ледяная госпожа — та еще милашка

Лин Мо открыла панель управления роботом-пчелкой, перешла в систему продаж и выставила в лавку шесть только что приготовленных персиков. Не прошло и трех секунд, как всё было раскуплено. Она установила начальную цену в 20 бэев, как за обычную выпечку, но из-за крайне малого количества товара система автоматически включила режим аукциона. В итоге шесть персиков принесли ей целых 600 бэев. Закупив упаковочные коробки, Лин Мо бережно упаковала заказы, добавив к каждому по паре танхулу и немного конфет, после чего отправила посылки покупателям. К этому времени подоспели и бамбуковые булочки. Удерживая в одной руке блюдо с парящей выпечкой, а в другой — две палочки танхулу, она вышла из кухни. Заметив во дворе Мо Цзинь, девушка направилась прямиком к ней. — Я приготовила булочки в виде бамбука, добавила внутрь мед. Хочешь попробовать? — радостно окликнула она спутницу. Мо Цзинь отложила семена пшеницы и обернулась. Лин Мо стояла перед ней, задрав голову и всем своим видом выпрашивая похвалу. Панда опустила взгляд на пароварку: булочки выглядели на редкость изящно и аппетитно. Она подошла ближе, взяла одну и поднесла к лицу. Густой пшеничный аромат вскружил голову, пробуждая аппетит. Заметив краем глаза, что Лин Мо, не мигая, следит за каждым её движением, Мо Цзинь осторожно откусила кусочек. Она невольно прикрыла глаза: сладкий мед уже успел пропитать тесто, даря ему тонкий цветочный аромат. Вкус был сладким, но не приторным — на редкость удачное сочетание. — Ну как? Тебе нравится? — Нравится. Мо Цзинь не обладала вредной привычкой томить людей ожиданием; если ей что-то приходилось по душе, она говорила об этом прямо. Сияющая Лин Мо сейчас казалась ей даже слаще, чем медовая булочка в руках. Лин Мо окончательно приободрилась. Она так и знала, что панды — те еще сладкоежки. Мо Цзинь взяла еще одну булочку и протянула её девушке: — Это тебе. Щеки Лин Мо слегка порозовели. Быть кормленной с рук посреди бела дня — довольно неловко. Она не решилась взять угощение губами, вместо этого перехватила булочку пальцами и принялась медленно жевать. На лице Мо Цзинь отразилось недовольство, в воздухе снова повеяло холодом. Раньше Лин Мо вела себя совсем иначе: сама угощала её и не отказывалась, когда её кормила Мо Цзинь. Теперь же она будто намеренно держала дистанцию. *«Разве она не говорила, что обожает панд? Что любит расчесывать им шерстку? Неужели всё это была ложь?»* Почувствовав перемену в настроении спутницы, Лин Мо поспешно достала из-за спины танхулу: — Вот, я купила тебе танхулу, попробуй. Холод в глазах Мо Цзинь чуть рассеялся, она пристально посмотрела на искреннее лицо девушки, всё еще пытаясь разгадать её истинные намерения. Она приняла лакомство, откусила одну ягоду и вдруг заметила, что за спиной Лин Мо прячет вторую палочку. Взгляд панды померк. — Почему там еще одна? — небрежно поинтересовалась она. Не почуяв подвоха, Лин Мо ответила честно: — А эта для Женьшеневого малыша. Мо Цзинь медленно опустила руку с танхулу и ледяным взором смерила Лин Мо. В голове девушки мгновенно завыли сирены тревоги, и она бросилась спасать положение: — Это... это оплата за работу! Чтобы он помог мне с посадками. Ты же сама говорила, что он мастер в садоводстве, а я как раз хотела попробовать вырастить боярышник. Мо Цзинь не проронила ни слова и просто ушла. *«Неужели поняла, что я вру, и поэтому разозлилась?»* Лин Мо почувствовала острое раскаяние: такое доброе дело — и так глупо испорчено. И зачем она только сболтнула про вторую палочку? Кто же знал, что Мо Цзинь приревнует к какой-то сладости? Попытка догнать её не увенчалась успехом — панды и след простыл. Лин Мо тяжело вздохнула. Обернувшись, она увидела у хижины целый мешок свежей муки. Видимо, пока она болела, Мо Цзинь всё это время выращивала пшеницу и готовила муку, желая сделать сюрприз. А она в ответ только расстроила её. Плечи Лин Мо поникли. Она уныло откусила свою танхулу. С каждым кусочком ягоды казались всё кислее, а потом и вовсе горче — горечь заполнила всё сердце. Слезы покатились по щекам и звонко разбились о красную глазурь ягод, оставляя на ней тусклые пятна. Никогда еще Лин Мо не было так горько, будто она в одночасье лишилась самого дорогого сокровища. Внезапно её окутало знакомое тепло чужих объятий. Подняв заплаканное лицо, она увидела Мо Цзинь и разрыдалась в голос. — Я больше никогда не буду покупать две палочки! Пожалуйста, не сердись на меня! Мо Цзинь безмолвно поглаживала её по спине. Когда всхлипы поутихли, она негромко произнесла: — Я просто ходила проверить, вырастет ли дерево боярышника, если закопать в землю танхулу. Лин Мо застыла. Осознав смысл сказанного, она едва не рассмеялась сквозь слезы. — И как... выросло? — с тревогой спросила она. Мо Цзинь качнула головой: — Деревья растут долго. Нужно время, чтобы узнать результат. *«Врушка, ты же можешь мгновенно вырастить его своей силой!»* — подумала Лин Мо, но вслух ничего не сказала. Это была их маленькая ложь во спасение, негласный секрет. Она больше не задавала вопросов, вытерла слезы тыльной стороной ладони и снова засияла улыбкой. Ей стало немного неловко: вообще-то она не была плаксой. Смущенно выпутавшись из объятий, она присела вместе с Мо Цзинь на ступени крыльца. Мо Цзинь принялась вырезать что-то из дерева, а Лин Мо сидела рядом, подперев щеку рукой. Видимо, за последнее время на неё свалилось слишком много, и накопившееся напряжение выплеснулось в этой минутной слабости. С того момента, как она проснулась духом бамбука и попала на этот остров, она жила в постоянном страхе перед темнотой. Если бы не Мо Цзинь, которая всегда была рядом, она бы давно сломалась. Лин Мо и сама не знала, откуда в ней бралась смелость спорить с местными оборотнями. А недавняя болезнь окончательно сорвала плотину — чувство беспомощности накрыло её с головой. Она до ужаса боялась, что Мо Цзинь уйдет. За время их жизни вместе она привыкла полагаться на неё, ощущая рядом с ней безопасность. Мо Цзинь была нужна ей — и как защитница, и как близкий человек. Ей хотелось, чтобы эта молчаливая панда оставалась с ней до самого конца стажировки. В приюте не любили плаксивых детей, поэтому она привыкла всегда улыбаться и не доставлять хлопот. Но сегодня она не сдержалась, и Мо Цзинь всё равно обняла её. Возможно... на неё действительно можно положиться. Раздумья прервал Рысенок. Он прибежал к калитке и, высунув голову из-за забора, радостно прокричал: — Я наловил в колодце маленьких черепашек! Великий Жрец велел отдать их вам. Рысенок явно не заметил, что помешал моменту; он увлеченно рассматривал трех крошечных черепах в своих лапах. Лин Мо подбежала и открыла калитку. Черепашки один в один походили на Анголоку из её сна — такие же куполообразные панцири, напоминающие раздутые шарики. Лин Мо невольно покосилась на Мо Цзинь. Та тоже смотрела на находку с глубокой задумчивостью. — А почему ты не на охоте? — спросила Лин Мо. — Как ты их в колодце нашел? Рысенок поник, и азарт в его глазах угас. — Брат ушел с вожаком на охоту. Пару дней назад они пытались поймать лося, но не вышло, только сами все поранились. Я уже два дня хожу голодный, вот и решил воды побольше выпить, а там — эти черепашки. Лин Мо ахнула: — У вас всегда так трудно с едой? Бедный, ты же совсем исхудал. — Нет, раньше мы на лосей не охотились. Это слишком опасно. На острове всегда было полно диких кроликов, наш клан ими и питался. Но теперь кроликов почти не осталось. Это становилось серьезной проблемой. Сушеного мяса у Лин Мо не осталось, и угостить малыша было нечем. Её взгляд упал на робота-пчелку. Она помнила, что в магазине стримов продавались живые кролики. Если восстановить экологию острова, заняться почвой и лесом, можно создать для рысей устойчивую экосистему, и они перестанут голодать. Но на покупку семян и кроликов нужны были огромные деньги. Значит, нужно найти способ помочь рысям наладить свое производство, чтобы они могли продавать товары и зарабатывать на восстановление природы острова. ~~~~ ппа я тут стала думать (это было плохой идеей) они ведь сами звери и по сути да и они едят таких же зверей но у которых нет сознания пока, а если бы они их не съели и они обрели бы человеческое, получается ли, что это каннибализм? и зная, что у них в мире есть такие растения и звери как люди вообще могут держать каких нибудь питомцев домашних, типа завёл котика, а оп он оказался парнем человеком и что делать или зоопарки держать, норм ли им, что у зверей там может быть людское сознание и норм ли этим травам зверям жить как, пока это плохая идея, больше ни слова