Целоваться умеешь?

Данила несмело жмёт на дверной звонок пошатанной жизнью двери. По ту сторону слышится даже с лестничной клетки, чей-то бубнеж и ор, скорее всего Илья опять задевает мизинцем тумбочку в коридоре, которую им с соседом на пару, всё никак не продать на авито. Он и Кашину предлагал, но ему как-то не до несчастной тумбы, да и не вписывается она под планировку студии.  — Руслан, там Даня? — кричит Коряков с комнаты, выползая полуголым. Дверь открывает тот самый сосед. Блять, Кашин стоит с самым идиотским выражением лица, словно паренек когда-то кинул его на большие бабки. Рот приоткрыт, ресницы трепещут, руки не слушаются.  Дело в том, что частенько Данила начал захаживать в кофейню у университета. Впервые повстречал забавного, татуированного мальчишку, с взмокшими от пота прядями у виска. У того сиропы в разном порядке стояли, целая гора посуды, банка с чаевыми до краев и в одном ухе, уже непосредственно у самого бариста, наушник торчал. Видимо был час-пик, иначе ничего не придумаешь, глядя на пустую витрину и хаос вокруг.  Только Руслан тогда буркнул что-то под нос, вместо приветливого: «Здравствуйте, что желаете?».  Устремляя взгляд на стойку, смахивая оттуда крошки от печенья. Данила и потёк. Он заходил раза три на неделе, даже если баланс карточки жалобно глядел на него. Шатен встречал его в первые два дня с виноватым выражением лица, молчаливо извиняясь за хуёвый настрой в самый первый раз. А затем глядел с опаской. Наверное узнал от сменщицы, что некий рыжий студентик интересуется сменами Руслана. Ну да, зассал Кашин.  Вообще, понять его можно, первый раз так втюрился, залипая на карих глазах.  А сейчас выясняется, что тот самый сосед Корякова – и есть смазливый паренёк из кофейни. Конечно он в ахуе. Они с Илюхой всё время собирались у него, а про Руслана он слышал только что-то в бытовом контексте, не догадываясь о месте работы. Так бы, хоть свёл концы с концами, встретились бы в более формальной обстановке. Но нет, Кашин два месяца пускает слюни и молча сверлил взглядом, изредка кидая пару соток на чай.  — О, привет, — Руслан встречает его в забавной тканевой маске для лица, с мордой панды. На голове розовый ободок, чтобы прядки волос не прилипали. Блять, он такой домашний.  — Привет, я Даня, — отвиснув, Кашин несмело шагает за порог, дверь за ним закрывают.  Наконец-то выходит Илья.  — Даня нахуй, ты сказал к пяти придёшь, — Коряков жмёт протянутую ладонь и перенимает игровой диск для компа с чужих рук. Всё это, под заинтересованным взглядом Руслана, который почувствовал себя третьим лишним. Он вообще узнал Данилу?  Тот оправдывается за ранний визит, ладони предательски потеют, а щёки окрашиваются в алый цвет.  — Да забей, хавать будешь? — Коряков кивает в сторону кухни. Ну нет, сейчас и кусок в горло не полезет.  — А пиво есть?  — Рановато ты начал. Есть конечно, Руслан с нами, ты же не против?  Сука, конечно не против, он бы вообще только с Русланом пиво пил, не в обиду Корякову.  — Я текилу пью, стащил вчера с клуба, — Тушенцов лыбится. 

***

В целом, Данилу не сильно развозит, но когда он выкуривает сигарету стоя у форточки на кухне, ощущает помутневшим рассудком сразу четыре бутылки пива в себе.  В моменте Руслан спустился в магазинчик рядом с домом, рыжий поняв, что держать в себе такой момент тяжело, вывалил Илье, что тот типок, по которому так долго сохнет Даня, оказался Русланом.  Что делает Коряков? Обещает, конечно блять, обещает молчать, но как только поддатый Тушенцов появляется на пороге с догоном, произносит:  — О, Руслан прикол, Данила оказывается на тебя уже пару месяцев дрочит и мозг мне ебёт, что ссыт познакомиться, — хмельной Илья хихикает, хлопая рыжего по плечу.  — Пиздит, честно, — Кашин поднимает руки, пиздит честно именно он. — Ого, — Руслан со звоном ставит бутылки крепкого на стол, удивленно косясь на рыжего.  Блять, ого? Ого? Это точно пиздец, Илья заруинил катку, Данила чувствует как лицо плывет и заливается краской. Под шумок, спустя минут сорок, он ныряет вглубь квартиры и там уже на балкон.  Пиздец. Конечно никто не стал цепляться за эту тему, быстро спустили на тормоза, но теперь Руслан смотрел на него особенно выраженным взглядом. И хуй поймёшь, рад он этому заявлению или нет.  — Дань? Поделишься сигой? Я свою пачку проебал где-то, — Тушенцов тормозит за спиной, хрипло интересуясь.  Рыжий оборачивается через плечо, отмечая что парень выперся в одной футболке. Холодно, так-то. Он молча протягивает сначала пачку никотиновой дряни, а затем пихает свою толстовку, вылезая из неё.  — Спасибо, — шатен встает бок о бок, накидывая капюшон объемной, красной кофты. Тоже подкуривает, оглядывая профиль рыжего, — да забей ты, я знаю Илью, пиздит он много. — Так и будешь умалчивать о том, что я реально таскался два месяца к тебе? Сука, — Данила смеётся, прикрывая лицо ладонью, с сигаретой меж зажатыми пальцами.  — Ну, по сути я тоже должен был уволиться месяц назад, — выдыхает Руслан, проворачиваясь всем корпусом, — а потом сменщица говорит, что типок который косится на меня – спрашивает про мои смены. Да, я злился, хули ты ссыкло такое и подойти не можешь, я из-за тебя в нелюбимом месте месяц отхуярил.  Рыжий теперь смеётся громче, прижимая фильтр сигареты к губам, делая последнюю затяжку. Окурок летит за пределы окна, ворот толстовки на Руслане мнется, когда его притягивают и целуют. Открыто, без лёгкой пробы и сразу лезут языком в дёсна. Запах выпитого алкоголя бьет в нос, но Данилу это не смущает, зато волосы у Тушенцова на затылке мягкие, шелковистые. Тот почти задыхается, потому что отстраниться ему не дают, сминая пухлые губы во влажном поцелуе, едва без слюны текущей по подбородку. Ну, конечно, не он же был изголодавшийся два месяца подряд. Так, глазками в ответ хлопал, играясь.  Чужой бок сжимается грубой ладонью, ныряет под толстовку и кожу холодит пальцами.  — Дань, Дань, — Руслан аккуратно отстраняется, облизывая покусанные губы, рыжий ползёт к шее, выцеловывая теперь её, — блять, нихуя ты не скромный.  — Блять, ну вы ахуели, нет?  Илья появляется на пороге, обиженный и губами сложенными уточкой. Так то, новая, початая бутылка текилы их ожидает на кухне.  — Зато сейчас не зассал.  Рыжий улыбается, подталкивая Тушенцова к выходу.