал, что именно вы были в тот вечер, когда в Визжащей хижине обвалился проход. Это сделал Питер Петтигрю, не так ли? В голове ожил Том и ворчливо отозвался: «Врет, оборотни в форме волка всё помнят». Ричард мысленно ответил: «Иди дальше мою память смотреть, я тут сам разберусь». Мужчине же он ответил: — Предположим, профессор. И что же? — Зачем вы туда полезли? Это как минимум неразумно! — А потому что первым туда за этой крысой полез Поттер, а мне мёртвый ребёнок не нужен. — Вы тоже ребёнок! — Я боевик и прохожу специальное обучение. — Это не значит, что вы должны рисковать собой, вы могли позвать взрослых… — Их позвали, а пока они добирались, я сделал всё, что мог, вытащил Поттера из-под удара. Он лицо гражданское и бесполезное. — Вы же знаете, что он Герой и Избранный, почему же вы думаете, что он бесполезен? — Гарри никогда не будет боевиком. Он импульсивен, эмоционален, не умеет слушать команды и следовать плану, его амбиции стоят для него на первом месте. А Герой и прочее это лишь красивые слова. Как и ваши, что вы случайно узнали. Вы помните, что там было. Люпин дёрнулся как от пощечины и стал выглядеть откровенно жалко: — Мистер Уизли, вы же понимаете, что я не виноват в своей болезни. — Не виноваты. А вот в том, что явились работать в школу полную детей очень даже. — У меня очень тяжело с работой было, а тут я пил зелья и был уверен, что всё будет под контролем. — Тяжело с работой? А вы не пробовали наняться к кому-то частным образом? Никому не нужен умный человек с повышенным обонянием, силой? — Оборотни крайне ограничены… — Ах да, законы, продвинутые вашим отцом Лайлином Люпином и принятые нашим добрым директором. Мужчина замолчал, смотря в пол и заявил: — Легко вам говорить. А я… — А вам пора взять себя в руки. Хотите работу вам дам? Тут у моего жениха будущего за лесом никто не следил кучу лет, не хотите поработать там? В полнолуния бегайте себе, а так будете лесником. — Вы… вы серьёзно? — Да. Только мне нужна не тряпка и жалкая шавка, а оборотень. Способный справиться с опасной ситуацией, колдовать и помогать. Так что? Не пора ли взять жизнь в свои руки? — Я согласен, но ваш будущий жених согласится? — осторожно уточнил мужчина. Ричард хмыкнул: — За хозяйство и наём работников отвечаю я. — Вы что, уже вместе живёте? — Ещё нет, но я там часто ночую с братьями. Соблюдаем приличия. Жить полностью перееду после помолвки. — Вот как… я… да, я согласен. — Отлично, профессор Люпин. Как начнутся каникулы поедем туда, домик лесника сохранился, зарплату обсудим.

***

Вечером того же дня Ричард сообщил о Люпине Андриану. Пьюси хмыкнул: — Чары против оборотней на мэноре сохранились, я их обновлю, и славно. — Отлично. Том же в голове хмыкнул: «Жаль тебя не было, когда я был школьником. Не вышел бы из меня Тёмный Лорд». «Чего это?» — уточнил Ричард. «Да ты бы живо всю дуристику из головы вытащил и здравое зерно там засадил». Том постепенно развивался, смотря воспоминания Ричарда, проживая каждый момент с ним, он становился всё человечнее и целее.

***

Питер исчез. Кто-то увидел его в другой части страны и дементоров убрали, правда, перед самыми экзаменами. Пьюси готовился к ЖАБА, Ричард же не особо переживал, живя по принципу «что знаю, то сдам, что не знаю, то уже не доучу». А еще Андриан заранее договорился с женщиной из Лютного, по всем признакам у неё родится мальчик без души, следствие тёмного проклятия. Где отец ребенка она не знала, впрочем, для шлюх из Лютного это было нормально. Познакомившись с ней, Ричард понял одно — судьба дитя её не интересует. Пусть хоть на органы разбирают, главное, чтобы денег дали. Да, в Лютный они пошли с Пьюси вместе, местные обитатели, видя Лорда-менталиста, разбегались не хуже таракана от тапка. Кроме одной бабки, она шаркающей походкой подошла к ним, когда они уже переправили мать будущую в мэнор домовиком с наказом кормить, следить, как родит — сообщить. Бабуся откашлялась и как могла любезно улыбнулась: — Здравствуйте, Лорд хороший. Пьюси изогнул бровь и глянул на Ричарда, тот дернул плечом и отозвался: — И вам добрый день, бабушка, случилось что? — Да вот, слыхала я, что вы дитятко у Мирси покупаете, может ещё одно возьмёте? — Так мы нерожденное брали, а вам своё не нужно? — Да не мое это, дочки моей окаянной, она от какого-то Лорда видать родила и смоталась, а внучку на меня скинула. Я б её к ремеслу приспособила, но дитятко больно уж дурное. — В каком смысле дурное? — нахмурился Пьюси. Бабуля воровато оглянулась и зачастила, понизив голос: — Менталистка она мелкая, вот Мерлином клянуся, мысли и эмоции чует, хотя три годочка всего. Как что не так — так и воет как сирена. И как её к ремеслам приспособить? В бордель не примут, в лавки тоже. А душить жалко, внучка ж. Не возьмётесь? Судя по лицу Пьюси, он судорожно вспоминал, кто из родни по отцу мог посеять дикий овес, Ричард вздохнул: — Пошли, бабушка хорошая, глянем дитё ваше. — Идем, идем… — женщина засуетилась и шаркающей походкой повела их к домику. Внутри не было грязно, бедно до невозможного, но чисто и прибрано. Малышка сидела в отдельной комнате на удивительно чистом коврике и играла с куклами. Для Лютного почти роскошь. Она обернулась на них и улыбнулась: — Бабушка! Пожилая женщина улыбнулась: — Да-да, Лика, я вернулась. Малышка посмотрела на парней склонив голову на бок и хихикнула: — Холосые! Ричард улыбнулся. Было видно, что бабушка внучку любила, девочка была аккуратно причесана, чисто одета, её комната реально выглядела детской. С игрушками, маленькой кроваткой и столиком с табуреткой. Пьюси кивнул: — Да, малышка явно сильная менталистка. Бабушка закивала и украдкой вытерла слезы, обнимая девочку и с трудом поднимая её на руки: — Лика, золотце моё, добрые Лорды тебя заберут к себе. Ричард хмыкнул: — Бабусь, вы вещи-то соберите. И свои, и малышки. Женщина глянула на парня почти в шоке: — Мои-то зачем? — А за малышкой кто следить будет? Я ещё в Хогвартсе учусь, а Лорду Пьюси необходимо будет учиться в Мунго и работать, а ещё у нас малыш будет второй, нам бабушка не помешает. Андриан? — Абсолютно согласен, собирайтесь. Дом большой, места хватит. Да и не дело это, вы ж внучку любите. Как вас зовут? — Мариам Кромпи. Магглорожденная я. Всю жизнь отработала, не в борделе, не думайте, в лавке. Муженёк мой за Тёмным Лордом пошёл и сгинул. Где дочь — не знаю. — Ну, вот и останетесь с внучкой, миссис Кромпи. Малышка засопела и ещё раз заявила: — Холошие! Баба, мы с ними жить будем? — С ними, Лика, с ними. Женщина засуетилась, собирая вещи. Пьюси усмехнулся: — Объявим, что это дикий овёс моего кузена. Его давно никто не видел, и где он — не ясно. Приму малышку в род на правах младшей сестренки. Пока Мариам собирала вещи, Лика серьёзно потопала к Ричарду и спросила: — А ты знаешь, что у тебя есть в голове дядя? Ричард мягко рассмеялся и опустился к дитю на ковер: — Знаю, дядя был плохим, но сейчас лечится и совсем скоро будет жить отдельно. И будет в доме малыш. — Да. Но дядя не плохой… он потелялся… тут много много потелялись и не могут найтись. А ты не потелян. Ричард вздохнул: — Да, я не потерялся. Это твои куколки? А как их зовут? — Лия и Мия. А еще есть котик Кися. Девочка приволокла нечто плюшевое, сто раз рваное и зашитое, отдаленно похожее на кота. — Он со мной спит и меня защищает. А как зовут твоего котика? — Моего зовут Фэйри. Пьюси с умилением наблюдал за ними, не забывая помогать женщине уменьшать вещи. Судя по всему, Андриан в голове представлял, как Ричард будет возиться с их детьми, и это его вполне устраивало.

***

Домовики перенесли их всех одновременно. Пока выбирали малышке и её бабушке комнаты, пока всех обустроили, в Хогвартсе уже приближался отбой, и им пришлось срочно возвращаться. Парни заметили загадочную улыбку Ричарда и насели с расспросами, тот рассказал усечённую версию, что нашли, судя по всему, родственницу Андриана, и будут вводить малышку в род. Полную он поведал только Тео, тот и так знал про Тома и ритуал, так что лишь вздохнул и задумчиво предположил: — Может, прочесать Лютный гребёнкой и собрать такой дикий овес? Ричард хмыкнул: — Кто нам позволит? Там бордели для богатых и официальное место жилья всех, кто не нужен приличному обществу. — Ты прав, но если родню найдём, то хоть её забрать можно. Я спрошу у отца. В купе они обсуждали Чемпионат по квиддичу. Ричард не любил эту игру, но это было именно про статус, так что идти придётся.