Наруто: Тварь

Мир шиноби трещал по швам. Чакра, некогда служившая инструментом созидания, превратилась в основу военной машины. В Конохе действует ССШ — Секретная служба шиноби, элитное подразделение для спецопераций, диверсий и ликвидации особо опасных целей. Их агенты появлялись из ниоткуда, выполняли задание и исчезали без следа — словно призраки, несущие смерть. Школы шиноби в Конохе — все 150 — работали на износ. Обучение начиналось в семь лет, заканчивалось в двенадцать, и теперь, в час нужды, выпускные экзамены сдавали досрочно. Вчерашние дети, едва научившиеся контролировать чакру, получали удостоверения рядовых шиноби и отправлялись на фронт. Дальше — академия, где курсантов распределяли в боевые шестёрки под командование опытных капитанов. Пять лет учёбы, а затем — контрактная служба в армии шиноби. Но война не ждала. Она требовала жертв здесь и сейчас. Верховный главнокомандующий Хирузен Сарутоби собрал высший командный состав в штабе. В зале царила гнетущая атмосфера: на картах горели красные метки — точки прорыва вражеских сил. Стены помещения украшали портреты прошлых героев, а под потолком висел огромный герб Конохи — символ стойкости и единства. — Враг ударил по всем фронтам, — произнёс Хирузен, голос его звучал тяжело, но твёрдо. — Союз трёх стран прорвал оборону на севере. ССШ уже работает над ликвидацией их командования, но нам нужно время. Мобилизовать всех — от ветеранов до курсантов академии. Генерал армии Фугаку Учиха кивнул, его взгляд был сосредоточен, Шаринган едва заметно мерцал. — Мой клан готов выставить тысячу бойцов. Но без координации между странами мы проиграем. Нужно наладить связь с союзниками — если они не подтянут резервы, север падёт за неделю. Какаши Хатаке, генерал‑полковник, склонился над картой. Его повязка на глазу чуть сдвинулась, обнажая край Мангекё Шарингана. — Разведка докладывает, что противник применил оружие, запрещённое международной конвенцией. Точную природу явления установить не удалось — все разведгруппы, пытавшиеся подойти ближе, были уничтожены. Известно лишь, что оно уничтожило целый батальон на востоке. Мы потеряли капитана Инари и его группу. Майто Гай, тоже генерал‑полковник, сжал кулаки. Его зелёная форма была испачкана пылью после ночного патруля, но глаза горели решимостью. — Мы не отступим. Пусть наши сердца горят, как пламя юности! Предлагаю усилить патрули на южных рубежах — там замечены передвижения вражеских диверсантов. Асума Сарутоби, генерал‑лейтенант, посмотрел на отца. В его руках дымила сигарета, но лицо было серьёзным. — Отец, я предлагаю задействовать курсантов академии. Они уже прошли базовую подготовку. Да, они молоды, но у них есть потенциал. Если мы обучим их прямо на передовой, это даст нам дополнительные силы. Хирузен помолчал, взгляд его скользнул по лицам собравшихся. Он видел усталость в глазах Какаши, решимость в позе Фугаку, юношеский запал Гая и тревогу в глазах сына. — Да будет так, — наконец произнёс он. — Но пусть боги хранят их души. Тем временем группа ССШ получила задание ликвидировать вражеского генерала, подозреваемого в применении запрещённого оружия. В составе — Какаши, Гай и 120 элитных оперативников, лучших из лучших. Среди них выделялись пятеро: Рен, Мико, Такео, Юки и Хиро — носители редчайшей мутации, известной как Дьявольское перевоплощение. Они могли временно превращаться в существ, схожих с порождениями тьмы, но сохраняли разум и контроль над собой. Они двигались по ночному лесу бесшумно, словно тени. — Цель — уничтожить его до рассвета, — сказал Какаши. — Никаких свидетелей. Гай улыбнулся, хотя в глазах читалась тревога. — Пусть наша победа будет столь же яркой, как рассвет! Операция пошла не по плану. Враг, окружённый печатями призыва, сложил последнюю комбинацию печатей. Земля затряслась, из разлома в земле вырвался столб чёрного пламени, и перед шиноби появилось Кайдзюцу 4‑го уровня. Существо возвышалось на 15 метров. Его тело состояло из переплетённых костей и пульсирующих вен, покрытых чешуйчатой кожей цвета запекшейся крови. Голова напоминала череп быка с тремя пустыми глазницами, из которых струился фиолетовый туман. Вместо рук — огромные когтистые лапы с лезвиями на фалангах. Спина была усеяна костяными шипами, из которых вырывались языки чёрного пламени. Каждый его шаг вызывал подземные толчки. Один из оперативников побледнел и отшатнулся. — Что это за тварь?! Отступаем, живо! — Назад! — закричал другой, бросаясь к краю поляны. — Мы не справимся с этим! Бойцы начали хаотично отступать, некоторые уже складывали печати телепортации. Паника нарастала, кто‑то кричал: — Я не хочу умирать! Это не шиноби, это демон! Какаши резко поднял руку, его голос прогремел, перекрывая шум: — СТОЯТЬ! — он сделал шаг вперёд, снимая повязку и обнажая Мангекё Шаринган. — Отступать бесполезно. Оно догонит и убьёт каждого. Вы слышите?! Каждый, кто побежит, — погибнет. У нас один шанс — сражаться. — Но мы даже не знаем, что это! — выкрикнул молодой агент, его руки дрожали. — И не надо знать! — рявкнул Гай, выходя вперёд. — Мы — шиноби Конохи! Мы не бежим от страха! — Гай прав, — Какаши обвёл взглядом бойцов. — Рен, Мико, Такео, Юки, Хиро — активируйте Дьявольское перевоплощение. Остальные — концентрированный огонь по суставам! Гай, отвлекай его. Действуем! Пятеро избранных шиноби одновременно сложили печати. Их тела начали трансформироваться: кожа покрылась чешуёй, кости удлинились, мышцы вздулись, глаза стали красными с вертикальными зрачками. Через мгновение они уже стояли в облике существ, напоминающих Кайдзю, но меньших по размеру и более ловких. — Атакуем с флангов! — приказал Рен, его голос теперь звучал ниже, грубее. — Не дайте ему развернуться! Бой начался. 120 оперативников атаковали одновременно: огненные шары, лезвия ветра, печати паралича — всё отскакивало от брони существа. Кайдзю взмахнул лапой — десять агентов разлетелись в стороны, некоторые уже не поднялись. — О боги… — прошептал кто‑то. — Держись! — Мико подхватила раненого товарища. — Вставай, мы ещё живы! Гай атаковал в лоб, используя Восемь Врат, но даже его сверхчеловеческая скорость не могла пробить защиту монстра. Рен и его товарищи бросились в атаку. Юки нанёс удар по ноге Кайдзю — когти вспороли кожу, потекла чёрная кровь. Такео атаковал с другой стороны, пытаясь отвлечь внимание. — Оно уязвим в области шеи! — крикнул Мико, уворачиваясь от удара хвостом. Хиро рванулся вперёд, но Кайдзю заметил его и ударил лапой. Хиро успел частично увернуться, но когти задели плечо — он отлетел в сторону, тяжело дыша. — Хиро ранен! — крикнула Юки. — Не сдаваться! — прохрипел Рен, бросаясь на помощь. — Мы победим! — Гай, отвлеки его ещё на пять секунд! — Какаши стиснул зубы. — Сейчас или никогда! Гай кивнул и бросился вперёд, нанося серию ударов. Кайдзю повернулся к нему, открывая спину. — Теперь! — Какаши сложил печати и произнёс: — Свечение райской бездны! Из его глаза вырвался ослепительный луч белого света. Он пронзил грудь Кайдзю, прошёл насквозь, оставив в теле монстра огромную дыру. Существо взревело и начало рассыпаться на части, превращаясь в пепел. Но цена была ужасна. Глаз Какаши лопнул, кровь потекла по щеке. Он упал на колени, задыхаясь от боли. Гай подхватил его. — Ты сделал это, Какаши… Но какой ценой… Какаши хрипло выдохнул: — Война только начинается. Нам нужно предупредить Хирузена — если враг может применять оружие такой мощи, это меняет всё. Рен подошёл к ним, его форма уже вернулась к обычной. — Хиро… он не выжил. Все замолчали. В воздухе повисла тяжёлая тишина. Кто‑то тихо выругался, другой вытер слёзы рукавом. — Похороним его с почестями, — тихо произнёс Какаши, с трудом поднимаясь на ноги. — А теперь — возвращаемся. У нас ещё много работы. Группа двинулась обратно, неся тело павшего товарища. Ночь медленно отступала, уступая место рассвету. Война продолжалась....