Из огня да в полымя

Перед глазами всё вспыхнуло, звон в ушах оказался оглушающим. Следом он провалился в темноту. На задворках сознания Зиман ощутил как его поднимают. Чьи-то холодные, уверенные и невероятно родные руки сначала подхватывают его, а потом сознание окончательно отключается. Через время в мозгу проясняется, и голубые глаза, с копной тёмных ресниц на веках медленно открываются, привыкая к яркому свету. В груди нестерпимо жжёт, а тело не слушается. Взгляд натыкается на белую макушку рядом. А дальше встречается с взволнованным серебристым взглядом. Уильям рядом подскакивает. — Зиман, слава Хранителю! Ты очнулся! - практически хватая его, воскликивает Уилл. В ушах простреливает от восклицаний друга и Зиман морщится. — Уилл, что же ты орёшь...?- кряхтит он, когда потереть виски не даёт острая боль в предплечье. — Чёрт!.. Уильям спешно укладывает "пациента" на койку: — Лежи. Тебе нужен отдых. Я сейчас сообщу Саре о твоём пробуждении. — А что случилось? Что со мной произошло?- недоумевает Зиман, явно намекая на своё раздражение из-за этого факта. — Тебя ранил Виндиго. Он слишком близко подошёл к лагерю. Уильям сжал кулаки, будто ненавидя себя за такую оплошность. Даже если она не его. — С этим нужно что-то делать. — Зиман хмурится. — Если Виндиго уже настолько силён, нужно как-то обезопасить лагерь. Например забор.. Ссссс....! Раненое предплечье простреливает болью и из-за плотно сжатых губ вырывается болезненное шипение. Уильям тут же подрывается со стула и пригвождает слишком активного Зимана к постели, надавив на грудь. — Не дёргайся! У тебя царапины от когтей почти по сантиметру толщиной! — Он явно преувеличивает — Увижу что ты до полного восстановления пытаешься работать, сделаю так, что тебе мало не покажется. Уяснил? — Уильям злился редко. Но когда его гнев прорывался наружу, Уилл становился другим человеком. Ладонь на груди приятно давила и покалывщие ощущения расползались от неё по всему телу. У Зимана перехватило дыхание от вида мужчины над ним. Ему хотелось подчиняться. Он приоткрыл рот, жадно глотая воздух, ведь его запасы стремительно уменьшались. Страх от ночных ужасов, боль от ран и прочие эмоции меркли. Остались только глаза напротив. — Я...понял. Буду осторожней... Секунда. Пять. Десять. Уильям не убирает руку. Зиман этого не просит. Глаза в глаза. Искра. Буря. Безумие. Они сближаются в считанные секунды, сталкиваясь губами и зубами. Это не страсть. Это отчаяние. Они не знают останутся ли живы, не знают победят или нет. Но сейчас это не важно. Рука Уильяма стаскивает ткань на груди Зимана в кулак. Пальцы здоровой руки последнего, вплетаются в блондинистые пряди. Они выпускали всё, что боялись сказать вслух. Влажный чмок и тяжёлое дыхание губы в губы ознаменовали конец их "разговора". — Ты кажется обещал сделать так, что мне мало не покажется. — Провоцирует, чертяка. Но Уиллу нравится. — Не сомневайся. В долгу не останусь. — Фыркнул Уильям и увлёк парня в новый поцелуй.