Представь себе

Стоял душный августовский выходной. Жара стояла нереальная, а влажность — хоть вешайся. Глобальное потепление, чтоб его в колено. Окна были распахнуты настежь, прозрачные занавески вяло колыхались, но толку ноль — ветра не было от слова совсем. А если бы и дунул, то только обдал бы очередным зарядом зноя.  Бесполезно. В углу надрывался напольный вентилятор, честно пытаясь спасти положение, потому что кондёр сдох в самый неподходящий день. На столе — банки колы и стаканы, по которым стекал конденсат. Внутри весело звякали кубики льда вперемешку с газировкой. Обычная тусовка после выносящей мозг учебной недели. Чисто «бро»-вайб: задротство в приставку, тупые шутки, ржач и тонны мата. — Сёрюкен, сука! — заорал Конхо прямо в ухо Сонхёну, разделывая его в пух и прах уже в сотый раз. Сонхён вздрогнул и скривился: — Нечестно, блин. У тебя преимущество домашнего поля, — он психанул и швырнул контроллер прямо в кресло-мешок.  — Клянусь, у себя дома я тебя выношу гораздо чаще. Конхо заржал, откинувшись назад и закинув руки за голову. — Ой, да не ной, бро. Умей проигрывать достойно. Жизнь — боль, привыкай. — Пошёл ты, читер, — Сонхён обиженно поднялся и с максимально драматичным вздохом рухнул на край кровати Конхо. Конхо хихикнул, присев на корточки, чтобы поковыряться в приставке. — Да хватит ржать, это вообще не смешно, — Сонхён метнул в него яростный взгляд.  — Иди на хрен, — добавил он уже тише. — Сам иди, — отозвался Конхо, всё ещё посмеиваясь. Продолжая возиться с консолью, Конхо вдруг ляпнул, наполовину в шутку: — Знаешь, кого я хочу трахнуть? Сонхён вскинул бровь. — Кого? — Мисс Янг, — Конхо ухмыльнулся, поиграл бровями и сделал медленный, нарочитый глоток колы, не сводя глаз с Сонхёна. Взгляд был тяжелым, пробирающим до костей. Сонхён почувствовал, как в трусах стало чертовски тесно. Мисс Тиффани Янг. Их новая училка по естествознанию. Энергичная, эффектная и слишком уж любящая ходить по краю профессиональной этики. Весь класс клялся, что она вовсю флиртует, особенно с симпатичными спортивными парнями типа Конхо. Сонхён заерзал на кровати, пытаясь незаметно пристроить вставший член и молясь, чтобы Конхо ничего не просек. — Ну ты и озабоченный. Такой же, как и все в нашем классе. Конхо пожал плечами: — Я просто парень, это природа, — он хмыкнул и добавил:  — Но я хотя бы не такой псих, как Джеймс. Тот вообще на другом уровне. Он с пацанами постоянно фоткает мисс Янг, когда она наклоняется. И самое угарное? Она вообще не против. Сонхён нахмурился: — Да ну, бред. — Отвечаю, — Конхо схватил телефон и завалился на кровать прямо рядом с ним. Их колени почти соприкасались. Пульс Сонхёна подскочил, внутри всё сжалось от паники. Чертовы гормоны. Конхо и так был слишком горячим, сам того не осознавая, и это всегда было проблемой.  Но вот так, вплотную? Это уже уровень «Хьюстон, у нас проблемы». — На, зацени. На экране красовался свежий «трофей» Джеймса: мисс Янг наклонилась за ручкой, мини-юбка задралась до неприличия. Чулки обтягивали бедра, из-под края выглядывали черные кружевные трусики, а завершали образ шпильки. — Черт, она нереальная, — Конхо без зазрения совести поправил пах прямо через шорты. — Повторяю: не будь извращенцем, — бросил Сонхён, пытаясь перевести тему и изо всех сил стараясь пялиться в телефон, а не на друга. Конхо покосился на него: — Ты что, реально хочешь сказать, что никогда не представлял, как трахаешь мисс Тиффани? Да об этом каждый пацан в классе мечтает. Сонхён сглотнул, не зная, что ответить. — Тебя что, эта фотка не заводит, бро? — …Ну, заводит. Наверное, — последняя фраза прозвучала куда слабее и неувереннее, чем он хотел. Конхо расплылся в улыбке: — Вот и отлично. Потому что я капец как хочу под неё подрочить.Вместе.  У Сонхёна в голове будто пробки выбило. — Погоди… подрочить… вместе?! — они никогда раньше ТАКИМ не занимались. Заметив его замешательство, Конхо вставил: — Джеймс говорит, это нормально, чел. Он со своей компанией постоянно так делает. Под её фотки. Ничего такого, просто забей. Представь, как она берет у тебя в рот, бро. Скажи ещё, что это не сексуально. Но Сонхёна волновала вовсе не мисс Янг. Его выбивал из колеи сам Конхо — его смех, его запах и отчетливый бугорок, проступающий сквозь свободные баскетбольные шорты. Сонхён скосил глаза вниз и чуть не подавился слюной, увидев, как полуэрекция натягивает тонкую ткань. — …Да, к-конечно. Это горячо, — заикаясь, выдавил Сонхён. Конхо просиял, довольный ответом. — Ну, значит, договорились. — О, чуть не забыл! — его глаза заблестели, будто он вспомнил о сокровище.  — Я видел один сайт на ноутбуке брата, когда одалживал его. Похоже, он забыл закрыть вкладку. Там было что-то вроде пошаговой инструкции. Я даже сохранил её в закладки. Пошаговая инструкция чего? — любопытство кольнуло Сонхёна.  — И что самое интересное — в ноутбуке брата? В этом и была суть: старший брат Конхо был так же красив, как и он сам. А по мнению многих — даже больше. В любом случае, они были из одного теста. — Глянь, — Конхо кликнул по сохраненной ссылке и поставил ноут на пол, наклонив экран так, чтобы обоим было видно. Ленивым движением пальца ноги он нажал на пробел, и видео запустилось. Сонхён заерзал на месте, колеблясь по причинам, которые не мог облечь в слова. В горле пересохло, а пульс частил. Видео началось как-то странно — по-образовательному. «Инструктор» не был похож на типичного актера из дешевого порно: шатен в очках, лет под тридцать, в чистой рубашке с закатанными до предплечий рукавами. Выглядел как какой-нибудь университетский препод — спокойный и невозмутимый. Сонхён невольно подумал, что тот смахивает на Дэвида Коренсвета, того горячего парня, что играет нового Супермена. Мужчина на экране откашлялся. — Это третий выпуск. Пошаговое руководство по улучшению вашей сольной сессии, — произнес он ровным голосом. Сонхён фыркнул: — Пошаговое руководство? Серьезно? — он всё еще пытался скрыть мандраж за сарказмом. — Ш-ш-ш, это наука, — отмахнулся Конхо, не отрывая глаз от экрана. Инструктор продолжал вещать, будто читал лекцию в универе. 🗣️ — Шаг первый. Мы называем это «Чистка оружия». Сонхён чуть не прыснул со смеху, но мужчина на экране пояснил:  🗣️ «Не снимайте нижнее белье, просто трите. Медленно. Почувствуйте, как вы растете. Используйте мягкие поглаживания. Накапливайте напряжение». Напряжение — ага, с этим у Сонхёна проблем не было. Один только факт, что он сидит рядом с Конхо и знает, что они сейчас будут делать, заставлял его натянуться как струну. А потом Конхо стянул через голову футболку. Великолепно. Теперь Сонхён нервничал вдвойне. Конхо не был качком, но у него были те самые сухие, «жилистые» мышцы, которые появляются только после долгих часов на баскетбольной площадке. Четкий пресс, медово-загорелая кожа, капельки пота, ловящие солнечный свет. У Сонхёна все внутренности завязались узлом при этом зрелище. — Представь, как мисс Тиффани касается нас вот так, — пробормотал Конхо, накрывая ладонью внушительный бугор на своем бедре.  — Блин, спорим, в прелюдии она просто богиня. Сонхён заставил себя выдавить смешок, подыгрывая: — Да уж, точно. Она бы охренительно смотрелась на коленях, — он слегка запнулся, завороженно наблюдая, как капля пота стекает по торсу Конхо. Инструктор перешел к следующему пункту. 🗣️ — Шаг второй. «Разминка огурца». На экране мужчина расстегнул ширинку и достал свое хозяйство — размер явно выше среднего.   «Неплохо», — оценил Сонхён. Конхо толкнул его локтем: — Вот тут-то и начинается самое веселье. Отсылка к «Звездным войнам» заставила Сонхёна криво усмехнуться, несмотря на мандраж. Синхронно они сбросили шорты и боксеры. Сонхён старался не смотреть в упор, пока Конхо раздевался. Он сосредоточился на экране, повторяя движения за инструктором. 🗣️ «Отяните кожу назад. Мягко разомните головку. Обхватите нижнюю часть», — от этих действий вены на члене инструктора вздулись. Глаза Сонхёна округлились, когда тот добавил:  🗣️ «И делайте джелк-движения на верхней половине своей ведущей рукой». Рядом Конхо издал низкий, многозначительный звук, и у Сонхёна всё внутри перевернулось. — Друг, ну и нагрузка, — с трудом проговорил Конхо, заметно запыхавшись. Сонхён почувствовал, как жар приливает к лицу. Атмосфера в комнате стала невыносимо тесной. — А теперь представь, — продолжал Конхо, прерывисто дыша,  — если бы кто-то другой помогал нам с этим обучением. Например, мисс Тиффани. Насколько проще бы всё это воспринималось. — Наверное… — Сонхён старался отвечать как можно спокойнее, но его голос дрогнул. Шум собственного дыхания и присутствие друга рядом сбивали с толку. Он продолжал следовать инструкциям на экране, но всё чаще ловил себя на мысли, что его внимание сосредоточено вовсе не на видеоуроке. Внутреннее напряжение росло, а любопытство боролось с неловкостью. Несмотря на попытки смотреть только вперед, краем глаза он постоянно пытался уловить движения Конхо, чувствуя, как реальность вокруг постепенно вытесняется странным, волнующим ожиданием чего-то большего. Спокойный голос инструктора снова прорезал тишину: 🗣️ «Шаг третий. „Притирка лекарства“. Растирайте нижнюю сторону костяшками пальцев, от уздечки вниз по стволу. Обязательно варьируйте силу нажатия». Конхо простонал — низко и рискованно. Одного этого звука хватило бы, чтобы Сонхён кончил. Но он сдержался. Из-за этого смазки стало еще больше: густая капля предэякулята потянулась к полу. — Блин, ну ты и потек, бро, — заметил Конхо, не без издевки.  — Походу, училка тебя реально вштырила, а? — Ага. Она... горячая, — соврал Сонхён, выдавливая фальшивую улыбку. Но внутри он просто рассыпался на части. Это была не мисс Тиффани. Это было лицо Конхо, его стоны, весь Конхо целиком. Начался следующий этап: 🗣️ «Шаг четвертый. „Меление кия“». Инструктор показал движение: рука перевернута обратным хватом над головкой, всё это сопровождалось сдержанными стонами. Сонхён теперь был твердым как камень, смазка текла не переставая. Он едва соображал. Рядом Конхо грязно выругался. — Бля, этот гайд работает как магия. Я такой твердый. Боже, как я хочу, чтобы мисс Тиффани вылизала меня дочиста. Сонхён подавил стон. Мозг кричал: «не смотри!», но Конхо продолжал твердить, как сильно он возбужден, продолжал дрочить — всё громче и сочнее. Любопытство впилось в Сонхёна когтями, пока он не сдался. «Буквально на пару секунд. Ничего не случится. Просто один быстрый взгляд». Он посмотрел. И тут же пожалел об этом. Почему? Ну, проще говоря: Конхо был огромным. Заметно больше, чем инструктор на экране! Вот почему. Темнее, толще и тяжелее, чем Сонхён когда-либо мог себе представить. Ствол в венах, головка налилась кровью и вся блестела от смазки. Он был намного больше среднего (на целую милю). Слова вылетели раньше, чем он успел их прикусить: — Черт… ну и агрегат у тебя, чувак. Никогда не замерял? «Нахрена я это сказал?!» Конхо легонько шлепнул по нему ладонью, ухмыляясь звонкому звуку удара. — Не-а. Никогда не парился. — А стоило бы, — воскликнул Сонхён и тут же об этом пожалел. — Хорошая идея, — Конхо вскочил, порылся в сумке и выудил пластиковую линейку. Инструктор на фоне продолжал бубнить: 🗣️ «Шаг пятый. „Коронация“. Выполняйте это, выкручивая запястье как можно сильнее. Держите руку обратным хватом. Добавьте достаточно давления, совмещая это упражнение с массажем мошонки». Но ни один из них уже не слушал. Конхо откинулся назад, укладываясь поудобнее. Он приложил линейку к своему достоинству с совершенно невозмутимым видом. — Не разберу... Это что, семь дюймов? — он прищурился. Сонхён наклонился ближе, сердце колотилось где-то в горле. С этого ракурса член казался массивным. Толщиной почти с его запястье, слегка изогнутый вверх, с крупной «шляпкой», блестящей от смазки. — Ни фига не семь, — он тяжело сглотнул.  — Бро, у тебя тут больше восьми с половиной!!(22см) Конхо моргнул, а затем медленно расплылся в довольной ухмылке. — Ха. Видать, природа не обделила. Сонхён пялился как завороженный, его собственный член ныл от возбуждения. Он просто не мог отвести глаз. «Как это вообще возможно? Нам всего по шестнадцать, а у него уже такая пушка». В голове всплыл какой-то научный факт, вычитанный в инете: мол, мужской орган продолжает расти до двадцати одного года. От этой мысли у него вспотели ладони. «Да КАКИХ ЖЕ РАЗМЕРОВ он будет к двадцати одному?!» — Сонхён даже не осознавал, что стал красным как помидор. Его взгляд намертво приклеился к цели. — Тебе нравится, как он выглядит, бро? — спросил Конхо, и на его губах заиграла ухмылка. Сонхён открыл было рот, чтобы всё отрицать, но Конхо его перебил: — Инструктор говорит, нужно дрочить обратным хватом. Проблема в том, что я пару дней назад потянул запястье, — он поморщился и покрутил рукой, демонстрируя травму. Пауза. А затем Конхо спросил прямо и без обиняков: — Хочешь мне подрочить? Мир вокруг замер. На экране инструктор не унимался: 🗣️ «Шаг шестой. Экспериментируйте. Используйте кубики льда для ствола и мошонки, чтобы усилить ощущения». Конхо кивнул в сторону их стаканов, где лед медленно таял в коле. — Ну, ты слышал мужика. Доставай. Сонхён двигался как на автопилоте. Пальцы дрожали, когда он выудил кубик из своего стакана. Гладкие, подтаявшие края прижались к ладони. — Ты уверен в этом? Конхо кивнул один раз, спокойный как всегда. — Да. Боже, какой же он горячий в этот момент. Сонхён устроился рядом с ним. Сначала он положил лед на плоский живот Конхо, наслаждаясь тем, как тот вздрагивает от холода. Затем медленно, намеренно, потянул его вниз к основанию члена, прошелся по нижней стороне и по всей окружности массивной головки. Конхо зашипел, его спина выгнулась, отрываясь от матраса. Сонхён внимательно наблюдал за каждой реакцией Конхо: за тем, как прерывисто стало его дыхание, как участился пульс, видимый на шее, и как на лбу выступили капли пота. Воздух в комнате казался наэлектризованным, а тишина нарушалась лишь их тяжелым дыханием. — Ну как? — шепотом спросил Сонхён, не сводя глаз с лица друга. В этот момент всё остальное перестало существовать. Между ними нарастало напряжение, которое было почти осязаемым, превращая обычный эксперимент в нечто гораздо более глубокое и личное. Конхо подавил стон. — Охреннено… — Их взгляды на мгновение встретились, и это было почти невыносимо. Сонхён слабо улыбнулся, почувствовав прилив смелости. Он обвел льдом вокруг яичек Конхо, спустился к промежности, едва касаясь нетронутого входа, и повторил движение. — А как тебе это, бро? — Нг-х-х-х… а-а-ах, — простонал Конхо. Его член дернулся, смазка потекла по налитому стволу, капая на мошонку. Его попытки сдержаться делали всё это в сто крат более возбуждающим. Сонхён больше не мог медлить. Оставив лёд, он накрыл ладонью разгорячённую кожу, чувствуя сильное сердцебиение и жар, исходящий от Конхо. Он не мог поверить, что этот момент наступил на самом деле, а не остался лишь в его фантазиях. Конхо подался навстречу этому прикосновению, крепко зажмурившись. — М-мм... — вырвалось у него сквозь стиснутые зубы. Контраст между недавним холодом и внезапным теплом рук Сонхёна кружил голову. Каждое движение, каждый прерывистый вздох Конхо только усиливали напряжение между ними. Воздух в комнате, казалось, наэлектризовался, и Сонхён чувствовал, что этот момент меняет всё в их отношениях. Охваченный похотью, Сонхён произносит: — Я знаю одну старинную технику, которая круче всего, что советовал этот инструктор. Конхо открывает глаза, когда Сонхён внезапно отшвыривает лед в стену — резкий звон эхом разносится по комнате. Рука Сонхёна замирает на самой головке. Конхо охватывает оторопь, когда он понимает, что задумал его друг: тот медленно склоняется к его члену. Сонхён следит за тем, чтобы Конхо смотрел, когда он проводит языком по кончику, начиная с уздечки и слизывая непрерывный поток предэякулята до самой щели. Конхо шипит от ощущений. Каждое касание прошибает его искрами. Сонхён улыбается, повторяя свои чувственные действия снова и снова: лижет, целует, не разрывая зрительного контакта. Среди этого хаоса Конхо замечает то, на что раньше никогда не обращал внимания: теплый карий блеск в глазах Сонхёна, вспыхивающий под лучами солнца. Это ощущается… невероятно интимно. — Ч-чувак... — заикается Конхо, пытаясь найти в себе силы, чтобы остановить происходящее, но Сонхён перебивает его спокойным, вкрадчивым голосом: — Всё нормально. Закрой глаза. Представь, что я — мисс Тиффани. — Но... но... — протест Конхо звучит неуверенно, на его лице читается явное замешательство. Сонхён ободряюще улыбается, и в этом взгляде смешиваются мягкость и лукавство. — Всё хорошо. Это останется нашим маленьким секретом. С этими словами он снова склоняется к нему, продолжая свои действия, от которых у Конхо перехватывает дыхание, окончательно стирая границы между реальностью и фантазией. Сдавленный стон вырвался у Конхо, когда Сонхён обхватил губами головку. Засос был легким, пробным, но глаза Конхо всё равно закатились. Это был первый минет в его жизни — и он бы за миллион лет не догадался, что получит его от своего лучшего друга. Сонхён не торопился. Он наслаждался каждой секундой, поражаясь размерам и тяжести члена Конхо на своем языке. В него вошла едва ли треть, и он сосал осторожно, потому что тоже был неопытен. И это было заметно. От этого всё казалось более естественным, более настоящим. — А-ах... осторожнее, — пробормотал Конхо, стараясь справиться с нахлынувшими чувствами. — Прости, — прошептал Сонхён, стараясь действовать как можно аккуратнее. Постепенно он начал улавливать нужный темп. Его движения стали более уверенными, и неловкость первых минут сменилась глубоким взаимным доверием. В этот момент близость между ними ощущалась особенно остро, превращая происходящее в нечто большее, чем просто новый опыт. Это было так запредельно охрененно, что в какой-то момент Конхо непроизвольно слишком сильно дернул бедрами, впечатываясь Сонхёну прямо в горло. — Кх-грх! — Сонхён закашлялся, отстраняясь. — Блин, прости! — выпалил Конхо, едва не впав в панику. Сонхён вытер рот тыльной стороной ладони. — Всё нормально. Мне нравится. От такой неприкрытой честности Конхо покраснел как рак, даже с зажмуренными глазами. — Просто… продолжай представлять, что это мисс Тиффани, — добавил Сонхён с лукавой ухмылкой и снова прильнул к нему. Дальше последовали самые грешные звуки, которые Конхо когда-либо слышал: влажные, приглушенные, грязные. Сонхён сосал его, казалось, целую вечность — точно больше пятнадцати минут, — отстраняясь только тогда, когда Конхо задыхался, предупреждая, что он уже на грани. Каждый раз Сонхён жестоко доводил его до пика, давал чуть остыть и снова нырял вниз. Конхо не осознавал, что происходит в моменты этих коротких перерывов, пока он пытался восстановить дыхание. Сонхён полностью контролировал ситуацию, наслаждаясь каждой секундой этого напряженного момента. Когда Сонхён остановился в очередной раз, Конхо почувствовал невыносимое нетерпение. Ощущение пустоты и отсутствие контакта сводили его с ума, заставляя тело напрягаться в поисках продолжения. — Что такое? Уже не терпится? — с усмешкой спросил Сонхён, глядя на него снизу вверх. Конхо чувствовал, что он на пределе. Ему нужно было дойти до конца, и это желание затмевало всё остальное. Он медленно открыл глаза, и представшая перед ним картина заставила его сердце биться еще чаще. Сонхён выглядел вызывающе. Его раскрасневшееся лицо и торжествующий взгляд выражали абсолютную уверенность в своей власти над моментом. В этот миг Конхо окончательно потерял связь с реальностью, полностью отдавшись во власть своих чувств. Воздух в комнате стал тяжелым, липким от пота и мускуса. Собственный соленый запах Конхо заполнил всё пространство, и Сонхён упивался им, зарываясь носом в темные завитки волос у основания, вдыхая его аромат и медленно ведя носом вдоль всего ствола. Конхо застонал. — Да, пожалуйста... Дай мне кончить, бро, — взмолился он, и слова вылетели раньше, чем он успел их придержать. Улыбка Сонхёна стала еще шире: он чувствовал, что теперь вся власть в его руках. Он снова провел языком дорожку от головки до самого основания, уткнулся носом в пах Конхо, а затем скользнул языком выше, по рельефным кубикам пресса. Наконец, он приник к соску, слизывая соль пота, смешанную со сладостью предэякулята, всё еще оставшегося на языке. Конхо громко простонал, его тело мелко дрожало, когда Сонхён начал обводить языком его карамельную пуговку соска, одновременно сжимая второй пальцами. — Бро, умоляю... Я так хочу кончить, — Конхо просил почти жалко. Сонхён отстранился с влажным чмоканьем, его губы блестели. — Тогда заслужи это. На лице Конхо отразилось замешательство. — З-заслужить? Сонхён не ответил сразу. Вместо этого он перекатился на бок, подтянул колени к груди и развел их в стороны, полностью открываясь. Его розовое кольцо блестело — уже подготовленное, растянутое и ждущее. Конхо резко сел, его член призывно дернулся. Грудь тяжело вздымалась — в нем боролись паника и дикое желание. — Мы... мы же пацаны. — Это всё, что он смог выдавить. — Я прекрасно осознаю, что мы оба парни, — ответил Сонхён, бросив на него порочный взгляд.  — Ты же сам сказал: это нормально, когда друзья выручают друг друга, так? — Но… у меня нет презервативов, — Конхо отчаянно пытался найти оправдание. В конце концов, он еще слишком мал, чтобы их покупать. Сонхён лишь улыбнулся еще шире, и его голос стал по-настоящему соблазнительным: — А я их и не просил. От этой фразы член Конхо заныл, эрекция стала болезненно твердой по причинам, которые он пока не мог осознать. Еще не время. — Вставь своего красавчика в меня, — взмолился Сонхён, его пальцы начали вычерчивать круги вокруг розового, лишенного волос кольца — приглашая, бросая вызов. Конхо подложил подушку под копчик Сонхёна, вспомнив прием, который когда-то видел в порно. Этот жест выглядел странно заботливым. Почти нежным. — Пожалуйста... только медленно. — Сонхён не сводил глаз с Конхо, смазывая верхнюю часть его члена («Боже, ну почему он такой огромный?»), проверяя, достаточно ли там скользко. Лубриканта у них не было, так что в ход пошли смазка, слюна и безмолвная молитва. — Я вхожу, — выдохнул Конхо, запрашивая разрешение; он был натянут как струна то ли от нервов, то ли от возбуждения. Сонхён кивнул, глядя на него из-под полуопущенных век. — Будь аккуратен... Ты у меня первый, — признался он с обезоруживающей сладостью. Конхо почувствовал, как щеки обдало жаром. Он пристроился поудобнее. Оба резко вдохнули, когда широкая головка Конхо преодолела сопротивление тугого кольца мышц. Сонхён ахнул, чувствуя, как его растягивает на пределе возможностей. — А-а-ах… какой огромный… а-ах, — всхлипывал Сонхён, и этот протяжный звук таял в смеси боли и экстаза, пока Конхо дюйм за дюймом продвигался глубже. Жжение было сильным, но оно вызывало привыкание. — П-подожди. Не двигайся… а-ах, а-ах… — Хорошо. Не буду, — проворковал Конхо, остановившись на четверти пути и давая ему привыкнуть. Спустя добрую минуту Сонхёну кое-как удалось расслабиться. Он посмотрел на него снизу вверх, закусил нижнюю губу и дал отмашку. Конхо обхватил его за талию, медленно потянулся назад и начал входить — пока только головкой. Осторожно, пробуя почву. — О-о-ох, черт… — всхлипнул Сонхён, его рука потянулась к открытому стволу Конхо, поглаживая ту часть, что оставалась снаружи, в такт движениям друга. Картинка их секса (причем гей-секса) чуть не свела его с ума. Конхо почувствовал комок в горле, кровь прилила к лицу. Он и подумать не мог, что трахать парня в зад будет настолько приятно… но этого было мало. Борясь с нетерпением, он мягко спросил:  — Можно еще глубже? — Согласие важно. Даже сейчас. Особенно сейчас. — А-ах, да, да, — Сонхён дрожал, но был полон решимости. Конхо погрузился глубже, наблюдая, как Сонхён морщится с каждым новым дюймом. — О-ох, бля… я чувствую, как твои вены царапают меня изнутри, — про стонал Сонхён сквозь стиснутые зубы.  — П-полегче… — В заднице всё горело. Это было почти мучительно. Но то, что его «вишенку» забирал именно Конхо, стоило каждой секунды этой боли. Конхо покраснел еще сильнее, на лице промелькнуло чувство вины.  — П-прости, — прошептал он. — Всё путем. — Сонхён обхватил член Конхо той же рукой, заземляя их обоих.  — Давай я сам. — Он подался бедрами вперед, насаживаясь на Конхо еще глубже и сам контролируя темп. — Нг-х-х, боже мой. Это ощущается просто нереально, С-сон… а-ах, — Конхо смаковал то, как бархатные мышцы сжимают его орган.  Удовольствие накрыло так сильно, что он не выдержал и непроизвольно толкнул бедрами.  Внезапный толчок пришелся в какую-то точку глубоко внутри Сонхёна, заставив того подпрыгнуть. Глаза парня расширились, и из него вырвался сдавленный всхлип. — Ой, черт… Ты в порядке? Я сделал тебе больно? — заволновался Конхо. — Нет… — выдохнул Сонхён, а затем застонал громче.  — Это… это было охрененно. П-продолжай бить прямо ТУДА! Конхо повиновался, действуя осторожно, вбиваясь и притираясь к Сонхёну медленно и ритмично. С каждым выходом кольцо мышц плотно обхватывало его раздувшийся в венах ствол, а каждый вход становился всё влажнее, смазанный предэякулятом, слюной и соками. — Боже, ты такой огромный, — стонал Сонхён, высоко и бесстыдно.  — Такой здоровенный хрен... Я, блядь, чувствую тебя прямо в желудке! Похвалы сыпались из него без всякого фильтра, ноги плотнее обхватили талию Конхо, замыкая его в замок. Член Конхо внутри дернулся, раздуваясь еще сильнее. Он понял, что ему это нравится. Нравится слышать, что он большой, что от него хорошо. Похвала подпитывала его. Разжигала либидо. Сонхён прекрасно это понимал. Он знал, что Конхо расцветает от признания, будь то аплодисменты на баскетбольной площадке или моменты близости. Это осознание заставляло Сонхёна продолжать, подзадоривая партнера и усиливая общую страсть. — Можно мне… еще? Пожалуйста! — нетерпеливо отозвался Конхо. — Да, не останавливайся... — выдохнул Сонхён, полностью отдаваясь моменту. Слова Сонхёна действовали на Конхо невероятно сильно, отбрасывая любые сомнения. Чувствуя полное доверие и поддержку, он стал действовать решительнее. Интенсивность их близости нарастала, каждое движение становилось всё более уверенным и глубоким. Конхо был полностью поглощен ощущениями и реакциями Сонхёна, наслаждаясь этой связью. Их тела слились — загорелые, сухие мышцы Конхо лоснились от пота, бледная кожа Сонхёна сияла под палящим летним солнцем. Капли срывались с носа Конхо, шлепая по прессу Сонхёна, пока тот мерно раскачивался. Стоны становились всё громче с каждой ускользающей секундой. Внутри Сонхён чувствовал, как у Конхо выделяется всё больше смазки, как он раздувается и становится еще массивнее, несмотря на медленный темп.  Конхо низко, чувственно рычал, запрокинув голову и повторяя: «Так узко… Мать твою, какой же ты узкий…» — Да? Нравится эта крохотная дырочка? — Сонхён ухмыльнулся сквозь стоны.  — Представь, что трахаешь мисс Тиффани в её тесную киску. Давай! Покажи мне, как бы ты это делал! Но правда? Образ мисс Тиффани увядал. Его заменило вытраханное лицо Сонхёна. Замешательство смешалось с восторгом. Конхо всегда считал себя натуралом. Может, он им и остался. Но прямо сейчас единственное, что имело значение — это дыра, душившая его член. Слишком долго сдерживавшийся, Конхо внезапно выскользнул, его рука взметнулась к паху, сжимая плоть. Его хриплые стоны вырывались из самой глубины, когда горячие струи выстрелили на подрагивающее кольцо Сонхёна. — Ох, бля… сука… — выдохнул Конхо, почти извиняясь, думая, что кончил слишком рано. Но прежде чем он успел что-то сказать... Сонхён задрал ногу, подставляя испачканную в сперме дырочку. Он окунул пальцы внутрь, размазывая всё по краям, играя, дразняще раскрывая себя. — Вернись ко мне, — позвал он потемневшим взглядом.  — Ты мне нужен. Этот развратный вид заставляет «полустояк» Конхо дернуться — гей-сцена в реальности заводит его сильнее, чем любая порнуха в жизни. — М-можно? — спрашивает он, всё ещё жаждая согласия даже сейчас. — Пожалуйста, — выдыхает Сонхён, озабоченный так, как может быть только подросток.  — Мисс Тиффани хочет, чтобы ты снова трахнул её узкую киску. С этими словами Конхо скользит обратно.  Благодаря смазке из спермы сопротивления почти нет — его член принимает тепло, которое жаждет его. Тоскует по нему. Он становится «каменным» до глупости быстро, едва оказавшись в этом узком захвате. У молодости есть свои преимущества. — Трахни меня, малыш, — умоляет Сонхён, и его голос срывается.  — Давай же... ЖЁСТКО! Конхо подчиняется с безрассудной поспешностью.  Его ритм теперь рваный, грубый, совсем не похожий на тот осторожный темп, что был в начале. Он закидывает поднятую ногу Сонхёна себе на плечо, сначала вбиваясь только головкой, а затем технично добавляя дюйм за дюймом при каждом взмахе бедер, пока не начинает грубо и быстро входить в эту тесную дырочку на всю длину, разбрызгивая капли пота при каждом толчке. Сонхён дрочит сам себе, его свободная рука скользит под бедром, двигаясь в такт выпадам Конхо. Комната наполняется тяжелым запахом секса, шлепками тел, звуками всасывания и влажным чавканьем. — Ты такой горячий, бро, — стонет Сонхён, его ладонь скользит по груди Конхо, задерживаясь на напряженных грудных мышцах и спускаясь к рельефному прессу. Эта внезапная похвала заставляет Конхо покраснеть; его рот приоткрыт в дрожащих стонах, но он не замедляется. — Это так охрененно, — стонет Сонхён, закусив губу.  — Я так полон твоим толстым членом!! Видео на заднем плане уже давно остановилось. Остались только их голые, грязные, подростковые вскрики, резонирующие в душном воздухе. — Прямо туда, вот так! Да! Вот так! Б-БЛЯ-Я-Я!! — кричит Сонхён, его рука превращается в размытое пятно, бедра выгибаются навстречу ударам... Он кончает — взрывно, пачкая себя полосами, белые брызги разлетаются по его розоватой груди и даже подбородку, пока тело содрогается в абсолютном блаженстве. Конхо чувствует невероятный прилив эмоций, когда их взгляды встречаются в этот напряженный момент. Окружающий мир перестает существовать, и все мысли о посторонних вещах исчезают.  Остается только эта связь между двумя близкими друзьями, перешедшая на совершенно новый уровень. Они оба тяжело дышат, пытаясь осознать произошедшее. В комнате воцаряется тишина, нарушаемая только их прерывистым дыханием.  Конхо медленно протягивает руку, касаясь Сонхёна, словно проверяя, реально ли всё это. Тот отвечает на жест, и в этом прикосновении чувствуется глубокое доверие и принятие. Некоторое время они просто смотрят друг на друга. В их глазах читается смятение и вопрос о том, как это изменит их дружбу, но за этим скрывается и признание того, что этот момент был им обоим необходим. Напряжение постепенно сменяется мягкостью. Постепенно дыхание выравнивается, а чувства приходят в порядок. Они остаются рядом, разделяя этот момент тишины и близости, понимая, что их отношения уже никогда не будут прежними, но чувствуя в этом новую, необъяснимую силу. Затем Конхо наклоняется и целует его. Поцелуй выходит смазанным, неловким, но до безумия настоящим. Сонхён улыбается прямо в губы, обвивая руками плечи Конхо и запуская пальцы в его влажные волосы. Они целуются жадно, сплетаясь языками и разделяя горьковатый вкус семени. Когда они отстраняются, соприкасаясь кончиками носов, Сонхён хихикает: — Ну как тебе такое «стариная техника»? Конхо ошеломленно усмехается: — Куда лучше, чем просто дрочить, это уж точно. — Вот и славно, — шепчет Сонхён, поглаживая его по затылку.  — Давай как-нибудь повторим… если ты, конечно, за. Прежде чем Конхо успевает ответить, они оба это чувствуют — его член, едва успевший смягчиться, снова пробуждается. Он тяжелеет и становится каменным прямо внутри растянутых стенок Сонхёна. Тот интуитивно ведет бедрами, взбалтывая скопившуюся внутри сперму. — Как насчет «повторить» прямо сейчас? — бормочет Конхо с ухмылкой и вскидывает бровь, снова принимаясь за дело. Их общая смазка заставляет всё чавкать еще грязнее. Громкие стоны снова начинают заполнять комнату... Пока дверь спальни не распахивается. — Бро, мне нужен ноут. Где он... Оба резко оборачиваются на дверь. — Хён!! — выкрикивают они в унисон. Ыну застывает на пороге. Его идеальное лицо застыло в шоке, волосы растрепаны — он выглядит божественно даже в таком замешательстве. Белая майка обтягивает мощные грудные мышцы. Руки, жилистые и в венах после многолетних тренировок, замерли в воздухе. Его взгляд падает прямиком туда, где его брат и его лучший друг всё еще сцеплены телами. Он видит, как густые капли спермы вытекают из растянутого, заполненного до краев кольца. У него что... слюнки потекли? Выпирающий бугор в его штанах говорит сам за себя. Длинный контур члена отчетливо натягивает деним, подергиваясь. Кадык Ыну дрогнул от тяжелого глотка. Конхо и Сонхён замерли прямо в разгаре процесса. Говорить было больше нечего. Ыну проходит внутрь, закрывает дверь и запирает её с тихим щелчком.