Испытай меня / Try me (Пакин/Граф)

- Да пошел ты к чёрту, папа!!! Граф вбежал в спальню, с грохотом захлопнул за собой дверь, а затем, словно вымещая свой гнев, выдохнул с шумом, чувствуя, что комок, застрявший в его груди, вот-вот взорвется. Он был настолько зол, что не мог дышать, его тело трясло, а сердце... казалось, было раздавлено и распалось от слов отца. Человек, от которого он жаждал внимания так и не вернулся. Другие люди отмечали дни рождения с родителями, но в день рождения Критти был просто большой торт, бесчисленные подарки и няня, в которой он не нуждался с тех пор, как себя помнил. Не было даже следа его отца или матери... Чего он хотел больше всего - это подарка от кое-кого. Критти знал только четыре угла палаты и одиночество, одиночество, одиночество… как будто он был один во всём мире. Он ненавидел больницы, ненавидел дни рождения, ненавидел невыполненные обещания. «В этом году мама собирается отпраздновать с Графом.» Его мать когда-то обещала… обещала отпраздновать день рождения маленького мальчика, поэтому малыш считал дни и ждал, ведь она сказала, что они будут отмечать его день рождения вместе, но когда этот день настал, не было никаких признаков матери, которая дала обещание. Только дорогие подарки и куча оправданий, что были не нужны маленькому мальчику Критти... «-Мама хочет заработать денег, чтобы купить подарки для Критти.» Не хватает денег? Сейчас? Так думал разочарованный мальчик и выбрасывал, разбивал и уничтожал вещи, и никто ничего ему не говорил, только покупали другие, потому что у тех, кто мог учить, не было времени учить. Граф вырос только с большими деньгами и материальными вещами, но без родительской любви, так почему же он должен уважать такого человека? Отец появлялся перед ним, когда хотел называть себя отцом и заставлял его делать то, что он от него хотел! Даже у собак есть сердце, чувства, потребности, а ко мне… относились ли они ко мне, как к собаке? Нет, Граф — это просто кукла, бездушная кукла, которую можно поставить куда угодно! Так думал подросток, стоявший посреди комнаты, глубоко дыша и уже не выражал своего гнева, а просто сдерживал слезы. -Не плачь, а, не плачь! Чёртов Граф, нет! Горячие слёзы навернулись на его глаза, он был опечален тем, что тот, кто был его отцом, ничего о нём не знал. И самое главное, человек, которого он любил, о котором заботился и ценил больше всего... хотел вышвырнуть его из этого дома. Пакин был тем человеком, который дал ему понять, что он больше не одинок в этом мире. «Ты снова плачешь, ты снова хочешь заболеть? Заставить меня тратить время, чтобы увидеть тебя снова.» Пакин - первый человек, который посмел пойти против него, ненавидел его, но относился к нему правильно и каждый раз сдерживал своё обещание. Хотя его это раздражало, но если он говорил, что придёт, он обязательно сдерживал обещание. Пи'Пакин именно такой человек. - Я не плачу! – закричал Граф, но слезы продолжали течь... Пи'Пакин больше не хочет Графа, он хочет отправить меня обратно. Такая мысль заставила юношу крепко сжать кулаки, отчаянно сдерживая слезы. На него нахлынула огромная злость, хотя ему на самом деле было очень страшно. Он боялсяся... быть брошенным. Он не хочет меня. Вот что на самом деле он чувствует. Подросток думал об этом месте как о доме, больше похожем на дом, чем тот, в котором он вырос. Это было место, где его ждали, чтобы накормить после возвращения, но… возможно, это были только его собственные мысли. Граф опустился и сел на край кровати, прислонившись спиной к подушке, сложил руки и безвольно положив голову на колени, пытаясь держаться за себя и постоянно отрицая тот факт, что в его жизни больше никого нет. Никому я не нужен. -Не плачь, черт тебя подери, Граф! Не плачь, ты вырос, не плачь! - без остановки бормотал он сквозь рыдания. Может быть, он и привык к одиночеству, но на самом деле, когда он испытал счастье и радость... к боли невозможно было привыкнуть. - Гав! Гав-гав!!! Чёрт! Сразу же Граф, который обнимал свои колени и плакал в одиночестве, замер в шоке. Услышав звук царапания двери и лай Хота, юноша посмотрел на дверь спальни, и прежде чем успел осознать, он уже подошёл к двери и быстро открыл дверь. Именно в этот момент... он не хотел оставаться один. -Хот, иди сюда. Как только он открыл дверь, то увидел большую собаку, ожидающую там. Тогда озорной и непослушный Хот побежал по приказу хозяина и бросился в объятия юноши, который крепко его обнял. Чувство жара живого тела полностью разрушило всю внешнюю маску силы, оставив лишь хрупкость и беспомощность ребенка, которому не хватало тепла. — Хот, он не хочет меня, теперь я… у меня есть только ты… он не хочет меня! -Гав!!! Лающий пес потянулся к лицу, чтобы слизнуть слёзы юноши и Граф обнял его за шею ещё крепче. — Не хочешь меня, старик! Звук крика Графа разнесся по огромной комнате, а рядом с ним стоял только большой пёс, охраняющий его. … Пакин проводил гостя к машине и стоял до тех пор, пока она не скрылась из виду, а затем повернулся, чтобы вернуться в дом, но неожиданно обнаружил экономку, которая стояла и недовольно смотрела на него, поэтому не мог не спросить: — Тётя, в чем дело? - Я умоляю вас, молодой господин, пожалуйста, не посылайте обратно Кхун Графа. «___» Тетя Кео никогда не нарушала приказов своего босса и никогда не высказывала никаких мнений или идей, выходящих за рамки её обязанностей. Потому что её обязанность — просто следить за домом и содержать всё в порядке. Но если у неё была просьба, то в любой момент хозяин остановливался и внимательно выслушивал. Теперь пришло время ей кое-что попросить. Просьба заставила Пакина замереть и обратить взгляд на неё. Тогда экономка ещё больше смягчила голос и сказала: - Пожалуйста, не отсылайте Кхун Графа снова в тот дом. Он очень счастлив здесь. Кхун Граф может быть плохим мальчиком, и иногда его слова оставляют взрослых в шоке, впервые Кхун Граф действительно милый и даже очень. Если его отправят обратно, он столкнется с той же атмосферой и одиночеством, что и раньше. Поэтому я умоляю вас не отправлять его обратно, чтобы он снова столкнулся с этим. Пакин оставался неподвижным, поэтому экономка решилась продолжить говорить: -Кхун Граф — это человек, который боится оставаться один. Он много чего рассказывал мне, так что, если честно, мне совсем не нравится, как воспитаны люди в том доме. Если бы тот человек дал больше любви своему сыну, Кхун Граф был бы более милым с вами. Теперь он даже лучше выглядит и ведет себя лучше. Кхун Пакин должен лучше меня знать, как одинок Кхун Граф и как счастлив здесь. - взмолилась пожилая женщина. Тетя Кео не могла отправить ребёнка, который жил счастливо, назад, чтобы он столкнулся с его первоначальным несчастьем. Она привыкла будить сонного подростка по утрам, готовить для него лучшую еду, отправлять в школу и ждать, когда он вернется к ужину. Любой, кто ладил с Графом, знал что Критти — очень хороший ребёнок. - Похоже, что все в семье на стороне Графа. Если Вин вернется, мне снова придется терпеть его поддразнивания. То, что сказал Пакин, заставило экономку поджать губы, глядя на него, как будто ожидая ответа. - И я ни слова не сказал об отправке Графа обратно, – сказал Пакин и прошёл вперёд... То, что он сказал, заставило тётю Кео округлить глаза, и она увидела, как хозяин вернулся в спальню, чтобы найти юношу, который плакал так сильно, что вся комната была залита слезами. Тогда старушка тихо пробормотала: — Спасибо, Кхун Пакин. Пакину не нужна была эта благодарность, потому что он... никогда не думал о том, чтобы отправить этого мальчишку обратно, с самого начала. Прежде чем открыть дверь спальни, Пакин знал, что плохой мальчик, не обращавший внимания на старших, уже должно быть, превратился в плаксу, но он не ожидал, что та сцена, которая предстала перед ним, когда он открыл дверь, заставит сердце в его груди так бешено биться. Он увидел беспомощного юношу сидящим в углу комнаты, крепко обнимающим Хота. Он уткнулся лицом в собачью шерсть, и рыдал в два ручья. Затем Критти поднял голову и встретился с ним взглядом. Я выгляжу... гораздо более жалким, чем когда-либо. -Т... ты собираешься отвезти меня домой, не так ли? - спросил плачущий Граф. -А что ты думаешь? — спросил Пакин, увидев юношу, который глубоко вздохнул, изо всех сил стараясь выглядеть сильным перед ним, но глаза мужчины отчетливо видели дрожащие руки, обнимавшие Хота. - Пи... Ты собираешься отвезти меня домой? «___» Пакин по-прежнему не отвечал, он просто стоял, глядя на Графа, который ещё крепче обнимал большую собаку, как будто это была его единственная опора. Критти, в душе смеясь над собой, вытер лицо тыльной стороной ладони и сказал дрожащим голосом: -Я знаю... Я знаю, что такого сопляка, как я... не захочет, никто не захочет такого чертового сопляка, как я! - сказал Граф, вставая и глядя Пакину в глаза, затем нахальный и лицемерный мальчишка из прошлого дал волю слезам и спросил Пакина, как 7-летний ребенок, которому нужны были родители, чтобы отпраздновать его день рождения, — Я хочу остаться здесь… Я… ууу… я не хочу уходить… Нет, не выгоняй меня! - начал просить Граф, отбросив всё своё достоинство, чтобы остаться здесь. Но хозяин особняка сказал всего одну фразу: -Твой отец сказал, что если ты не вернешься, все твои счета будут заблокированы. -!!!. Глаза Графа, когда он это услышал, тут же расширились, ведь каким бы игривым или строптивым он ни был, Критти знал, что если у него не будет денег, у него не будет ничего. Хотя теперь он жил здесь каждый день, деньги на его банковский счет и кредитную карту по-прежнему регулярно переводились каждый месяц, и брат Пакин не мог быть готов тратить деньги на содержание такого скучного мальчишки, как он. Если отец лишит меня источника дохода — это всё равно, что заставить меня вернуться домой. Всё кончено, счастливое время в этом доме закончилось. — Я… хочу собраться… а ты? — спросил Граф дрожащим голосом, затем опустил голову и слегка погладил Хота по голове. Он поднял голову, чтобы посмотреть на Пакина глазами, которые уже были полны слез. -Я заберу Хот... можно он со мной пой... э... мне можно заб... он единственный... кто меня не бросил. Граф начал ныть и произносил фразы, которые простому человеку невозможно было понять. Всё, что юноша мог, это держаться за шерсть на шее большой собаки, как будто это была последняя надежда. — Умоляю тебя, я хочу его забрать… можно ему пойти со мной? – всхлипнул Граф, вытирая лицо тыльной стороной ладони. Он кажется таким жалким, что сердце любого человека смягчится при его виде. — Он уже твой. -Вау… Граф очень ждал, что Пакин откажется отдать пса, но эти слова ясно дали ответ на его вопрос... “Иди, куда хочешь, возьми с собой, если хочешь, просто выйди из этого дома.” - Мне... надо... собрать вещи... хнык... Юноша чуть не умер от слез, но все же заставил себя встать на свои слабые ноги и выпрямился перед злобным человеком. Однако... — Иди к черту, ублюдок! Я сказал хоть слово, что отпускаю тебя? Пакин сразу же протянул руку и схватил своего медвежонка за талию, заставив его повернуть лицо. Его пронзительные глаза пристально смотрели в дрожащие глаза Графа, усыпанные хрустальными слезами. Он видел, что глаза Критти были полны боли, печали и разочарования, смешанные с разными эмоциями и, наконец, превратились в отчаянные глаза, как у щенка, которые казалось спрашивали... “Пи бросает меня?” - Но… но... -Я не говорил, что отправляю тебя обратно. Что происходит с людьми в этой семье?. -Но Пи… сказал… забрать Хота… Упрямый ребенок не мог ясно говорить и только пытался инстинктивно опровергнуть слова Пакина. Это заставило хозяина дома покачать головой: - Это твоя собака, и тебе решать, куда её везти. Но я не говорил, что отправлю тебя обратно, - устало сказал мужчина, как будто ему надоел жалующийся мальчишка. Однако, своей большой рукой он быстро потянулся, чтобы вытереть мокрое от слёз лицо, от чего Граф задохнулся и захотел возразить, ведь любой, кто столкнулся бы с такой ситуацией, подумал, что он нежеланный. Но прежде чем опровергнуть его слова, Пакин сначала достал бумажник. Граф уставился на его руку, открывающую бумажник, а затем увидел, что Пакин вынул несколько карт и легонько постучал ими по лбу юноши: -Хотя твой отец не даст тебе денег, а ты просто беспокойный мальчишка, разве я не могу себе этого позволить? Отложи старые карты и используй эти. Завтра я попрошу Чая подать заявление на получение кредитки Visa на твоё имя, - спокойно сказал Пакин, но глаза Графа расширились, как будто он не мог поверить своим ушам. Мальчик бессознательно схватил его сильные руки и спросил дрожащим голосом: -Что это означает, Пи... Пи? Пакин вздохнул от медленной реакции ребенка и только ответил: — Я имею в виду… ты можешь остаться здесь. -Серьезно?!!!– с тревогой спросил мальчик, почти подпрыгивая. Слезы остановились в одно мгновение, и он посмотрел в пронзительные глаза Пакина, который моргнул с легким нетерпением. Ему нужен был его ответ… ответ, чтобы убедиться, что он правильно понял. -Я не тот человек, который любит лгать. Пакин протянул руку к голове Графа и слегка потрепал ее. Прикосновение к голове заставило упрямого мальчишку забыть обо всём…. забыть все предрассудки и прижиматься к Пакину, а потом... завыть. Действия Критти заставили мужчину, который не умел утешать других, нежно обнять его, а затем повторить, чтобы успокоить: -Тебе не нужно снова возвращаться в тот дом. Пакин знал, что то, что было сделано сегодня, вызовет много проблем в будущем. С самого начала он мог отправить Графа обратно, но не стал, а попросил отца забрать его лично, потому что знал, что Граф не согласится так просто вернуться. А вспыльчивость ребенка обязательно настолько сильно разозлила бы отца, что тот захотел бы разорвать с ним отношения. Об этом можно было легко догадаться. Пожалуй, лучшее решение проблемы нежелания возвращения Графа – это вызвать разлад между родителем и ребенком, и дело плавно перешло в одностороннее решение юноши продолжать оставаться здесь, и отцу просто не оставалось ничего, кроме как оставить его после всего. [П.Р.: Пакин стратег😏😏😏] Пакин лучше всех знал, что не собирался отсылать Графа обратно с самого начала. Он видел то, что видела тетя Кео. Критти сильно изменился с тех пор, как приехал сюда, и Пакин больше не хотел видеть скучного мальчика, теперь он был… намного красивее. Но... Это было всё равно, что перекрыть себе путь к отступлению. Возможно, причина, по которой Пакин хотел заставить отца и сына посориться, заключалась в том, что он хотел сделать этот дом единственным местом, куда мог вернуться этот молодой господин. О чем, черт возьми, ты думаешь, Пакин! Мужчина понял, что изменился не только Граф, но и его собственное сердце. Но, он не волновался из-за этой мысли... Может быть, ему придется воспитывать этого ребенка всю жизнь. ... Солнце вот-вот должно было скрыться за краем неба и окрасило его в оранжево-красный цвет. В то же время мальчишка в огромной комнате по-прежнему крепко сжимал руку Пакина, а его красивое лицо, ранее бледное и заплаканное, выглядело сейчас совсем другим. В углу комнаты лежала на подстилке большая собака, уткнувшись мордой в передние лапы, навострив уши, словно слушая своего хозяина. - Я больше не вернусь в этот дом, – повторил Граф перестав плакать, словно ища подтверждения, а Пакин, услышав, кивнул и прислонился спиной к изголовью, не в силах перестать дрожать, потому что долгое время лежал на боку. Его шея болела от того, что ему пришлось сидеть вниз головой во время разговора с Графом. -Если ты не хочешь возвращаться, ты не вернешься. — Ты говорил серьёзно насчёт денег? Критти вернулся к теме, которой угрожал его отец, достал бумажник, вынул несколько карточек и положил их на кровать. Единственное, что у него было в том доме... это деньги. - Да, только не трогай мою машину. Я могу дать тебе столько, сколько хочешь, - шутливым тоном сказал Пакин, но эта фраза имела под собой подоплёку, потому что в прошлый раз сопляк чуть не разбился на своём байке. Правда, ему гораздо проще было сломать на нём шею, так что лучше было выбросить и купить новую машину. - Хорошо, я не буду трогать машину Пи, а что насчет моего байка? Граф вспомнил самый дорогой для него предмет и стал думать, как его вернуть. Но Пакин пожал плечами, как будто ничего не воспринимал всерьез, и сказал то, что повергло Критти в благоговейный трепет: -У меня есть кому продать его. Он стоит миллионы бат. -Как может Пи быть таким, это мой супербайк! Не так давно Критти был еще плаксивым мальчиком, который боялся одиночества, но когда всё разрешилось и дела пошли в лучшем направлении, первоначальный дерзкий мальчишка вернулся. Узнав, что байк, на котором он ездил меньше года, может быть продан, он недовольно завопил. -Зачем ты его хранишь? Если использовать его только для поездок по шоссе, то лучше его продать. Если хочешь участвовать в гонках - иди на гоночную трассу. У меня там есть несколько байков. — Незаконные гонки? — осторожно спросил Граф, так как не думал, что у него будет шанс снова попасть на трек. Услышав это, Пакин рассмеялся в голос и сказал: - Всё ещё мечтаешь, что я возьму тебя туда снова? - Хорошо, я знаю, что я звезда несчастий, - недовольно пробормотал Граф. Однако, неудовлетворенность ничто по сравнению с комфортом, который он чувствовал, когда понял, что может здесь оставаться. И эта мысль явно была написана в его глазах, поэтому Пакин смягчил голос и продолжил: -Я ничего не скажу, если ты будешь жить здесь, но ты должен быть послушным и не создавать проблем. -Я... могу вернуться сюда в любое время, не так ли, Пи? — осторожно спросил Граф, который боялся одиночества, глядя на Пакина, человека, который когда-то выгнал его из этого дома и всеми способами пытался накричать на него, чтобы он уходил. Теперь он поменялся. Пакин кивнул и даже протянул руку, положив её на голову Графа, не отталкивая его лицо назад и не причиняя ему боль, а нежно поглаживая... как будто утешая его. — Ты можешь вернуться, если хочешь. Тогда Граф спросил дрожащим голосом: -Я сообщу этот адрес администрации школы, хорошо? Ему было куда вернуться, когда понадобится, не так ли? Здесь его ждали... Здесь не было одиночества и тоски. И был тот, кто готов был выслушать всё, что он хотел сказать. У него было место, где он мог чувствовать себя непринужденно, как и все остальные, не так ли? Вопрос бедного ребенка заставил человека с жёстким сердцем ответить: -Это зависит от тебя. Одного этого было достаточно, чтобы заставить Графа улыбнуться, ведь все обиды, печали и разочарования ушли благодаря такому обещанию. Тогда юноша, который никогда не был вежлив, когда впервые пришел в этот дом, сказал: -Спасибо, Пи'Пакин. От слов благодарности мужчине стало неловко, но он улыбнулся: - Не за что, иди поблагодари тетю Кео. — Тетю Кео? -Тетя Кео никогда меня ни о чем не умоляет, но сегодня она умоляла меня не отсылать тебя обратно. Сердце Критти замерло и пропустило удар. Он не ожидал, что кто-то захочет помочь ему остаться здесь. Когда экономка, заботившаяся о нём с тех пор, как он вошел в этот дом, осмелилась попросить хозяина с черствым сердцем... это было неописуемо сладко. Вот каково это - уважать кого-то всем сердцем... такого чувства у меня никогда не было к моим родителям. -Я обязательно поблагодарю, – сказал Граф серьезно, но когда он собирался что-то спросить... Тук-тук! -Граф! Единственный, кто осмеливался сражаться и спорить с Пакином вернулся. - Пи'Вин… Ой, я открою дверь? Графу пришлось встать с постели. Сразу после того, как сильно постучали в дверь, он побежал открывать, и на пороге появилась стройная фигура юной модели. Критти увидел, что лицо Вина всё ещё было накрашено профессиональной косметикой, глаза подведены тенями, а на губах была яркая помада, что свидетельствовало о том, как быстро он приехал со съемки. А его глаза были полны… беспокойства. После этого Вин ворвался в комнату и нервно посмотрел на своего кузена. -Я слышал, что Кин собирается отправить Графа домой! -Эй, Пи'Вин, нет… нет. Пи'Пакин не хотел отправлять меня обратно. Глаза двух братьев так похожи. Темные глаза резко взглянули вверх, заставив Графа медленно покачать головой, и он поспешно объяснил: -Мне не нужно возвращаться в тот дом, Пи. Я хочу остаться здесь… можно я останусь? Пакин согласился, но согласились ли остальные? Поэтому подросток осторожно спросил, если бы старший брат сказал «нет»… ему было бы грустно. Честно говоря, когда он увидел лицо брата Вина, ему хотелось бежать и рассказать отцу, что он сделал, но он не осмелился. Вин тяжело вздохнул. -Эй, Пи'Вин! Вместо ответа Фавин притянул Графа к себе, погладил его по спине и прошептал ему на ухо: — Оставайся здесь, Граф. Если пребывание здесь делает тебя счастливым, оставайся здесь. Если Кин не позволит тебе, Пи позвонит настоящему главе семьи. Так называемый истинный глава семьи — не кто иной, как отец Пакина. [П.Р.: Боже!! Вин просто лапушка🥰🥰🥰] Это заставило Пакина, сидящего на кровати, медленно покачать головой: — Не усложняй, ладно? Он ненавидел спорить с людьми из-за своего темперамента. То, что он сказал, заставило Фавина отвернуться, а затем он сказал низким голосом: — Я изначально хотел пошуметь, но если Кин уже разобрался, не буду вмешиваться. - Хех, не слишком расправил защитные крылья? Два брата посмотрели на Графа, а потом посмотрели друг на друга, затем Вин, который, казалось внешне, не заботился ни о ком, улыбнулся дразнящей улыбкой и ясно произнёс: - Я отношусь к Графу, как к семье и если кто-то плохо относится к моей семье, я не спущу ему это так просто. Этому меня научил Пи. … который всегда был эгоцентричным, но когда узнал, что брат потерял свою жизнь из-за его лучшего друга, то чуть не сошел с ума. – добавил про себя Вин. Пакин слегка прищурил глаза, потом улыбнулся краешком губ, встал с кровати и уже собирался выйти из комнаты, но перед этим остановился перед Графом и сказал... -Все так беспокоятся о тебе, можешь смело называть это место, как свой адрес. Эта короткая фраза глубоко запечатлелись в сердце Критти. У Графа был тот, кто дал ему все, в чем он нуждался. Этот злой человек - всё в жизни Критти. Тот, кто только что дал ему место, которое он мог назвать «домом».* (П/П:* ушла утирать сопли…Пакин, ты душка)