Про то как хозяин и звери напали на Антона и его жён.

Снег за окном старого дома в поселке валил так же густо, как и десять лет назад, но внутри было непривычно жарко. В гостиной потрескивал камин, а воздух был пропитан ароматом дорогих духов и спелого винограда. Антон, заметно раздавшийся в плечах и отрастивший аккуратную бородку, лежал в глубоком бархатном кресле. Очки в тонкой золотой оправе поблескивали в свете свечей. Он больше не был тем испуганным мальчиком. Твоя порция, мой султан, раздался вкрадчивый голос Кати.Бывшая главная сплетница школы, а ныне статная женщина с идеальной осанкой, подошла к креслу. На ней был шелковый халат, расшитый золотыми нитями. Она грациозно оторвала от грозди крупную виноградину и поднесла к губам Антона. Тот лениво принял угощение, чувствуя на себе её внимательный, почти кошачий взгляд. Катя знала всё о каждом в этом доме и посёлке, но теперь её острый язык служил лишь для того, чтобы услаждать слух хозяина дома. С другой стороны кресла мерно двигался огромный веер из павлиньих перьев. Полина, чья красота с годами стала поистине аристократичной, плавно взмахивала им, создавая приятную прохладу. Её скрипка лежала неподалеку, но сегодня музыка была иной. Тебе не слишком жарко, Тоша? - тихо спросила она, и в её голосе всё еще слышались те нежные нотки, что когда-то покорили его в шестом классе. Ты выглядишь таким уставшим после своих дел в лесу.Антон лишь прикрыл глаза, позволяя себе расслабиться. Но настоящий спектакль только начинался.В центре комнаты, в круге света от камина, зазвенели монеты. Алиса, чьи рыжие волосы огненным водопадом рассыпались по плечам, стояла в полупрозрачном шелковом одеянии, открывающем живот. На её лице всё еще играла та самая лисья, лукавая усмешка, а в глазах горел первобытный огонь.Под низкий, вибрирующий ритм, который, казалось, шел от самих стен дома, она начала танец. Каждое движение её бедер, каждый изгиб тела был полон дикой, лесной магии. Шелк скользил по её коже, как туман по просеке, а звон украшений на щиколотках гипнотизировал. Она то приближалась к Антону, обдавая его жаром своего тела, то ускользала, заставляя его податься вперед в кресле.В этом доме больше не было страха. Не было Хозяина Леса. Был только Антон и его верные спутницы, которые предпочли эту странную, закрытую от всего мира жизнь в заснеженной глуши.Антон откинулся на спинку кресла и улыбнулся. За окном выл ветер, напоминая о прошлом, но здесь, в его личном гареме, царила вечная, теплая и немного пугающая сказка. Тишину роскошного зала разорвал оглушительный треск. Дубовые двери, которые казались незыблемыми, вылетели с петель, впуская внутрь вихрь колючего снега и первобытный холод.На пороге возник Хозяин Леса. Его рога задевали потолок, а из-под костяной маски вырывался тяжелый пар. За его спиной в сумерках коридора мерцали голодные глаза: Волк, Медведь и Сова скалились, переминаясь с лапы на лапу. Ты нарушил договор, Зайчик… - пророкотал Хозяин Леса, и от его голоса задребезжали бокалы с вином. Ты забрал нашу Лису. Ты сорвал жатву. Теперь ты сам станешь кормом, а твои самки - нашей добычей. Первой реакцией был чистый, инстинктивный ужас. Катя выронила поднос с виноградом, и серебро с грохотом покатилось по полу. Она взвизгнула, прижав руки к лицу. Полина выронила веер и, вскрикнув, отшатнулась к стене, её пальцы судорожно искали опору. Даже Алиса на мгновение замерла, её лисьи глаза расширились, а танец оборвался на полудвижении. Но страх длился лишь секунду. В глазах Антона не дрогнул ни один мускул, и это спокойствие подействовало на женщин как ледяной душ. Сорвал планы? Катя вдруг выпрямилась. Её испуганный визг перешел в яростный, пронзительный крик. - Ты, лесное чучело! Ты хоть представляешь, сколько усилий я вложила в этот дом?! Ты ворвался сюда в грязных копытах на мой персидский ковер?! Убирайтесь вон, облезлые твари! - Полина, та самая нежная скрипачка, перехватила свою скрипку за гриф, как дубину, а другой рукой выхватила из вазы длинный стальной нож для фруктов. - Вы не притронетесь к моему Антону! Я вам глотки перережу прежде, чем вы сделаете хоть шаг! Алиса же преобразилась мгновенно. Шелк её наряда больше не казался нежным - теперь он облегал её тело, как чешуя змеи. Она оскалилась, обнажив клыки, которые явно не принадлежали человеку. Хозяин? - прошипела она, выходя вперед и заслоняя Антона своим телом. - Ты опоздал. Я больше не твоя зверушка. Я - хозяйка этого дома! Попробуй сделай шаг, и я вырву твое гнилое сердце и скормлю его твоим же псам! Женщины, еще минуту назад бывшие олицетворением грации, превратились в разъяренных фурий. Катя начала быстро баррикадировать проход тяжелой мебелью с силой, которой в ней никогда не подозревали, Полина встала в боевую стойку у окна, а Алиса приготовилась к прыжку. Антон медленно поднялся с кресла, поправляя очки. Слышал? - тихо спросил он, глядя прямо в пустые глазницы маски Хозяина Леса. Мои жены очень недовольны. А в гневе они гораздо страшнее тебя. В доме воцарился организованный хаос. Страх окончательно уступил место ледяной решимости и чисто женской ярости. Полина, отбросив изящный веер, с неожиданной силой вцепилась в массивный платяной шкаф. С натужным рыком она рванула его на себя, перегораживая вход. Мебель с грохотом завалилась, подпирая выбитую дверь. От резкого удара одна из створок шкафа жалобно скрипнула и отлетела в сторону. Из темного нутра гардероба, прямо под ноги скрипачке, с глухим металлическим стуком выпал потертый, но заботливо смазанный автомат Калашникова. Ого... - Полина на секунду замерла, глядя на оружие. - Тоша, я знала, что ты запасливый, но чтобы настолько?В этот момент из кухни вылетела Катя. Лицо её было багровым от гнева, а глаза метали молнии. Она больше не выглядела как светская дама - теперь это была фурия, чей покой посмели нарушить. - Аааарргг! Опять эти тупые кретины! - взревела она, пиная ногой упавший на пол хлам. Катя вихрем унеслась в подвал. Снизу донесся грохот переставляемых ящиков и её приглушенная ругань. Она вынырнула обратно, тяжело дыша и таща в обеих руках по увесистой металлической канистре, а на спине брезентовый вещмешок. Запах бензина мгновенно перебил аромат парфюма. С решительным видом Катя промаршировала мимо ошеломленного Антона и начала подниматься по лестнице на второй этаж, бормоча под нос: Я вам устрою блядь зиму падлы... Я вам всё тут так подпалю, что копыта отвалятся! А наверху уже шел свой бой. Алиса, распахнув окно второго этажа, по пояс высунулась наружу, игнорируя ледяной ветер, хлеставший её по обнаженному животу. Предательница! - выл внизу Хозяин Леса, воздевая когтистые лапы к небу. Ты променяла вечность в лесу на этот вонючий человеческий хлев?! Ты - часть стаи, Алиса! Стаи?! - Алиса перегнулась через подоконник, её лицо исказилось в презрительной усмешке. - Да пошел ты к черту со своей стаей, рогатый пень! Там я была вечно голодной девчонкой на побегушках, а здесь я - королева! И если ты думаешь, что можешь просто так прийти и забрать меня у моего Зайчика, то готовься к тому, что я сделаю из твоих рогов вешалку для прихожей! Она схватила тяжелый цветочный горшок и с силой запустила его в голову Волка, который пытался карабкаться по стене.- Назад, блохастые! - орала она, срывая голос. Сова, издав пронзительный, потусторонний крик, сложила крылья и камнем бросилась в распахнутое окно второго этажа. В её когтях уже виделось горло лисы. Но Алиса с молниеносной грацией выхватила из-за пояса массивный, поблескивающий сталью Desert Eagle. Грохот выстрела 50-го калибра в замкнутом пространстве комнаты был подобен взрыву гранаты. Пуля вошла Сове точно между горящих глаз. Хищницу отбросило назад. Она больше не махала крыльями - её тело обмякло, и она, словно огромный сухой осенний лист, медленно спланировала вниз. Тяжелая туша бесформенной кучей легла на девственно чистый снег, напомнив брошенную старую газету.Алиса, чьи глаза горели безумным азартом, не остановилась. Она высунулась из окна и, чеканя каждый выстрел, начала вколачивать свинец в неподвижное серое оперение. Жри падла! За зайчика! За всё! - орала она, пока в тишине после последнего выстрела не раздалось сухое щелк-щелк-щелк.- Кончились патроны. Алиса отстранилась от окна и Катя, стоявшая сзади с канистрами, едва не споткнулась об Алису. В этот момент Полина, которая до этого момента лишь испуганно сжимала автомат, вдруг преобразилась. Она решительно шагнула вперед, плечом слегка отодвинув Лису от окна. Её тонкие пальцы, привыкшие к нежным струнам скрипки, теперь уверенно легли на холодную сталь Калашникова. Моя очередь играть - холодно произнесла Полина.Она прижала приклад к плечу и нажала на спуск. Длинная, яростная очередь распорола ночную тьму. Трассирующие пули зачертили воздух, поливая свинцом столпившихся внизу зверей. Медведь взревел, пытаясь прикрыться лапами, Волк в ужасе кинулся в кусты, а Полина, прикусив губу, продолжала выпиливать симфонию смерти, водя стволом из стороны в сторону. Снизу, со стороны лестницы, донесся голос Антона: Девчонки, осторожнее! Катя, лей бензин, они лезут через террасу! Антон вошёл в комнату к женам. Его мир, его идеальный гарем и спокойная жизнь рушились быстрее, чем Полина успевала перезаряжать автомат. Он просто смотрел в одну точку, пребывая в полном ступоре от того, как его нежные жены превратились в отряд боевиков. Но Катю было уже не остановить. Её лицо, перепачканное пороховой гарью и копотью, исказилось в гримасе запредельного бешенства. - МНЕ ЭТО, БЛЯДЬ, НАДОЕЛО! - взревела она так, что даже звери в лесу на секунду притихли. - УЕБЫВАЙТЕ НАХУЙ! ПОШЛИ ВОН ИЗ МОЕГО ПОСЕЛКА ! Она рванула чеку из зажигалки и швырнула первую канистру прямо в разбитое окно. Следом полетела вторая. Воздух снаружи мгновенно превратился в огненный ад, освещая перепуганные морды зверей. Но Катя на этом не закончила. С каким-то нечеловеческим усилием она вытащила из-за спины огромную, тускло поблескивающую тридцатикилограммовую противотанковую мину. Откуда она взялась в её запаса не знал никто. Полина и Алиса, увидев этот кусок железа в руках обезумевшей подруги, взвизгнули в унисон. КАТЯЯЯЯЯЯ?! - вирища закричала Алиса, хватая Полину за руку и увлекая её в самый дальний угол комнаты. Антон, увидев, как Катя, пошатываясь от тяжести, заносит мину над подоконником, почувствовал, как сердце ушло в пятки.- КАТЯ, БЛЯДЬ, НЕТ! - заорал он, срываясь с места. В последний момент, когда Катя с победным криком уже разжала пальцы и мина полетела вниз, прямо в полыхающий бензин под окном, Антон долетел до неё. Он схватил её за шиворот шелкового халата и с бешеной силой рванул назад, откидывая в сторону забившихся в угол Полины и Алисы. Катя пролетела по полу, врезавшись в девчонок, а Антон, не теряя ни секунды, прыгнул сверху, накрывая всех троих своим телом в отчаянном броске рыбкой.Секунда тишины показалась вечностью.А потом ЕБАНУЛО.Звук взрыва не просто оглушил - он вытряс душу. Дом содрогнулся, как живое существо, смертельно раненное в бок. Фундамент жалобно крякнул, и всё здание ощутимо накренилось. С диким, протяжным хрустом и скрипом стена второго этажа вместе с полом начала медленно отрываться и рушиться вниз, в облако огня и пыли.Всё заволокло белым дымом и снегом, а с улицы больше не доносилось ни воя, ни рычания. Только треск горящего дерева. Пыль и едкий пороховой дым висели в воздухе плотной пеленой. Антон первым пришел в себя, чувствуя, как в ушах звенит высокая, сверлящая нота. Он разлепил глаза и увидел над головой вместо потолка чистое ночное небо — кусок крыши просто снесло.Все четверо лежали вповалку, откашливаясь и сплевывая бетонную крошку. Живые... - прохрипел Антон, чувствуя, как на грудь давит тяжесть его гарема. Алиса первой проявила признаки жизни. Она резко села, отбросив в сторону какой-то обломок. Её рыжие волосы спутались, а на щеке красовалась жирная полоса копоти, придавая ей вид лесного демона. Она нащупала рядом свой тяжелый Дезерт Игл, который чудом не улетел в пролом. С глухим, сочным звуком она выщелкнула пустой магазин и вогнала новый. Резкий металлический лязг затвора, снятого с задержки, прозвучал в тишине как приговор. - Отойди, Зайчик, - бросила она брутальным, низким голосом, глядя в дымящуюся пропасть на месте стены. - Если кто-то там еще шевелится, я добавлю. Полина рядом в ярости ударила кулаком по остаткам паркета. Сука! - взвизгнула она, окончательно забыв про образ утонченной скрипачки. - Калаш вниз улетел, падла! Прямо в огонь! Мой инструмент...Она подползла к краю разлома, высматривая внизу свою игрушку, и продолжала сочно материться. Рядом с Антоном дрожала Катя. Вся её былая спесь и ярость испарились, сменившись истерикой. Она дрожала всем телом, мертвой хваткой вцепившись в Антона и уткнувшись ему в плечо.- Прости меня, Антош... - всхлипывала она, размазывая тушь по лицу. - Я просто... я так разозлилась... я чуть нас всех не убила, да? Прости, пожалуйста...Она плакала навзрыд, прижимаясь к нему, как маленькая напуганная девочка, а не как женщина, которая минуту назад швырнула противотанковую мину. Антон, несмотря на дикую боль во всем теле, мягко обнял её. Он гладил её по голове, перебирая светлые волосы, и нежно поцеловал в лоб.- Тихо, Катюш, тихо... Ничего страшного, - успокаивающе шептал он. - Главное - мы живы. А дом... дом мы заново отстроим. Ты же хотела ремонт? Вот, считай, перепланировку сделали.Он посмотрел вниз, где среди обломков стены и горящих канистр догорало то, что когда-то было ужасом леса. Алиса первой спрыгнула с обломков второго этажа на обледенелую землю, ловко приземлившись на обе ноги. За ней, придерживая друг друга, спустились Антон, Полина и всё еще всхлипывающая Катя.Зрелище перед домом было жутким. Снег превратился в черную кашу из пепла и земли. Медведя разбросало по частям - взрыв тридцати килограммовой мины не оставил лесному танку шансов. Волк лежал серой безжизненной тряпкой, прошитый очередью Полины и осколками.В центре этой кровавой бани, прислонившись спиной к обгоревшей сосне, полулежал Хозяин Леса. Его величественные рога были обломаны, маска треснула, обнажая пульсирующую, бесформенную тьму вместо лица. Он тяжело хрипел, и каждый выдох сопровождался свистом.Алиса подошла к нему вплотную. Она не спеша подняла свой Дезерт Игл, вытянув руку, и направила ствол прямо в трещину на его маске. В свете догорающего дома её глаза светились ядовитым, торжествующим золотом.- Ну что, козлина? —-голос Алисы звучал как ледяное крошево. - Не так ты представлял себе мой с зайчиком триумфальный возврат в стаю? Хозяин Леса попытался поднять когтистую лапу, но она бессильно упала на окровавленный снег. Из-под маски донесся слабый, клокочущий смех: Ты... ты выбрала смерть в тёплом хлеву... Лиса... Лес всё равно заберет свое...- Лес заберет только твой труп, - отрезала Алиса, взведя курок. - Ты старый, облезлый пережиток прошлого. Ты думал, что мы - твои куклы? Алиса только собиралась произнести еще одну пафосную фразу, держа Хозяина Леса на мушке, как тишину разорвал яростный крик Полины.- Да блядь! Заебал этот пиздеж уже! - рявкнула она, в два шага сокращая дистанцию.Прежде чем Алиса успела моргнуть, Полина железной хваткой вырвала Дезерт Игл из её рук. Лицо скрипачки было перекошено от усталости и злобы. Она вскинула тяжеленный ствол обеими руками и, не тратя времени на разговоры, начала вколачивать свинец в Хозяина Леса.Грохот выстрелов слился в один сплошной гул. Полина высадила всю обойму до последнего патрона, превращая маску и то, что было под ней, в бесформенное месиво из щепок и черной жижи. Когда затвор пистолета замер в крайнем заднем положении, она, тяжело дыша, сунула оружие обратно опешившей Алисе.- На, - бросила она, вытирая пот со лба. - Всё, вопрос решен нахуй.Она развернулась к застывшему в стороне дому, на ходу отдавая распоряжения: - Идем заколотим коврами дверь в комнате. Может, хоть потеплее будет. Пошли спать, я устала. Антон, всё еще прижимая к себе притихшую Катю, глубоко вздохнул. Напряжение, державшее его весь вечер, наконец лопнуло. Он повернулся к Кате и, не сдержавшись, страстно поцеловал её, чувствуя вкус пороховой гари на губах. Затем он подошел к Алисе, которая с уважением смотрела на пустой пистолет, и так же крепко притянул её к себе для поцелуя.- Вы лучшие, - прошептал он.Догнав Полину у самого порога, Антон обнял её за плечи, чувствуя, как она всё еще мелко дрожит от адреналина. Он наклонился и нежно поцеловал её в висок, а потом в губы, пока они медленно входили в свой разрушенный, но теперь по-настоящему безопасный дом.Лес молчал. Сказка закончилась. Впереди была только долгая, тихая и очень теплая ночь.