Класс «Д»

Кевин шёл домой особенно быстро — так, что Натаниэль едва поспевал за ним, не переходя на бег. Наверняка это бы пришлось сделать, не живи они через два дома от школы. В полвторого двор был пуст: качели, карусель, горка, лавочки — и ни одного человека. Но на повидавшем годы спортивном поле (если можно назвать полем бетонную площадку, огороженную забором) виднелись двое людей. Они энергично дрались за футбольный мяч. Тея не давала Рико вырвать его из-под своих ног и пробить по «воротам». Ими служили две литровые бутылки, очерчивающие зону проигрыша. Кевин ускорил шаг, а после крикнул: — Рико! Домой! Парень отвлёкся, обернулся к ним, и это позволило Теодоре откинуть мяч подальше. Даже слишком далеко. Мяч улетел за забор и куда-то покатился. Рико выругался и побежал за ним — буквально в каждой стороне железной сетки были дыры. Девушка, довольная работой, помахала рукой и двинулась к ним. Она успела только чмокнуть Кевина в щёку и поправить упавшую на его лицо чёлку, как Рико вернулся с мячом. — Какого хуя ты не пришёл на уроки! — не сразу сказал Кевин. Тея обошла его и обняла за плечи, что явно сбивало его концентрацию. — Ты сказал, что не придёшь на первые два, но на остальных пяти тебя не было! — А откуда ты знаешь? — Рико, склонив голову, изучал брата и лишь через десять секунд заметил Натаниэля. — Эй! Веснински, ты опять меня спалил!? Уёбок! — он повернулся к однокласснику и гневно ткнул в его грудь пальцем. — Не. Я просто спросил у Кевина, где ты нахер пропадаешь третий день! Подумал, может, сдох. — Ага, как твой папаша? Ещё не сторчался в своём... — Рико не успел закончить фразу. Натаниэль скинул с себя рюкзак и, схватив парня за плечи, почти без усилия повалил его на землю, состоящую в основном из песка. Морияма глухо ударился спиной о землю и тут же зашевелился, пытаясь то ли вздохнуть, то ли что-то сказать. Натаниэль оседлал его сверху, вдавив чужие плечи коленями в песок. Первый удар пришёлся по лицу. Всего лишь слабая пощёчина без размаха. Но из рта парня всё равно вырвался хрип. Или смешок. — Бля-ять... — Кевин потёр переносицу, наблюдая за тем, как Рико резво выворачивается из профессиональной хватки. Дэю было не понять, как у его сводного брата находились силы на стычки с его другом после того, как он два часа энергично гонял мяч по полю. А может, и больше, но что два часа — он был уверен. Тея ради этого ушла с последних двух уроков. — Ладно, чёрт с вами. Рико! Ещё один прогуленный день — и я тебя за ручку буду водить. Хрен с тем, что ты прогуливаешь первые два или последние два, но не целый же день! Да, все закрывают на это глаза, но у нас экзамены через месяц. Сделай хотя бы видимость посещения школы. Тебя могут не аттестовать. И плохо будет всем! — Кевин перевёл дыхание. На этом моменте Морияму попытался подняться на ноги, но его повалили обратно. — Сейчас ты идёшь домой и... Тея похлопала парня по плечу и что-то прошептала тому на ухо. Его щёки мгновенно покрылись лёгким румянцем. — М-м. Так, Натаниэль. У тебя передо мной долг, помнишь? — Ага! А что? — Веснински обернулся, и это позволило Рико вырваться из-под него. Но Нат вновь перехватил его, на этот раз прижав грудью к полу. — Проследи, чтобы этот дошёл, блять, до квартиры, привёл себя в нормальный вид и сел, сука, за учёбу! Если он не сдаст экзамены, я даже представлять не хочу, что будет. — он задумчиво помахал рукой. — Рико, у тебя тренировка с четырёх до шести. Не смей оставаться на дополнительные, у тебя репетитор в семь. И чтобы до этого помылся. Почему я слушаю, что мой брат ходит как бомж!? Натаниэль, блять! Нельзя тыкать людей лицом в песок!? Тебе в прошлый раз не хватило!? Прошлый раз был десять лет назад, в первый же день, как семья Веснински переехала в этот дом. Маленький рыжий Нат решил, что лучшим способом заткнуть бесячего мальчика будет кинуть в него песком. Тогда он попал ему прямо в глаза. Рико ещё месяц пролежал в больнице. — Твоя мать тебе этого не простит. — поставил точку Кевин. Фраза вернула Натаниэля в реальность. Он отпустил затылок Рико и поднялся на ноги, принимаясь отряхиваться. Морияма повторил, но быстро понял, что проще кинуть всё в стиралку. К мокрой от пота одежде, коже и волосам грязь прилипала намертво. Поэтому он побежал догонять мяч. — А что, я долг не могу как-то по-другому отдать? Я не хочу быть нянькой для этого! — Ты сказал: никаких ограничений. — Пф. В следующий раз скажу, чтобы это не было связано с твоим ёбаным братом. По его лицу просто невозможно не зарядить. — Натаниэль фыркнул, критически осматривая рубашку. Почти незаметно, что он кого-то бил. — Слушай. — лицо парня сделалось особенно серьёзным. — Мне лично кажется, что полдня с Рико не равны побегу от ментов. Так что не ной. — Ага. С ним гораздо сложнее! — не смог не ответить Натаниэль, хотя был полностью согласен с Кевином. Просто оставить точку за ним не мог. — Я ещё тут, Веснински! — Рико появился за его спиной, сжимая мяч в руках. — Кевин, а ты куда намылился? Свиданка? — Сходи нахуй. — отрезал Дэй и развернулся, уходя с Теодорой в противоположном направлении. Оба проводили их долгими взглядами, а когда Дэй, видимо посчитав, что те не станут глазеть, поцеловал Тею, скривились как по команде. — Фу, блять. — Рико сплюнул розовую слюну и двинулся к подъездам. Нат на секунду завис. Он не бил парня до такой степени, чтобы плеваться кровью, но... Перспектива вновь зарядить сильнее, чем того требует ситуация, его совсем не радовала. Это каждый раз заканчивалось плохо. Просто ужасно! Он, поджав губы, вспоминал шестой класс. Тогда отец вышел из тюрьмы и задержался в доме дольше чем на месяц впервые лет за восемь. Наверное, для Натаниэля это было самое нелюбимое время. Что именно происходило дома, он помнит смутно. Зато прекрасно запомнил, как Рико во время драки полоснул его ножом по лицу, как он вывернул чужие руки, хруст и крики. После Морияму перевели в другой класс. Класс «Д». Как зачинщика драки. Хотя это было не так, он не стал оправдываться и воспринял новость о переводе с радостью. Кевин всегда отзывался об этих ребятах как о полных дураках, что не могут и недели приходить на уроки вовремя. Не это ли нужно было парню, который, кроме футбольного мяча, видеть ничего не хотел? Уже через два месяца Веснински отправили туда же. Парень срывался буквально на всех, кто хоть как-то пытался взаимодействовать с ним. Исключение — Кевин и Рико. Кевин — потому что его друг, а Рико — потому что научился сваливать быстрее, чем успевал получить травму. Трещина в руке этому явно поспособствовала. Он в целом научился удирать от кого бы то ни было. А их район славился отморозками, которым лишь бы кулаками помахать. — Эй, нянька недоделанная! — вырвал его из мыслей Рико. — Пошли, пока я добрый и пушистый, или я убегу, и будешь искать меня по всему городу. Натаниэль закатил глаза, подхватил рюкзак с песка и пошёл следом. Догнать Морияму оказалось даже сложнее, чем Дэя. Несмотря на схожий рост, Рико двигался больше и быстрее, буквально отражая собой пословицу: «движение — жизнь». Подъезд встретил их запахом сигар и сырости. Нат знал, что лифт в их подъезде работал — буквально вчера они с Кевином ехали там, — но он также знал, что Рико пойдёт по лестнице до восьмого этажа. Парень не изменил себе и сегодня: побежал вверх, перепрыгивая через ступеньки. Веснински чертыхнулся, чуть не свалившись с чьего-то брошенного в коридоре скейта, и пошёл следом. Он отстал почти на целый пролёт. Себя он оправдывал тем, что просидел шесть часов за партой, а одноклассник только с «тренировки». Но за такую фору Рико не успел отпереть дверь. Та открывалась, только если к ней как-то по-особенному приложиться. Натаниэль наблюдал за мучениями парня несколько минут, прежде чем замок щёлкнул и, победно воскликнув, Морияма убрал в штаны ключи с белком футбольного мяча. — Обувь снимаем! — скомандовал Рико, уже скинув с себя кеды и скрываясь во второй двери справа. — Ты мне будешь до конца жизни напоминать об этом? — А кто, блять, заходит в чужой дом в обуви!? — он выглянул из-за двери. — И полы заставили меня мыть, а не тебя. А стоило. — Мне было семь! Рико закатил глаза. Натаниэль медленно начинал верить, что у одноклассника была тетрадка, где он записывал каждый его косяк с первой же встречи. И первым пунктом там было «кинул песок в глаза». А сколько всего их набралось за десять лет их вражды, он побоялся представлять. Может, тетрадь была не одна? Сняв кроссовки (теперь он не забывал этого делать), Натаниэль прошёл в комнату братьев. Он был здесь не раз и не два. Кевин скрашивал свои будни присутствием рыжего мальчика со двора, а он был только рад подольше находиться вне дома. Рико почти не лез к ним. Его интересовали только мяч и парни со двора. Он с детства возвращался в квартиру к девяти или десяти часам (Натаниэль какое-то время думал, что его просто не пускают раньше). Пару раз Нат заставал его ссоры с дядей, но Кевин не позволял особо засматриваться на них и старался побыстрее выгнать друга из квартиры. Веснински его не осуждал. Он бы тоже не хотел, чтобы кто-то наблюдал, как он ссорится с отцом. В комнате, как обычно, было ярко. Единственное окно находилось прямо напротив двери. Каждое пробуждение Рико сопровождалось открытием плотных чёрных штор. Натаниэль узнал об этом, когда, во всё том же злополучном шестом классе, остался ночевать у одноклассников. Отец совсем взбесился и выкинул его на улицу, пинком под зад. Ничего умнее, чем пойти к друзьям, он не придумал, хотя после понял, что от него хотели услышать извинения. Родители братьев, конечно, знатно офигели от такой неожиданной ночёвки, но, поскольку знали семью Веснински достаточно хорошо, закрыли на это глаза, поверив в их наглую ложь (в основном слово было за мамой Кевина, а дядя Рико цокнул и ушёл). Всю правую сторону занимала двухъярусная кровать. Снизу — пространство Кевина. Одеяло идеально заправлено, подушка лежала посередине, а плед был сложен и убран к ногам. На стене скотчем (чтобы не испортить обои) висели фотографии: он с Теодорой, с Рико, на одной они втроём в футбольной форме, совсем маленькие, несколько с Натаниэлем и другими знакомыми. Сверху — Рико. Ничего, кроме подушки и ноута, на ней там не было. В первый раз зайдя, Нат посчитал, что старший спит где-то в другом месте. С противоположной стороны — два стола во всю стену. Часть Кевина почти вся заполнена различными тетрадями, учебниками и записками. На стену на малярный скотч были приклеены листы с важными датами, а также расписание: своё и брата. У Рико всё было скуднее. Большинство учебников и тетрадей пылились на верхней полке, а в шаговой доступности (то есть ниже или на столе) лежали только алгебра, геометрия, физика и английский. Напротив стула — расписание на малярном скотче. — Иди в душ. — ровным тоном произнёс Нат, скинув на пол рюкзак. — Ага, ещё чего? — чисто из вредности возразил Рико, хотя уже стягивал с себя грязную футболку. Натаниэль на секунду остановился, чтобы разглядеть бледную кожу, испещрённую синяками разной свежести. Верх полетел на стул. Рико ногой открыл ящик в кровати и критически осмотрел содержимое, после сразу достал оттуда спортивную форму в черно-красных тонах. — Ещё тебе нужно сесть за уроки... — продолжил Веснински, пройдя до окна, чтобы открыть его, но оторваться от парня не смог. Себе он это объяснил тем, что поворачиваться к хищнику спиной нельзя. — Ой, да завали. Ты серьёзно собрался со мной сидеть!? — выпрямившись, Рико впился своими тёмными глазами в одноклассника. — Я жив, здоров, до квартиры дошёл. А дальше уж как-нибудь сам разберусь. Или что у тебя там за долг перед Кевином, что ты готов меня терпеть? Натаниэль отвернулся, чтобы распахнуть окно и дать себе несколько секунд на раздумья. Рико не кому пожаловаться на его косяки. У них нет общих друзей, кроме Кевина, а Кевин — одно из действующих лиц. — Ну... Я и Эндрю... — Вау. — Рико усмехнулся. — Если Эндрю, то дело дрянь. Это вы остановку спалили?! — Бля-я. Чё, уже все знают? — Все бабки в округе — так точно. А может, и твой отец. Он ходил нюхал кусты битый час. Чего искал? — с лица Мориямы не сходила бесячая улыбочка. Расцветающий синяк на скуле его явно ничему не научил. Зато Натаниэль узнал, почему парень заговорил о нём. Было ли то предупреждение или нет, он не знал, но домой теперь возвращаться было опасно. — Можешь у нас остаться. Не думаю, что дядя будет против. Если, конечно, вы две суки не настучите на меня. Точно хрен нам, а не гости. Все те мысли, что пришли в голову Натаниэля, отразились в голубых глазах. Или Рико слишком хорошо знал, как одноклассник боится отца. — Ладно, разогрей поесть, раз собрался сидеть у нас до талого. — Рико достал из другого ящика полотенце и покинул комнату. Через минуту послышался звук воды. Натаниэль вздохнул и направился на кухню. Осмотрев холодильник, он остановился на гречке и котлетах. Недолго думая над тем, сколько должен есть Рико (тот почти никогда не ел при нём), он наложил им одинаковые порции. Оставив их на столе, он вернулся в спальню, чтобы найти нужные материалы. Достав с ближайшей полки стопку чёрных тетрадей, он скинул их на стол, сделал то же самое со сборниками заданий по математике и русскому. Других у Рико просто не было. Раскрыв тетрадь по алгебре, Натаниэль встретился с датой трёхнедельной давности и закатил глаза. Мало того что этот придурок не появлялся на уроках, он ещё и не писал ничего, если приходил. Отложив её в сторону, парень открыл сборник, и, к своему удивлению, ему пришлось пролистать почти весь, прежде чем найти не сделанный вариант. Он не сомневался, что решал именно Морияма. На полях мелким почерком шли решения без единой помарки. Будто списано. — В моих вещах роешься? Как неприлично! — Рико вырос в дверях в спортивных шортах, голым торсом и полотенцем на голове. Натаниэль отступил на шаг, собираясь возразить. — Да ладно, мне похуй. Всё равно ничего интересного там нет. — перебил его попытку Рико. Руки легли на серую ткань полотенца и зашуршали им. — Ты сам решал или списал? — Нат кивнул на сборник. — Пф, я дольше буду искать ответы, чем решать. — Слишком идеально, чтобы быть правдой. — он взял книгу в руки и пробежался взглядом по двадцать первой задаче. — Спорим, что я решу весь вариант за час? Натаниэль почувствовал усмешку даже не глядя на его лицо. Весь вариант за час. Когда на него даётся четыре. Он прищурил глаза и пролистал ещё несколько решений. Ни одной помарки. Да ну, не мог он так хорошо разбираться в математике, приходя на два урока за всю четверть. — Спорим. На что? — Если я всё решу, ты моешь полы по всей квартире. Руч-ка-ми. — Рико улыбался, не сомневаясь в себе ни на секунду. Он стянул с себя полотенце, сложил его вдвое и закинул часть на кровать, оставив сушиться. Волосы остались мокрыми, но это его не волновало. Натаниэль скрестил руки на груди, демонстративно осматривая парня. Синяк на скуле Рико наливался алым, остальные, раскиданные то тут, то там по телу, варьировались от лиловых до бледно-зелёных, мокрые волосы облипли лицо. Он был похож на уличную собаку после дождя. Только пахнущую мятой (выбор шампуня был точно на Кевине). Морияма потянулся и, обойдя Натаниэля, сел за стол. — А если не решишь? — Решу. — Допустим. Но если нет, то завтра ты идёшь в школу, сидишь все восемь уроков и при каждой попытке открыть рот на кого-то, в том числе меня, ты будешь должен мне желание. Рико повернулся к нему и несколько секунд обдумывал предложение. — Легко. Можешь засекать время. Веснински ухмыльнулся, доставая телефон и включая таймер. Рико позаимствовал у брата чёрную ручку, перелистнул на новый вариант и принялся шуршать бумагой. Натаниэль устроился на кровати Кевина и занялся своими делами, изредка поглядывая на таймер и Рико, когда слышал шорох страниц. Одна, вторая, третья. Он быстро понял, что вариант заканчивается, а на часах прошло только полчаса. Уверенность в победе медленно таяла с каждым движением ручки. К концу он перестал смотреть в телефон, а вместо этого разглядывал одноклассника, который не удосужился одеться. Натаниэль бы никогда не позволил другому человеку увидеть себя в таком уязвимом состоянии. Он мог рассмотреть всё — от напряжённых плеч до резинки нижнего белья. — Всё! — Рико откинул ручку и повернулся. — Сколько времени прошло? — Сорок семь минут... Ты что, прям все двадцать пять номеров сделал? — Натаниэль спрятал телефон в карман штанов и, подойдя, забрал сборник. — Уверен, что правильно? — А никто не говорил, что я решу правильно. — Морияма усмехнулся. — Но это... — Это нужно было обсуждать изначально! Всё, ведро и тряпка — твои друзья на вечер. А если так хочется, можешь проверить. Мне интересно. — он поднялся и заглянул в свои решения, будто бы видел их впервые. Веснински закатил глаза. Всё оказалось решено верно, что только подтвердило победу Мориямы. Натаниэль утешал себя тем, что так заставил Рико позаниматься и выполнил один из пунктов договора с Кевином. Но полы ему мыть не хотелось. Тем более без швабры. — Раз такой умный, хули на уроки не ходишь? — он с силой кинул сборник на стол. — Мне там скучно! — возмущённо возразил Рико. — Сорок минут слушать, как какая-то бабень пытается донести до тупых голов наших одноклассников простейшую информацию, и при этом сидеть на месте. Мне уже через две минуты хочется свалить оттуда. Так нахер приходить? — Мог бы ради Кевина приходить. Он волнуется за тебя. — Ради него я ходил предыдущие восемь лет, а сейчас... у меня скоро матч. Для меня это важнее, чем красивые оценки. Тем более какая разница, как я закончу девятый класс, если я всё равно уеду? В комнате повисла гнетущая тишина. Уезжает. Натаниэль так привык видеть Рико каждый божий день, что этот факт здорово его подкосил. В момент он осознал, что им уже не десять лет, они не будут вечно драться и препираться, а скоро их пути разойдутся. — Серьёзно? — решил переспросить Нат. Морияма пожал плечами и, обойдя парня, свалился на нижнюю кровать. Плакал порядок Кевина. — Абсолютно. — Рико поднялся на локтях и сел, принявшись на ощупь укладывать тёмные волосы. — Это же логично. Я хороший игрок, и мной могли заинтересоваться. И заинтересовались. Формально меня готовы взять в спортивный интернат хоть сейчас, но нужно закрыть сезон и получить аттестат. Уверен, таких умных футболистов они ещё не видели. — чёлка вновь свалилась ему на глаза, и он, фыркнув, забил. Потом снова намочит и уложит по-человечески. — Интернат... — тише повторил Натаниэль, нахмурясь. Новость была неожиданной. Он перевёл взгляд на забытые учебники, а потом на спортивную футболку, что висела на стуле. — А Кевин знает? Рико хмыкнул. Улыбка вышла кривой, почти злой. — Не-а. Я пока ему не сказал. Не знаю, как он отреагирует. Он надеется, что мы попадём в один десятый класс. — он печально усмехнулся. — Это, если что, секрет. Расскажешь ему — и я тебя, суку, закопаю за школой. Угроза была шуточной, и прозвучала она как просьба о доверии. Рико не удосужился придать ей эмоциональную окраску, сказав это так буднично, что Натаниэль не сразу понял. Только странный блеск в тёмных глазах заставил прокрутить его слова в голове ещё раз. — Мне нет дела до твоих секретов. — Веснински оставался верен позиции врага. — Я тут, чтобы ты уроки сделал и тренировку не проебал. Думаешь, мне интересно выслушивать о твоих планах на жизнь? — разведя руками, он отвернулся к столу, принимаясь собирать тетради в стопку. Лишь бы не пялиться на полуобнажённое бледное тело. Слишком красиво по нему расплывались лиловые синяки. Слишком хотелось добавить чего-то от себя (разбитая скула не считается). — И я не стану мыть тебе пол. Рико, блять, мне было семь лет, отъебись от этих полов и придумай что-то нормальное! Рико рассмеялся, откидывая голову назад. Кадык на шее дёрнулся. — Поздно, поезд ушёл, нянька. Но могу дать тебе фору — разрешаю взять швабру, а не ползать на коленях. Или ты уже не такой принципиальный? Почему-то на условия Дэя ты согласился совсем без проблем. Целый день со мной — что ж за наказание. — он произнёс это с явным вызовом, будто проверяя границы дозволенного. С взъерошенными волосами, в полуголом, незащищённом виде Рико Морияма всё равно умудрялся выглядеть так, будто это он тут главный. Это всегда бесило Натаниэля. Бесило, но и притягивало. — Ты весь день нарываешься. — голос Натаниэля упал на полтона ниже. Он убрал стопку на полку и сделал широкий шаг к кровати, оказавшись перед Рико. — Сначала прогулы, потом обозвал моего отца, завязал драку, чтобы я повалил тебя на песок. Я видел, как ты улыбался, падая. Это ведь не было случайностью, да? Ты хотел, чтобы я тебя коснулся. — Охренеть заявочки. — голос у парня был всё ещё насмешливым, но уже менее уверенным. — Может, ещё скажешь, что я просто хотел, чтобы ты разозлился и навалял мне? Скажешь, что мне нравится, когда меня бьют? Скажешь, я больной? — Ты больной. — согласился Натаниэль. — Но не в прямом смысле. Тебе скучно, ты адреналиновый маньяк, и ты подставляешься мне, потому что только я реагирую так, как тебе нужно. Я не боюсь тебя, не читаю морали и не бегу к взрослым. Даже когда ты полоснул меня ножом, я не побежал к директору. Ты ценишь это, хоть и не скажешь вслух. — И что с того? — Рико рывком поднялся, оказываясь с ним лицом к лицу. Расстояние между их грудными клетками сократилось до минимума. От кожи шёл запах мятного шампуня, синяк на скуле налился багровым, на губе запеклась корочка. Глаза горели яростью, как всякий раз перед дракой, но дыхание почему-то участилось. — Ты думаешь, понимаешь меня? Рискни, Веснински. Это был вызов. Или приглашение. Натаниэль выбросил руку вперёд и сгрёб Рико за затылок, путая пальцы в тёмных волосах. В жесте — никакой нежности, только крепкая хватка и рывок назад и вверх, заставивший парня фыркнуть от тупой боли и открыть шею. — Я понял достаточно. — хватка стала сильнее, а голос — угрожающим. — Ты не можешь просто попросить. Тебе нужно вывести человека из себя, довести до точки кипения и взрыва. М, почти как в футболе. Пока соперник тебя не сломает, ты не поймёшь, что он тебя сильнее. — А ты сильнее? — Рико не предпринимал попыток вырваться. Пилил Натаниэля слишком уверенным взглядом с лёгкой улыбкой. — Ты всего лишь... — Замолчи. — Нат рванул парня на себя и развернул, толкнув грудью на стол. Тот чудом не вписался в стул. Рико упёрся ладонями в столешницу и выгнул спину, оборачиваясь. — Решил подраться? О, в тебе ни капли разнообразия. — Морияма усмехнулся, но его пальцы сжались в кулаки, а костяшки побелели. — Скука. Может, ты... Натаниэль не дал ему закончить. Он навалился всем весом на чужое тело, придавливая Рико к столу. Одной рукой зафиксировал чужие запястья за сведёнными лопатками, а второй, одним быстрым движением, стянул с него спортивные штаны вместе с бельём. Ткань с тихим шорохом скользнула к коленям. — Блять... — выдохнул Рико, его голос дрогнул смесью удивления и возбуждения. Ему не оставалось ничего больше, чем прижаться щекой к столу и наблюдать за Натом. — А если Кевин вернётся... — Да завали. Как придёт, так и уйдёт. — не теряя времени (ему тоже не хотелось, чтобы Кевин их застукал), он расстегнул молнию школьных штанов. — Ты час сидел передо мной полуголый. Провоцировал своим блядским телом. Думаешь, я не понял, к чему это выступление? Для меня, да? — Ты сук... — начал Рико, но собственный стон оборвал слова. Натаниэль провёл пальцами по его ягодицам, разводя половинки в стороны. Здесь кожа была такой же бледной, как и везде, но гладкой и нетронутой синяками. Рико дрогнул всем телом, когда парень плюнул на пальцы и без предупреждения скользнул фалангой внутрь. — Первый раз, да? — прошептал Нат, склонившись к чёрной макушке. — Пошёл нахуй... — прохрипел Рико, дёргаясь под ним. — Не твоё, сука, дело! — Значит, да. — он довольно усмехнулся. — Рад быть первым. Натаниэль разрабатывал его медленно, добавляя по пальцу, едва ситуация позволяла. Рико стонал сквозь зубы, пытался брыкаться, но Нат держал крепко. Годы бокса научили его прекрасно держать противника. Рико был ему не соперник в борьбе. Колени Мориямы подрагивали, дыхание сбивалось, но он не просил остановиться. — Долго ещё будешь мучиться!? — внутри парня находилось уже три пальца, но те разводились с трудом. — Сука-а... Я больше не выдержу. Перестань! — Пф. Выдержишь. Если я захочу. Но так и быть. — он сделал ещё пару движений и достал пальцы. Несколько секунд Натаниэль смотрел на свои пальцы, влажно блестевшие на свету. Потом перевёл взгляд на Рико. Тот лежал тяжело дыша, лопатки мелко подрагивали. Запястья больше не нужно было удерживать. Парень сам не делал попыток освободиться, лишь сжимал и разжимал кулаки. — Ты там уснул!? — Морияма заерзал и обернулся. Нат без труда прочитал в карих глазах смесь ярости, возбуждения и стыда. — Не. — кратко отозвался он, стягивая с себя нижнее бельё. Горячая головка упёрлась в растянутое колечко. Рико громко вдохнул и отвёл взгляд. Но ничего не происходило. Секунда, две, три. Парень недовольно замычал. — Скажи, что ты хочешь. — Чего, блять? Ты ебанулся?! Я тебя прибью! — Что слышал. — Веснински провёл членом по чувствительному месту. — Скажи это. Давай. Или я ухожу. Рико притих на долгие пару секунд. — Трахни меня! Идиот! — выплюнул он, прижимаясь лицом к столу. Но Натаниэль всё равно разглядел покрасневшие от смущения щёки. — Ненавижу тебя-я... Нат толкнулся внутрь сразу во всю длину. Никакой жалости к другу детства. Рико вскрикнул и выгнулся в спине. Он шумно втянул в себя воздух и зажмурил глаза. По телу прошлась резкая волна боли, прямо как после удара. Веснински замер, чувствуя, как парень сжался вокруг него. Туго, горячо, почти до искр перед глазами. — Расслабься. — приказал Натаниэль, начиная двигаться. С губ парня сорвался сдавленный полустон-полувздох. Веснински ухмыльнулся. Вид Рико, теряющего контроль над собственным телом и голосом, льстил. Он приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но Натаниэль резко вышел. Дав другу сделать пару вдохов, качнул бёдрами, входя полностью с той же резкостью, что и первый раз. Морияма вскрикнул, сжимая зубы. Боль медленно спадала, а на её место приходило удовольствие. Натаниэль задал быстрый и жёсткий темп, не давая парню ни секунды на раздумья. Оставались только липкие мысли о происходящем сзади и тёплых руках, что сжимали бёдра. От резких толчков стол скрипел и елозил по ламинату. — Ну вот видишь, можешь быть хорошим, если хочешь. — Веснински улыбнулся. Рико задохнулся стоном и не смог ему ответить. Руки скользнули на талию и притянули к телу. Он толкнулся под другим углом, и парень выгнулся, громко простонав. В глазах потемнело. Внутренние мышцы мелко содрогнулись, принося неожиданное удовольствие. Натаниэль замедлился, склонившись над чужой спиной. Он скользнул губами по выступающим лопаткам, затем по шее и припал ртом к месту, где бледная кожа переходила в плечо. Он вытянул её губами, оставляя яркий багровый след. Рико дёрнулся и зашипел сквозь зубы. — Придурок совсем!? — выдавил он из себя между стонами. — Да ладно. Одеждой закроется. — Нат цокнул и перешёл на спину, покрывая её поцелуями и алыми отметинами. Темп совсем потерялся и держался только на упёртых попытках Рико найти устойчивое положение. — Заебал... — тихо выдохнул парень, жмуря глаза. Веснински оторвался, решив, что с него хватит, и вернул руки на бёдра, сразу задав новый темп. Он двигался быстро, яростно, вколачиваясь в чужое тело так, будто бил по груше. Воздух в комнате стал спёртым. Дышать становилось всё сложнее, даже открытое окно не помогало. Рико уже не сдерживался. Его стоны, приглушённые и хриплые, разбавлялись тихими ругательствами на всех и вся. — Блять... Нат... — вырвалось у него, когда его в полной мере накрыло осознание происходящего. Может, он хотел этого, но до конца не верилось. — Что? — резкий, особенно агрессивный толчок заставил парня выгнуться. — Говори. Или язык проглотил? — Сильнее, сука. Натаниэль усмехнулся. Он чувствовал, как Рико сжимается вокруг него, как тело начинает бить мелкая дрожь. Веснински наклонился, прижимаясь к бледной спине. Одна рука скользнула с бедра на член и сжала, сделав пару нежных движений. Измученное и доведённое до предела тело Мориямы подчинилось. Горячая жидкость испачкала руки Ната. Он обмяк на столе, тяжело дыша, но внутренние мышцы болезненно сжались вокруг. Веснински толкнулся ещё пару раз и излился внутрь. На долгие несколько секунд он выпал из реальности, а в чувства его привели тихие хрипы Рико. Он приподнялся на локтях и что-то пытался сделать. Натаниэль не понял, чего тот добивался, но медленно вышел. Брюнет рухнул обратно на стол. По бёдрам потекла белая жидкость. Нату ужасно захотелось рассмеяться. Но он сдержал себя и потянулся за оставленным на кровати полотенцем. Протёр свою руку, потом и Рико. Пока парень одевался, Натаниэль нашёл на кровати свой телефон и посмотрел на время. — У тебя есть два часа, чтобы помыться и поесть. — Сука, третий раз за день в душ идти. Это издевательство. — устало возмутился Рико, достав из ящика новое полотенце. То тоже взял с собой, чтобы кинуть в стирку. — Иди еду разогревай. Я быстро. Они пообедали в гнетущей тишине. Следующий час Рико попытался заново научиться ходить, чтобы не умереть на тренировке. — Ладно. Вроде нормально. — заключил он, наворачивая, кажется, 1001 круг по залу. — Будешь у нас оставаться? — В честь чего? — Натаниэль развалился на диване, делая вид, что телефон его очень интересует. — В честь выхода бати из тюрячки? Я тебе серьёзно говорю, он точно нахерачился. Я его с утра видел. — Рико обернулся на окно. — Щас приду. Морияма вернулся из спальни и кинул в Ната своими ключами от дома. — Возьми одежду и возвращайся. А я на тренировку пошёл. — через плечо у него висела спортивная сумка. — И да, тряпка тебя ждёт, Веснински. Натаниэль проводил его взглядом и глянул на ключи. Он видел такие же раз сто, но то были ключи Кевина.

***

Кевин и Натаниэль сидели в зале и пытались смотреть фильм. Сосредоточиться было трудно, ведь оба понимали, что значило для Рико «странно вёл себя на тренировке». Криков не было, от этого становилось только страшнее. Днём Нат смотался домой, обойдя спящего отца, выкрал из спальни домашнюю одежду и нужные учебники. Потом два часа ждал возвращения Дэя со свидания, чтобы устроить киномарафон, как в детстве. В фильме снова что-то взорвалось. Веснински зевнул, а Кевин на это фыркнул. Они смотрели, кажется, третий фильм про одну и ту же любовную историю во времена Второй мировой. Дверь неожиданно распахнулась, и на пороге появился Рико. Живой, здоровый и даже без новых травм. — Что делаете? — он прошёл до дивана и сел между ними. Кевин вытаращил глаза, наблюдая за братом. Тот ни разу за всё время не смотрел фильмы с ними. — «Август» смотрим. — первым нашёлся с ответом Натаниэль. — Хочешь с нами? — Хочу. — Рико, что произошло? — Дэй нажал на паузу и повернулся к брату всем корпусом. — Всё нормально? Ты не заболел? — Если хочешь, чтобы я съебал и не рушил вашу идиллию — так и скажи. — парень фыркнул, не удостоив Кевина и взглядом. — Нет. Я рад, что ты пришёл. Даже если сейчас снег пойдёт. — Сейчас май. — Пф. Ради такого может и в мае. — он нажал на пульт, и комната наполнилась звуками. Морияму после тренировки, репетитора и разговора с дядей рубило как никогда. Глаза начали слипаться уже через десять минут. Ещё через пять сон полностью овладел парнем. Он не помнил, когда это произошло, ровно как и то, что Натаниэль подвинулся к нему и уложил его себе на плечо.