Невидимая точка

Она сидела на подоконнике, обхватив колени руками, укутав себя своими же крыльями. По щекам текли слёзы, обжигая кожу, а внутри словно орудовали кошки, скребя своими когтями. Её подопечный находился рядом. Вжавшись спиной в угол комнаты, он сидел на полу и, облокотив голову о стену, бездумно смотрел в окно, сквозь неё. Люди всегда в самые сложные моменты жизни, словно чувствуя, смотрят на своих хранителей. Они смотрят, но не видят. Про такое часто говорят "смотрит в невидимую точку". И каждый раз хранители скорбят вместе с ними. Не только из-за бессилия помочь, но и ещё из-за одной причины... Хранитель появляется у человека не с самого рождения, лишь с момента, достаточного, чтобы привыкнуть, понять, привязаться и полюбить... Да, они любят своих подопечных. Но любят как самого близкого им существа, любят чисто и безусловно. Так было и с ней. Появилась, когда школа была окончена и настал момент поступления в университет. Вступительные, недосып, недоедания, иногда – наоборот. Она всегда была рядом. Видела, как он, подобно мальчишке, плакал из-за первой тройки в семестре. Но также видела, как он брал себя в руки, готовился до той степени, когда уже слова начинают путаться. Она любила наблюдать, как он пританцовывает под музыку, когда готовит или убирается. Смеялась, когда пытался петь или красовался перед зеркалом. А глаза... у него они всегда сияли. Человек, сам того не зная, за это время стал для неё тем самым огоньком, что всегда согреет просто своим присутствием. Сейчас же этот огонёк погас, как и его глаза. Потухшие изумруды в чёрной оправе всё также продолжали бездумно смотреть прямо на неё, ища хоть какого-то ответа... но она не могла... Хранители могут проявиться лишь тогда, когда жизнь их человека висит на волоске. Но лишь тогда. В другие же моменты, когда от пропасти отделяет всего пару шагов, но жизни ничего не грозит, им запрещено проявлять себя – только наблюдать. Так было и сейчас. Она не просто чувствовала – она знала, что его жизни не угрожает никакой опасности. Но также знала, что сердце его разрывается на куски, внутри скребутся те же кошки, что и у неё, а старый мир рушится, оставляя от себя лишь осколки. Знание это исходило не из предчувствия хранителя, а из их сущности. Подопечным уготовано судьбой пережить то, что когда-то не смогли их хранители. Она не смогла... Медленно, словно ступая на разбитое стекло, она спустилась с подоконника и подошла к всё ещё сидящему юноше. – За что... – протянул он в пустоту. – Так бывает, – произнесла она, опускаясь на его колени и обнимая его. – Ты справишься... обязательно справишься. Несмотря на потухший огонь в глазах, он всё ещё оставался не просто тёплым – горячим. Прижавшись плотнее, она укутала юношу своими крыльями, в этот момент даже немного радуясь, что не может проявиться. Так они и сидели: хранительница, прижавшаяся к своему подопечному, и человек, даже не подозревающий, что в этот момент его, стараясь защитить от всего мира и подарить хоть немного тепла, укутывают чёрные перепончатые крылья.