Клинически подтверждено (не ими)

Ночная смена в приёмном отделении обычно бывает двух типов: тягомотная скука и ебаная катастрофа. И сегодня был второй вариант. Двери отделения распахнулись с громким ударом, и внутрь влетела каталка. За ней быстро шагала женщина в форме фельдшера скорой помощи, с растрёпанными розовыми волосами и выражением человека, который не спрашивает разрешения, когда речь идет о чужой жизни. — Освободите дорогу! — рявкнула она на зазевавшихся интернов. — Мужчина, пятьдесят два, внезапная боль в груди, иррадиация в спину, давление падает! За ней, едва поспевая, бежал фельдшер помоложе. — Вай, может всё-таки инфаркт— — Это не инфаркт, — перебила она, не оборачиваясь. — Это аорта. Каталка остановилась у смотрового бокса. Медсёстры уже подключали монитор. — Где кардиохирург? — спросила Вай, быстро снимая перчатки. — Уже вызываем— — Позовите Кирамман. Словно услышав своё имя, в конце коридора появилась высокая женщина в операционном халате. Она шла быстро, но без суеты, как будто вокруг не бегали люди и не пищали мониторы. Её тёмные волосы были собраны, взгляд — спокойный и проницательный, острый, как лезвие скальпеля. — Что у нас? — спросила она. Вай подняла глаза от пациента и ухмыльнулась. — Док, ты вовремя, как всегда. — Добрый вечер и вам, Лейнс, — сухо ответила кардиохирург. — Доложите анамнез. — Мужчина, пятьдесят два. Внезапная боль, началась сорок минут назад. Давление падало по дороге. Боль в груди и между лопатками. Кейтлин слегка нахмурилась. — Кардиограмма? — Чисто. — Тропонин? — Анализ еще не готов. — Тогда почему вы решили— — Потому что это разрыв аорты, — перебила Вай. В боксе на секунду стало тихо. Кейтлин посмотрела на неё внимательно. — На основании? — Давление на правой руке ниже, чем на левой. И боль мигрировала. Один из интернов тихо прошептал: — Она серьёзно спорит с хирургом? Кейтлин не отвела взгляд. — Лейнс, вы понимаете, что разрыв аорты — это довольно серьёзное предположение? — Я знаю, что, если я права, у тебя примерно полчаса. Повисло молчание. Медсёстры переглянулись. Кейтлин медленно повернулась к пациенту, быстро осмотрела его, проверила пульс, давление. Её брови чуть поднялись. Она снова посмотрела на Вай. — Томография. Немедленно. Интерн замер. — Но доктор, если это не— — Томография. Сейчас же. Когда каталку увезли по коридору, в боксе остались лишь несколько человек. Вай опёрлась о стену и скрестила руки. — Ну? — Мы ещё ничего не подтвердили. — Но ты знаешь, что я права. Кейтлин посмотрела на неё долгим взглядом. — Я думаю, что вы слишком уверены в себе. Вай усмехнулась. — Это мой главный талант. В этот момент из коридора появилась медсестра. — Доктор Кирамман, КТ подтверждает расслоение аорты. Вай медленно подняла брови и перевела взгляд с медсестры на Кейтлин. — Ну надо же. Кейтлин не обернулась. Она уже шла к двери. — Подготовьте операционную. Потом она остановилась на секунду и добавила, не оборачиваясь: — Хорошая работа, Лейнс. Вай только хмыкнула и направилась вон из бокса. Медсёстры, усиленно делавшие вид, что занимаются мониторами и проводами, переглянулись. — Видела? Теперь веришь? — Ага, искрило будь здоров. — Уже все говорят, что между ними что-то есть. Вторая кивнула. — Стопроцентно. *** Вне зависимости от времени суток, ординаторская всегда жила своей собственной жизнью. Кто-то пил третий кофе подряд. Кто-то заполнял истории болезни. Кто-то делал вид, что заполняет истории болезни. За большим столом в углу помещения расположилось несколько человек, и места для желающих послушать интересный разговор продолжали стремительно убывать. — И тут она говорит: «Молодец, Лейнс. Увидимся дома», — молодой интерн откинулся на спинку стула, будто только что разрешил сложнейший клинический случай. — Что?! Так и сказала?! — медсестры умильно защебетали между собой, повторяя сплетню. — Клянусь, подруга моей девушки была там и сама слышала. — Ну не знаю, это точно была Вай? Она недавно на все отделение рассказывала про девчонку, которую встретила в баре, — с сомнением покачала головой санитарка. — Розовые волосы, громкий голос, спорит с доктором Кирамман так, будто ей за это платят? Конечно, это была она. Одна из медсестер склонилась ближе. — Так они и правда встречаются? Медбрат, звонко помешивая растворимый кофе у гарнитура, вмешался в разговор. — Конечно встречаются. — Откуда ты знаешь? — спросил интерн. Медбрат сел на край стола, медленно пробуя свой кофе, пока все взгляды были прикованы к нему с тихим нетерпением. — Во-первых, — сказал он наконец, — я видел их первую встречу. Кровь была повсюду. Интерн моргнул. — Как это? — Буквально. Вай привезла пациента после уличной драки, вся в крови, будто сама отбила его. Кирамман только увидела ее и говорит: «Если ты сейчас упадёшь в обморок, я расценю это как неисполнение обязанностей». И всё. Искра на том же месте. — Это… звучит сомнительно. С другого конца комнаты фыркнула медсестра. — Это ещё ничего. Я слышала, что Вай специально травмирует людей, чтобы увидеть Кейтлин. Кто-то подавился кофе. Несколько человек удивленно вскрикнули. — Что?! — Ну, не серьёзно, конечно, — пожала плечами она. — Но ты видел, как часто она привозит пациентов именно в кардиологию? — Может, потому что сердечно-сосудистые заболевания — самая частая причина смерти в мире? — Ага, благодаря Вай. Другая медсестра оторвалась от книги и тихо добавила: — Между прочим, доктор Кирамман — единственный человек в мире, который может заставить Вай соблюдать протокол. Все повернулись к ней. — Серьёзно? Вай всегда кладет на протокол, сколько объяснительных ей уже пришлось написать, — сказал другой интерн. — Она никогда не пересекает границу стерильной зоны, если доктор Кирамман рядом. А еще в точности исполняет ее распоряжения… ну, если их мнения относительно диагноза сходятся. В комнате повисла тишина. — А она ведь права, — прошептала одна из санитарок за столом, оборачиваясь к остальным. Медбрат поднял палец. — И это ещё не всё. Они живут вместе. — Откуда ты это взял? — спросила одна из девушек. — У Вай была кружка из дома Кирамман. Все посмотрели на него. — Это была кружка из столовой. — Да, но такая же, — уверенно сказал он. Несколько медсестер прыснули со смеху. Девушка на диване перелистнула страницу своей книги. — Кстати, Вай приносит ей кофе каждую смену. — Правда? — оживился интерн. — Мне сказала буфетчица. Вай всегда берет два стакана. Не сама же она их выпивает. — Или сама. Ты видела сколько часов у нее в графике? Все закивали, соглашаясь. Интерн закрыл лицо руками. — Это безумие, мы никогда не узнаем правду. В этот момент дверь ординаторской открылась. На пороге появилась Кейтлин Кирамман. Комната мгновенно притихла. Она окинула всех спокойным взглядом. — Кто-нибудь видел фельдшера с розовыми волосами? Тишина. Интерн нервно показал на коридор. — Она… где-то там. Кейтлин кивнула и вышла. Через секунду медсестра прошептала: — Видите? — Что? — спросил интерн. — Они думают, что скрывают отношения. Медбрат кивнул. — И это лучшее шоу в этой больнице. *** Дверь ординаторской снова распахнулась — на этот раз без всякого драматизма, но с характерным ударом о стену. — Ого, если вы все решили прятаться здесь всю оставшуюся смену, у меня плохие новости. Неприятности так и липнут ко мне и скоро они будут здесь, — Вай остановилась посреди комнаты, сложив руки перед собой. Все в ординаторской замерли. Медбрат медленно повернул голову. Интерн медленно убрал руки от лица. Кто-то очень демонстративно начал мешать уже пустую кружку. Вай оглядела всех и прищурилась. — Чего вы такие тихие? Кто-то умер? — Пока нет, — быстро ответил интерн. — Отлично, значит, я вовремя, — хмыкнула Вай и направилась к гарнитуру. Она схватила первую попавшуюся кружку, сделала глоток и тут же скривилась. — Это что за яд? — Мой кофе, — обиженно сказал медбрат. — Сочувствую, — ответила Вай и поставила кружку обратно. Дверь снова открылась, на этот раз без удара. Кейтлин вошла спокойно, как будто в ординаторской не витала атмосфера коллективного заговора. Её глаза тут же нашли Вай. — Я искала вас, — сказала Кейтлин. Вай кивнула. — А вот и неприятности. — Нам нужно поговорить. В комнате кто-то тихо пискнул. Вай склонила голову. — Звучит интригующе. Она сделала шаг вперед, но остановилась, заметив, как все в комнате буквально перестали дышать. Вай медленно повернула голову к остальным. — …Что? Никто не ответил. Кейтлин тоже это заметила. Ее взгляд скользнул по лицам — слишком взволнованным, слишком ожидающим. Она чуть сузила глаза. Вай снова сложила руки на груди. — Вы сейчас выглядите так, будто минуту назад обсуждали что-то очень грязное. — Нет, — сказал интерн. — Возможно, — сказала санитарка одновременно. Все посмотрели на нее. Она пожала плечами. — Ну а что. Вай медленно улыбнулась. Плохой знак. — Отлично, — сказала она. — Делитесь. — Это неуместно, — вмешалась Кейтлин, уже явно раздражаясь. — У нас есть работа. — О, подожди, док, — Вай подняла руку, не глядя на нее. — Мне правда интересно. Она оперлась бедром о стол и сделала глоток из чьей-то кружки, снова сморщившись. — Ну что там? Или вы стесняетесь говорить при докторе? Не бойтесь, она своя. Медбрат вздохнул, как человек, которого прижали к стенке. — Мы просто… обсуждали… ваши отношения. — Наши что? — одновременно сказали Вай и Кейтлин. И это было первое, в чем они прозвучали абсолютно синхронно. Несколько человек в комнате обменялись взглядами. — Ваши отношения, — повторил медбрат уже увереннее. — Ну, вы же… вместе. Вай моргнула. Потом посмотрела на Кейтлин. Кейтлин посмотрела на нее в ответ. — Нет, — сказала Кейтлин. — Нет, — сказала Вай. Снова синхронно. Интерн наклонился вперед. — Подождите, вы сейчас это просто отрицаете или… — Мы не вместе, — чётко сказала Кейтлин. — Вообще, — добавила Вай и фыркнула. — Слушайте, я понимаю, что у вас тут скучно, но— — Ты приносишь ей кофе, — сказала одна из медсестер. Вай повернулась к ней. — Я приношу кофе всем, у кого есть деньги. Кто-то тихо хмыкнул. Кейтлин скрестила руки. Медбрат обвел их пальцем. — Вы спорите как пара. — Мы спорим как люди с разными мнениями, — холодно сказала Кейтлин. — И потому что она упрямая, — добавила Вай. — Я не упрямая. — Ты буквально только что— — Лейнс. — Кирамман. Вай резко повернулась. — Да с чего вы вообще это взяли?! — Ты знаешь, что у нее давление на правой руке ниже, чем на левой, — сказал интерн. — Это был пациент, идиот. — Ты зовёшь только её, когда привозишь сложные случаи, — добавила медсестра. — Потому что она лучший кардиохирург в этой больнице. Кейтлин чуть приподняла бровь. — Продолжайте. — Ты называешь её «док», но не как всех остальных. — Потому что она единственная, кто это заслужил. Комната снова притихла. Вай замерла на секунду, осознавая, что только что произошло. Медсестры переглянулись с выражением очевидности происходящего. Кейтлин тоже это заметила. И впервые за всё время чуть отвела взгляд. — Это… профессиональное уважение, — спокойно сказала она. — Да, — быстро подхватила Вай. — Именно. — Очень… интенсивное профессиональное уважение, — пробормотал медбрат в свою пустую кружку. Вай провела рукой по лицу. — Господи. Она повернулась к Кейтлин. — Скажи им. — Я уже сказала. Они снова посмотрели друг на друга. И на секунду — слишком долгую — в комнате стало тихо не потому, что кто-то ждал скандала. А потому что это уже не было похоже на спор. Кейтлин глубоко вдохнула, явно собираясь закончить это. — У нас нет отношений. Вай кивнула, не отрывая от нее взгляд. — Вообще никаких. Интерн медленно сделал глоток кофе. — Понял. — Отлично, — сказала Вай. — Тогда мы закончили? — Абсолютно, — кивнул он. Тишина снова обрушилась на комнату, никто не сделал ни малейшего движения. Вай посмотрела на Кейтлин и вздохнула. — Ладно. Пойдём, док. Я, кажется, задолжала тебе отчёт. Кейтлин кивнула. — Да. Верно. Они развернулись и направились к выходу. Дверь закрылась. Тишина ординаторской некоторое время оставалась нетронутой. Потом медсестра медленно выдохнула. — Ну всё. — Что «всё»? — спросил интерн. Она повернулась к нему с абсолютно серьёзным лицом. — Если они и правда не встречаются, то у них большие проблемы. — Почему? — Потому что отрицание очевидного — это уже симптом. *** Сирена стихла уже у самого въезда в больницу. Каталка влетела в приёмное так резко, что один из интернов едва успел отскочить. Пара секунд по коридору и Вай втолкнула ее в бокс. — Мужчина, сорок семь, множественные травмы после ДТП, — быстро выдохнула Вай, на ходу срывая перчатки. — Давление нестабильное, сатурация падает, в дороге была кратковременная потеря сознания. Дежурная медсестра записывала каждое ее слово. — И ещё он начал уходить в брадикардию, поэтому я дала атропин и— — Что ты сделала? — голос Кейтлин разрезал шум, как скальпель. Она появилась в боксе почти мгновенно, уже в халате, с холодным, собранным взглядом. Вай даже не моргнула. — Я не собиралась смотреть, как он умирает по дороге. — Ты не можешь нарушать протокол без подтверждения диагноза. — Он бы не дожил до подтверждения. Монитор издал тревожный сигнал. Все приступили к своей работе. Кейтлин подошла ближе, быстро оценила пациента, скользнула взглядом по данным, по лицу и грудной клетке. И её челюсть едва заметно напряглась. — Давление стабилизируется, — тихо сказала она. Кейтлин резко подняла взгляд. — Ты могла его убить. — Но я его спасла. Кейтлин не отвела глаз от Вай. — Ты действовала на грани. — Такая у меня работа, — спокойно ответила Вай. Пауза затянулась. Монитор снова пискнул, но уже ровнее. Кейтлин медленно выдохнула. — В операционную. Сейчас. *** Операция длилась дольше, чем ожидалось. Слишком много крови. Слишком нестабильная гемодинамика. Слишком много решений, которые нужно было принимать за секунды. Когда монитор наконец выровнялся, в операционной стало странно тихо. — Стабилизация, — сказала анестезиолог. — Перфузия восстановлена, — добавила Кейтлин и на секунду закрыла глаза. — Он жив, — тихо сказала медсестра. *** Вай сидела на подоконнике в коридоре перед операционной, свесив руки, уставившись куда-то в пол. Пациента уже увезли в реанимацию, но она не могла заставить себя подняться. Дверь открылась, и Кейтлин вышла снимая шапочку. — Пациент стабилен, — сказала она ровно. Вай не повернулась. — Видела. — Ты не имела права так поступать. Очередная объяснительная заставит тебя понять это? Вай усмехнулась, коротко, без привычной бравады. — Ты знаешь ответ. Кейтлин наконец посмотрела на неё. Долго и без её знаменитой холодной дистанции. — Да, — сказала она. Вай подняла взгляд. И на секунду в её выражении не было ни дерзости, ни защиты. Только усталость и честность. — Он бы не выжил, если бы я ждала, — тихо добавила она. Кейтлин чуть наклонила голову. — Я это уже поняла. Пауза снова повисла — но теперь другая. Не напряжённая. Почти… спокойная. Кейтлин сделала шаг ближе. — Ты была права. Вай моргнула, будто не сразу поняла, что услышала. — Это сильное заявление. — Не привыкай, — сухо сказала Кейтлин. И только после этого угол её губ едва заметно дрогнул. Вай хмыкнула. — Значит, ты не настучишь на меня? — Я подумаю. И уже тише: — Я знала, что ты не ошиблась. Вай замерла. Несмотря на полушепот, это прозвучало так громко, что что-то внутри Вай встрепенулось. Потому что это было не про протокол, и не про риск. Между ними было доверие, которое обычно не проговаривают вслух. — Хорошо, — сказала Вай. — Потому что я тоже знаю, что ты не промахнёшься. И в этот момент между ними впервые не осталось необходимости спорить. *** Ординаторская жила своей обычной жизнью. Но сегодня в разносившемся по ней шёпоте было что-то особенно напряжённое. — Я говорю вам, они теперь точно вместе, — вполголоса заявила медсестра, наклоняясь ближе к столу. — С чего вдруг? — скептически спросил интерн. — Ты их после операции видел? — Нет… — Вот именно. Медбрат медленно размешивал кофе, наблюдая за дверью. — После такого люди либо начинают встречаться, либо увольняются. — Это не доказательство, — пробормотал интерн. — Это статистика, — серьёзно ответил медбрат. Дверь открылась и разговор тут же оборвался. Вай вошла первой. Не так, как обычно — без шума, без комментариев. Просто зашла, провела рукой по волосам и направилась к столу. Взяла стакан кофе, сделала глоток и скривилась. — Кто опять варил эту дрянь? — Ты, — тихо сказала медсестра. — А, точно. Следом вошла Кейтлин. Спокойная, собранная, как всегда. Но внимательный взгляд мог бы заметить: она остановилась на долю секунды, прежде чем пройти дальше. Её взгляд на мгновение задержался на Вай и этого было достаточно. Комната замерла. — Доктор Кирамман, — осторожно начал интерн, — пациент из операционной— — Стабилен, — ответила она. — Наблюдение в реанимации. Она подошла к столу, взяла планшет с отчетом. Вай стояла рядом, опершись на край. Слишком близко. Или нет. Трудно было сказать. — Ты оставила катетер слишком поверхностно, — спокойно сказала Кейтлин, не поднимая глаз от записей. — Я хотя бы вообще поставила его, — отозвалась Вай. — Это не отменяет того, что— — Это спасло ему жизнь. Кейтлин подняла взгляд. — Я в курсе. Нет нужды повторять. И всё. Никакой резкости. Никакого спора. Вай на секунду замерла. Потом медленно кивнула. — Хорошо. И это «хорошо» прозвучало тише, чем обычно. Медсестры переглянулись. Интерн наклонился к медбрату: — Ты это видишь? — Я это чувствую, — прошептал тот. Кейтлин закрыла планшет. — Вам следует больше отдыхать между сменами, Лейнс. — А тебе — меньше командовать, док. — Я не командую. — Конечно. Они снова посмотрели друг на друга. И на этот раз никто не спорил. Вай первой отвела взгляд, потянулась за своим кофе. Сделала глоток. Снова скривилась. Кейтлин едва заметно вздохнула, развернулась и направилась к выходу. Остановилась у двери лишь на секунду. — Вай, — сказала она. В комнате стало тихо. Вай подняла голову. — М? Кейтлин чуть замялась, почти незаметно. — Ты… закончила смену? Несколько человек синхронно перестали дышать. Вай прищурилась. — Почти. А что? — Я собиралась… выпить кофе. Тишина стала почти физической. Медбрат медленно поставил кружку на стол. Интерн закрыл рот ладонью. Вай посмотрела на неё несколько секунд, очень внимательно. Что-то едва уловимое промелькнуло между ними. — Ладно, — сказала Вай. — Дай мне пять минут. Кейтлин кивнула и вышла. Наступила гробовая тишина, которая через секунду взорвалась радостными криками и улюлюканием. Вай медленно повернулась к коллегам. — Даже не начинайте. — Мы ничего не говорим, — невинно сказал медбрат. — Только орем, — добавила медсестра. Вай закатила глаза, взяла куртку. — Это не свидание. Мы просто идём выпить кофе. Все усиленно закивали. — Ага, вдвоем. После смены. Док и её любимый фельдшер. Вай открыла рот. Закрыла. Выдохнула. — Господи. И вышла. — Я не поняла, они поняли или нет? — прошептала медсестра. — Мне никогда не было так интересно ходить на работу, — ответил медбрат. Интерн медленно покачал головой. — Так они вместе или нет? Медбрат сделал глоток кофе. — Узнаешь на следующей смене. За окном начинало светать.