𝑺𝒖𝒓𝒑𝒓𝒊𝒔𝒆

Примечание: На эту идею меня подтолкнул пост в телеграмм канале по жс. Спасибо, админке🫶🏻 Извиняюсь за ошибки/опечатки. ПБ включена. ———————————————————————————— «Холландер, тебя ждет курьер. Открой уже дверь», — написал Илья, развалившись на диване в своем доме в Бостоне. Шейн был на выездных играх своей команды, близился плей-офф, и мистер «Мне-нужна-победа», как обычно, был напряжен. Илья же был уверен в своей победе, поэтому решил немного поиздеваться над своей Джейн. Тем более что реакция его соседа по номеру отеля, где остановилась вся команда, наверняка, усилит реакцию самого Шейна. Ответ на сообщение пришёл не сразу, словно Холландер специально выжидал долгие десять минут и только после скинул селфи с небольшой продолговатой коробкой в руках. «Курьер очень странно на меня посмотрел. Разве они должны знать, что в коробке?» Розанов ухмыльнулся и пожал плечами, хотя прекрасно знал, что Шейн этого видеть не мог. «Может, ему стало интересно, что могут отправлять на имя Шейна Холландера. Ох, будет неловко, если он открыл коробку...» — сарказм русского хоккеиста чувствовался даже через экран телефона. На лице Ильи появилась наглая ухмылка, а сердце замерло в ожидании. По всем канонам, Холландер должен был распаковать коробку, увидеть красивую упаковочную бумагу с клюшками и хоккейными шайбами, разорвать её в предвкушении и получить в подарок огромный леденец со вкусом клубники в виде члена. Илья хотел подарить черничный или ежевичный, чтобы цвет леденца был фиолетовым, но, увы, такой найти не получилось. Прошло уже больше десяти минут. Розанов гипнотизировал телефон, перезаходил в приложение — вдруг новое уведомление не отобразилось? — но сообщений от контакта "Джейн" так и не последовало. Илья успел расстроиться, что желанной реакции не будет, даже начал набирать сообщение, которое должно было пробудить в Шейне эмоции, но вместо этого в чате появилось видео, на обложке которого Холландер сидел, судя по всему, на кровати с этой самой продолговатой коробкой в руках.

***

Шейн знал о том, что к нему должен приехать курьер ещё с самого утра. И с самого утра был как на иголках. Одно дело отвечать на сообщения в телефоне и совсем другое — получать посылки. Наверняка у Хейдена появятся вопросы о том, кто отправил Шейну посылку. Он же не может сказать, что этот курьер от Ильи Розанова, с которым Холландер для всех жёсткий соперник. Шейну повезло. Хейден умчался куда-то сразу после тренировки, сказав, что будет поздно. Холландер остался наедине с собой, а позже, когда пришёл курьер, наедине с коробкой, отправленной Ильёй Розановым. Хоккеист скинул селфи отправителю, с грустью понимая, что чуть позже ему придётся удалить это фото из чата. Никто и никогда не должен узнать, что "Лили" в телефоне Шейна — Илья, а "Джейн" в телефоне Ильи — Шейн. Грустно вздохнув от этой мысли, Холландер откинул телефон, сев на кровать, скрестив ноги, будто вот-вот собирается медитировать. Сектор настроения сменился почти сразу. Шейн весь день переживал по поводу плей-офф, по поводу того, что Хейден может увидеть посылку. Теперь он вправе расслабиться хотя бы на пару минут, открывая посылку от Ильи. В крови застыло предвкушение. Парень открыл коробку и еле сдержал легкую улыбку. Нечто было упаковано в бумагу с хоккейным орнаментом, слишком аккуратно, чтобы поверить, что это делал Илья Розанов, но Шейн знал, что русский будет слишком кропотливо относиться ко всему тому, что связано с ним самим. Решив не тянуть время, парень разорвал упаковку и про себя тихо усмехнулся. Ощущение, будто они поменялись местами: Илья, аккуратно запаковывающий посылку, и Шейн — бесцеремонно разрывающий упаковку. Первое, что показалось парню на глаза, — белая палочка, тонкая, но, судя по всему, крепкая, похожая на палочку от леденца. Холландер потянул за неё, вытаскивая весь предмет из упаковки, и вспыхнул. Щёки покраснели в ту же секунду, правда, он не понял из-за чего именно: смущения или злости. Шейн несколько раз моргнул, изучая полупрозрачный предмет, тяжесть которого слишком правильно ощущалась в руке. Как бы это ужасно ни звучало, член казался слишком реалистичным, и Холландер невольно представил член Розанова, такой же объёмный и... идеальный. Шейн отругал себя за подобные мысли, но выкинуть их из головы не получалось. Во рту скопилась слюна, а в жилах закипела кровь. Теперь Холландер определённо точно испытывал раздражение. Что этот русский себе позволяет? — Розанов, твою мать! — выкрикнул Шейн в пустоту и схватил телефон, откидывая на кровать огромный красный леденец в виде члена. Холландер уже занёс палец над кнопкой вызова, готовый набрать своей клоунессе Лили, но на секунду завис. Глаза чуть прищурились, а взгляд скользнул к леденцу. В голове возник потрясающий план мести. Розанов точно хотел вывести Шейна на эмоции. Но не тут-то было, лучший игрок Монреаля не так прост. — Что ж, играем по твоим правилам, Илья, — снова вникуда сказал Шейн и вместо вызова зашёл в камеру.

***

Илья хмыкнул, несколько секунд смотрел на колёсико загрузки, а потом, не задумываясь, открыл видео, прибавляя звук. На видео появился Шейн с открытой коробкой и улыбкой, милой, чертовски цепляющей улыбкой. — Хейден куда-то ушёл, — повествовал Холландер на видео, медленно откладывая коробку. Как Илья потом понял, она была пустой и, скорее всего, взята лишь для интригующей обложки. — Поэтому я подумал.. — взгляд Шейна скользил куда-то за камеру, словно он кого-то увидел, а улыбка на лице из милой превращается в игривую. В такую, какой обычно улыбался сам Розанов. — Тебе наверняка будет интересно посмотреть обзор на твою посылку? — полувопросительно глянул в камеру лучший игрок Монреаля, и в кадре, в его руках, появился тот самый клубничный член. Уже без упаковки. Только леденец на палочке. — Ты же этого хотел, Розанов? — тихим, хриплым голосом произнес Холландер, и пухлые губы обхватили головку сладости. Розанов тут же поставил на паузу и проморгался, отводя взгляд. Нет, он явно хотел не этого. Он ждал криков в трубку. Смущённого бормотания. Злостных выкриков о том, какой Илья мудак, раз додумался такое отправлять во время выездных игр. Но русский хоккеист явно не ожидал, что Шейн решит показать сладость в деле. Илья снова посмотрел на телефон, глаза зацепились за губы, обхватывающие головку сладкого члена, и взгляд Шейна. Вызывающий, горящий. Розанов почувствовал тяжесть внизу живота и тесноту в домашних шортах. Порой, после долгих разлук, ему было достаточно одного взгляда на Холландера, такого потерянного, веснушчатого Холландера, чтобы возбудиться. А здесь этот самый Холландер обхватывает подаренный Ильёй член. Нет, это выше его сил. По-хорошему, Илья должен бы был выключить видео и никак на это не реагировать, сказать, что Холландер слишком пошлый для этого мира, и пошутить, что тот, как обычно, видя член, тянет его в рот. Но интерес был выше. Намного выше желания подразнить Шейна. Розанов прикусил губу и включил видео, внимательно, пожалуй, даже слишком, наблюдая за Шейном. Холландер отстранился от сладости и подмигнул в камеру. Высунув язычок, парень провел им от верха до самого низа, при этом не отводя взгляда от камеры, снова обхватил губами головку и отстранился с громким чмоком, тихо промычав. — Мм.. Ну знаешь, неплохо, Илья, — Шейн сделал паузу, всего пару секунд, но у Розанова побежали мурашки. Холландер произносил его имя с легким канадским акцентом, из-за чего оно звучало мягче и более растянуто. Каждый раз, когда Шейн звал Илью по имени, Розанов был готов положить мир к его ногам. Чертовски нечестно. И чертовски горячо в данной ситуации. — Хотя, знаешь, твой мне нравится куда больше, — канадец понизил голос, из-за чего тот сделался хриплым, и снова обхватил леденец, прикрыв глаза. Розанов, не моргая, наблюдал, как Шейн берет в рот всю длину. Как губы растягиваются вокруг клубничной сладости. И чувствовал, как всё внутри него сжимается, а домашние шорты уже не просто тесные, они неприятно давят. Илья поерзал, стараясь держать себя в руках, хотя ладонь уже легла на возбужденный орган, пока лишь через ткань шорт, словно поправляя. Шейн слегка повернулся, чтобы Илья видел его профиль, и поднял подбородок, посасывая леденец под другим углом. Кадык дергался после каждого глотка, а в динамике слышалось хриплое мычание. Мышцы шеи напрягались так, что в некоторых местах даже выступили венки. Это стало последней каплей. Розанов выругался, принимая свое поражение, и запустил руку в шорты. Сухая теплая ладонь обхватила истекающий возбужденный член, слегка сжимая. Большой палец несколько секунд массировал головку, а после Илья начал методично двигать рукой вверх-вниз. С приоткрытых губ срывались тихие стоны. Веки начинали тяжелеть, но Илья упорно смотрел в экран телефона, даже не думая отводить взгляд от Холландера. Розанов успел пожалеть, что его мобильник такой маленький. Экран буквально помещался в ладони, будучи даже чуть меньше. — М-м.. Розанов, я нашёл еще один минус этой сладости, — с причмокиванием отстраняется Шейн и нарочно медленно проводит языком, который принял еще более яркий цвет из-за красителя в леденце. — Со временем он уменьшается.. Не то что твой.. — вздохнул парень, поджимая припухшие красные губы, от которых Илья, к своему ужасному сожалению, не мог отвести взгляда. Желание поцеловать Холландера, вдавить его в кровать отеля, на которой Шейн сейчас сидит, и несколько часов не отпускать, возрастало в геометрической прогрессии, а рука ускоряла движения. — Ты же не сдержался, правда? — член-леденец пропал из кадра, а Шейн поддался ближе к камере. Розанов сразу зацепился взглядом за веснушки, которые не выходили из головы после той самой первой встречи перед финалом Международного кубка юниоров. — Розанов, я слишком хорошо тебя знаю.. — прошептал Шейн и поцеловал камеру, а потом запись вдруг прервалась. Илья хлопнул глазами и провел пальцем по экрану. Не включился. Заряд есть.. Запись просто прервалась. Холландер издевается над ним! Илья стиснул зубы и сжал член, слегка, доставляя легкую, но приятную боль. Большой палец второй руки скользил по экрану, набирая видеозвонок Шейну. Тот взял после первого гудка. Перед Ильёй появилась довольная улыбчивая мордашка. — Илья, как неожиданно, — промурчал Холландер и чуть наклонил голову, внимательно рассматривая Розанова. Русский хоккеист мог поклясться, что даже через экран телефона почувствовал этот изучающий взгляд. — Какой-то ты растрепанный, понравилось моё видео? — невинно спросил Шейн, словно несколько минут назад не заглатывал клубничный леденец. Илья сглотнул, скользнув взглядом к правому верхнему уголку, где отображался он сам, и выдохнул через нос. Щеки были красноватые, на лбу выступила испарина, а венки на шее напряглись. — С каких пор такой правильный мальчик играет против правил, Холландер? — хрипло произнес Илья, снова переводя взгляд на Шейна, большой палец надавил на головку, предотвращая желание кончить раньше времени. — Какие могут быть правила в твоем подарке, Розанов? — Шейн пожал плечами, словно над чем-то раздумывая. Не прошло и секунды, как парень начал менять свое положение. Теперь телефон стоял на чем-то, вероятно, та же подставка, что использовалась для снятия видео, а Шейна было видно по пояс. Парень немного отполз к спинке кровати, и теперь Илья видел его бедра. Обнаженные бедра, обтянутые нижним бельём. — Помнишь тот вечер в пентхаусе? — будничным тоном спросил Холландер. — Когда ты сначала смотрел на меня, как хищник на свою добычу, а потом поставил в догги-стайл и вдалбливал в кровать, пока я не забыл своё имя? — Шейн говорил медленно, словно рассуждал или пробуя слова на вкус. При этом его взгляд был где угодно, но не на Илье, канадец явно пытался показать, с каким притворным спокойствием относится к этому разговору. Илья снова сглотнул и медленно кивнул. Он помнил. Даже слишком хорошо, для того, что было больше года назад. Помнил, как Шейн сначала смущался, когда Розанов попросил его потрогать себя. Помнил, как потом парень буквально подполз к нему на кровати, лишь для того, чтобы облизать член. И прекрасно помнил, как вдалбливал Холландера в кровать под звуки шлепков и хриплых стонов. Градус в крови определённо поднялся, а возбуждение крепким углом стянулось внизу живота, заставляя Илью немного поерзать. — Помню, — хрипло ответил русский, понимая, что Шейн ждал этого ответа. Простого кивка ему недостаточно. — Хочу повторить. Только наоборот. — тут же ответил Холландер и прикусил нижнюю губу. Взгляд его потемневших глаз вернулся к Илье. Парень развалился на кровати и скрестил руки на груди. — Я буду смотреть. А ты трогать себя. — это звучало почти как приказ. Шейн выглядел чересчур властным, и Илье это не нравилось. Он любил, когда Холландер слушается его, но никак не наоборот. Однако тело реагировало совсем по-другому. Член предательски дернулся, словно напоминая о себе. — И еще один нюанс, мы не сможем трахнуться, после того, как ты кончишь, — голос стал грустным, Шейн немного выпятил нижнюю губу, изображая всё свое недовольство. — А жаль.. — вздохнул парень и покачал головой. Несколько секунд он дал Илье на размышление, а после приподнял подбородок и махнул рукой. — Согласен? Или я сбрасываю? Будешь пересматривать видео, смотреть на то, как я облизываю леденец и мечтать, чтобы мои губы коснулись твоего члена.. Илья рвано вздохнул, выругался на русском и прикрыл глаза. Дыхание сбилось снова, стало тяжёлым и прирывистым. Сердце забилось быстрее, так, что пульс был виден даже на шее. А тело напряглось, так и не получив обещанного оргазма. Пока что. — Тебе конец, Холландер, — прошипел Илья и поставил телефон на кофейный столик. Пришлось убрать руку с члена, который тут же заныл, и немного повозиться с установкой устройства на стеклянном столе. — Вот так, хороший мальчик, — промурчал Шейн, копируя Илью в такие моменты. Парень любил выгибаться под Розановым, но сейчас, наблюдая, какой Илья напряжённый, какой желающий, Шейн не мог не обрадоваться такой власти. Илья снова выругался на русском и откинулся на спинку дивана, раздвигая ноги. Взгляд Шейна скользнул к бедрам. Темные брови немного приподнялись. Канадец кивнул и наклонил голову вбок. — Снимай. Чего я там не видел? — беспечно хмыкнул парень, с интересом наблюдая за тем, как Илья стаскивает домашние шорты. — Как я и думал. Ты такой предсказуемый, Розанов, — хриплый смешок раздался эхом в ушах Ильи, пока Шейн смотрел на истекающий предэякулятом член. — Холландер, твою мать, заткнись, — прошепел Илья, чувствуя, что весь контроль утерян. Хотя, по правде говоря, он потерял контроль тогда, когда открыл видео. Шейн взял всё в свои руки сразу. Эта ситуация никогда не была подвласна Илье. — Не хочешь слышать мой голос? — надул губки Шейн и вздохнул. — Как жаль, что я просто не могу перестать говорить, — парень пожал плечами и подмигнул Розанову, стягивая с себя майку. Взгляд скользнул к двери номера. Несмотря на весь свой уверенный вид, парень все еще переживал, что в неудобный момент может зайти Хейден, и Илья это точно знал. Розанов показал средний палец и снова обхватил член ладонью. Взгляд скользил по обнаженному телу Шейна, а рука непроизвольно начала двигаться, наращивая темп. — Ты такой самостоятельный, мне даже не приходится указывать, что тебе делать, — хмыкнул Шейн и провел руками по своему телу. Медленно, соблазнительно, словно он впервые раз изучает каждый сантиметр. На выступающих мышцах груди пальцы сжались, оставляя красные пятнышки и выбивая хриплый стон из Розанова. Фантазия русского хоккеиста не жаловалась на свою яркость, а потому Илья с лёгкостью представил, как сам изучает тело, в котором знал уже каждый сантиметр. Представил, как опрокидывает Шейна на кровать и раздвигает его бедра, на которых после обязательно останутся следы от укусов и шлепков. Розанов откинул голову, открывая Шейну вид на шею, и прикрыл глаза, тяжело выдыхая. — Черт, Шейн.. — стонет Илья, будучи уже на грани, и кожей чувствует, как вздрагивает на том конце звонка Холландер. Конечно, это всё лишь самовнушение, даже при всём желании, Розанов не смог бы сейчас почувствовать ничего, что делает Шейн. Но парень прекрасно знал реакцию Холландера на свое имя из уст Ильи. Ещё и таким голосом, еще и вперемешку со стоном. — Кончай. — приказал Шейн, явно пытаясь взять себя в руки. Несмотря на властный тон, в голосе слышались нотки неуверенности и смущения. Холландер вот-вот мог отступить, но умело держался. Ему явно нравилось доводить Розанова до исступления. Хотя Розанов хотел подразнить Шейна, показать, кто на самом деле главный, его тело реагировало совсем иначе. Оно поддавалось словам Холландера, поддавалось этому неуверенному приказному тону. Илья действительно кончил, белесая жидкость плеснула на обнаженный пресс, оставляя разводы. А тело обмякло, рука соскользнула вниз и дыхание вдруг стало значительно легче. — Холландер, тебе не жить. Я клянусь, что как только мы встретимся, я выбью из тебя всю дурь, — практически прорычал Розанов, не смотря на экран телефона. Перед глазами по ощущению мерцали звёздочки. — Ты хорошо поработал, Илья, — нагло игнорируя слова Розанова, Шейн прошептал это хрипловатым голосом и скинул вызов, оставляя Илью наедине со своими мыслями, поражением и расслабленным после оргазма телом. Илья хлопая глазами смотрел на погласший экран телефона, и шумно выдохнул. Так это оставлять нельзя. Кажется, Шейн ощутил слишком много власти, находясь вдали от Ильи.

***

«2481», — прочитал Шейн сообщение через шторку уведомлений и нахмурился. Он тут же зашел в чат с Розановым, где уже не было даже намёка на фотографию с коробкой и компрометирующее видео. «Что?» — написал Холландер, косо глянув на Хейдена Пайка на соседней кровати, который явно был занят чем-то своим. Ответа не последовало. Не через минуту, не через две. Даже через 10 минут в чате была тишина. Более того, Илья даже не прочитал это сообщение. Шейн поднялся с кровати, чем сразу привлек внимание друга. — Я отойду, — Холландер пошел к выходу, где натянул кроссовки. Хейден скользнул взглядом по внешнему виду Шейна и зацепился за мобильник. — Мне нравится, как легко ты срываешься по зову какой-то красотки, при этом переживая о наших тренировках, — ухмыльнулся Пайк и привстал на локтях. — Красотки?.. — Шейн опешил, чувствуя, что сердце замедлило свою работу. О какой красотке идёт речь? Хейден же не мог видеть, что ему кто-то написал? Холландер заметно напрягся, придумывая новые и новые оправдания. — Расслабься, просто предположение, — согнул в локтях руки в знак капитуляции Хейден и усмехнулся. — Дай знать, если будешь ночевать у какой нибудь мадам дома, — Пайк подмигнул и снова уткнулся в телефон, вероятно, общаясь с женой. Шейн, все еще напряженный, тихо фыркнул и решил эту тему больше не развивать. Выскользнул в коридор и осмотрелся. Никого. 2481.. Как оказалось, номер находился на этом же этаже. Всего на пару-тройку дверей левее. Холландер подошел к нужному номеру и постучал. Секунды казались слишком долгими, а страх, что вот-вот выйдет кто-то из команды и заметит его у чужого номера усиливался. Наконец дверь распахнулась. Шейн ожидал увидеть кого угодно, но никак не Илью Розанова собственной персоной. — Ты?.. — только и смог выдавить Холландер от удивления. Розанов затащил его в номер и закрыл дверь, прижимая к ней Шейна. — Я, — довольно ответил русский и приблизился к лицу Холландера почти что касаясь своими губами его. — Но как ты тут?.. — Шейн скользнул взглядом по лицу, которое недавно видел в звонке по FaceTime, и прикусил нижнюю губу, вжимаясь в дверь. Такая близость обычно ничем правильным не заканчивается. — Сюрприз, Холландер, — воодушевленно, словно поздравляя с днем рождения, улыбнулся Илья и облизнул губы. — Ты же говорил, что мой член нравится тебе гораздо больше.. Хочу увидеть насколько, — прошептал Розанов и наконец коснулся губ канадца. Поцелуй даже близко нельзя было назвать нежным. Это коктейль из страсти и грубости. Илья не церемонился, целовал глубоко и ярко, не давая даже малейшего шанса отстраниться. А Шейн..всё еще опешивший и удивлённый, но несказанно радостный, отвечал на поцелуй, обвивая руками шею Розанова.