Предательство.
18 мая 2026 г., 20:06
Один шаг. Такой ничтожный шаг, обычный, не имеющий последствий в обычной жизни заставляет моё тело перелететь через нестабильное ограждение старого моста и моё тело летит вниз, пока из моего рта вырывается единственный крик, заставляющий обернуться Тома, который разбирался с Джонни, у которого мы недавно украли товар со склада и убили его подчиненных. Оказывается, он сразу понял, кто это был и устроить засаду в чертах старых доков, куда мы с Томом приехали, чтобы на пару часов забыться обо всем в разговорах о наших жизнях. Его карие глаза мгновенно округляются и он, без раздумий, стреляет в Джона, убивая его единственным выстрелом в висок.
– ЭЛИЗАБЕТ! – кричит он, подбегая к ограждению, но моё тело падает в воду, оставляя под собой ряд брызг и звука громкого падения с немаленькой высоты.
Ледяная вода обвивает моё тело, заставляя его онеметь, пока я безуспешно пытаюсь пошевелить руками и ногами, но безуспешно – моё тело не слушается меня. Паника накрывает меня, но как бы я не старалась – я не могу сделать и ничтожного гребка, чтобы попытаться всплыть. Организм пытается сделать вдох, но вместо этого в рот попадает вода, из-за чего в груди горит, как будто кто-то поджег мои легкие керосином. С каждой секундой я ощущаю, что погружаюсь все глубже, паника становится все сильнее, заставляя сердце стучать так, что если бы кто-то был рядом – он бы услышал его стук... А затем... Я ощущаю странное спокойствие. То, что я тону, становится не так важно, моё тело опускается на песчаное дно, поднимая зыбкий песок по воде вокруг меня. Зеленые глаза медленно закрываются... Я ощущаю, что больше не существует ничего. Нет боли, нет предательства, нет ничего... Не существует меня.
***
Я вскакиваю с кровати с диким, паническим криком. Кажется, что горло сдавило так, будто я реально тонула, но тут же понимаю, что это очередной кошмар. Паника отступает, и я могу сделать пару-тройку панических вдохов, пока моё сознание возвращается к реальности и понимает, что я просто спала и со мной всё хорошо. Сажусь на кровать, сжимая в тонких пальцах корни каштановых волос. Эти чертовы кошмары преследуют меня уже несколько дней, заставляя сердце панически сжиматься в страхе, а дыхание сбиваться в неровные такты.
Смотрю на часы: восемь утра. Понимаю, что не усну и иду в ванную, принимая теплый душ, который вымывает с меня весь страх и пот. Помыв голову и высушив её в ванной, я начинаю типичные сборы на работу, параллельно готовя себе завтрак. Натягиваю на себя привычные широкие джинсы черного цвета и футболка белого цвета и такого же цвета кроссовки. На самом деле, как бы странно это не звучало, я была рада, что на работе не было дресс-кода, а то сидеть часами за ноутбуком в неудобной рубашке и юбке-карандаш меня бы убило не меньше, чем сны, которые мне снятся.
Выхожу из дома, закрыв его на ключ и подхожу к машине, открывая её и сажусь за руль. Машина заводится с кнопки, и я начинаю движение. Теплый ветер из открытого окна развивает мои русые волосы, и я ощущаю, как паника от сна ушла на последний план, абсолютно не волнуя меня в данный момент.
Паркую и блокирую тачку, направляясь ко входу в штаб. Там, развалившись на диване, сидел Георг и Густав, которые явно оживленно беседовали о чем-то, пока я не вошла.
– Доброе утро, Бэт, – почти синхронно сказали парни с улыбками на лицах, на что я улыбнулась в ответ. Прозвище Бэт, которое являлось сокращением моего имени, закрепилось за мной с самого начала моего пути в банде, поскольку, как шутил Билл – моё имя слишком длинное для экстренного реагирования, а затем оно пошло и в обычный обиход.
– Доброе утро, парни! – я сажусь за стол с ноутбуком, открываю его и включаю, выводя на экран данные по складу.
– Ты даже кофе не выпьешь? Сразу работать? – Георг подпер подбородок ладонью, смотря на меня своими голубыми глазами.
– Я планировала сделать сегодня типа инвентаризации... – задумчиво говорю я, открывая документы с оборотом товара и остатками товара на складе, ставя одну ногу на край стула, положив на колено подбородок, выглядя за столом, как королевская креветка. А потом удивляюсь, почему у меня так болит спина. Но зато, королевская. Пусть и креветка.
Георг и Густав продолжают свои диалоги уже тише, чтобы не отвлекать меня, но мне в целом не было так трудно сконцентрироваться на цифрах, потому я впала в состояние математической фрустрации, высчитывая остатки. Недавно был перерасчет товара, за которым я провела весь вчерашний день, заполняя данные в таблицах, сегодня поставок и отгрузок товара не было, потому, когда я увидела немалую недостачу товара... Я знатно, извиняюсь за выраженение, ахуела.
– Парни... А Том когда приедет?.. – спрашиваю я настороженным голос, переводя взгляд на парней, на что оба сразу напряглись, а Густав поправил очки в толстой оправе, что сползли на его нос.
– Вроде... Через час, – спокойно сказал блондин, но чувствуя напряженный тон сразу нахмурился, как и Георг, – Что-то случилось?
Я кивнула, резко подскочила, достав телефон из кармана, набирая номер Тома. Спустя пару монотонных гудков раздался его хриплый голос, видимо, он все ещё спал, и я вырвала из прекрасных объятий морфия.
– Да, Бэт...?
– У нас пропажа товара. Килограмм травы, килограмм героина, пять снайперских винтовок и четыре глока, – протараторила я, на что на том конце трубки раздался шорох, вероятнее всего, он поднялся с кровати, явно пребывая в состоянии шока от такого количества товара.
– Ты уверена?
– Перепроверила три раза, ошибки быть не может...
– Через двадцать минут буду, звони остальным, чтоб тоже приезжали, – я не успеваю даже вздохнуть, как Том отключился.
Я перевожу взгляд на Георга и Густава, которые слышали разговор, начав обзванивать всех участников, пока я снова села перепроверять цифры, но все сходилось к тому, что реально была пропажа товара и немаленькая. Сумма ущерба доходило до сотни тысяч, чтобы не заметить это, потому даже глупцу было понятно – это явная кража.
Спустя полчаса зашел последний человек – Билл, который выглядел так, будто он встал минуту назад: без типичного макияжа и укладки. В обычной ситуации я бы посмеялась, но не сейчас, сейчас не до этого. Все уселись кто где, пока Том бродил туда-сюда, словно тигр в клетке, скрестив руки на груди, задумчиво смотря куда-то вперед, словно надеясь, что стена может ответить на все его вопросы.
– Бэт, начинай, – с удивительным спокойствием сказал Том, но я видела, как выделялись желваки на его лице из-за стиснутых зубов, на что я со кивнула и со вздохом произнесла:
– При проверке остатка товара на складе я обнаружила пропажу товара в большом количестве, а именно: пропажа килограмма марихуаны, килограмма героина, пяти снайперских винтовок Barrett M82 и четыре пистолета Glock 17. Доступ к складу есть только у наших людей, ибо вчера я была на складе и не было даже подозрения на взлом замка, так что если вы знаете, кто это мог быть – говорите, – я говорю спокойно, хотя внутри клокочет. Все уставились на меня, как будто я сказала, что мы умрем послезавтра. Все в банде прекрасно знали, как Том и Билл относятся к предателям, потому понимание, что это мог быть кто-то из банды даже омрачала.
Билл посмотрел на меня, задумчиво выгнув бровь.
– Ты уверена? – спросил он, слегка недоверчиво, ведь ему не хотелось верить в то, что в их клане завелся воришка, на что я лишь кивнула.
На самом деле, мне хотелось верить, что моя дырявая голова ошиблась, но я вчера провела учет каждого товара, все таблицы были заверены отчетами прошлых инвентаризаций... Потому все молча переглядывались, а по помещению пошел шепот. Тысячи слов смешивались в единый гул, который заставлял мои мысли спутываться. Какое же паршивое начало дня...
Один из парней – Мэттью с кудрявыми волосами и многочисленными татуировками на руках и шее подскочил и показ на меня пальцем.
– Эй! А может это ты и украла товар?! Ты же новенькая, еще и девушка, а уже имеешь доступ к складу! – его голос раздался по помещению, из-за чего все взгляды мигом устремились сначала на него, а затем на меня. Я замерла на стуле, смотря на кудрявого, а затем посмотрела на Тома, который посмотрел на меня, как будто... Эта версия имела место быть.
– Элизабет... – начал Том таким спокойным голосом, но меня напрягло то... Что он назвал моё полное имя, которое произносилось последний раз тогда, когда мы впервые познакомились. Тон его голоса был... Слишком спокоен, но я понимала – он не сулит ничего хорошего, – Будь так добра объяснить... Почему ты была на складе вчера, и я об этом не в курсе?
– Делала инвентаризацию, – мой голос дрожал от страха, и я нервно сглатываю. Я знаю, что я не виновна, я знаю это! Я знаю, что я просто осмотрела остатки товара, но как убедить в обратном Тома?! Вся моя репутация могла бы кричать о том, что я могла это сделать: проблемы с семьей и работой, увлеченность работой на складе и в отчетах...
– Да, а ты уверена, что со склада не пропала пара-тройка товаров, которые тебя по праву даже не принадлежат? – его спокойный голос вызывал табун мурашек и я уверена, что еще одна фраза и он взорвется.
– Я не...
И, о Боже, мои догадки были верны: он резко подходит ко мне, вцепляясь в воротник моей футболки, что я готова поклясться, я чувствовала, как тонкие ниточки рвутся, а из горла вырвался легких хрип – его действия удушали меня, но не в полную силу, из-за чего я задышала чаще. Его карие глаза, в которых всего пару дней назад я видела беспокойство из-за раны, теперь испепеляли меня ненавистью, что мне казалось, что ещё минута я сгорю от его действий. Каулитца старшего никто не попытался остановить – перечить Тому мог лишь Билл, который теперь стоял в стороне, не смотря на картину перед ним, а куда-то в сторону.
– Что такое, Элизабет, думаешь, если ты девушка, то я буду тебя жалеть? Ты правда считаешь, что если допустил тебя до работы здесь, то тебе позволено все, чего ты захочешь? Или ты считаешь себя особенной?! – он тряхнул меня пару раз, мои зеленые глаза наполнились слезами, но ему было глубоко плевать на это: гнев захватил его полностью, выключив разум сразу.
Его рука ушла за поясницу, а уже через секунду мой лоб встретился с дулом FK Brno 7,5 FK. Этот малыш отличался своим быстрым характером, так что один выстрел и мои мозги забрызгают всех людей, которые здесь находятся, а я умру, не успев даже моргнув. Мои глаза панически смотрят на этот пистолет, а затем я закрываю глаза, пока из моих глаз струятся слёзы.
Мысленно я простилась со всеми близкими людьми и врагами и успела всех простить. Говорят, жить хочется перед смертью... Я согласна с этим.
Все мои прошлые подростковые мысли о самоубийстве после ссоры с мамой, когда она забирала шнур от ноутбука и давала пару размашистых подзатыльников показались такой брехней, когда к моему лбу прижато дуло. Я готова поклясться, что я вспомнила молитвы, которым меня учила моя покойная бабушка с огромным сердцем, добротой и любовью к Богу. Ничего... Еще пара секунд, и мы встретимся, бабуль... Ты еще раз обнимешь меня, испечешь своих вкусных булочек с корицей и маком, расскажешь сказку перед сном... Всё, как в детстве...
Взвод пистолета прозвучал, как приговор – я покойник. Я умру за то, чего не совершала, я была в мафии до последнего вздоха своего, и я надеюсь, что мне за такую участь выделят место в раю. Интересно, а рай или ад существует? Или там простая пустота и моя душа будет мучаться в абсолютном безделье без возможности послушать любимую музыку? Ха, Хейл, ты умудряешься найти во всем плюсы даже тогда, когда ты на грани жизни и смерти. Идиотка.
– Том, стой! – крикнул Билл, перехватывая его руку с пистолетом, на что получил злой взгляд старшего, но младший убрал его руки от меня, взяв меня за плечи, – Элизабет, а ты камеры проверяла?
В тот момент я готова была упасть в колени Биллу и молиться на него, как на Всевышнего, потому что моя тупая и дырявая голова не додумалась проверить камеры, которые были на каждом углу на складе, как раз на случай пропажи товара!
Я качаю головой, на что Билл посмотрел на меня, как на дуру, и я была согласна с этим взглядом. Билл подлетел к ноутбуку, открывая приложение с записями камер, пока я еще в шоке пытаюсь прийти в себя и на дрожащих ногах иду к Биллу, а за мной подтягиваются остальные.
Упираюсь руками в стол, смотря на записи. Каулитц включил обратную перемотку: вот я, осматриваю товар, записываю остатки в блокнот и так с каждым рядом товара, что уже подтверждало, что товар взяла не я. Потом отмотка возвращается к моменту, когда я пришла на склад, а затем... На склад проникает человек в черном худи и капюшоном на голове, который берет товар, а затем оглядывается и от резкого движения капюшон его худи спадает с головы, обнажая кудрявую шевелюру, а другая камера в другом месте показала лицо...
– Мэтт... – тихо сказал Билл, посмотрев на парня, который изначально подозревал меня. Ну, как подозревал, пытался подставить меня, ведь я же новенькая, значит я могла не знать всего того, что должна знать о правилах банды, но к счастью – я знала их почти с самого начала.
Лицо кудрявого выразило панический страх, который был у меня пару минут назад. Уверена, когда я стояла с закрытыми глазами и пистолетом у лба – он ликовал, что его грязный секрет останется в тайне и он продолжит жить дальше.
Ублюдок... У него хватило смелости подставить девушку, из-за чего её чуть не убили! Господи... Я клянусь, я буду по гроб своей жизни обязана Биллу. Том медленно повернулся всем телом к Мэтту, который был ниже его на голову, смотря на него холодным взглядом.
– Том, я все объясню! Прошу, дай объясниться! – начал панически тараторить Мэтт, на что получил удар в челюсть от Каулитца, на что парень свалился на землю, держась за челюсть, смотря на своего главаря понимая: его участь предначертана рукой стоящего над ним парнем.
– Ты посмел украсть товар и подставить девушку! Что тут объяснять?! – Том пнул парня в бок, вызывая у него хриплый стоп боли, а из его рта вытекло пару капель крови. Каулитц присел на корточки, взяв Мэтта за волосы, – Я даю тебе сутки вернуть товар, либо бабки за товар. Не вернешь – узнаешь, что такое ад.
– У меня нет сто... – резкий удар по носу с кулака перебил парня, и он завизжал, как резанная свинка, зажав нос рукой, а из пальцев виднелась алая кровь. Вероятно, Том сломал ему нос.
– Найдешь и завтра же принесешь все до последней крошки. И не пытайся бежать – я найду и последствия будут хуже ада, – Том говорил это так, что у всех побежали мурашки по коже, потому что все понимали: он не шутит. Парень испуганно подскочил и побежал к выходу, запинаясь о собственные ноги. У него было двадцать четыре часа найти все, что он уже, вероятнее всего, продал каким-нибудь барыгам за бесценок, а бабки слил на дешевых сифилисных шалав из гетто.
На моем лице нельзя было прочитать эмоций, я и сама не понимала, что чувствую в данный момент: шок? Облегчение? Не знаю, но эмоции переполняли меня, завязывая мой живот в тугой узел, заставляя наклонить голову вниз. На моё плечо легла рука Тома – я научилась это понимать без взгляда – тяжелая, как бремя, которое я ношу с начала моей криминальной деятельности.
– Бэт... – он начал говорить мягко, на что мои плечи задрожали, словно березовый лист на ветру. Этот человек чуть не убил меня десять минут назад, а теперь мягко говорит со мной, будто не он хотел пристрелить меня?!
– Убери, – холодно говорю я. Такой тон был впервые слышен из моих уст, так что рука Тома отпрянула через мгновение. Я подняла голову и молча пошла к выходу из штаба, оставляя удивленные взгляды мафии позади. Я уверена, что каждый из них допустил даже мысль о моей причастности к краже, раз уж ни один человек, кроме Билла, не решил вмешаться. Только по приезду домой я поняла, что даже не отблагодарила его за спасение, что было подло с моей стороны, но в тот момент эмоции просто отключили разум и мне стало так противно, что видеть все эти лица было просто тошнотворно. Особенно лицо Тома, который допустил мысль о моем предательстве, когда я старалась ради блага банды, а в итоге все вышло... Как всегда.
Я молча села в свою машину, завела её и через секунду уехала со стремительной скоростью с места штаба, оставляя после себя пыль от дороги и удивленные взгляды банды. По прибытию домой я заперлась в доме, упав на кровать лицом в подушку, сжимая её по краям. Том, к которому я, как казалось, начала чувствовать что-то... Обвинил меня в предательстве и предал меня сам, даже не дав сказать ни слова. Слезы текли сами собой, вымывая из меня поток всех эмоций, который был внутри моей души, заставляя меня сжимать зубы от потока разочарования, который полностью окутал мою голову.
Том, который никогда не прощает предательств...
Сам предал меня, вопреки всем принципам.
***
С новой главой, дорогие читатели! Получилось много, надеюсь, что вы оцените❤️
В тгк @prod_by_alyminiiii больше интересных фактов о фанфике и о процессе его написания, всегда рада подписке✨
