Рыжий рыжий конопатый

Министерство во главе с Фаджем зашевелилось. Международный скандал со смертью Крама никому не понравился, пусть всё выставили так, что парень сам использовал тёмное заклинание и не справился с контролем, но министр явно ощутил, что в это верят только идиоты. И он принял гениальное решение — в Хогвартс направилась его заместительница мадам Амбридж. Эту достойную даму Ричард в живую не наблюдал, но наслышан был. Драко при её упоминании хмыкнул: — Жаба розовая, подвид подхалимная. Против нас не пойдёт, она полукровка, которая делает вид, что чистокровна, и подлизывается к Лордам и тем, кто имеет власть. — Не по мою ли она душу, — хмыкнул Ричард, чуть потягиваясь, купе казалось подозрительно маленьким, хотя на деле это они уже взрослые. Тео хмыкнул: — Они бы и хотели всех собак на тебя повесить, да не выйдет, ты прикрыт со всех доступных сторон. Могут попытаться Поттера давить. — За него дядя Сириус всех порвёт на ленточки и алтарю дома скормит. Потом скажет, что так и было, — фыркнул Драко. Джинни улыбнулась парням и заявила: — Я к девочкам. Блейз кивнул с мягкой улыбкой, Ричард знал, следующим летом у них с его сестрой помолвка. Чарли, при полном согласии Леди Забини, битый час гонял Блейза по лесу, подтверждая, что тот достоин Джинни. Судя по тому, что помолвку подтвердили — достоин. Вместе с людьми по поезду ходили слухи. Рон заглянул к ним: — О, всем привет. Прикиньте, а на Гарри дементоров натравили. — И что там? — С дементорами произошёл Лорд Блэк. Что он сделал загадка, но их чисто физически больше не существует. Претензий ему не предъявили. Парни рассмеялись, Тео покачал головой: — Лорд с палочкой — это далеко не заключенный в Азкабане без возможности колдовать. Рон хмыкнул и кивнул: — Пойду дальше, я вообще близнецов ищу. Ричард уточнил: — А они что? — О, ты не в курсе. Они к Биллу смылись в августе и нынче готовятся к работе в Отделе Тайн, там их изобретения и смекалку оценили. Ну, и Отдел Тайн это не магазин приколов. Ричард кивнул, а Блейз хмыкнул: — Однако, может срок проклятия истекает? — С чего взял? — уточнил Драко. — А ты не заметил? Все Уизли покинули так или иначе семью. Вот будет Ричарду семнадцать, он вернёт фамилию Уэсли. — Ага, осталось еще пять родов найти. Малфои, Блэки, Лестрейндж, Сметвик и Бульдстроуд уже подтвердили, что примут оплату и снимут проклятие предков. — Ничего, за два года всех найдешь, — улыбнулся Драко.

***

Замок встретил их тепло, впрочем, как и всегда. Старостами их курса стали Ричард и Панси, но парень даже не обратил внимания на значок, что пришёл с письмом, спасибо Блейз напомнил ему его нацепить. Теперь же Ричард смотрел на малышей, что садились за их стол, и чуть кивнул. Пришёл его черед заботиться. После речи Амбридж Нотт с максимально серьёзным лицом выговорил: — Ричард, в комнате будем, мои зубы посмотришь? — А что у тебя там? — Да боюсь от такого количества сладкого кариес появился. После гимна Ричард и Панси собрали малышей и повели их привычным маршрутом, а уже там парень осмотрел сонные мордашки: — Итак, добро пожаловать в Слизерин. Я Ричард Уизли, ваш староста, считайте старший брат, воспитатель и карательный орган в одном лице. Запомните главное — для всей школы мы семья. Вас обидели? Говорите старшим, не ждите, пока начнут травить. Драки не начинать, не позорьте себя и свои рода, семьи. Сироты и малоимущие, если у вас чего-то не хватает, завтра подойдёте ко мне, отведём вас на Косую аллею и всё докупим. Ничего не бойтесь и смотрите вперед, а теперь идите спать. Один из мальчишек, вроде младший Хиггс, поднял руку: — Мистер Уизли! — Да? — А у нас магглокровка! Я не хочу с ним в одной комнате спать! Ричард коротко кинул в ребенка жалящее: — Молодой человек, он ваш софакультетник. Его статус крови остался за дверью. Он слизеринец и этого достаточно. Всем всё ясно? Малыши закивали, мальчик потёр пострадавшее место, но вздохнул и кивнул. Наконец, Ричард смог довести их до комнаты, строго наказав: — Увижу попытки издевательств — поставлю в угол под Ступефаем и на жалящее не поскуплюсь. Их ждало еще общее собрание старших. Монтегю хмыкнул: — Ловко ты решил проблему маглокровки. И как его к нам занесло? Теодор пожал плечами: — А может он и не маглокровка? Сирота, бастард, мало ли? Остальные закивали. Панси напомнила: — На факультете трое сирот среди младших. Кто кого берёт? Джинни подняла руку, вместе с ней были ещё две девочки. Паркинсон кивнула: — Хорошо, кто за кого в ответе — сами решите. Долохов уточнил: — Что с Амбридж у нас? Хиггс-старший хмыкнул: — Ничего особенного, нас она не тронет. Слишком любит деньги и силу. Ричард, спасибо, что моего мелкого на место вернул. Мать его разбаловала жутко. Если что — говори, я ещё от себя добавлю. Пайк уточнил: — Драко, ты хоть не ревнуешь Ричарда к значку? — Не-не-не, я помню нас мелких. Я этого не вынесу, заавадил бы к Мордреду. Кстати, Ричард, а чего ты в отдельную комнату не переехал? — А советоваться мне там с кем? С зеркалом или камином? Блейз фыркнул: — Вот-вот. Одному скучно. Монтегю напомнил: — План на год: маглокровку воспитать, сирот тоже, с Амбридж не ругаться, экзамены не завалить. Все согласны? Принято было единогласно.

***

Утром уже Ричард познал, что «тяжела шапка Мономаха». Детки оказались на диво не собранные. Маглокровка, которого звали Джек Стисон, и вовсе шарахался от… да от всего. Чары, люди, другие дети. А Хиггс-младший доверительно сообщил Ричарду: — Он ночью ревел. Парень вздохнул. План на вечер стал сложнее. Декан выступил со вступительной речью, а дальше завертелось: завтрак, уроки, тренировка. И теперь уже они с Ноттом учили малышню. Впрочем, им здорово помогали Джинни и близняшки-Кэрроу. Как и Алекс Долохов. А вечером к нему подошли две девочки и три мальчика, включая Джека. Выслушав у кого чего нет, парень записал и сообщил: — На выходных отправимся в Косой переулок. Мистер Стисон, нам надо поговорить. Ребёнок вжал голову в плечи, но покорно отошёл с ним к креслам. Наложив на них заглушку, Ричард вздохнул: — Мистер Стисон, я вижу, что что-то не так. Расскажете? Мальчик опустил голову: — Простите, сэр. Я… я не правильный, да? — Кто тебе такое сказал? — Мистер и миссис Стоун. — А они у нас кто? — Мои опекуны… Путем вытаскивания информации почти клещнями Ричард узнал всю историю жизни Джека Стисона. Нашли его одинадцать лет назад на пороге полиции. Родителей не нашли и мальчик отправился по приемным семьям. Да, приютов уже не существовало, но приёмные семьи были если и лучше, то не на много. За эти годы малыш узнал слишком много. Побои, оскорбления, сон в подвале на цепи, словно собака. Финальным был момент с его последней семьей, чуть не плача Джек рассказывал: — Мистер Стоун приходит ко мне поиграть… это игры, от которых больно, но он говорит, что я должен быть хорошим мальчиком и никому не говорить. Он говорит, что мне больно, потому что я неправильный, плохой… а когда они узнали, что я маг, сказали, что раз меня выкинули из мира магии маленьким, то я никому не нужен там, что такой как я — это отброс и я должен их благодарить, что меня не вернули в социальную службу. Ричард прикрыл глаза, ощущая как внутри бурлит не злость, ненависть. Парень взял себя в руки и мягко улыбнулся: — Мистер Стисон. Это не вы такой неправильный, это ваши опекуны ошибаются. Вы можете остаться в мире магии, мы найдём либо вашу родню, если они живы, либо тех, кто позаботится о вас. Раз вашим опекунам так тяжело дается забота о вас, то освободим их от неё, хорошо? Мальчик поднял глаза на Ричарда. Вспомнилась песня «Загляните в детские глаза, в них полно отчаянья и боли. И стекает медленно слеза от недетского, большого горя». Но в его глазах засветилась не боль, не страх, надежда: — Вы… вы верите, что я не виноват? — Я знаю, что ты не виноват, ребёнок. И к своим опекунам ты не вернёшься, даю тебе слово. Джек всхлипнул и резко подался вперед, обнимая Ричарда, пряча голову на его груди. Он не плакал, просто забыл как это, но худые лопатки отчаянно тряслись, и Ричард опустил на них ладони. Потом уже, уложив мальчика спать, Ричард отправился к декану, благо он принимал в любое время дня и ночи, вот и сейчас двери распахнулись быстро: — Мистер Уизли? Что горит? — Первокурсник. Он сирота в приемной семье. — Это еще не приговор. — А одинадцать лет всех видов насилия, включая побои, издевательства, сажание на цепь в подвал и изнасилования опекуном. Это не приговор? Снейп осел на стул. Коротко, словно нити обрезали: — Фамилия. — Его — Стисон. Опекуны — Стоун. Мужчина коротко кивнул: — Я разберусь. — Спасибо. Ребёнок туда не вернётся. Либо родню его найдём, либо найду с кем он жить будет. — Вы правы. Мистер Уизли, я одного не могу понять. — О чём вы? — Откуда взялся фонд для нуждающихся и сирот? — А. Это Блейз предложил. Мы скинулись всеми старшими курсами. Набрали сто галлеонов, должно хватить. Если что — я добавлю.

***

В качестве группы поддержки Ричард взял на выход с малышами Теодора, Пайка и Панси. Так хотя бы были шансы никого не потерять и обойтись меньшими потерями. На Косой аллее Джек вцепился мёртвой хваткой в руку Ричарда, тот лишь вздохнул. Капля по капле ребёнок привыкал к безопасности. Он уже успел поругаться с Маккошкой. Она строго отчитала мальчика за опоздание на минуту. Ричард крайне вежливо, но неприклонно ответил ей, так как стал свидетелем этой сцены: — Профессор, поправьте меня, если я не прав, вы ругаете ребёнка за то, что он опоздал на минуту и тратите на это десять минут урока? — Мистер Уизли? — Что? Я уточняю. Джек, садись на место, а вы, профессор, ведите себя профессионально. Она пожаловалась на него директору, тот Снейпу, а декан занял его сторону. Остальные дети с радостью покупали новые вещи. Мантии, ботинки, тёплые вещи, средства гигиены. Джеку тоже собрали полный набор. Уже в гостиной Ричард упал без задних ног, шоппинг с детьми это зло. В коридоре им встретились гриффиндорцы, и Невилл улыбнулся: — Привет, куда малышню водили? — Да так, кто что не купил к школе водили, покупали. — Ого, не знал о таком. — Век живи, век учись, — улыбнулась Панси. На уроке ЗОТИ начался цирк. Ладно, здороваться хором и конспектировать учебник как для малышей, в этом не было ничего особенного, они с Теодором и вовсе пользовались отводом глаз и играли в морской бой, но как же профессор выводила их на конфликт, точнее не конкретно их, а хоть кого-то. Попыталась тронуть Рона, но тот срочно включил режим тупого солдофона и на вопрос: — Вам не понятно задание, мистер Уизли Рональд? Ответил: — Всё предельно понятно, мэм. Приступаю к выполнению, профессор Амбридж. Женщина сладенько улыбнулась и начала клевать магглорожденных. За них вступился Поттер: — Профессор, они же ничего не нарушали, за что вы их дергаете? — Мистер Поттер! На моем уроке прежде чем высказаться ученик должен поднять руку и получить мое разрешение. Лицо женщины лучилось удовольствием. Это было мерзко. У женщины была минимальная власть и она искренне ей наслаждалась. Поттер почти ощутимо полыхнул раздражением: — Мы и так фигней занимаемся. — Что-что? Вы считаете программу, одобренную Министерством, фигней? Отработка у меня после уроков, мистер Поттер! И вон из класса! — С удовольствием! Гарри вылетел из класса. Женщина обвела взглядом класс: — Кто-то еще желает повторить подвиг мистера Поттера? Ричард спокойно поднял руку. Амбридж удивленно распахнула глаза: — Мистер Уизли? — Да, профессор, но через минуту. — Отчего же? — Как раз прозвенит звонок с урока. Женщина не успела ответить, урок прозвенел раньше, Ричард спокойно собрал вещи и кинул через плечо: — Спасибо за урок, профессор. Уже в коридоре Блейз фыркнул: — Мастер-класс по опусканию жаб от непревзойденного старосты.