Разгромай 2021

Игорь боялся, что теперь его затаскают по дорогущим ресторанам. Серый сказал, что хочет немного свиданий и романтики, и Игоря черт дернул согласиться. И теперь, вспоминая Разумовского, он с содроганием думал, что для него свидания и романтика. Если его нарядят в дорогущий костюм и затащат в Палкинъ, он сбежит так, что только пятки сверкать будут. Мир, в котором, как он думал, вертелся Разумовский, ему совсем не нравился. Серега встретил Игоря с работы и сразу куда-то утащил. “Куда-то” оказалось спуском к реке. Холодным вечером, а сам-то в одной тонкой рубашке. Игорь накинул на него свою куртку даже не для того, чтобы поухаживать, а чтобы эта бацилла на ножках не слегла на ближайшую неделю. Разумовский укутался в куртку и полез в карман. — Кто-то говорил, что бросил курить. — Не расскажешь, что мы здесь делаем? — Ты же сам согласился на свидания. Так вот, что в его понимании романтика. Сидеть, как подростки, у реки, курить одну сигарету на двоих (у Игоря оставалась последняя) и делать вид, что им не холодно. Разумовский полез в рюкзак (в рюкзак! со значками!) и достал оттуда две бутылки пива. Вот теперь точно как подростки. Серый открыл бутылки ключами от своей дорогущей квартиры где-то на Чернышевской. Все страхи о дорогих ресторанах испарились. Они говорили о всякой чепухе. О забавных случаях на работе. О том, какими люди могут быть идиотами. О коллегах – что Игоря, что Серого. Ушли только тогда, когда терпеть холод стало невыносимо. — Ну раз мы сегодня на романтичном… Игорь оставил его одного, только попросил сбегать за сигаретами. Бросить, может, и бросил, но иногда хотелось закурить под настроение. Или во время сложных дел. А сам пошел к любимому ларьку с шавермой. По такому случаю решил шикануть – взял две двойные в сырном лаваше. Разумовский ждал его, уже наложив руки на новую пачку. Этот тоже не курил, но за компанию, да тем более чужие – за милую душу. При виде Игоря, а с ним еще и шавермы, у него загорелись глаза. По Разумовскому видно, что не кормят. Да и кому его кормить? Живет один, в компании вороны, питается подножным кормом. Не Игорю осуждать, сам такой же. Но надо же поухаживать, тем более на свидании. Разумовский впился зубами в лаваш. Все лицо в соусе перепачкал. Вообще никак не отреагировал, что несколько капель упали на шелковую рубашку. Игорь даже не был уверен, что отстирается. — Не могу понять, свинья ты или дитя голодного острова. Серый облизнул пальцы и тихо засмеялся. — Во-первых, у меня две руки. Во-вторых, я с самого утра ничего не ел. Спорим, что ты тоже? Игорь не ответил, вместо этого принялся за свою порцию. И, конечно, тоже весь измазался. Они гуляли по ночному историческому центру, не замечая времени. Поняли, что загулялись, когда начало рассветать. Игорь взглянул на часы – метро все еще закрыто. Можно было бы дойти пешком, но Игорь не был уверен, что мосты уже свели. Они нарушили главное правило ночных прогулок и не уследили, на каком они берегу. Разумовский, видимо, правильно оценил его сложное лицо. — Ты в курсе, что такси существует? — В ночи по кольцевой? Я тебе кто, султан? Разумовский выразительно закатил глаза и полез за телефоном. И даже адрес не спросил. — А сам как? Вплавь? — На крыльях ночи. Такси приехало быстро. Разумовский позволил себе максимум, какой мог на людях – обнял и похлопал по плечу. И, только подъезжая к квартире, Игорь понял, что эта рыжая лисица забыла вернуть ему зажигалку.