Испытай меня / Try me (Пакин/Граф)

Наукой доказано, что период, когда люди могут помнить сны, приходится на вторую половину ночи, которая называется периодом БДГ (быстрых движений глаз). В этот время, хотя человек и находится в состоянии сна, мозговые волны всё ещё испытывают быстрые колебания. И Критти сейчас находился как раз в этом моменте. Идеальное время для сновидений. Это как парить среди облаков, управлять парящей по воздуху машиной. Это было так приятно, что хотелось протянуть руку и прикоснуться к облакам. Уголок его рта неосознанно приподнялся в широкой улыбке, и теплое дыхание быстро охватило все его тело, заставив юношу захотеть остаться в этом чувстве навсегда и никогда никуда не уходить. Однако... Чёрт! Внезапно тело, плывшее вместе с облаком, начало падать прямо на землю и Критти не мог не вскрикнуть, будучи не в силах ничего сделать, затем опустил голову и посмотрел вниз. Однако то, что он увидел, было не зеленой землей, а огромной белой горой, соединенной с пылающей огнём землей, но через секунду Граф понял, что это вовсе не гора. Это были огромные острые зубы монстра с широко раскрытой пастью. Граф изо всех сил старался избежать этого, но его тело падало с большой скоростью, словно нарушая закон всемирного тяготения. Это должна была быть сцена, где его тело трясло от страха, но на самом деле Граф был гораздо спокойнее, чем он себе представлял. Если не можешь спрятаться, нет смысла прятаться. Думая так, ты позволяешь своему телу падать снова и снова... и продолжаешь падать... Затем за секунду до падения в пасть монстра, парень кое -что понял. Это не монстр... это дракон. Что ж, дракон... не так уж и плохо. Думая об этом в ошеломленном, полусонном- полубодрствующем состоянии, он закрыл глаза в ожидании, когда его тело погрузится во тьму, но... -...Проснись... “___” -Просыпайся, Граф. - Ты такой шумный, вонючий дракон, – бормотал спящий, ворочаясь и уклоняясь, чувствуя, что какой-то шум нарушает его покой. Однако это не остановило зовущего, потому что теперь, казалось, что Граф не только попал в пасть дракона, но и почувствовал, как трясется земля. Но... -Дай мне две минуты. — Если ты всё ещё не встаешь, не говори, что я тебе не напоминал. Напомнить мне что? Этот вонючий дракон такой же горячий, как Пакин, и ему нравится пугать людей. К сожалению, но мой Пи настроен серьезнее. -О, если ты молчишь, значит ты согласен. Согласен? Какого черта? Тут что-то подкралось ко мне... -Эй!!! После этого Критти, который чувствовал, что под одеждой ползают насекомые, открыл глаза и, посмотрев вниз, увидел, что внутри одежды ползают не насекомые, а тот, ещё более ненавистный дракон, который уже расстегнул его одежду. Видя расстегнутую пижаму, подросток не мог не испугаться. Симптомы сна исчезли в одно мгновение, он подпрыгнул от испуга и выпрямился. Потом, с трудом и запинаясь Граф спросил: — Что, черт возьми, ты делаешь? Его голос должен был быть более грубым и сухим, но он был хриплым и прерывистым, в нем не было испуга. С затуманенными глазами он выглядел так, как будто еще не совсем проснулся. И то, как он схватил Пакина за руки и удерживал свою одежду, как невежественная девушка, заставило мужчину... громко рассмеяться. Низкий смех потряс Графа, и он, услышав это, широко распахнул глаза, тупо уставившись на Пакина, который, вероятно, уже давно проснулся. Граф увидел, что мужчина был одет в джинсы и темную футболку. Он выглядел гораздо более раскованным и непринужденным, чем обычно, и его суровое красивое лицо выглядело не так, как он привык... Пакин выглядел более обворожительно, чем раньше. Дело не в том, что Пакин раньше не был привлекателен, но этот человек всегда любил смотреть на него холодными глазами, что вызывало у Графа страх и испуг, а ещё он легко злился и каждое сказанное им слово было оскорбительным, или же он очень сердился. Однако, теперь эти проницательные глаза сияли необычным светом, полные иронии, не позволяя Графу отвести взгляд. Хотя это выглядело очень опасно, он верил, что тот, на кого посмотрит такая пара глаз, будет готов компенсировать это и влюбиться в их обладателя... Кроме того – это был взгляд мужчины, который ему так нравился. От такого взгляда у Графа мгновенно побежали мурашки по коже, лицо стало ужасно горячим, а руки нервно сжимались и разжимались, поскольку он не знал, что делать. Пакин усмехнулся краем губ и сказал: -Просыпайся, ленивый сопляк, или я подумаю, что мне нужно использовать другие методы, чтобы разбудить тебя. Даже в тоне его речи не было раздражительности и нетерпения, Граф видел только его улыбку, полную нежности, а также немного игривости и плутовства. — Нет… не кричи, я уже проснулся. Критти мог только бормотать, еле ворочая языком и наблюдал, как мужчина перед ним повернулся, чтобы посмотреть на часы, а затем вернулся и сел рядом с ним на кровать. Граф был не из тех, кто привык находиться очень близко к Пакину, поэтому сразу отодвинулся назад. Пакин ничего не сказал по этому поводу, а только легкомысленно произнёс: -Вообще-то, я хотел разбудить тебя в девять часов, но увидел, что ты мало спал прошлой ночью, а сегодня выходной, поэтому я решил разрешить тебе поспать еще немного. Сейчас десять часов, так что ты должен встать и позавтракать. Иначе, если ты задержишься, я буду кричать. Голос Пакина звучал немного устало и немного игриво, но он был неописуемо приятным, поэтому Критти потёр лицо, а затем попытался отвернуться. Потому что... это его смутило. Нет, он стыдился не своего собственного затруднительного положения, он стыдился того, что Пакин знал… знал, что он не выспался прошлой ночью. Это все потому, что брат Пакин сказал, что сдержит свое обещание и наградит его, так что он взвалнованно и обеспокоенно думал о том, что сказал мужчина, до рассвета, а затем заснул, поэтому Граф был смущён от всего этого. Однако Пакин, произнеся это, пока Граф не разозлился, ничего больше не сказал, а повернулся и пошел к тумбочке. Это заставило Критти понять, что завтрак был подан и им можно наслаждаться в постели! Он увидел завтрак, который состоял из красного блинчика с сахарной пудрой, покрытого мягким, гладким сливочным сыром, поверхность которого была сбрызнута соусом из темного шоколада, а также разные фрукты, покрытые сахарным сиропом. Рядом с тарелкой стояли дымящийся горячий шоколад и апельсиновый сок, прекрасно сочетающиеся с едой. Всё это находилось на блюде с голубой каемочкой и лежало на коленях Пакина. — Хочешь завтрак? Мужчина игриво приподнял брови, заставив Графа скривить губы. - Ты сделал это сам? -Знаешь, иногда не нужно слишком много спрашивать о некоторых вещах, просто прими это, Граф, - сказал Пакин с улыбкой, а затем отделил ложкой небольшой кусочек и поднес его к губам юноши. Увидев след угрозы в его проницательном взгляде, Граф лишь некоторое время смотрел на него и, наконец, просто открыл рот. Чёрт, это вкусно! Завтрак выглядел очень сладким, но не был таким, а мягкость блина и легкая кислинка сырного соуса сочетались со сладостью шоколада на поверхности и легкой кислинкой от фруктов. Вкус был неописуемый ! Свежий и вкусный, совершенно неожиданно вкусный! Юноша, подруга которого любила сладкое, словно это был смысл ее жизни, неосознанно открыл рот, чтобы снова получить кусочек. -Ха-ха-ха! Действия Графа, жующего завтрак, заставили Пакина смеяться во весь голос и юноша закрыл рот, при этом его лицо неконтролируемо стало горячим и начало гореть. -Ешь. Наблюдающий мужчина осторожно поднес к своим блестящим губам свежий кусок блина. Пакин выглядел неописуемо хитрым, заставляя человека, которого дразнил, содрогнуться от своих действий, слов и глаз. Всё это сделало Графа бессильным сопротивляться. Хотя он хотел опровергнуть это, он мог только сказать: -Я не буду есть. — Поешь, откуси ещё. Несмотря на это, молодой человек снова причмокнул ложкой по своим блестящим губам. Тот, кого кормили, колебался лишь мгновение, потому что Граф таким глазам не мог сопротивляться, он мог только открыто принять. Очень вкусно! Так подумал Граф, пережевывающий пищу, глядя на поднос, стоящий на коленях своего противника. - Дай сюда, я сам съем... -!!!! Прежде чем Граф успел договорить, Пакин внезапно наклонился и лизнул его губы своим горячим языком, в результате чего глаза Критти расширились, а его тело тут же напряглось, но он мог только тупо смотреть на мужчину, который был так близко. И на его лицо, которое было очень близко. Пакин облизывал сироп, только что собравший с его губ, и в тот момент, когда их взгляды встретились... Граф почувствовал, что умирает. Глядя на Пакина, тело юноши вздрогнуло, как будто через него пропустили электрический ток, а когда кончик языка Пакина проник в его рот, Граф вздрогнул ещё сильнее, как будто он онемел в верхней части тела... Не было ни невыносимого жара, не сильного напора... это было не вспыльчиво или яростно и дико, но... ужасно сладко. Поцелуй Пакина сделал вкус сиропа слаще, чем он был, и даже язык Графа, которого дразнили, бессознательно ответил, переплетясь с языком Пакина воедино. Когда вся еда во рту проглотилась и исчезла, Пакин всё ещё не сдался, а высосал каждую каплю вкуса с кончика его языка. Граф издал растерянный стон, его тело слегка подрагивало и он крепко держал руку мужчины, как будто собирался потерять сознание от истощения, хотя полулежал на кровати. К тому времени, когда Пакин отстранился, непослушный юноша уже давно перестал существовать, и остался только красавчик, растекшийся лужицей. Граф покраснел, глаза его наполнились влагой, а руки крепко сжимали руку Пакина. Когда мужчина поднял брови и прошептал ему на ухо, лицо Графа покраснело еще больше: -Такой утренний поцелуй неплох, не так ли? «___» Гадкий! Пи, это так плохо, что меня... так трясет!!! Закричал про себя Граф, но на самом деле ничего не мог сделать, кроме как взять поднос, положить его себе на колени и опустить голову вниз. Все, что он знал - это то, что брат Пакин засмеялся и встал с постели. Пакин изначально планировавший дать Графу понять, с кем он играет, хотел снова подразнить его, но когда он увидел, что Критти, который всегда огрызался, неудержимо дрожал, то понял, что он, должно быть, должен перестать играть до того, как сердце Критти остановится. Когда Пакин собирался выйти из комнаты и успокоить Графа, чтобы провести с ним остаток дня, ... -Пи'Пакин! Мужчина сначала остановился, потом повернулся и посмотрел. Граф плотно сжал губы и спросил тихим и ровным голосом: -Пи… Сколько раз ты это делал? Пакин на мгновение замолчал, а потом улыбнулся одним уголком рта: - Ты должен знать не то, сколько раз я делал это, а… - Пакин сделал паузу и продолжил,- …я делаю это только для тебя сегодня. Он не отрицал, что делал это и, вероятно, такого было совсем не немного или совсем не было. Но это не то, что должен был знать Граф, он просто должен был знать, что сегодня, прямо сейчас, он искренне относился к нему, как к «единственному». С точки зрения Пакина, подобное угождающее обращение легко победило твердолобого юношу за завтраком. -Хочешь научиться водить? -Ну, да. Пи, научи меня. … После завтрака, во время которого он потерял душу, Кхун Критти, наконец, успокоился, подавил смущение и спустился вниз, чтобы появиться в комнате рядом с гостинной, пока кое-кто ещё сидел таи и смотрел фильм. Затем Граф выразил желание, которое у него возникло после долгих размышлений в душе. В течение всего сегодняшнего дня брат Пакин будет делать всё, что я пожелаю. То есть, любая просьба будет удовлетворена?! Поэтому Граф изо всех сил пытался придумать, чем они будут заниматься. * (П/П:* переводчик в предвкушении!) Сначала он хотел поговорить об играх, но, пожив в этом доме, обнаружил, что Пи'Пакин давно перестал играть в них. Этот человек теперь наслаждался игрой в покер с высокими ставками и более опасными занятиями, чем простыми играми, в то время как Граф, который был свободен делать все, что ему заблагорассудится, действительно был обеспокоен тем, что мужчине будут неинтересно то, что нравится ему. Граф размышлял о супербайках, которые интересовали их двоих и, конечно, ещё были машины. В это время Критти всегда казалось, что он способен водить все виды автомобилей и не было необходимости задаваться вопросом, достаточно ли он взрослый, чтобы получить водительские права. Но на самом деле Граф мог ездить только на супербайках. Что касается машины... у него всегда был водитель, который приезжал, чтобы забрать его. -Ты сможешь? -Я ездил один раз, но просто для удовольствия, потому что предпочитаю мотоциклы. Ответ заставил Пакина дважды покачать головой. Вождение - дело не сложное, не говоря уже об автоматической коробке передач. Просто нужно развернуться, проехать вперед и остановиться. Это проще, чем есть бананы, но тот, кто никогда раньше не ездил, может даже не суметь точно определить расстояние. Во всём нужна практика, а не только теория, потому что даже те, кто мог управлять супербайком раньше - не могли водить машину. -Подожди минутку, я попрошу кого-нибудь дать тебе машину для пробы. — Машину Пи? Граф переспросил, округлив глаза, потому что все знали, что машины в частном автосалоне были «драгоценными детьми» Пи'Пакина. Выражение лица юноши заставило Пакина нажать на пульт, чтобы выключить телевизор, и громко расхохотавшись он спросил: — Ты хочешь умереть? Это сразу напомнило Графу о тузе в рукаве. -Пи сказал, что сегодня будет слушаться меня. Щелк! Пакин тут же остановился. Нет, надо сказать, что его тело замерло. И тут на его заостренном лице промелькнул видимый невооруженным глазом след напряжения, как будто он подумывал нарушить свое обещание или рискнуть жизнью своей дрогоценной игрушки. Что из этого будет тяжелее и серьезнее, а что- будет иметь худшие последствия для меня… Пакин размышлял. А от незнания результата этих размышлений Граф смущенно надул щеки и засопел. -Все автомобили в моем салоне используют полуавтоматическую коробку передач( paddle shifters ). Ты не хотел бы попрактиковать автоматическую коробку передач? Ну, хотя проще купить новую для тебя, чтобы попробовать, чем использовать их. Какую из них ты хочешь попробовать? Его слова заставили Графа стыдиться, и у юноши, который никогда не показывал стыда на лице, теперь было выражение, как будто он съел горькое лекарство. Вау, это отличается от того, как я себе представлял... Чертов Пи'Пакин! Заставляет меня чувствовать, что я облажался. -Шучу, дай мне машину с автоматической коробкой передач. Затем нарушитель спокойствия, который на самом деле был хорошим мальчиком, изменил свою “мелодию” и почувствовал себя немного лучше, когда увидел, что выражение лица Пакина смягчилось. Он не понимал, что тот тайно посмеивался, как будто уже ожидал и знал, как смягчить сердце паршивца, но просто не подумал об этом раньше. Когда я действительно пробую, это выходит не так плохо, как кажется. Сделать из упрямца мягкосердечного и послушного мальчика совсем не сложно, просто я раньше не додумался так поступить… и как мило, когда он хорошо разговаривает. … -Эй, Пи чертовски плохой. -И что со мной не так? -Пи солгал мне. Теперь, когда проблема с авто была решена, подросток сидел в самой подходящей машине для него, машине, которая стоила в два раза дороже, чем средний автомобиль любого человека. Рядом с шофером должен был быть хозяин особняка, но теперь там сидел… Панчай. Преданный репетитор, которого вызвали полчаса назад, в то время как Пакин стоял возле машины, скрестив руки на груди, слегка наклонившись, чтобы посмотреть на Графа, у которого от упрямства выступили вены на шее. -Пи сказал, что научит меня водить. -Я этого не говорил, а просто спросил, какую машину ты хочешь использовать для тренировок. Граф хотел ударить Пакина по лицу, но он не мог толком возразить, а только смотрел на него полностью уничтожающим взглядом. Ему хотелось связать и наказать того, кто обещал, что будет делать то, что Граф говорит сегодня. — Ты хочешь, чтобы я делал то, что ты хочешь, и сделал тебя счастливым, не так ли? -Да. — сказал Граф вслух, а Пакин снова вздохнул и повернулся, чтобы посмотреть на руль. -Поэтому, если ты попросишь меня научить тебя водить машину, я стану человеком, который нарушит свое обещание. -Хм!? Граф вскрикнул в недоумении, глядя на Пакина, слегка покачивающего головой. От всего происходящего он не мог не чувствовать, что стал идиотом. Возникшая ситуация означала, что человек, сидящий рядом с ним, должен был объяснить ему все: -Кхун Граф тоже это знает. Мой босс очень серьезно относится к автомобилям. Если Кхун Граф сделает что-то не так, его отругают, не так ли? Причина заставила Критти тут же заткнуться, глядя в лицо тому, кто не хотел нарушать своего обещания, а потом... он почувствовал себя виноватым. Я не могу продолжать быть эгоистом. Лицо Графа заставило Пакина спросить: — Понятно, да. -Ну, это нормально. Пусть Пи'Чай учит меня. Провинившийся юноша, за которым присматривал его наставник, с готовностью согласился. Это заставило Панчая улыбнуться, он повернулся, чтобы посмотреть на своего босса, и увидел сцену, которую никогда раньше не видел. Молодой мужчина коснулся темных волос Графа, а затем нежно погладил их. -Если Чай похвалит тебя за хорошую учебу, я награжу тебя позже. — Серьезно, Пи! Граф радостно повернул голову, заставив Пакина, которому должно было быть скучно... рассмеяться. Улыбка, которую Чай никак не ожидал увидеть. -Это залог. Чай был так удивлен, что не мог издать ни звука, когда его босс поцеловал упрямого мальчика. Когда тело Графа бессознательно напряглось, Пакин отступил назад и легонько похлопал по крыше машины: -Научи его хорошо, ничего не пропусти. Сказав это, Пакин отступил назад и встал, скрестив руки на груди, ожидая возвращения того, кто получит похвалу. Но его подчиненный только покачал головой. Получив такую бомбу, Граф вполне мог бы справиться, но он остался стоять не нажимая на газ, чтобы не удариться о стену. Думая так, Панчай повернулся к юноше, который все еще держал руль, и когда он встретился с ним взглядом, Граф не мог не испугаться. -Эй, куда смотрит Пи'Чай? Смотри на дорогу! Панчай выполнил приказ, хотя и не мог не рассмеяться. Потому что он ясно видел, как плохой мальчик покраснел. Когда он готов сразиться с боссом, то становится очень избалованным Кхун Графом… и сегодня я не знаю, кто чьей воле следует. *** [Пи придет сегодня?] -Давай поговорим о погоде. Я могу уйти после того, как отправлю ребёнка спать позже. [ Ребенок? Какой ребёнок? Пи, не будет приставать к парню моего друга, верно? ] -Ничего плохого, если этот ребенок хочет играть. Пакин стоял у стеклянной стены, обращенной к фасаду особняка и разговаривал с частным техником. Когда он подумал о парне, которого упомянул Пхайю, то не мог сдержать горловой смех, этот человек совершенно не был похож на того мальчишку, который сейчас занимался вождением. [Знает ли Пи, когда его малыш получил от меня адрес Пи, Оат так разозлился, что Шин взбесился.] Пакин чуть не рассмеялся над усталым тоном человека на другом конце линии, вспомнив последний раз, когда молодой тайско-японский полукровка приехал к нему домой, чтобы забрать Чанчао и он слышал, как они поссорились по этому поводу. И источник новостей был не кто иной, как... чертов Сайфа. — Я всегда говорил тебе, что не буду беспокоить того, у кого есть пара. [Если Пи будет каждый раз смотреть на Шина таким взглядом, даже Оат выйдет из себя, а я в результате умру. Пи во всем лучше , и бояться Пи — это нормально.] Эти слова заставили Пакина медленно покачать головой, потому что он подумал о том, как выглядел человек, которого он хотел… но он знал, что это абсолютно невозможно. Тот парень хоть и плохой, но он знал, как бороться со злом в другом парне, просто глядя ему в глаза. Однако, любой мог ясно увидеть, как этот ублюдок смотрел на Оата, которого он хотел. Просто наблюдая за этим, Пакину становилось ясно, что нельзя тратить время на то, чтобы возиться с чертовой парочкой, но также было весело притворяться, и он делал это для развлечения… — Неразумно говорить, что ты мне не доверяешь. — сказал Пакин, а затем вернулся к теме гонок, о которой они только что говорили. *** - Кхун Граф, каково это — учиться водить машину в первый раз? Когда Пакин пришел в себя, то услышал приветствия экономки и входящего Графа. -Это довольно хорошо. По крайней мере, я не ударился о стену дома. Пакин повернулся, чтобы посмотреть на Графа, который был очень доволен результатами своего тренинга и говорил с улыбкой, а затем повернул голову, чтобы посмотреть на подчиненного, который также посмотрел на него. - Кхун Граф очень умный. Он может запомнить то, чему его однажды научили. Когда ему исполнится 18, он сможет сдать экзамен на получение водительских прав. Это значило, что сегодняшний ученик хорошо поработал и достоен быть награжденным “боссом.” — Тогда я позвоню тебе позже. - Пакин прервал разговор, а затем повернулся, чтобы посмотреть на колеблющегося ребенка. Увидев появление Пакина, он, казалось, хотел броситься и сказать, как хорошо сегодня поработал, так что молодой мужчина не мог не рассмеяться. Позавчера этот ребенок казался невероятно раздражительным. -Ну как? Научился водить? -Очень хорошо, это проще, чем водить BMW. Граф всё ещё надеялся найти свой супербайк в мастерской Пхайю среди металлолома, потому что был уверен, что Пакин больше никогда не вернет его. -Это хорошо. Пакин пожал плечами, плюхнулся на диван, уселся полулежа, с небрежным взглядом, и посмотрел в сторону Графа, как бы говоря: «Ну и что дальше?» Вид такого Пакина заставил юношу, ожидающего похвалы, заколебаться. Видя, что Пакин, который должен был хвалить его, по-прежнему дорожил своими словами, как золотом, Граф мог только молча смотреть, а атмосфера стала такой неловкой, что экономка тут же заговорила: -Кхун Граф очень хорошо водит машину, Кхун Пакин. Я только что видела его, а это его первый опыт вождения. -Да. Пакин равнодушно ответил, затем поднял руки и скрестил на груди, позволяя экономке продолжить: -Кхун Граф может запомнить все, чему вы его учите, и не делать того, что не стоит делать. Хорошо потренироваться один или два раза, и всё получится. -Так и должно быть. Автоматическая коробка передач очень проста, - Пакин был по-прежнему невозмутим. Граф, который хотел, чтобы его похвалили, не хотел говорить об этом прямо, но его лицо медленно напрягалось, а глаза горели гневом. -Зачем так на меня смотреть, если ты не скажешь мне, то я не узнаю, чего ты хочешь. Пакин прекрасно всё знал, но просто притворялся глупым. И это заставило Графа поджать губы. -Кто бы посмел посмотреть на кого-то вроде Пи… Что у вас есть на обед, тетя Кео? Я проголодался. — Есть острый суп с лапшой, и острый куриный суп. Курица совсем разварилась. - Тетя с утра готовит, — меланхолическим голосом сказал Граф и, взяв экономку за руку, пошел в столовую. Но прежде чем выйти из комнаты, он всё же не мог не взглянуть сердито на мужчину. А Пакин, который должен был исполнить желание юноши и сделать его счастливым, просто выпрямился и последовал за ним, шагая в более быстром темпе. Через несколько шагов... Большая рука приземлилась на маленькую голову и Граф не мог не повернуть ее, чтобы удивленно оглянуться, но злодей лишь слегка потрепал его по голове. -Ты невероятный. Короткая фраза, словно заклинание, сумела заставить нахмурившегося юношу улыбнуться, и яростная злость в его глазах бесследно исчезла, сменившись более явной радостью. Граф схватился обеими руками за волосы так, что некоторое время не мог говорить. Затем он заметил, что два других человека в комнате пристально смотрят на него. -Ну, что поделать, я голоден. — неопределенно сказал Граф, потом последовал за хозяином особняка в столовую и спросил, — А моя награда? На этот вопрос Пакин просто ответил: - Узнаешь сегодня вечером. Ты не злишься на меня? -Я больше не сержусь! Критти немедленно отступил, когда увидел, что Пакин злится, а затем заткнулся, когда мужчина повернул голову, чтобы оглянуться. -Хорошо, если ты не сердишься. Тебя не нужно будет уговаривать. Глаза, которые он видел только тогда, когда Пи'Пакин дразнил других, и игривый взгляд заставили сердце Графа трепетать. -Я никогда не позволял Пи приходить, чтобы убедить меня. Граф пробормотал, перестал расхаживать и изо всех сил пытался отрицать тот факт, что несколько дней назад он позволил Пакину приехать в дом его подруги, чтобы убедить его. “На этот раз это плохо, Чанчао, Пи'Пакин исправился, но я... мое сердце дрожит так сильно, что это действительно вредно для него”- подумал Граф про себя. Когда раздался голос Пакина, эта мысль сразу же пришла в голову юноши. -Так ты хочешь острого супа с лапшой? Ты идёшь или как? – резко обернулся и спросил Пакин. Он стал вести себя добрее с Графом, даже остановился и подождал его. Здорово иметь возможность следовать за ним вот так, но моё сердце не может этого вынести.