Повязка

Громкий стон слетел с губ, когда что-то коснулось твоих половых губ. Из-за повязки Асабы твоё зрение было ограничено, поэтому оставалось только полагаться на остальные органы чувств. Тихий смешок раздался прямо над ухом, а потом горячее дыхание коснулось кожи, посылая мурашки. — Детка, я даже не начал, а ты уже вся на взводе... Как мило. Зубы коснулись мочки уха, кусая, а потом язык прошёлся по всему уху, снова доводя тебя до дрожи, и с губ слетел тихий выдох. Конечно же Харумаса прекрасно знал, насколько твои уши чувствительны, и нагло пользовался этим. Касания парня были везде. На груди, животе, шее, бёдрах, но эти прикосновения ощущались лёгкими. Почти невесомыми... Что ещё больше распаляло желание внутри тебя. Подушечка пальца наконец спустилась к твоему низу живота и всячески обходила желанное место, сильнее дразня тебя. Ты нахмурилась и захныкала, пытаясь всячески заставить пальцы коснуться себя, на что услышала лишь тихий смешок, и касания вовсе прекратились. Тепло тела Асабы начало пропадать, и по его шагам ты пыталась понять, куда он направляется. Послышалось тихое шуршание, и вот Харумаса снова навис над тобой, и ты чувствовала, как он пожирает тебя взглядом. Затем ты почувствовала, как что-то твёрдое прижимается к тебе сзади. Пытаясь понять, что это, ты настолько погрузилась в свои мысли, что, когда предмет начал вибрировать, не сдержала стона. Парень внимательно наблюдал за тобой, продолжая держать вибратор около клитора, пока что на средней скорости. Вид тебя, пытающейся сдержать стоны, не поддаваться бёдрами к вибратору... Заставляет его сильно возбудиться. Прибавив мощность на устройстве почти до максимальной скорости, Асаба сильнее прижал его к тебе, заставляя издать громкий стон. Ухмылка на губах стала лишь шире. Толкаясь бёдрами навстречу вибратору, ты чувствовала, как всё ближе к тому самому наслаждению. Движения становились более беспорядочными, а стоны — громче. И когда почти тебя накрыла волна оргазма, Харумаса резко убрал вибрирующую машинку, слыша твой разочарованный стон. — Прошло только пару минут, а ты уже готова кончить? Милая, ты же понимаешь, что так не пойдёт, да? – только по интонации в твоём мозгу всплыло изображение парня, который сейчас улыбается как Чеширский кот. — Хару... Пожалуйста, дай мне... Смотря на твоё тяжело дышащее тело, Асаба больше не мог терпеть и быстро расстегнул ремень, скинув его на пол, а к нему присоединились и штаны с бельём. Парень тут же прижался к тебе и впился в губы поцелуем, уже сам не выдерживая своих подразниваний. Изводил тебя, а на самом деле себя... Язык скользнул внутрь, касаясь твоего, а руки на этот раз не стеснялись касаться твоего тела и сжимать кожу где угодно, выбивая тихие выдохи. Твои руки обвили его шею, прижимаясь к нему ближе. Пальцы зарылись в его волосах, сжимая их, пытаясь хоть как-то выместить свою гипервозбуждённость. Ты прикусила губу Харумасы, а потом, оторвавшись от его губ, провела языком по чувствительной коже, слизывая капельку крови. Асаба смотрел на тебя затуманенным взглядом, в котором читалось явное желание. Хоть он и не видел твоих глаз, но знал, что ты бы смотрела на него точно так же. Его руки сжали бёдра так сильно, что позже там будут красоваться синяки. Воздух в комнате стал невыносимо душным. Тяжело дыша, парень толкнулся бёдрами, и головка медленно вошла внутрь. Протяжный стон вырвался из твоей груди. Пальцы Харумасы пробежались по твоему животу вверх и сжали грудь, а свободная рука осталась на бедре, сжимая его до боли, будто боялся, что ты исчезнешь, если ослабит хватку. Он вошёл не до конца, замер на пару томительных секунд, давая тебе привыкнуть к ощущениям. Ты чувствовала, как дрожат его пальцы на твоём бедре, как тяжело и прерывисто дышит он тебе в шею, пытаясь сохранить остатки самообладания. — Ну уж нет, – прошептал он охрипшим голосом, чувствуя, как твои бёдра нетерпеливо дёрнулись ему навстречу. — В этот раз ты будешь умолять меня до конца. Он медленно вышел почти полностью, заставив тебя застонать от потери, а затем резко толкнулся внутрь, входя до основания. Твоя спина выгнулась, а крик удовольствия смешался с его приглушённым стоном. Ритм нарастал постепенно. Каждое движение Харумасы было выверенным и глубоким, он словно изучал тебя заново, ловя каждый твой вздох, каждую дрожь. Повязка на глазах только обостряла ощущения — ты чувствовала каждое прикосновение его пальцев, каждое сжатие его рук, жар его тела, прижимающегося к твоей спине. — Хару... пожалуйста... – выдохнула ты, уже не понимая, о чём именно просишь: быстрее, сильнее или чтобы это никогда не заканчивалось. Он ускорился, его дыхание сбилось, стало таким же беспорядочным, как и твои стоны. Зубы впились в твою кожу, оставляя следы от укусов, а потом ещё начали появляться и засосы. Это стало последней каплей. Волна наслаждения накрыла тебя с головой, заставив выгнуться и закричать его имя. Харумаса вошёл в тебя ещё несколько раз, а потом вышел и кончил тебе на бёдра, наблюдая, как жидкость стекает по влажной от пота коже. Тяжело дыша, он уткнулся лицом в твои волосы, целуя плечо, шею, висок. Его пальцы нежно гладили твой живот, бедро, грудь — теперь ласково, почти невесомо, будто извиняясь за то, как сильно сжимал минуту назад. — Моя девочка, – прошептал он, стягивая с твоих глаз повязку. Ты прищурилась, привыкая к свету, и тут же встретилась с его потемневшим, но уже не таким диким взглядом. На губах играла довольная, чуть виноватая улыбка. — Прости, что так долго мучил, – хрипло прошептал он, касаясь губами уголка твоего рта. — Но ты же знаешь — я люблю смотреть, как ты сходишь с ума от желания. Ты слабо ударила его в плечо, но рука тут же обессиленно упала, и вы оба тихо рассмеялись, всё ещё не размыкая объятий.