It’s a match!

      — Ты что, до сих пор ему пишешь? — Хатаке поднимает голову с груди Обито, отвлекаясь от экрана чужого телефона.       — Это забавно. Показать тебе?       — Ещё немного, и я начну ревновать, — предупреждает Какаши и ласково щипает Обито за нос. — Прекрати.       Учиха ждал этого момента. Ждал, чтобы легонько уколоть его и тонко намекнуть на отношения, в которых обязательств чуть больше, чем сейчас. Водить Хатаке по кафе и пабам и много целоваться у Обито дома, несомненно, было приятно, но отчаянно хотелось чего-то большего, чего-то серьёзного и, наконец, надёжного.       — Не припомню, чтобы мы были в тех отношениях, в которых я не могу общаться с твоим бывшим, — Учиха мягко улыбается. Телефон в его руке вибрирует. Рин, 20:26 Постарайся изменить своим традициям быть бестолочью и нормально предложи ему встречаться. НОРМАЛЬНО. И хватит нервничать, эта недовольная морда вряд ли со всеми остальными такая же милая, как с тобой.       Обито готов пробить себе лоб ладонью, когда замечает, что Какаши машинально тоже обернулся на звук и уставился в экран мобильного. Это конец. Он умрёт в одиночестве, так ещё и, вероятнее всего, от нескольких ударов тупым предметом по его тупой голове.       Не поворачивая головы, Учиха переводит взгляд с телефона на проделывающие в нём дыру глаза. Как ни странно, Хатаке отнюдь не похож на того, кто собирается треснуть его этим же телефоном, собраться и свалить подальше — он смеётся в кулак, опирается локтями на матрас и, привстав, лёгким движением перекидывает ногу через Обито и усаживается своими бёдрами на его.       — Ты не был похож на скромника, когда весь фильм ненавязчиво гладил меня по ноге, — начинает Какаши, растянув губы в мягкой заигрывающей улыбке. — Правда так боишься предложить стать твоим парнем?       Обито, если честно, не из робких — куда чаще Рин приходилось уговаривать его притормозить, нежели подталкивать на что-либо, но не на этот раз. За Хатаке хотелось ухаживать, с ним хотелось строить из себя порядочного и целомудренного джентльмена — что ж, почти получилось: набраться смелости и предложить отношения не вышло, зато аккуратно и очень целомудренно лапать Какаши за бедро в кинотеатре — пожалуйста.       — Боюсь, что ты откажешь, — напряжённо сдвинув брови, честно отвечает Учиха. — А ты мне, вообще-то, очень нравишься, так что…       Хатаке тихо посмеивается, и Обито вспоминает, чем всё началось пару недель назад, когда у него впервые что-то затрепетало внутри от этого смеха и прелестной привычки жмуриться, улыбаясь. Он благодарен Рин за дружеский пинок под зад, бывшему Какаши — за отвратительную идею подставить его при помощи сайта знакомств, самому Какаши — за их первое свидание, за которым последовало второе, третье и все остальные.       — Я бы не позволил тебе вытащить меня из дома во второй раз, если бы ты не нравился мне так же сильно, — Хатаке ведёт подушечкой большого пальца по подбородку Обито, — поэтому прекращай стесняться.       — Иначе сбежишь от меня к кому-нибудь порасторопнее? — Учиха смеётся, а затем ловит палец Какаши зубами. — Ну уж нет. Хочу украсть тебя в свои законные партнёры.       Долгий, глубокий поцелуй становится молчаливым согласием — Хатаке берёт лицо Обито в ладони, ласково гладит щёки, проводя пальцами по выступающим под ними шрамам, и неотрывно смотрит в глаза, наблюдая за избегающим его взглядом.       — Твоя подруга права, — нехотя оторвавшись, информирует Какаши и возвращается на кровать, уложив голову на подушку. — Моя недовольная морда не со всеми такая милая, как с тобой. О чём, кстати, ты общаешься с Гаем?       — Я скинул ему самый уродливый дикпик, который смог нагуглить, — смущённо отвечает Учиха, сдерживая смех. — Странно, что он продолжил отвечать после этого.       Хатаке, в отличие от своего бывшего парня, куда менее злопамятный и изобретательный до гнусностей, но сейчас гадкая мысль приходит ему в голову молниеносно — он очень хочет тонко намекнуть, что подлый план Гая сработал совсем не так, как ожидалось.       — Не хочешь прислать ему ещё какую-нибудь фотографию? — подмигнув, предлагает Какаши — вопросительно вздёрнутая бровь Обито вынуждает его оправдаться секундой позже: — Нет, я не собираюсь отправлять ему твой член, чтобы что-то доказать. Во-первых, я для начала взгляну на него сам, а во-вторых, как насчёт какого-нибудь миленького селфи?       Учиха жмёт плечами. Тот факт, что ему не нужно ничего доставать из штанов — по крайней мере для фото — успокаивает, но сама затея пока кажется сомнительной. Впрочем, кто он такой, чтобы отказывать своему парню, раз уж ему чего-то хочется? Обито, 20:31 [Фотография: Какаши, обернувшись через плечо, подмигивает в объектив, сидя на чужих коленях спиной к камере; задницу крепко сжимают чьи-то пальцы] Обито, 20:32 Не знаю, чего ты добивался изначально, Гай, но рискну предположить, что это очередной досадный проигрыш в твою копилку неудач. Больше не пиши моему парню, пожалуйста.       — Это что выходит, — Учиха заинтересованно смотрит в экран, — ты у нас ревнивая стерва?       — Немного, — Какаши удовлетворительно кивает. — Поэтому я буду крайне признателен, если ты удалишь профиль, и понадеюсь, что у тебя нет толпы поклонников, которая попытается тебя захомутать.       — Толпы поклонников точно не будет — я общаюсь только с родственниками и со своей лучшей подругой, так что можешь расслабиться.       На этот раз, вопреки ожиданиям, уведомление приходит на телефон Хатаке. Две пары глаз устремляются в сторону мобильного, оставленного на тумбочке возле кровати. Гай, 20:33 КАКАШИ Гай, 20:33 ТЫ Гай, 20:33 Ты козлина, ясно? Гай, 20:34 Передай своему придурку, чтобы не плакал, когда ты бросишь его так же, как меня, ага?       Учиха театрально шмыгает носом.       — А почему, кстати говоря, вы расстались?