金継ぎ
11 мая 2026 г., 08:47
Примечания:
шалость. просто шалость, навеянная тем, что мне диагностировали аутизм и кптср и я поняла, что мне не обязательно чувствовать вину за свою «слабость»
присутствуют несостыковки (как минимум — развитость психологической помощи в японии двухтысячных, ирл обращение родителей с детьми достигало едва ли 3%, тогда как в сша было 52%)
- не везде большая буква в начале предложения. это специально.
https://pin.it/1BaenLKtm — начиркала, как я вижу гг
- вам может показаться странной оформление диалогов, но так надо
Запись первая, 19 мая 2003
Йо. Дневник мне посоветовал вести мой психотерапевт, типа для скрининга (может я лет через 10 отдам его в издательство, авось и книжку сверстают)
так что, начнем?
Возможно, этот дневник — попытка вырастить новые.
***
Говорят, что даже самый тупой карандаш лучше самой острой памяти. Эту фразу мне вдалбливала мать всю жизнь, ведь я дюже как не любила записывать что-то, пусть и забывала постоянно. ещё говорят, что когда пишешь дневник — будь готов, что его прочтут. Это что-то вроде аксиомы. Фиксируя на носителе информацию, ты свидетельствуешь, можно сказать, против самого себя. Ведь пишут обычно те, которые хотят быть услышанными, которые желают, чтобы их голос звенел. В целом, я согласна. Честность перед гипотетическим читателем — это, наверное, единственное, что удерживает меня от самообмана. В этом деле я профессионал: всю жизнь убеждала себя, что «всё нормально» и «так у всех», пока не началась неосознанная политика анти-оживления в свою сторону. Ну и кошмарное же время было... В общем. Скорее всего, все записи будут на русском. И дело не только в перестраховке — ведь в Японии процент русскоговорящих ниже, тем более в моём окружении он вообще ничтожен. Типа нулевой. Если кто-то из местных найдет дневник, то без переводчика не прочтёт, а онлайн-переводчики в 2003 году еще не существуют, насколько я знаю, — меня воротит от японского. Тому, кто по случайности найдёт дневник и, кажется, захочет влезть в мою жизнь, приятного чтения?***
Что определяет объективное восприятие реальности? Что вообще из себя представляет реальность? Многие учёные (математики и физики) к две тысячи двадцать шестому году склонялись к тому, что мы живем в симуляции. Но как это определить? Трансцендентным переходом, возможностью «выйти» из симуляции считали смерть, ей и приписывали мистические трансформационные явления на протяжении всей истории человечества. Я не помню, как умерла. Не знаю, умерла ли я даже. Может, меня, как это часто бывает, сбила машина. И сейчас у меня предсмертные галлюцинации. Или я в коме где-нибудь в областной больнице, а родные и друзья места не находят, потому что ничего не ясно. Или же пережитое мною — ложь. Очнуться после 20 лет жизни в теле 13? 14? летней девочки в, прости господи, Японии!.. a little bit unusual. Ну так, самую малость. К сожалению, это моя жизнь. Что можно рассказать? Жила была девочка. Девочка жила в железной клетке, словно птичка, а крылья её обрезали ещё во младенчестве. Её мир был ограничен прутьями, в которых она нашла извращённое удобство. Жизнь в клетке хотя бы предсказуема, в отличие от свободы вне её. Она росла, полуживой правда, но смогла почти обрести свои собственные крылья. Почти. Я много думаю об этом «почти». Свои крылья она собирала по пёрышку, находила в полузабытых воспоминаниях, в дружеских объятиях, в тёплых руках друзей... Среди собственной крови и слёз были выстраданы самые крепкие перья. А потом их тоже вырвали, прямо перед тем, как птичка смогла выпорхнуть из клетки. Так я оказалась здесь. Где твои крылья, которые нравились мне?***
Первое, что меня ошеломило — свет. Больничный, слишком яркий для моей болящей головы, слишком шумный ритмичный писк приборов, который я просто ненавижу... Всё было слишком. Потом все завертелось: женщины, мужчины, в халатах, без халатов, чьи-то руки, пытающиеся сдержать меня от расцарапывания лица (кажется, я пыталась сорвать с себя лже-лицо, ощущавшуюся чужой кожу, да и просто убедиться, что что-то чувствую), капельницы, таблетки, уколы... Весело, конечно, было. Честно говоря, мало что помню из того времени. В голове непроходимый туман из страха, боли и отчаяния. Просто в какой-то момент, даже в очень определённый, я сидела на кровати, сняв с одной ноги сланец, ела кашу и вдруг окончательно поняла, что баланс у ложки не тот, и ребристостей нет, и имени моего на ней нет! Может мелочь, может глупость, но эта ложка со мной была две трети жизни, ежедневно я пользовалась ей, оглаживала ветвистый узор на черенке, я помнила ее форму пальцами наизусть. Ложку тогда я успела аккуратно опустить на тарелку, ведь до сих пор внутри сидит установка «не причиняй неудобств», а потом меня вывернуло. Не успела даже вскочить, оцепеневшая, поэтому прямо на пол. Неловко вышло, медперсонал ругался. Но этот момент ознаменовал окончание стадии отрицания. Я поняла, что осталась одна. Совсем одна в незнакомом мире, на 20 с лишним лет в прошлом, без своих друзей, без своих вещей, словно и не я вообще, и не было никогда той меня, той веселой прямолинейной девушки, что выбивала из колеи своим инфантильным поведением и сомнительными шутками. Той девушки, что, казалось, могла свернуть горы, увлекшись делом, а увлекалась я многим: рисовала, писала стихи, делала украшения, шила, изучала языки(пусть и очень медленно), училась кататься на скейте, поступала на инженера. Имела чёткое будущее и впервые вдыхала полной грудью... Неужто всё сон? Даже воздух, и тот был — не тот. Не знаю, как объяснить это человеку, никогда не просыпавшемуся в другом мире. Я ХОЧУ ДОМОЙ ПОЖАЛУЙСТА Я ХОЧУ К СЕБЕ ДОМОЙ ГОСПОДИ ПОЖАЛУЙСТА СМИЛУЙСЯ ОТПРАВЬ МЕНЯ ОБРАТНО ПРОШУ***
запись 2. всё тот же май, число не помню (записать?) Время течёт сквозь пальцы. Вроде что-то происходит, а вроде и нет. Все монотонно, непонятно, в голове стылая пустота. «Cogito, ergo sum» — я мыслю, следовательно, существую. Забавно. Из-за таблеток мыслю я редко, а если мыслю, если я существую — кто я? Девушка или девочка? В медкарте написано тринадцать, я помню восемнадцать с хвостиком. К какому этносу принадлежу? По личику японка, по самосознанию — русская, а по прошлым корням вообще казашка. Что я такое? Гибрид межмировой сборки? Есть ли что-то моё в этом мире, кроме этой дурацкой графоманской книжки и собственных воспоминаний, которым я даже доверять не могу? Возможно, есть. Странная закономерность: из мира в мир я женщина, мое имя связано с тиграми, мои волосы черные, а семейка оставляет желать лучшего. Почему, ну вот почему перешло именно это? Почему из всего багажа моей личности просочились какие-то мелочи, психическое расстройство и инвалидность? Было бы легче очнуться в теле человека, чей мозг не имеет схожих нейронных связей с имеющимися у меня заболеваниями. Видимо, где-нибудь наверху решили: раз уж я профессионал по выживанию в условиях хронического стресса, то вот ещё один раунд. Посмотрим, как справишься на этот раз. Моя ситуация, в целом, как переезд. Или, точнее, похищение, самое настоящее. Просто масштаб — межмировой. Меня выдернуло из привычный рутины, не идеальной, но, сука, своей жизни, засунули в другую оболочку. Как пирожок начинили, ей богу. Наверняка было бы легче адаптироваться, не будучи инвалидом, привязанным к рутине и приёмам препаратов, к психологическим якорям, заземлявшим состояние (а ими были, ха-ха-ха, выработанная рутина и окружающие люди. Сейчас ни того, ни другого), но имеем, что имеем. А имеем мы... пиздец. Уже где-то полтора месяца я молчу. Даже когда слова пузырятся на языке, меня одолевает тошнота. Это, вроде как, селективный мутизм. На фоне стресса отрубилась говорилка, восстановиться может в безопасной обстановке. Которой больше нет. Это же время идет судебный процесс. "Главу" семьи Ханемия ограничивают в контакте с семьей. Вроде, под вопросом тюремное заключение, ввиду систематического насилия над женой и дочерью, а также последних событий. («Последние события» — это я, вернее, моя голова, отбитая о дверной косяк. Из жизни в жизнь хоть что-то стабильно) Пока со мной работает целый консилиум врачей, кумекающих, что делать с ребенком с парамнезией (красивое слово, обозначающее ложные воспоминания) после ЗЧМТ. они считают, что "прошлая жизнь" — результат травмы, попытка эскапизма от настолько невыносимой обстановки. Может я и впрямь сумасшедшая. У оригинального Казуторы ведь крыша поехала. (Но как тогда объяснить познания в науках? знание языка? навыки? мышечную память?) Ах да, я фем-версия Казуторы. Ханемия Торахимэ. Мне нравится аллитерация, словно какая-то рептилия. Я часто беззвучно шепчу это имя, примеряя на себя, словно одежду в супермаркете. Торахимэ. Ха-не-ми-я То-ра-хи-мэ. Тигровая, мать её, принцесса. Шутка ли? Ощущение, будто аватар в игре подбираю. Выберите персонажа: >Ханемия Торахимэ Проверка характеристик: Имя: Ханемия Торахимэ Возраст: 13 Пол: Женский Баффы: способность к выживанию, рисование, поэзия, усидчивость, юмор, вкус к смешным носкам. Дебаффы: парамнезия, КПТСР, РАС, многочисленные гематомы, сотрясение, деградировавшие социальные навыки, стадия горевания. Подтвердить выбор? Да/Да. Вроде весело. Только это игра в жизнь, нет кнопки «Выйти», нельзя заглянуть в главное меню, отлучиться, посмотреть прохождение. Отстой. Голова болит. Она болит каждый день, особенно после срывов, после слёз. Иногда боль такая, что приходится лежать и скулить. Даже музыку слушать не получается. Мне постоянно больно и я хочу к себе домой. Хочу свой засранный стол с тремя пачками орео, пыльный ПК и графический планшет, плакат с Кайзером из Блю Лока и красивую серую дверь, за которой будет унылая квартира, такая ненавистная мне, но родная. Моя. Я ненавижу это место. Окружающий меня язык, запахи, чужое маленькое отражение в зеркале и сменившийся центр тяжести. Жаль, что я еще жива, наверное.***
хз какое число, но сейчас второй час ночи, у меня мысль: Не дай бог я персонаж типичного фанфика про попаданца. Не-не-не, друзья, профиль не тот, нет во мне жилки пафосного превозмогания, я состою из одного лишь пиздострадания.***
Он в тюрьме. Недолго, правда. Не слушала. Вроде что-то про смягчающие, ввиду явки с повинной, тыры-пыры.***
3 июня. В детском пнд не очень вкусная пища. Рисовая каша на воде, жидкий суп с тофу, рыба (я практически не ем рыбу). Приходится питаться через силу, давиться. Часто тошнит. И от еды, и от нервов, и от побочек лекарств. Врачи говорят, мол, нормально, организм пережил стресс, он перестраивается, адаптируется. Когда-нибудь я смогу адаптироваться?***
больно страшно я одна я совсем одна я хочу домой***
Не слезаю с колёс. Постоянно сплю. В голове пусто — не то чтобы покой, так, звенящая тишина, все будто через вату ощущается. На выздоровление это не похоже, скорее на опустошение. Психотерапевт (большой мужчина со смешными усами и в ослепительном халате) посоветовал в будущем завести животное. Не хочу. Я к нему привяжусь, а потом он умрёт, или я отправлюсь в путешествие по мирам (чем черт не шутит?) и мне опять будет больно. Я не вынесу еще больше боли, я просто не смогу. Он считает, что на фоне домашнего насилия (о чем мне прямо не говорят, чтобы триггер не спровоцировать, но я-то помню Казутору, его семью и в целом два и два сложить могу) у меня развились фобии: привязанности, смерти, близости. Но больше всего я боюсь саму себя. Вдруг снова случится тот же фокус и меня попросту вышвырнет из этого мира в следущий? Как долго это будет продолжаться? Та реальность была реальна. Эта реальность сейчас реальна. Может ли существовать одновременно две реальности? Существует ли что-то по-настоящему? Не исключено, что сейчас я в коме. Или умираю. А это галлюцинации. Как мне проснуться? Стоит ли просыпаться? Если я там умерла, то что будет, когда я здесь закрою глаза?***
Пока что я на домашнем обучении, вернее на больничном. Не хочу вставать с постели. Вообще. Да и зачем? Больница унылая: за окном палаты — двор, бетонный забор, кусок слепящего неба. Лето в самом разгаре, стрекочут цикады. Они громче, настойчивее, более металлические, что ли. Хочу полевых сверчков. Тех, которые водятся в траве за бабушкиным домом.***
Субару-сан (мой социальный работник) — классная девушка. Лет 25, наверное? У нее алая короткая стрижка, очки в чёрной оправе. Она одна из тех, кто не смотрит на меня со снисхождением и жалостью. И рассказывает о свободе за забором, ха-ха. Субару-сан подарила мне несколько книг на русском языке. Сборники стихов Ахматовой. Я расплакалась. Ревела, как последняя дура, с книжкой на руках. У неё тёплые объятия.***
Будет ли жив Чёрный дракон, учитывая обстоятельства?***
21 июня Благодаря медикаментам в голове пусто, в груди стыло. Я знаю, что это временно — они блокируют эмоции, чтобы я не захлебнулась в них сейчас, в самом уязвимом состоянии. Но я знаю, знаю по опыту прошлой жизни, что горевание будет со мной. Оно всегда будет со мной. Психологическая помощь в Японии двухтысячных и впрямь оставляет желать лучшего. Пропасть между две тысячи двадцать шестым и две тысячи третьим просто огромна. Внятного описания некоторых из моих расстройств попросту нет. Мне повезло, что мой консилиум хотя бы пытается что-то сделать. Наверное, потому что случай нетипичный. Всегда мечтала быть чьим-то интересным клиническим случаем.***
Июль. если я хочу выбраться отсюда то должна начать говорить я должна демонстрировать динамику улучшения я должна притвориться что возвращаюсь в норму но что будет нормой здесь? давай дорогая ты справишься ты сильная ты сможешь я с тобой я всегда с тобой девочка***
Сентябрь ВЫПИСКА!!!! свобода! Уговорила ка-сан сменить психотерапевта, мне не хватает восприятия меня как отдельной личности. Вот что значит быть взрослым.***
Всеми руками уцепилась за яркую, прошедшую практику заграницей женщину, которую посоветовала Субару-сан, с которой мы по-настоящему подружились. Удивительно со стороны выглядит дружба между тринадцатилетней девочкой и двадцатишестилетней девушкой, но она мне как старшая сестра. А Йошимура-сан мой новый психотерапевт. Я прохожу ДПДГ-терапию.***
Итак, я все еще интересный кейс для психологов и психиатров. Йошимура-сан говорит, что материал уникальный. Мне всё еще тяжело. Иногда я просыпаюсь ночью и думаю что я в своей родной постели. Я скучаю по вам, друзья мои. По перепискам, по шуткам, по объятиям, по прогулкам. Надеюсь, с вами все хорошо.***
Комната достаточно минималистичная. Не знаю, как выглядит комната типичной девочки-подростка из Японии двухтысячных. Нужна перестановка...***
Also я на домашнем обучении. Решили, что триггеров слишком много, чтобы еще и в школу возвращаться. И я соглашусь: дети, шум, социализация (кошмар) Мне нравится писать этот дневник. Иллюзия видимости. Будто его могут прочитать мои друзья, сказать мне свои слова поддержки. Я вижу их и слышу словно на яву. Становится одновременно легче и тяжелее. Я очень скучаю по сбитому асфальту, холодному воздуху, по Волге и по степям. По всем своим друзьям, по нашим смешным подколкам, по современному интернету (здесь ужасно низкая скорость загрузки страницы! и форумы вместо мессенджеров) и связанному с ним сознанию. Скучаю по свободе.когда растешь и задаешься ты вопросом
когда ты знаешь что один, всегда один
когда не в силах совладать с мыслей разбросом
когда снаружи и внутри ты не един
когда из букв не появляются слова
когда в грудине зреет лишь она — волна
когда шум смерча в голове и будто все в огне — и ты в огне
когда ошеломляет тишина
и треск её надрывно, тяжко стонет
когда избавиться придет пора от боли?
когда омывши тело, вода возьмёт печаль?
когда из сердце вымоет отчаянье?
когда, обнявши смерть, я снова заживу?
когда почувствую себя да в своем теле?
когда я жить смогу, как вы того хотели?
когда заглохнет сердце, отрекшись от страстей
когда...
когда боль хлынет.
боль хлынет из костей.
***
Я выхожу гулять с Субару-сан. Каждые две недели мы ходим по окрестностям. Она всегда осматривает меня: смахивает пылинки, поправляет воротник или волосы, ведь я в зеркала не смотрюсь. Не могу. Не я.***
Лечение адаптируют. Йошимура-сан снизила дозу одних лекарств, отменила вторые, добавила третьи. Иногда сознание становится чище. Я много слушаю музыку (ту, которую знаю из той жизни: Цоя, Агату Кристи, Земфиру, даже Слот!) и читаю книги. На русском. От японских воротит. Язык, чужой язык, пусть и ассоциируется с родиной горячо любимых аниме, стал языком места, где я словно в тюрьме. Но коммуницировать надо.***
Мне принесли щеночка ретривера. Я… в смешанных ощущениях. Собаки живут десять-пятнадцать лет ведь? Что со мной будет, когда она умрёт? А если она умрёт раньше из-за болезни или её собьёт машина или что-нибудь ещё?***
Она такая маленькая, совсем одна, постоянно плачет и зовёт маму (очень похоже на кое-кого, не будем тыкать пальцем) Мне очень больно от этого. Я даже поплакала, прижимая к себе ее хрупкое, маленькое тельце. Назвала её Мусей. Муся, это ты?...***
Я все ещё много молчу. Но не с Мусей. С Субару тоже говорю. Мы часто втроём ходим гулять (по красивой набережной!) и там классные качели. Мне не так одиноко. Субару не против мата и тех отстойных шуток, а ещё она с интересом слушает мои рассказы о той жизни. Память о вас никогда не пропадёт, ребята.***
Субару поприветствовала меня на русском. Я разрыдалась (Муся тоже, за компанию)***
16 сентября, 2003 День рождения Торахимэ. Неловко пообщались с ка-сан, пока сидели друг напротив друга за завтраком. Она вручила мне несколько книжек японских писателей. Потом Субару выдернула нас с Мусей на прогулку. Теперь у меня есть красивая шпилька с ликорисом и огромный плюшевый кот для объятий. Ещё мы прошлись по магазинам. Накупила немного декора для комнаты, смешные носки и хорошие принадлежности для творчества. Господи, что бы я делала без Субару?***
3 октября. Йошимура-сан сказал, что лучше тихонечко возвращаться в школу. Обсудили с ка-сан: я предложила всё-таки поменять учебное заведение, чтобы с чистого листа начать жить, а не в окружении детей, знавших прошлую Торахимэ. Она согласилась. Она вообще часто соглашается, возможно, боится меня потерять? Что любое её слово может меня сломать? Насколько тяжело по родителю ударяет подобная ситуация с «подменой» ребёнка? Иногда я замечаю у неё брошюры из храмов. Становится страшно — вдруг она помешается на религии после всех событий? Из Ичибан Чугакко переведусь в соседнюю Нибан Чугакко. Идти дольше минут на пятнадцать, но зато там будет социум, которому я смогу представиться, как захочу. Мне вроде как легче? Понимаете, друзья мои, горе выматывает. Организму приходится тратить множество ресурсов на слёзы, на стресс и сопутствующие дебаффы. Этот самосаботаж не проходит без следа. Тело помнит всё, в отличие от разума. Поэтому сейчас я чувствую пустоту. Муся и Субару мне помогают. За озорной шабакой нужен глаз да глаз, а ещё с ней надо заниматься (она жуёт мои носки, карандаши, стул, ноги, в общем, всё, до чего дотянется), ухаживать (с чем у меня бывает проблемы из-за сенсорных ощущений. Так я не могу выносить слюней на себе, постоянно бегаю мыть руки), а вот с Субару ситуация иная: если с кем-то заниматься или за кем-то ухаживать в нашем дуэте, то только за мной но я все ещё всё ещё одинока***
6 октября. Вышла в школу. Прости, Господи. Шум, яркий свет, обязательства, дети, дети, дети — все так ошеломляет! Звонки, расписания, «Класс, это новая ученица — Ханемия Торахимэ, поприветствуйте», дети галдят, смеются, ссорятся, мирятся. В первый день честно постаралась отсидеть все уроки: математика была лёгкой, японский потруднее(вроде помню иероглифы, но стоит чуть опомниться, как они кажутся незнакомыми. Врачи считают, что одно из последствий травмы — дисграфия, но выборочная, ведь на русском, опять-таки, проблем нет). На обеденном перерыве сбежала в медкабинет и сидела там, пила чай с медсестрой (милейшая женщина!). На урок опоздала. Было неловко, но здоровье всяко дороже. Оно у меня, всё-таки, одно.***
Кажется, Баджи учится в параллельном классе. я в 2-1, а он в 3-2. Случайно увидела из окна школьного коридора. Типичный подросток: немытые и даже не расчёсанные волнистые волосы, яркие цепкие глаза. Он стоял у стены и о чём-то усиленно размышлял. Или ждал кого-то. Думала, почему он не в прикиде ботанском своём, а потом поняла: он же еще, наверное, не второгодник. Не передать словами то щемящее чувство, испытанное мною в его присутствии. Так, должно быть, Пигмалион видел Галатею на этапе создания — ледяную, несовершенную, но уже вырисовывавшуюся, так любой чувствительный человек замирает в музее. Ты видишь перед собой живую легенду, ты осознаешь, что перед тобой создаётся история. Это нечто сродни синдрому Стендаля — чрезмерные переживания (тахикардия, головокружение, слёзы, даже обмороки) при созерцании предметов искусства. И это искусство было из плоти и крови в мятом школьном гакуране, а ещё сплёвывало на землю. Господи, какой ужас. Что бы я себе не надумывала — нет. Просто нет. Мы не будем общаться с человеком, который не умеет глотать, дорогуша, понимаешь?***
Учёба вроде идёт мирно. Одноклассники потеряли интерес после истории про падение с лесницы и появившиеся головные боли, из-за которых у меня свободное посещение. Моё внимание в большинстве своём занимают трудо_выебудни, встречи с Йошимурой-сан(я теперь не кризисный клиент, а постоянный), Субару, растущая как на дрожжах Мусенька (которая вчера испугалась жука, а потом сожрала его), но я не перестаю думать о каноне. О сюжетной линии этого, прости Господи, тайтла, по странной шутке ставшего моей жизнью. Стоит ли овчинка выделки? Хочу ли я взвалить на себя бремя будущего, прикоснуться к другой стороне реальности, к той истории, что повествовалась на экране моего побитого сяоми в далеком двадцать первом году? Это живые люди, которые будут биться насмерть, пока я буду сдавать вступительные экзамены в университет. Хорошо читать подобный треш про подростковое беззаконие, закрывать глаза на равнодушие взрослых и беспредел на улицах. Но какого — участвовать? Наверняка многие сформулируют ответ на этот вопрос достаточно быстро. «Конечно же вмешаться, ты же знаешь будущее!», «Ни в коем случае, это не твоя война!». Поэтому я немного изменю подход. Рассмотрим дилемму вагонетки: мчится поезд, на его пути пятеро привязанных человек. Можно переключить на другой путь, там всего один. Как стоит поступить? Ответьте, запомните свой ответ. Модифицируем задачу: чтобы остановить поезд, надо самому столкнуть под рельсы случайного стоящего рядом человека. Готовы ли вы на подобное? Здесь ведь сложнее: нажать на рычаг легче, чем собственноручно убить. Мой ответ ранее всегда был однозначен. Я попросту отказывалась как-либо действовать, ведомая лишь страхом ответственности за свои действия. Не из моральных соображений, право слово. Превратиться из наблюдателя в деятеля, означает отдать всего себя на суд, находиться под чужими взглядами и быть... увиденным. Когда в тебе десятилетиями живет установка «будь незаметна», когда годами из тебя выбивают инаковость, такое, конечно же, кажется чуждым. Сковывающим. Ужасающим опытом. Но психотерапия, без преувеличения, помогает. Вроде как я уже не настолько боюсь принимать решения. В конце концов, тварью дрожащей я уже была, там. Но имею ли я право? Вот где кроется настоящая проблема. Имею ли я право вмешиваться в чужую историю, наблюдателем и фанатом которой была я в отрочестве? С другое стороны, имею ли я право не вмешиваться? Делает ли зрителем или таким же виновником молчаливое наблюдение? Я не героиня и не избранная. Я — глубоко травмированный, обиженный миром, несчастный ребёнок-инвалид, только-только несмело встающий на путь исцеления. Я, вполне возможно, абсолютный чужак в этом мире, но... Но. Но люди, дети могут погибнуть. Я всегда с вниманием и болью переваривала детские смерти, даже вымышленные. Всю жизнь мать наставляла: слабым помогай, против несправедливости иди. Как-то в школе я пару лет подвергалась остракизму за дружбу со странным одноклассником, над которым издевались. Не то чтобы меня это смутило. Так что, я бы могла... попробовать? Ведь лучше сожалеть о том, что сделал, чем о том, что не сделал, не так ли? Лучше обжечься, чем всю жизнь провести во тьме? Я знаю, что в этом тёмном коридоре меня ожидает дверь. Я вижу, как лучи — тонкие, дрожащие, словно золотистые нити — пробиваются сквозь её щели. Я могу дёрнуть за ручку и распахнуть её. Вопрос лишь в том, ожидает ли меня за этой дверью свет или пожар?***
Зима близко...***
Я все еще ужасно скучаю по той жизни. Из моего нутра безжалостно вырвали всё самое тёплое и дорогое, оставив лишь холод и пустоту. Я всегда боялась смерти, боялась разлуки, боялась быть брошенной. Поэтому первой бросала людей, не привязывалась, ведомая страхом их смерти. Но я все равно очень, очень скучаю.***
Нет, нет, всё-таки не стоит никаким образом связываться с гопниками, это дело гиблое, милая, тебе спокойная жизнь дороже, не ради этого мы лежали в больничке, в пнд, ходили по врачам, правда? Не надо проживать повторно переходный возраст, но на этот раз путаться с плохой компанией, до добра ты себя не доведешь, сиди тихо на жопе. Собаку вон, погладь, траву тоже можешь. Ой, конец осени, травы же нет. Значит, не судьба.***
29 декабря. мне 19. жалко, что без вас.***
волны моря, волны ветра, волны дыма и огня
заберите, скройте, спрячьте, унесите вы меня
волны горя, волны боли, волны завтрашнего дня
подхватите и везите, украдите вы меня
волны, слёз и скорби полны, бури памяти храня
в пучине́ своей сокройте
обогрейте, успокойте
усыпите
обнимите
утопите
вы
меня
***
Мне стало хуже. Йошимура-сан говорит, что зима спровоцировала депрессивный эпизод. Внутри пустота, постоянная апатия и будто бы тесно в своем теле (телесная дисфория?). Я часто лежу в кровати, слушаю музыку и просто пялюсь в стену, сплю. Восприятие времени ни к чёрту. Стараюсь придерживаться рутины, гулять на свежем воздухе и питаться. Будто с тамагочи ношусь, ей-богу. Потому что как бы, блять, не было обидно признавать, но здоровый образ жизни спасает от такого состояния. Движение, созерцание природы, рутина — всё это помогает не упасть в трясину депрессии. Конечно, при поддержке препаратов, куда уж без них. Я много думаю о Торахимэ. Мне стыдно об этом писать, но эта мысль посещает меня очень часто. Она преследует меня в любой момент, когда я натыкаюсь на подтверждение своего присутствия в чужом теле. Что, если она умерла, а я заняла её место? Было бы лучше, умри ребёнок с концами? Хотя бы для ка-сан, которая, я вижу, не очень вывозит. Она скрывается. Она готовит ужин, держит лицо, интересуется моими днями, но я не слепая. Я вижу ее опухшие глаза и чувствую запах вина, смешанный с ее духами. Мне кажется, она продолжает долго смотреть на меня и выискивать признаки той дочери, которая у неё была до травмы. Ребёнка. Которого, кажется, больше нет. Я — всё, что у неё осталось. Надеюсь, всё будет хорошо.***
Мне тут каждый советует завести друга по возрасту: Йошимура-сан говорит про социализацию, а Субару: «Тора, тебе нужен кто-то, с кем можно подурить». Даже ка-сан однажды выдавила из себя что-то про «может быть, пригласишь одноклассницу в гости?». Но что-то не лежит душа. Вроде со всеми отношения и ровные (правда недостаточно крепкие), но нет никого, с кем бы хотелось сдружиться. А может, я просто не хочу подпускать кого-то к себе. Мне стыдно за себя: я настоящая посудина кинцуги, только мои сколы уродливы и нелицеприятны. И до сих пор кровоточат.***
30 января. Мы с Субару катались на катке. Встав на коньки, я сразу же поехала. Не могу не проводить параллели со своей прошлой жизнью. Было хорошо. Холод щипал щёки, музыка гремела, Субару смеялась и пыталась сделать пируэт, но чуть не упала. Я подхватила её под локоть, и мы обе рухнули в сугроб. Я не просто смеялась, я всхлипывала и хохотала в голос.***
3 февраля. Мои волосы достаточно отросли, чтобы стала заметна седина. Синдром Марии-Анутанетты вроде как — седина после стресса. Ка-сан предлагает закрасить. С её точки зрения, седина — это что-то постыдное; признак болезни, слабости, напоминание о том дне. Ей хочется стереть это воспоминание и хотя бы сделать вид, что у нас все хорошо. Но мне очень нравится вид. Необычный. Тем более, цвет хорошо смотрится в целом. Торахимэ вообще девочка красивая. Бледность, опухшее лицо и синяки под глазами будто бы придают изюминку её виду. Эдакая эфемерная, призрачная принцесса. А еще россыпь родинок под глазом, точно как в той жизни. Они мои.***
Весна приходит. Чувствую запах геосмина — вещества, которое вырабатывают акциномицеты. Чувствую, как оживаю. Здесь могла бы быть метафора про бабочку, бывшую гусеницей, но я недостаточно хорошо себя чувствую. Скорее, будто медведь после спячки.***
Надеюсь, у моих близких все хорошо. Может, они тоже чувствуют весну?***
Март. Учебный год окончился. Неплохо, пусть и не идеально (не то, чтобы я гналась за идеалом), но я закрыла год (но именно из-за неидеальных оценок мне запретили экстернат). В этот раз просто выдали бумажку. В один из прошлых выпускных я наебнулась челюстью о землю, из-за чего она начала щёлкать... Что ж, с выпуском меня?***
Если ты не идешь к канону, то канон приходит на порог твоего дома. Правда. Сидела себе тихо, ни с кем особо не общалась. И как-то познакомилась с Рюсеем Сато. Вернее, мы столкнулись, как в типичной седзе-манге. Рюсей: Итаа... неужели фанаты начали ко мне приставать? я: я: /залипнув на прекрасный цвет волос и сладкий голос/ я готова драться за место председателя твоего фанклуба. Рюсей: /ржёт/ не стоит. Оно, по счастливой случайности, пустует:) Рюсей: стой, ты же та девочка-вундеркинд! Он услышал, как я беседовала с завучем об экстернате. Теперь я репетитор Баджи. Даже, блядь, не знаю, что думать по этому поводу.***
Его проблемы с учебой тянутся несколько лет. Баджи не глупый, совсем нет, он очень даже сообразительный, но не в учёбе. Кажется, никто нормально ему не объяснял материал, да и он не то чтобы слушал. Пришлось разжёвывать ему аж дроби и проценты, зато понял! Мне понравилось быть репетитором: думать, как разжевать тему, объяснять её с нецензурной лексикой (только так смогла удержать его внимание, каюсь) — крайне интересное занятие, а когда ученик понимает, аж гордость берёт. Неплохо заобщались с Рюсеем. Сразу видно социальную булочку. Он парень популярный. Кажется, знает всю школу и не только. Мне каждый раз очень неловко стоять рядом с ним, когда он снова с кем-то болтает. Чувствую себя ребёнком, чья мама зацепилась языками с подругой и стоит. Рюсей с этого сравнения громко смеялся. Я точно буду драться за место председателя фанклуба этого потрясающего человека, таскающего мне вкусняшки из столовой!***
Бесценный материал. Баджи: я щас тебе кулак в жопу засуну и по правилу буравчика! Рюсей: ты сначала правило буравчика выучи, дебил Баджи: выыучил. я: правда? Баджи: ...не все протирают штаны за книжками, зубрилка>:/ я: это побочный эффект умения читать, попробуй, интеллект прокачивает))0) Баджи: попробуй в кафешке самостоятельно заказ сделать, дурочка я: я: попал, снайпер. Рюсей от смеха аж чуть со стула не навернулся. Мне очень тепло на душе от возвращения привычного записывания смешных диалогов. Я часто перечитывала их в моменты грусти, сразу становилось легче. Ещё одна привычка, которую я наконец-то пронесла сюда. Стабильность, она вещь хорошая.***
Мусечка совсем уже большая девочка, но все такая же слюнявая:( люблю её, сука, люблю так, что кости ломает, съела бы прям! Вдох-выдох. Это лучшее, что встречалось в моей жизни, на равне с орео и аниматиками от Honkai Impact 3rd***
Рюсей не перестает ржать с того, что его я называю красавчиком, а Баджи или дракулой (как же его клычки классно торчат!), или кудрявым (базовая кликуха для кудрявого парня. Ещё есть «патлатый», но... это только ты, Юр). Баджи каждый раз пыхтит, уязвленная драма квин. Но с этими мальчишками только так — кликухи им выдавать.***
Ситуация: пиздец. Парни провожали меня домой после занятий — уже темнело, потому что мы в процессе учёбы переключились на обсуждение последних серий Наруто. Вдруг нас гопстопнули четверо (пятеро? сколько их, блять, было?) парней постарше. Я не слышала их разговора. Совсем. Сердце оглушительно стучало в ушах и горле, руки и ноги начали трястить, а сама душа будто бы свернулась где-то глубоко-глубоко, где ничей удар, ничей пинок не сможет достать. Короче, случилась драка, а у меня паническая атака. Я не помню, что происходило. Я слышала треск, хлюпы, стоны, глаза не фокусировались, воздух не проходил в лёгкие, а потом его стало слишком много. Пальцы разодрали до крови запястья. Я видела мать, я видела нечеткую большую фигуру, я слышала крики, мольбы. Я видела какие-то смутные образы страшных монстров, слышала: «бей в пах, в горло и глаза», «принять таблетку экстренной контрацепции после сексуальнго насилия лучше в течение первых 24 часов», «за превышение самообороны посадят». Я думала... Я думала: «Я хочу домой!» Пока я задыхалась, Баджи (пересмотривший блядских сериалов) херанул мне пощёчину просто от души! Она всхлопнула все мои мысли, а щёку оставила жечь. Запаниковал он так, сука. Рюсей вроде ему потом сказал, что так нельзя делать. Их встревоженные лица тоже не задержались в моей памяти. Мы быстро сбежали, хотя меня парням пришлось волочить (у Рюсея тёплые руки). Я изо всех сил пыталась не дать волю слезам. Захотелось очень сильно спать, как обычно бывает во время сильных переживаний. Мне было очень страшно. Не представляю, как можно осознанно искать этих драк, насилия и крови — именно в этот момент долбануло по башке осознание той пропасти, которая всё-таки между нами. Хотела в героя поиграть, да? Дурочка, не выйдет из тебя. Вид крови и избиений повергнул меня в дикий ужас. Какой же кошмар. Прошло уже три дня (я пропустила школу, вместо этого сходила внепланово к Йошимуре-сан. Говорить о таком было тяжело.), но мне не лучше. Я плохо сплю и во снах вижу, что на месте тех парней — я, что избивают меня. Что я лежу на холодном асфальте, что я не могу пошевелиться, что ка-сан кричит и плачет, пока взрослый мужчина вписывает мою голову в косяк. Я одна. Я хочу домой. Ну пожалуйста.***
Транквилизаторы — бомба-пушка, все эмоции отрубило нахер. Хочется спать. Я просто улетаю почти все время: за уроками, за домашними делами, за прогулкой с Мусей (единственное, что помогает мне справиться с этой реальностью). Баджи меня избегал (а Рюсея в школе нет). Он отводил взгляд, сворачивал с пути. Я прижала его к стенке (не буквально — подкараулила у класса и предложила «обкашлять вопросик». Жаргон его ОЧЕНЬ выбил из себя) и мы поговорили. Всё вроде как прошло нормально.***
С Рюсеем тоже поговорили. Он очень мило беспокоился за мое состояние, что очень странно («Я готов подставить свое плечо ради слёз своей самой преданной фанатки»). У меня совершенно нет причин доверять ему, поэтому я, каюсь, проболтала о панических атаках и способах противодействия им. Он меня участливо слушал. Вот не дрался бы ещё — цены бы не было. Я стала бы его настоящей фанаткой. Сделала бы мерч: флаг, кепку и футболку с его именем и сердечками, а может быть основала целую политическую партию. Что, звучит ведь здорово?***
Чифую такой очаровашка! Причёска угарная. Подколола парня, сказав, что он на петушка похож. ОЙ ЗРЯ. Теперь Рюсей дразнит его. Бедный парень краснеет, ругается и машет руками. Я, конечно, чувствую вину, но не настолько, чтобы перестать смеяться. Прости меня, о бедный мой Чифую! Ты пал жертвой моего языка, работающего вперёд мозга.***
Рюсею доставляет неимоверное удовольствие неожиданно возникать у меня за спиной и тыкать пальцем под ребра. Я очень смешно визжу по его словам. Больно в груди — мои Лёша и Андрюша говорили тоже самое. Рёбрам тоже немного больно, потому что я из мира в мир дистрофичка, отчего многие прикосновения болезненны. А эту блядскую привычку подхватили и Баджи с Чифую, сволочи. Никакой безопасности ни в школе, ни во время урока, ни на наших занятиях, что за беспредел!***
Баджи сломал руку. Увидела его случайно в коридоре с гипсом. Отмалчивается. Парни не говорят мне (и Чифую сказали молчать, наверное, рассказали о том инциденте. Они вообще стараются не говорить при мне обо всех своих делах, всё идут секретничать. ПРИМЕЧАНИЕ: пошути, типа они зажимаются в подсобке как влюбленная парочка! Я, кстати, хожу только по людным местам и сжимаю ключи в кулаке, Субару сказала ещё целиться в глаза, мол, она отмажет), но наверняка в драке. Исполняю свой священный долг, бью лежачего: Баджи: /усиленно учит/ я: рабочие руки не знают скуки? Баджи: ... Баджи: ебаная геометрия, как я должен запомнить все эти теоремы? я: да уж, тебе придется работать не покладая рук. Баджи: ТОРА. /Угрюмый Баджи нафырчал на Чифую/ я: я: бедный, под горячую руку попал. (Если бы взглядом можно было бы сжечь, от меня остался бы пепел.) я: Баджи, держи себя в руках. Как скоро меня ждёт смерть за такие шутки? (или в зубах промежутки?) Я чувствую, что моим рёбрам будет объявлена кровавая месть, но не могу удержаться.***
Познакомилась с мамой Баджи, когда сидели у него дома. Рёко-сан натурально охерела, увидев девочку, которая учит её сына (и подъёбывает). Кажется, меня причислили к лику святых, лол. Но она очень... волевая женщина.***
С пацанами невозможно смотреть фильмы: Баджи вычисляет виновника на раз-два, а Рюсей с Чифую срутся (из-за личных причин). Такой шум, что аж тошнит. Хочется забиться под одеяло и качаться-качаться-качаться, сжавшись в комочек. Кажется, Баджи легко замечает моё состояние, потому всегда оперативно затыкает парней. Славный всё-таки малый. Я надеюсь что он не умрет, я не хочу, чтобы он умер, пожалуйста, милый, родной мой, выживи, глупый ребёнок!***
Чифую весь избитый. Да и Баджи помятый. Оба смурные. Рюсея нет уже несколько дней. Эти не колятся. Надо было прочитать все спин-оффы токрева, что ж я не занималась этим, а!? Рюсея нет в каноне. Почему его нет в каноне? Он умрёт? Пожалуйста, нет. Я не перенесу смерть знакомого, нет, я просто сломаюсь.***
Немного повздорила с парнями, чуть не разрыдалась. Они говорили мне: не лезь, а я говорила им: я должна хоть что-то сделать! В драке я им не помощник, да и не соглашусь ни за что. В итоге Баджи буркнул: «делай, че хочешь». Субару оставила заявление в полиции о пропаже мальчика. Материлась долго, перебрала все колена каждого, кто причастен к этой ситуации. Но сказала: «Я сделаю. Не переживай». Хоть бы... Хоть бы обошлось.***
Йошимура-сан ненавязчиво намекает мне не связываться с плохой компанией. Она спрашивает: «Как ты думаешь, твое окружение сейчас тебе помогает, или, наоборот, добавляет стресса?». Подводит к выводу, в общем. Я понимаю. Мое психическое здоровье важнее, особенно важно искоренить этот чёртов синдром спасателя, кажется, родившийся вместе со мной, но... Я не знаю. Я ведь даже себя спасти не в состоянии. В один момент я хочу всё бросить. Как всегда делала: отстраниться, отойти, перестать влезать в чужую жизнь. В другой — наоборот не бросать. Вцепиться в этих глупых запутавшихся детей и не отпускать. То ли из желания соприкоснуться с историей, той самой, что была со мной в самые худшие периоды жизни, то ли из отчаянного страха одиночества. Это первые, можно сказать, ровесники (пусть и для тела, а не души) с которыми я общаюсь. У меня никого не будет, если я от них откажусь. Эта ситуация уже происходила, не так ли, дорогая? Но тогда ты первая сожгла мосты, лишь бы тебе не причинили боль. Потом стало лишь хуже, помнишь ведь? Ты рыдала каждый день от боли. Может, сейчас стоит поступить по-другому?***
Блядское чувство беспомощности — хочется действовать, хочется бежать, но в итоге приходится жить нормальную жизнь и делать вид, что всё на самом деле в порядке. Нихуя не в порядке. НИХУЯ, БЛЯТЬ, НЕ В ПОРЯДКЕ Я практически ничего не могу сделать, кроме как быть рядом. Иногда ведь и этого «рядом» достаточно, чтобы человеку стало легче? Эмоционально закомфортила Кейске. Подловила его на крыше (на любимом месте Рюсея) и разговорила. Он много рассказал и о себе, и о нём. Ощущение, словно дикий кот наконец решил поластиться. Постоянно думаю о Рюсее. Где он. Больно ли ему. Ушёл ли он сам, ведомый тем же желанием сжечь мосты, или его заставили. Жив ли он вообще? (Я гоню эту мысль. Эту, и ту которая говорит мне, что после семидесяти двух часов поисковики начинают искать труп.)***
5 июля. 2004 год Один из первых советов, которые я слышала о похищении в той жизни (мельком увидела в интернете): убить себя, но не попасть в чужие руки. Сделай все, чтобы вырватся: кричи "пожар", брыкайся, кусайся, будь готова убить похитителей. Или себя, если не сможешь противостоять. Когда в спину утыкался электрошокер, пока только выключенный (с угрозой включения), а чужая рука сжимала плечо, я была готова откусить себе язык. Когда ты попадаешь в заложники — делай всё, что тебе будет приказано.***
10 июля. Лежу с Мусей. Её теплый бок стал моей подушкой для слёз. Нарыдалась от души: голова трещит, глаза опухли, нос не дышит, икота, сил нет. Ка-сан тревожится. Она вызвонила Субару и Йошимуру-сан. Я слышу, как они вполголоса разговаривают на кухне. Слов не разобрать, только интонации: тревожные, тихие, серьёзные. Я снова не могу говорить. Видела Рюсея. Я ВИДЕЛА РЮСЕЯ Он жив. Он жив онживонживонжив. Хотя бы это. Мне больно и страшно. Почему он сказал мне те слова? Неужели правда так считает?***
23 июля. Таблетки помогают. Муся сопровождает меня даже в туалет. Я практически не выпускаю её из рук. Она держит меня на плаву. На улицу одна не выхожу. Субару (или ка-сан) отвозит меня в психологический центр к Йошимуре-сан, забирает тоже кто-то из них. Мы вместе с Субару выгуливаем Мусю. Мне стыдно за неудобства. Я знаю, что у них работа, свои дела, своя жизнь. Мне страшно. Баджи отписалась, что заболела. Даже не соврала. Не могу... Не могу встретиться с ними. Видеть их избитые лица и знать, что я — просто обуза, просто слабое звено; девчонка, ловящая панические атаки каждые три секунды. Им нужен кто-то сильный. Уж точно не я. Рюсей был прав: я просто чёртов вечный ребёнок, слабый и беспомощный.***
3 августа. Моим первым словом за почти месяц было хриплое «Муся, фу, сидеть». Потому что Рюсей знатно обосрался, увидев мою шладкую шабаку. Она ломанулась к нему, виляя хвостом (она всех готова зализать), а он побледнел и попятился. Я даже не думала, прежде чем открыть рот, само вылетело. Мы стояли друг напротив друга. Он тихо извинился за слова и за ситуацию. Потом я рыдала у него на плече. Громко, навзрыд. Плотину прорвало — я высказала всё, что думаю о самой ситуации, о больных ублюдках, похищающих людей, о больных ублюдках, отталкивающих людей, о драках, о себе. Что я никчёмная, слабая, что я не смогла ничего сделать, была готова откусить себе язык, а не бороться. Что я ненавижу себя за это. Что я ненавижу этот мир, в котором дети избивают и похищают друг друга и никто — никто! — ничего не делает. Рюсей выслушал. У него очень теплые и нежные объятия. Он не сказал, что всё будет хорошо — потому что ничего, блядь, не будет. Он сказал, что я не слабая. Как я и думала, его слова «ты не аутичная, ты просто, блять, слабый ребёнок» — были для того, чтобы специально оттолкнуть меня и оградить от ситуации. Но в целом он был прав. Мне стыдно за то, какая я слабая и никчёмная. Любой стресс просто уничтожает меня. Шаг вперёд — два назад. Я рада, что он жив. Это единственное, что имеет значение. Всё остальное уже детали.***
Параноидально заставляю всех в окружении отписываться о своем состоянии. И о том, когда они приходят домой. Субару делает это без нареканий: «Я дома. Сегодня на ужин тофу, а у тебя? (≧▽≦)». Парни тоже терпят: «дошол» — угадайте кто, «все ок!» — Чифую. «тут», «там», «здесь» — Рюсей. Ка-сан расплакалась, когда я наконец заговорила.***
Вышла в школу. Было страшно. Дрожали колени, потели ладони, стучало сердце в ушах, но я дошла. На каждом шагу оглядывалась, сканировала входы и выходы, следила за тенями, выбирала места с хорошим обзором. Выполняла дыхательную гимнастику и шептала как мантру: «Я в безопасности, всё хорошо, я с тобой». По такому случаю парни пытались закатить праздник. Празднично оттрапезничали явствами из школьного буфета. Кейске передал записку «с возвращением», даже без ошибок! Смешные они. Перехватываю каждого на перемене, чтобы проверить наличие и состояние. Чифую смущается, но чётко рапортует, что даже поел с утра, Кейске закатывает глаза, но отвечает «да всё ок со мной!». Один Рюсей крутится на месте, смеётся и: «Что-то у меня головушка болит, ой ручка болит, ой ножка болит» После того, как я предложила отрезать — перестал. Парни хохотали.***
Рюсей очень заинтересовался темой психического здоровья. Спрашивает: «А почему ты тогда замолчала?», «А как ты поняла, что у тебя паническая атака?», «А что делать, если человек так задыхается?» Я отвечаю как могу. Рассказываю про К-ПТСР, про триггеры, про техники заземления. Он слушает внимательно, не перебивает. Поделился тем, что его друг Коджиро ловит панические атаки рядом со своим старшим братом. И не хочет об этом говорить. Коджиро. Моё похищение. Они разобрались по-своему (вставили ему пиздов). Я не спрашивала деталей — не хочу знать. Он вроде как хотел извиниться, но... Сам Рюсей, видимо, решив, что я хрупкая аки хрусталь — в этом есть большая доля правды, — сказал, что лучше передаст извинения. Я с ним солидарна. Не смогла бы встретиться с этим... человеком. Не сейчас. Не после того, как в мой бок чуть выше тазовой кости впивался выключенный электрошокер, как чужая рука вцепилась в плечо, пока вела меня в переулок. Не после того, как усталый, с мешками под глазами Рюсей резко будто потерялся, увидев меня. Это Коджиро (хуёджиро, простите, я всё ещё злюсь) что-то говорил о том, что Рюсей принадлежит только ему, о том, чтобы воспользоваться (мною? в каком смысле это было?). Но я помню только дрожащие глаза Рюсея, его блёклые розовые волосы, бьющуюся венку на шее. Как его руки сжимали мои плечи, пока меня рвало на асфальт и я задыхалась, как он умолял его просто отвести меня домой. «Пожалуйста, просто дай мне отвести её домой. Она не сделала ничего. Она просто одноклассница». Кажется, универсальное пугало для босодзоку — задыхающаяся от панической атаки маленькая девочка. Даже самые отбитые теряются, когда организм другого человека запускает программу анти-оживления.***
Каким бы несчастным ни было наше прошлое, оно не оправдывает поступки в настоящем, но каждый без исключения должен быть услышан и принят за все ужасы, через которые ему не посчастливилось пройти. Именно эти слова я написала на форзаце книги Джудит Герман «Травма и исцеление». Той самой, которую взахлеб читала наравне Питом Уокером, Тони Эттвудом, Руди Симон, Девон Прайс, Тэмпл Грэндин. Передала её Рюсею, заодно стрясла обещание, что и он, и его друг прочитают её. Он сказал, что я могу не прощать никого. Что могу злиться, бояться, не хотеть видеть. Я думала, он будет оправдывать друга, а он защитил меня. Но надо же будет как-то дальше жить-дружить с Рюсеем? Знать, что где-то на фоне существует Коджиро (вроде уже без электрошокера). Если я не прощу, то что тогда? Делать вид, что ничего не было? Йошимура-сан, конечно, говорит, что никто не заслуживает такого обращения, что я буду в своем праве, написав на него заявление. Похищение — это преступление, неважно, сколько похитителю лет и насколько грустным было его детство. Безнаказанность порождает вседозволенность и, как следствие, рецидив. Но это же... Это ведь я. Наверное, со мной такое, ну... можно. Со мной случаются плохие вещи, и это почти нормально. Почти ожидаемо. Заслуженно. Я устала. Я просто хочу спокойствия. Никаких, блять, заявлений, никаких, блять, похищений, никаких, блять драк.я уже от всего устал не хочу прилагать усилия
это просто беззвучный крик
и ебучее
ультранасилие
Я просто хочу... дружить. Смотреть с этими дурацкими мальчишками фильмы, подкалывать их, спорить о манге. Я хочу, чтобы Рюсей улыбался, или смешно злился и грустил из-за проигрыша футбольной команды. Я хочу, чтобы Баджи перестал ломать свои руки и хмуриться, беспокоясь о других. Я хочу, чтобы Чифую не ходил в пластырях. Я хочу, чтобы мы были просто подростками. Беззаботными.***
Ка-сан часто устраивает истерики. Её можно понять — и я понимаю. Её дочь связалась с босодзоку. Её дочь типа похитили. Её дочь сидит на площадке у дома с мальчиком из босодзоку. С её точки зрения, я будто нарочно лезу в самое пекло — и это безумие. Но я всё равно несколько раз в неделю сижу на площадке у дома и общаюсь с Рюсеем. Учу его не бояться Мусю (они уже могут сидеть на расстоянии в два метра рядом), рассказываю про расстройство аутистического спектра, про комплексное ПТСР. Про то, как травма меняет мозг, как влияет на жизнь человека. Да и просто общаемся на самые разные темы: о фильмах, об аниме, ещё о чем-нибудь. Ему очень нравятся мои стихи. И рисунки. Особенно те, на которых изображен он:D Я часто его рисую. У него запоминающаяся внешность, а еще в это время я могу на него бессовестно пялиться. Он делает потрясающие прически мне на прогулках: косы, шишечки, китайский стиль. Он делает успехи в общении с Мусей. Я очень за него рада. Вид человека, который преодолевает свои страхи, придает сил. Может и я так смогу?***
Рюсей: ты забавная я: спасибо я: это из-за психического расстройства***
Баджи делает успехи в учебе. Уже не так много матерится, когда открывает учебник. Да и Чифую с Рюсеем занимаются с нами. С первым часто обсуждаем мангу (из вредности я кидаю ему спойлеры), хотя он предпочитает больше сёдзе, а я сёнен. Второй хочет утереть нос Чифую, который гнался за Рюсеем с собакой их друга? Беспокоит только ка-сан. Она очень часто... выходит из себя. Срывается на крик из-за мелочей. То посуда не так стоит, то я слишком поздно вернулась (в районе 7 часов), то опять «эти твои дружки». Я понимаю: она боится за меня. Но её страх превращается в злость, и эта злость выплёскивается на меня, а я не знаю, что с этим делать. Я не могу перестать дружить с парнями — они часть моей жизни теперь. Я не могу выбирать между ней и ими, как, быть может, не могла малышка Торахимэ выбрать между ка-чан и то-чаном. Субару и Йошимура-сан её, конечно, успокаивают. Разговаривают с ней, объясняют что-то про сепарацию и подростковый возраст. Но полностью не выходит. По выходным гуляем с Субару по набережной. Она рассказывает о своих школьных буднях. Оказывается, она бывшая сукэбан, охренеть. Субару носила длинную юбку и избивала людей битой. Вот уж никогда бы не подумала. Но понятно, откуда у неё этот волевой стержень. Теперь она помогает тем, кем была раньше. Потерянным, отвергнутым системой детям.***
Субару предложила сходить в зал к своему знакомому, обучиться приёмам самообороны. Сказала: «Тебе станет спокойнее, если ты будешь знать, что можешь за себя постоять». Я сразу согласилась — устала бояться. Я охерела, увидев Вакасу, блядь, Имауши. Он красивый! И правда низкий, пошатывается, когда ходит, но глаза цепкие. Учит он терпеливо. Сенджу шумная. Громко смеётся, орёт на брата, орёт на грушу, а дерётся так, что веришь — вот она, сила, брат. Ещё она очень милая. После тренировки она принесла мне сок и сказала: «Приходи ещё!». И я растаяла.***
Вакаса (разрешивший звать себя по имени, потому что я всё никак не переучусь на японский манер обращаться по фамилии. Так только к Йошимуре-сан и, почему-то, к Баджи, хотя сейчас он чаще Кейске) ворчал из-за того, что я боюсь бить. Прямо в захват не вцепляюсь, удар не довожу, в последний момент смягчаюсь. На одном из занятий он специально удерживал меня в захвате чуть дольше, чуть крепче, чем обычно, — не до боли, но достаточно, чтобы моё тело вспомнило. Вспомнило, какого — когда твою голову направляют в косяк, в керамический бок унитаза, как упирается электрошокер в бок, а чужая рука сжимает плечо, как страшно, повсюду руки и я не могу дышать!.. И я сорвалась — начала вырываться, забилась, задышала часто-часто, и в какой-то момент страх перешёл в злость. Я ударила. Неумело, криво, но — со всей дури, целясь в корпус. Вакаса остался доволен, сказал, сохранить этот пыл. Но Субару устроила ему за это такой разнос! Она была в ярости — я никогда не видела её такой. Говорила ему про панические атаки, про триггеры, про то, что так нельзя, что он мог меня сломать. Вакаса казался пристыженным — представить себе не могла, что этот человек вообще способен смущаться. Извинительные пироженки были очень вкусными. С зелёным чаем и какой-то нежной начинкой. Я, конечно же, простила.***
Кейске: какое там дз по литературе? Рюсей: написать сочинение «Как я провёл лето» Чифую: да я его не провожал, оно само прошло как-то. Обсуждаем с Чифую мангу. я: какая женщина, я бы её туда-сюда! Телепортировавшийся Рюсей, ткнув меня под ребра: покажите мне, вдруг я тоже! Он был доволен собой, когда я взвизгнула и начала его лупить, а Чифую злорадно хихикал. У Рюсея без конца звонил телефон, Кейске разозлился и такой: я его тебе сейчас в жопу запихаю! Чифую: надо перед этим поставить на вибро и звонить, не переставая! Шутки ради попросила Рюсея подписать страничку в скетчбуке. Он расписался с широким росчерком и смешной закорючкой (для стиля) я, позже, разглядывая подпись: ну, Рюсей, ты как порнозвезда какая-то. Рюсей: Рюсей: я был бы самым лучшим! Чифую, не знаю уж за что: РЮСЕЙ ТЫ... ТЫ КУСОК ПРЕЗЕРВАТИВА Я аж водой подавилась.***
Перед ответственной контрольной зачитывала японскую Библию. Кейске натурально уверовал. (Чифую тоже)***
Парни все избитые, но довольные. На дворовых котов похожи. Моё новое очень весёлое занятие — описывать им жуткие последствия травм и увечий (смертельный исход везде подходит), но особенно проняла хроническая травматическая энцефалопатия. Никто не хотел устроить теракт из-за того, что его часто били по голове в юношестве. Насчет драки Рюсей сказал только, что всё закончилось, конфликт исчерпан. Он хочет уехать во Францию и стать поваром (и чтобы следить за Коджиро). Я его милостиво благословила. Сказала: «Станешь знаменитым шеф-поваром — вспомни, кто тебя в Токио учил алгебре». Он торжественно поклялся не забыть. И сводить Коджиро к психологу.***
Мне становится легче. Физические нагрузки с Вакасой (мне уже легче бить, тем более он специально пытается меня вывести из себя, чтобы я ему наподдала), легкое общение с Сенджу, крепкая, тёплая дружба с Субару (без неё я бы не выжила), слишком интенсивная на события и стресс дружба с Чифую, Кейске и Рюсеем, поддержка Йошимуры-сан — профессиональная, но от этого тоже тёплая. Но я все еще скучаю по вам, ребята. По нашим глупым спорам, по историческим и физико-математическим дебатам. Мне всё еще больно осознавать, что вас нет. Я всегда буду по вам скучать.***
«Я тоскливо пепелю окурки Но научил за годы город Петербург меня хоть и расставания грустны но чьи-то корабли не поплывут пока не разведут мосты» — эти строчки из «Дворцового моста» Пирокинезиса как нельзя лучше описывают моё отношение к прощаниям. В своё время я успела прослушать этот трек свыше пятисот раз. Подряд. Прощания — это больно, но, надо признать, необходимо. Рюсей обещал писать, звонить, приезжать, когда будет возможность, наказал парням защищать меня (я слышала, пока сюсюскала Мусеньку). Кейске, которому я случайно успела двинуть, как учил Вакаса (а нехер было пугать) буркнул: «Да она сама справится». А потом Рюсей поцеловал меня на прощание. Прямо в губы, быстро, но с жаром. Я в ахуе. Или в любви. Хз, не определилась. Пойду поглажу Мусю, надо успокоиться, а не пищать, как... как влюбленная, блять, девчонка.мне бы в твой силуэт вмолчаться
и увидеть себя красивой
пробудил в душе моей бурю
что всегда мне милее штиля
Примечания:
у меня есть тгк, подписывайтесь: https://t.me/kaiserist_t
и помните, что ночь темнее всегда перед рассветом. если вам тяжело — нет ничего плохого в обращении в психологические центры<3
буду рада отзывам
