Рабыня, ставшая катастрофой.

Пылающее солнце. Камень слева, камень справа, камень повсюду, и только где-то за пределами стальных стен виднелись верхушки сосен и ели. Здесь никогда не было дождя, по крайней мере Виви этого припомнить не может. Сама она сидела в полуржавой клетке, рядом с вонючим, пышащим жаром машиной — крематорием — от которого кружилась голова, а живот сводило запахом жареной плоти. Будничный день, ничего нового: солнце, раздражающие звуки кричащих ворон порящих вокруг огромной, недостроенной, статуи Окрана. Звон кирок бьющихся о каменную породу, под кряхтение рабов, периодические поднятие тревоги, из-за очередного побега, и проповеди надсмотрщиков. О, эти проповеди, как же они..! Они уже даже не вызывают раздражения, только концентрированный скепсис и желание погладить несчастного-больного по голове...желательно чем-то тяжёлым. Сегодня же Виви отлёживалась, с кусочком пайка(свежего, даже не засохшего до состояния камня!), перебинтованной ногой и животом, по которому, в последнее время, прилетает чаще чем в детстве по голове. М-да, детство. Оно у неё было, до десяти лет, пока пыльные бандиты не решили напасть на их скромную деревушку. Разграбили всё, дома разрушили, животных убили и обобрали. Её родителям оставалось только одно, отправиться в путь к самому ближайшему городу, туда где они будут в большей безопасности чем в Великой Пустыни. Их взор пал на Святую Нацию. Да, место то же не особо спокойное, но выбирать не из чего, если учесть что в стране Тумана водятся людоеды из представителей расы Улей, чья королева загадочно то ли исчезла, то ли погибла, на болотах бандитов больше чем рвачей в пустыне, ещё и наркотой барыжат, а на землях Шеков им бы жить спокойно не дали, то оставалось одно верное, на взгляд фермеров, место. Но и тут жизнь решила подгадить(когда-б она этого ещё не делала?), а именно то что на территории Святой Нации весьма богатая фауна, состоящая из ящеров и костепсов, они же распространённый вид волков, которые и разорвали сначало её отца, а после на следующий день и мать. Сама она в рабство угодила по одной, хотя нет, по нескольким причинам: первое, она выглядела как нищенка, или как бомж, как хотите. Второе, она потеряла сознание от голода пока брела к ближайшему городу. Треть, она женщина, а женщины это нечистые существа низшего порядка, порождённые богиней Нарко, богини хаоса, разрушения и искушения, которая своей нечистостью породила нелюдей, то есть шеков, ульев, скелетов, женоземцев и т.д. Виви так и тянуло задать вопрос: «А тебя что, батя рожал?» или «Если женщины не чистые, то получается что рождаясь из женщин вы все по идее то же не чистые?». Но приберегла эти вопросы на потом, когда в руках будет меч, а они в кандалах или клетках. А то им что-то не особо нравится, когда женщины задают логичные вопросы. Щёлк. И кандалы с её рук, ног и шеи в очередной раз слетают, словно вуаль с танцовщицы, с приятным лязгом. А за ним раздражённый, уставший полу-вздох, полу-рык, с недовольно шаркающими шагами. Пару мгновений и на неё падает тень. – Сколько ты ещё собираешься снимать эти чёртовы кандалы? – откровенно шыпя спросил надсмотрщик в своём привычном обмундирование: штаны, сапоги, ржавая сабля(на нормальную наверное бюджета на хватает), нагрудник, майка, и шлем, больше похожий на погрызенное ведро, борода заплетеная на манер бороды Окрана(единственное что, без исключений, есть у каждого мужчины здесь). – Столько сколько захочу. – ответила Виви, расслабленно, с лёгкой ухмылкой и хрипотцой от жары. – А что, моя компания тебе не по нраву? Оу, грубиян. – Заткнись женщина! – за воскликом позади неё, ей прилетел сильный пинок, выбивший воздух из груди, и отдавшись тупой болью от раны на животе. – Ты — порождение Нарко, должна знать своё место. – Ублюдок... – прошипела Виви, и её шипение больше походило на сипение боли. Это был Урд. Молодой, амбициозный, недавно зачисленный в ряды часовых на Возрождение. И самая его бесячая отличительная черта, это черезмерный фанатизм и агрессия. – Успокойся. – грубо осадил его надсмотрщик Билто, тот которому не повезло сегодня быть "надевальщиком кандалов" для Виви, но без энтузиазма. –Если она сдохнет из твоего же жалования вычту полторы тысячи кат, и в добавок старший бригадир устроит тебе недельный отпуск с киркой в руках с урезанным пайком. Урд пробубнил что-то неразборчивое и ушёл, харкнув на землю рядом с её клеткой. Билто же устало и протяжно выдохнул, присаживаясь на одно колено, начиная в очередной раз надевать кандалы на Виви. Виви почти поблагодарила того что он осадил Урда, но тут же отвесила себе мысленную пощёчину. Нет здесь никакой доброты, только цинизм. Она здесь всего лишь чья-то собственность, за порчу которой придётся выплачивать компенсацию и выслушивать нагоняй от начальства. Внезапно раздался крик "Здесь беглец!" со стороны статуи где было несколько клеток и позорные столбы, с одного из которых и высвободилась щуплая(да они все здесь щуплые, рацион располагает.), мелкая в росте девчонка. Черная кожа, белые волосы, жёлтые глаза. Женоземка. А значит это была Сторн. Девочка которую всего полгода назад привели на рудники, ибо только у неё хватает упорства и рвения сбегать среди бела дня. – И в очередной раз получает по первое число. – вздохнула уже Виви с лёгкой улыбкой. – Совсем себя не жалеет. – Нечего ей дурной пример давать. – ответил Билто, грубо дёрнув стальной ошейник на её шее. – Это ты, своей непокорностью и инакомыслием, испортила её поведение, нечистая женщина. – Хах, а когда женоземецы вообще были у вас чистыми? – не удержалась она и тут же схлопотала размашистую пощёчину, от которой её откинула к левой решётке клетки, об которую она по инерции, звонко приложилась плечом и лбом, протяжно-тихо завыв от боли. Билто лишь фыркнул и ушёл на свой пост, даже не посмотрев в её сторону. – Кажется на сегодня шалостей хватит. – прохрипела Виви, краем мутного зрения наблюдая как Сторн уводят в барак, закинув её бессознательное тело на плечо. Ну ничего, ночью она отыграется, а пока можно просто отлежаться.