love.. and donuts

Бесконечная скука... Фэнг не знал уже, куда себя деть, ведь зомбоящик трындел про одно и тоже с перерывами на рекламу, другие каналы были либо новостными, либо детскими. Со зла тот берет пульт и выключает. Тишина еще более неприятна, чем бесконечный поток информации... Вот что точно будет лучше тишины, так это посиделка с бро! Фэнг рывком встает с дивана и мигом идет за телефоном на зарядке: осталось лишь найти человека, что сможет его скуку убить. А ведь в голове было лишь одно имя. Быстро найдя контакт, пошли первые гудки. На телефоне ярко светилось имя: «Бастер». Фэнг даже не думал о других знакомых или друзьях, у него всегда был приоритет. Даже долго звонить не пришлось, Бастер ответил сразу же после 2 гудков. — Привет, что делаешь? — дурацкая улыбка ощущалась даже по голосу. — Ничего, есть хочу, — глубокий вдох, — тебе скучно? — Да, ладно, раскусил, хотел тебя гулять позвать... — гулять Фэнгу не хотелось, хотелось лишь компании Бастера. — Хочешь ко мне приходи, может, что-нибудь приготовим вместе? Кофта, ключи, щелкающий замок двери, и Фэнг на дороге к своему счастью. С улыбкой, вприпрыжку, бежит, волосы назад... В сердце полыхало, в животе, кажется, порхали бабочки, в голове пусто. Пару кварталов пешком, и он на месте. Два стука, и дверь открыл хозяин квартиры. Улыбнувшись лучезарной улыбкой, дал парню переодеться, а после поздоровался крепкими объятиями. Уже двое прошли на кухню через коридор, болтая о скуке, погоде и подобному бреду. На кухне, на столе лежали ингредиенты для, видимо, выпечки. Мука, молоко, яйца, растопленное масло, дрожжи... — Будем готовить пончики, я нашел подходящий рецепт еще давно, — Бастер слегка усмехнулся, наблюдая за Фэнгом, рассматривающим продукты. — Ну, начнем с чего...? — голос азиата казался выше, чем обычно, и, кажется, заметил это лишь он сам. Взяв миску из шкафа и два фартука, киномеханик протянул один другу. Фартуки были... розовыми! — Бастер, ты у какой домохозяйки это, — каратист показывал рукой на фартук, — одолжил? Не знал, что механик еще и хозяюшка... — Ну, думаю, Пайпер была не против, что я культурно одолжил ее фартуки, забыв ей сказать об этом, — воришка беззаботно улыбался, а лицо уже надевшего краденный фартук Фэнга надо было видеть. Через пару минут разговоров в миске появились мука, дрожжи и теплое молоко. Перемешивать тесто остался Фэнг, чтобы далее в миску попали яйцо, растопленное масло, сахар и соль. Азиат отошел в сторону, ведь в дело вступает наш лучший кондитер Мишлен Бастер. Руками он быстро замешал тесто и отправил обратно в миску, накрыв пленкой и полотенцем для рук. Пока тесто грелось и поднималось, пришло время для крема. Темноволосый отправил в сотейник молоко и сахар, в другую посуду его рыжий напарник смешал молоко, яйцо и муку до однородной массы. Далее в смесь Бастера отправилось горячее молоко из сотейника, а после крем поставили на медленный огонь на 10 минут до загустения. Сосредоточенность рыжего не могла не удивлять. Напряженное лицо, слегка напряженные мышцы... Лишь один его вид вызывал у Фэнга приятные мурашки по коже. Кажется, Бастер достает фритюрницу. «Ахх, если бы я только мог нагнуть его над фритюрницей и выебать... над выключенной, конечно». На лице азиата появился заметный румянец, он отвернулся. Бастер достал тесто и начал формировать шарики пончиков. — Фэнг, крем загустел, будь другом, сними его с огня, — он даже не обернулся на Фэнга, говорил лицом к тесту, дабы не отвлекаться. Первые пончики получились слегка странноватой формы, во фритюрнице скворчало масло. Азиат закусил губу, задумавшись, в его голову пришла мысль: «...А если сейчас самое время? А может, идеального времени не существует? Значит, любой час — идеальный...». Единственное, что сейчас занимало голову Бастера, это пончики. Закинув первый в масло для испытания, он оглянулся на Фэнга. — Что-то ты слишком напряженный, ты снял крем с плиты? — Бастер усмехнулся, но быстро его улыбка сползла с лица. — Оу... — Фэнг юркнул к газовой плите и заглянул в кастрюльку, — крем свернулся, пошли комочки. — Твою мать... — лицо Бастера стало чуть угрюмее, но он не злился. Достав слегка подгоревший пончик из фритюрницы, парень положил его на тарелку с салфетками и отошел к Фэнгу. — Чем же, скажи мне, занята твоя голова, что важнее крема для пончиков? — механик все так же угрюмо положил кастрюлю замачиваться в воду. — Тобой. — кратко и по делу (мрачный тип, любит паркур) каратист говорил, смотря прямо в голубые глаза, не отворачиваясь и не смущаясь. Лицо киномеханика вмиг из угрюмого и слегка раздражённого стало расслабленным. Легкий румянец так украшал лицо рыжего, но заметил это только темноволосый. — Фэнг, в каком смысле? — Не послышалось ли ему что-то дивное. — Именно в том, о котором ты подумал. Я люблю тебя, Бастер, я не думал ни о ком другом последние две недели, кроме тебя, — оба на пару секунд застыли как вкопанные, но смешок Фэнга вывел рыжего из шока. — Ты бы видел свое лицо! Клянусь, я так люблю твой ахуй! Фэнг смеялся, хватаясь за живот, Бастер же только сейчас заметил, что все это время у него был открыт рот и видны зубы. Он просто начал смеяться вместе с ним. Бастеру так хотелось, чтобы этот смех, эти улыбки на их лицах никогда не сползали, чтобы они всегда жили такими моментами, без драм и слез. Как только смех начал потихоньку затихать, Бастер юркнул в объятия к Фэнгу. Они снова застыли. Он уткнулся носом в плечо азиата, прижимаясь чуть ли не всем телом к нему. В минуте тишины он чувствовал стуки сердца Фэнга, учащенные сердцебиения, казалось, в тот момент их сердца бились одновременно. В этой минуте слабости тело Фэнга стало ватным. Он обмяг в объятиях, закрыв глаза, полностью расслабившись. Бастер, испугавшись, отпустил Фэнга из объятий, но придерживал его за плечи. Рука Фэнга оказалась на щеке мужчины, между ними исчезло расстояние и они слились в поцелуе. Уставшая, но нежная натура азиата расцвела в этом поцелуе, он зарылся в рыжие волосы пальцами, надавливая на затылок. Все, что могло их разлучить, это отдышка. — Хорошо, стоило бы закончить с пончиками для начала... — это было лишь прикрытием для Бастера, который с ума бы сошел от второго такого поцелуя. Он вручил новую чистую кастрюлю и ингредиенты любовнику, проведя быстрый инструктаж по крему. Велел ему не сводить глаз с этой кастрюльки, ведь еще ингредиентов на еще один крем уже нет. Сам он снова включил фритюрницу и начал жарить новые пончики. Те слова оказались слишком шокирующими для него настолько, что теперь даже готовка не могла его отвлечь от постоянных мыслей о Фэнге. Со временем он приловчился катать из теста шарики, размером чуть меньше ладони, и отправлять их во фритюр. Через минут пять, когда те обретут золотой цвет, достать и положить на салфетки. Бастер схватил один из готовых, слегка темнее остальных, и с ним пошёл в сторону плиты, где в телефоне зависал его влюбленный приятель. Тот сразу убрал телефон, а Бастер спокойно встал возле него, рвя масленный пончик напополам. Тесто мягкое, пышное, а корочка слегка хрустит при разрыве. Идеальный. Бастер развернулся лицом к лицу к синеволосому. — Попробуешь? — спокойное выражение лица без единого намека выбило Фэнга из колеи. — Если это попытка флирта, я не против, — закусив губу, азиат взял из рук любовника половинку пончика и вцепился в него зубами, разрывая его на полчетверти, — он не сладкий, но очень нежный и воздушный. Бастер решил сам проверить слова Фэнга, укусив уже тот кусок, что и парень. Слова подтвердились. Глянув на плиту, парень заметил, что крем готов. Он снял с огня кастрюлю и положил около тарелки с пончиками, полез в шкаф за пищевым шприцом. Пока тот не видит, Фэнг пальцем взял на пробу крем. Сладенький, приятно сливочный. Вылезая из шкафа со шприцом для крема, Бастер заметил в кастрюле след от пальца, а на уголке губ Фэнга малость крема. Он сделал шаг в его сторону, второй, оказавшись ближе, чем принято быть друзьям. Глаза были прикованы к чужим губам, к закусанным от смущения. Его рука оказалась на чужом плече. Рывком Бастера они коснулись губами и слились в поцелуе. Языком Бастер провел по губам азиата, слизав крем. — Сладкий, для пончиков в самый раз, — он проговорил в губы Фэнга. Щеки каратиста горели от смущения, самозабвенно отдаваясь поцелую. От шока он перешел в блаженство от любви, во рту витал сладкий привкус крема, он добавлял особое удовольствие. Медленно поцелуй прекращался из-за отсутствия воздуха. После поцелуя оба отдышались и вернулись к готовке. Шприц был крупный, одним движением он доверху наполнился кремом. Фэнг помог проделать дырку в пончике мелким ножом, чтобы через нее прошел шприц. В первый пончик ушло слишком много крема, он вылился из дырки почти сразу же. Фэнг, прикусив губу, посмотрел в глаза Бастера, ища комментарий к такой картине, но тот лишь ухмыльнулся, пальцем вытирая с тарелки вытекший крем. Руку его перехватил первый, которому в голову пришла ахуенная мысль. Он направил пальцы в рот, языком слизывая меж пальцев крем. Для бастера это был предпоследний пинок от Фэнга, почти выбивший его из колеи. Слегка раскрасневший, он улыбнулся и быстро вытер пальцы о домашние штаны. Второй пончик вышел чуть лучше, крем не вытек, но сам пончик был по край забит кремом. Третий, четвертый, пятый. Крем в каждом становился меньше и меньше потихоньку, ведь их будет неудобно есть. Найдя идеальную пропорцию крема для пончиков, Бастер, приловчившись, стал наполнять их кремом быстрее. Фэнг зевнул, ему предстояло убрать фритюрницу, а для начала стоило влить масло в предоставленную бастером ранее бутылку, чтобы использовать снова (экологичненько). Не додумавшись делать переливание над раковиной, Фэнг при процессе вылил на себя пару больших капель масла, пачкая удобные, любимые штаны. Закончив дело, тот подошел к хозяину дома. — Бастер, можешь дать шорты, я на свои штаны пролил масло... — немного неловко спросил брюнет. — А, конечно, щас... — старший отложил шприц в сторону и отмыл руки от крема, — ну, на твой размерчик в старых вещах найдется. Бастер привел парня в свою комнату. В ней было тепло, но не душно. Просторно, большая кровать, шкаф прямо в потолок. В шкафу царил беспорядок, но буквально через минуту поиска Бастер подал Фэнгу синие шорты без рисунка. — Бастер, отвернись, дай я переоденусь, –серьезным тоном сказал азиат. — Ну, если мы уже встречаемся, зачем мне отворачиваться? Мне уже нельзя тебя разглядывать? — С иронией выдал мужчина. Фэнг возникать не стал, лишь сел на кровать и спустил испачканные штаны вниз, снимая их. Он взял уже чистые шорты и слегка прилег, натягивая их на свой зад, а после встал и попрыгал, дабы подтянуть. Шорты сели идеально, казалось, шились они именно на Фэнга. В голове выскакивала мысль, что стоило бы чаще обворовывать Бастера на одежду. О, кстати о Бастере, интересно, о чем же он сейчас думает? «Можно было бы позвать Мэйси попить чая-кофе, давно втроем не собирались... да вот не сейчас. Фэнга сейчас можно хорошенько уломать, не буду терять время...» — Бастер был наделен даром, а именно складным и хорошим умом. — Фэнг, пойдем на кухню? Крема осталось навалом, — ХУЙ ЗНАЕТ куда его деть. Брюнет последовал за парнем, и в голове созрела идея. Встав спиной к столешнице, Фэнг улыбнулся в сторону Бастера, наблюдая за каждым шагом в свою сторону. Рыжий подошел ближе и прижал любовнике к кухонной гарнитуре. Аказавшись лицом к лицу, Бастер потерял половину своей уверенности, смотря в глаза своего любимого. Фэнг будто обрел контроль, но все же со стороны было видно, кто же сейчас сверху. Рост никогда не смущал каратиста, все же, ему удавалось парочку раз повалить этого медведя. Фэнг положил руки на плечи парня, сцепляясь за его затылок, вынуждая того наклониться ближе. Фэнг дарил рыжему нежный поцелуй, перед тем как протянуто сказать заветное: «Бастер, я люблю тебя. Отсоси мне». Названный лишь ухмыльнулся, молча принимая вызов. Без особой спешки он начал мять сквозь штаны пах своего возлюбленного, смотря ему прямо в глаза, ищя растерянность. Фэнг не показывал ни изумления, ни растерянности, он лишь улыбнулся и потянул за край штанины вниз, не отрывая взгляда. Бастер притянул азиата к себе и подарил ему несколько поцелуев чуть ниже губ, спустился ниже подбородка и начал целовать его шею. Спустившись еще ниже, он приподнял футболку, оголяя низ торса азиата, целуя уже его пресс, спускаясь все ближе и ближе к паху. Он остановился у нижнего белья. Бросив быстрый взгляд вверх, как бы ожидая согласия, он поспешно стянул белье ниже, замечая поддакивание. Проживая момент страсти и наслаждения Фэнг не знал куда себя деть. Вся его уверенность, весь пафос испарились за секунду, а ноги начали дрожать. Он, казалось, не мог банально удержаться на ногах, и это было слишком трудно не заметить. И ведь так было всегда! Как бы Фэнг не пытался выделываться, рядом с Бастером он плавился как мороженое под июльским солнцем. По ощущениям: расплавившись в слегка холодную кашу, Фэнг размяк и закончил в рот приятелю. Пончики остыли, «остывшая мороженка» хотел хоть немного отдохнуть. В сердце Бастера горела страсть, которая из-за долгого ожидания переходила в горечь в сердце. Резким движением он поднял Фэнга на руки и, выйдя с кухни в коридор, он направился в спальню. К сожалению фэнга: они явно не шли спать до вечера. Ну, а что на счет пончиков? Мейси, любительница работать в праздники, прийдя с работы сразу направилась к этим оболдуям на чай. Пончики ей особенно полюбились. Ах, знала бы она какими они стали свидетелями страсти в тот день. Так же оставшиеся пончики стали угощением для Гаса. История этих пончиков осталась секретом между двумя кондитерами.