Любимец её дьяволов

Обычный вторник в Магнолии. Обычная, можно даже сказать — обыденная шумиха в «Хвосте Феи». Привычный волшебникам кавардак, бедлам, хаос! Фестиваль «Фантазия», а вместе с ним и праздник урожая давно завершились, но в «Хвосте Феи» веселье продолжается. Алкоголь льётся рекой и отовсюду слышится смех, громкий, заливистый, искренний. Волшебники буянят, пьют, дерутся, хохочут и плачут, отчаянно и неистово, как в последний раз… Будто завтра уже не наступит! Нацу и Гажил катаются по полу, схлестнувшись в ожесточённой драке. Грей стоит в стороне, беззлобно поддразнивает товарищей и неожиданно ловко уворачивается от загребущих ручонок Драгнила. За ледяным волшебником, украдкой, спрятавшись за столбом, подглядывает Джувия, прижимая к груди брюки возлюбленного. Кана сидит на столе, громко хохочет и покачивается из стороны в сторону, обнимая пузатый бочонок с вином. Эльфман что-то втолковывает Джету с Дроем, понуро опустившим головы, а после, с громким криком «Драка, это по-мужицки!», бросается разнимать драконоборцев. Леви качает головой и возвращается к чтению. Книга моментально овладевает вниманием волшебницы и та углубляется в сюжет, игнорируя преданно-щенячьи взгляды напарников. Макао с Вакабой держатся в стороне, с по-отечески понимающими и всепрощающими ухмылками присматривая за молодёжью. Третий мастер Макаров разделяет их общество и с удовольствием поддерживает беседы о будущем гильдии, о будущем «Хвоста Феи». Алкоголь хорошо развязывает языки и прекрасно потакает философским настроениям! Люси тихо вскрикивает, неуклюже уворачиваясь от немаленького тела младшего Штраусса, пролетевшего мимо. Кажется, думает девушка, его помощь драконоборцам не потребовалась! Громовержцы в гильдии отсутствуют, прощаются с Лексусом, коего на днях, точно перед «Фантазией», исключили из гильдии за самоуправство и невозможный бардак, что тот учинил. Мастер суров! Но хвостатые не унывают. Старик поворчит, посердится и отойдёт, рассуждают они. Минует дождливая осень, за ней придёт суровая, снежная зима, пролетит цветущая весна и, кто знает, быть может уже к будущему лету хмурый, мятежный и нелюдимый Лексус вернётся в родные стены, в родные пенаты. А они будут ждать и встретят парня улыбками, смехом, гомоном и хаосом! Вскинут руки с вытянутыми пальцами, большим и указательным, и закатят небывалую пьянку. Потому что это «Хвост Феи»! Гильдия, где праздник никогда не кончается! Мираджейн смотрит на развернувшийся бардак с улыбкой, доброй, ласковой, нежной. В её светлых глазах отражается теплота, лицо расслаблено и безмятежно. Шум, гам, грохот, смех и весёлые крики дарят душевный покой. Не раздражают, не гневают, а усмиряют дикий, мятежный дух! Весь её мир сужается до гильдии, до зала, где царит хаос и правит балом разруха. И это кажется девушке чертовски правильным, настоящим! Волшебница отворачивается от общей свалки, смотрит в сторону. Её взгляд цепляется за красноволосого парня, волшебника-рыцаря, Эльзара. Он дремлет, навалившись спиной на стену и опустив голову на грудь. Парень бледный, болезненный, уставший. Руки скрещены, плечи напряжены, брови нахмурены. Ресницы подрагивают — спит беспокойно. «Дурак,» — мысленно фыркает Мираджейн. — «Ему бы в лазарете отлёживаться, а не в общем зале сидеть.» Девушка цыкает, прикусывает внутреннюю сторону щеки и отворачивается, не в силах смотреть на болезненно-бледного волшебника. Она возвращается к делам, к собственным заботам, но разум, воспоминания, мысли и даже чувства её подводят, предают и безжалостно подкидывают картинки минувших событий. Битва за «Хвост Феи» подорвала дух гильдии, вбила клин меж товарищами и пошатнула их веру друг в друга. И больше всего в этом беспорядке досталось Эльзару! Парню пришлось несладко. Не до конца оправившись от ран и потрясений, полученных в минувших битвах, волшебник ввязался в новую, более яростную и тяжёлую. Эльзар побил Эвергрин, дрался с Лексусом и, в завершении, принял на себя удар двух сотен зарядов Храма Молний. Удивительно, что не помер! Впрочем, Полюшка пыталась это исправить, но безуспешно. Слишком уж он живучий! Мираджейн тихо смеётся и коротко качает головой. «Дурак,» — думает она, украдкой поглядывая на спящего мага. — «Настоящий дурак!» Волшебница, собрав все силы в кулак, сосредотачивается на текущих делах и более не позволяет себе отвлекаться на красноволосого рыцаря. Она неспешно протирает бокалы и барную стойку, хозяйничает в кухне и обслуживает столики. Когда дело доходит до грязной посуды, на стул перед ней шумно плюхается заклинательница духов, Люси. — Сколько можно буянить, — ворчит девушка. — Так они и зал разнесут, и гильдию, и город в придачу. — Зато весело, — ласково улыбается Мира. — Это не весело, — качает головой Люси, — это опасно. И почему Эльзар их не разнимет? Люси круто разворачивается на барном стуле и быстро находит волшебника-рыцаря. Тот продолжает дремать и, кажется, совсем не замечает, не слышит ни шума, ни грохота, ни яростных криков. — Его сейчас лучше не тревожить, — Мираджейн качает головой, позволяет печали скользнуть на лицо и отразиться в глазах. — Он так и не оправился? — спрашивает Люси, повернувшись обратно к подруге. — Эльзар на пути к этому, — отвечает Мира, ощущая какое-то непонятно волнение, трепет внутри. — И поэтому, — добавляет она, отмахиваясь от наваждения, — его лучше не будить и не беспокоить. — Точно-точно, — Люси часто кивает, а после, задумчиво улыбнувшись, неожиданно продолжает: — Эльзар удивительный человек. И замечательный волшебник. Мираджейн вскидывает брови в изумлении. Её глаза распахнуты, во взгляде читается шок. Насилу справившись с удивлением, девушка прищуривается и готовится выдать что-то смущающе-абсурдное, но неожиданно замирает и останавливается. Волнение внутри нарастает, превращается в пожар, жгучий, неистовый. Мираджейн знает, помнит это чувство. Так возрождается дьявол… Дьяволица! Девушка сжимает руки в кулаки, прикусывает губу. Ногти впиваются в ладони, боль отрезвляет, притупляет чувства. Боль помогает совладать с собой, выдохнуть, остановиться… И главное, остановить его! Дух Сатаны рвётся наружу. Мира чувствует его. Ощущает ярость и гнев демона, заточённого в её теле. Слышит шёпот, голоса, крики… «Моё!..» — рычит демон. Его голос громкий, вибрирующий, скрежещущий. — «Разорву!.. Уничтожу!.. Не тронь!.. Мой!.. Он мой!..» От криков демона звенит в ушах, виски простреливает болью. Мира прикрывает глаза, хмурит брови. Девушка шумно выдыхает и руками упирается в барную стойку. «Совсем забыла,» — думает Мира, сжимая руки в кулаки и скребя ногтями по деревянной столешнице, — «каким напористым он может быть…» Тем временем, Люси продолжает болтать, шумно, беспечно, безостановочно. Заклинательница выказывает своё восхищение Эльзару, жалуется на Грея и Нацу, рассказывает о глупых и неуместных шутках Хэппи, яростно отрицает свою наивную, девичью влюблённость в Локи, приписываемую ей котёнком, и, кажется, совершенно не замечает изменений в подруге. — А знаешь, — продолжает Люси, расположившись вполоборота к спящему рыцарю, — он довольно симпатичный, — девушка кривит губы в лёгкой усмешке и добавляет: — Наверное, Эльзар и сам не осознаёт, какое влияние оказывает на окружающих. Особенно на девушек! — Люси хихикает и, обернувшись к Мире, тихо шепчет: — Образ печального рыцаря весьма притягателен, не находишь?.. «Мой!.. Разорву!.. Не тронь!..» — вторит заклинательнице яростное рычание демона. Мираджейн слышит голос девушки, далёкий и едва уловимый, но понимает лишь через слово. Но когда Люси заговаривает о привлекательности и притягательности волшебника-рыцаря, внутри Мираджейн что-то щёлкает. Она распахивает глаза и пристально всматривается в тонкую, изящную фигурку заклинательницы. Примечает её красоту и девичье очарование. Демон внутри рычит, его голос подначивает, провоцирует тлеющую в душе ревность. «Соперница!..» — гремит в голове голос… Джувии?.. Люси оборачивается к притихшей Мираджейн. Их взгляды скрещиваются, заклинательница коротко вздрагивает и отстраняется. В глазах барменши отражается дьявольское пламя, безжалостное и скорое на расправу. Мира сжимает руки в кулаки, хмурится, борется с демонами внутри и, кажется, безнадёжно проигрывает. «Не отдам!.. Не отдам!.. Мой!.. Мой!..» — голос демона сливается с внутренним голосом, с мыслями Мираджейн. Девушка поддаётся дьяволу, почти уступает ему, когда… — Мира, ты в порядке?.. Эльзар врывается в её пространство неожиданно, неумолимо. Его рука, большая, мозолистая, тёплая, накрывает её ладонь. Глаза… глаз (правый глаз, восстановленный Полюшкой, Эльзар упрямо скрывает повязкой) смотрит с беспокойством, волнением, тревогой. Он боится, но не её волшебства, не её демонов, а за неё. — Мира, всё хорошо? — спрашивает волшебник. И девушка неожиданно понимает, что ярость отступила. Дух Сатаны отступил, стоило Эльзару оказаться рядом. Мираджейн опускает взгляд, смотрит на их сцепленные руки. Ладонь Эльзара мягко накрывает кулак девушки. Его прикосновение осторожное, бережное. Оно вызывает мурашки и трепет. Касание рыцаря успокаивает, заставляет дышать ровно, смиренно. — Да, — наконец, отвечает Мираджейн, — всё хорошо. Голос предательски подводит, звучит хрипло, надломленно. Мира скрывает неловкость улыбкой и высвобождает руку из хватки Эльзара. Парень хмурится, но не препятствует ей. — Лицо красное, — тихо произносит волшебник. — Не заболела? Мира смотрит на него, чувствует, как удовлетворённо и блаженно урчит её внутренний дьявол. — Нет, — она качает головой, — просто устала. — Ты много работаешь, — кивает Эльзар. — Гильдия требует присмотра, — улыбается Мираджейн. Эльзар окидывает взглядом бардак, что учинили хвостатые, неловко переступает с ноги на ногу и, наконец, произносит: — Ты прекрасно справляешься. С губ девушки срывается смешок. Она задумывается о том, как они смотрятся вместе. Они похожи на друзей, товарищей или тайных возлюбленных?.. Судя по ошарашенному взгляду Люси, последнее! Вот только вряд ли сам Эльзар осознаёт, как его дружеские внимание и забота выглядят со стороны. Увы и ах, но в делах амурных волшебник-рыцарь полный профан! И Мираджейн хорошо это знает… «Даже слишком хорошо,» — думает девушка, глядя в лицо Эльзара. — Тебе нужно больше отдыхать, — говорит волшебник. Мира коротко пожимает плечами, молчит, оставляет слова рыцаря без ответа. — Люси, — Эльзар оборачивается к заклинательнице, — сменишь Миру за стойкой? На один вечер, не больше, — волшебник говорит уверенно, утвердительно. — Д-да?.. — в голосе Люси громом гремит сомнение. Она неловко ёрзает на месте, оглядывается по сторонам, в поисках поддержки, но, кажется, развернувшееся действо хвостатых совершенно не беспокоит. Феечки продолжают веселиться, отжигать и буянить. — Вот и славно, — Эльзар кивает подруге, хватает Мираджейн за руку и тянет девушку к выходу. — Пойдём, — говорит он, не сбавляя шага, — я тебя провожу. — Не стоит, — упирается Мира, чувствуя, как горят щёки. — Провожу, — настаивает Эльзар, не останавливаясь на своём пути. Мира безнадёжно краснеет, ощущая тепло ладони Эльзара, смотрит ему в спину, взглядом скользит по широким плечам и позволяет увести себя прочь. Домой, или куда-то ещё… Неважно! Главное, чтобы он продолжал сжимать её руку в своей, бережно и осторожно, аккуратно и нежно. Она улыбается собственным мыслям, которым вторят довольное урчание Сатаны, насмешки Халфаса и безмолвное одобрение Ситри. Всё-таки, Эльзар любимец её дьяволов!