Старбрейкер!

      Приятный бриз всколыхнул ее новые волосы и не желая упускать возможность освежиться, черноволосая девушка, придерживая шляпу на голове, вдохнула воздух полной грудью. Для прохожих у речушки, рядом с которой так удачно расположился парк, она такая же, как и все люди вокруг. В действительности, кто в здравом уме начнет приставать с расспросами к незнакомой совершеннолетней девушке и не являясь при этом извращенцем или того похуже? К тому же по одежде она абсолютно не отличается от других молодых парней и девчонок, прогуливающихся вокруг в этот знойный летний день. Черная футболка, порванные джинсы и широкополая панамка, за которой виднелись очки с розовыми линзами. Ладно, панамка все же была лишней, но она неплохо защищает ее голову от солнца, которое словно желало превратить ее в растаявшее птичье молоко! Тем не менее, от мимолетных взглядов это все равно не спасает, хотя девушка подозревала, что дело не только в панамке. Ведь спустя время, когда она достигла совершеннолетия, до успела вымахать до почти что двухметрового роста!       Но не знают люди вокруг, что высокая черноволосая красавица таит в себе самый главный секрет. Самый главный и самый безумный для восприятия обычным пять на два работягой. Ведь прямо сейчас мимо них по набережной гуляла не просто девушка, а самая настоящая принцесса. Нет, не Англии и не какого-нибудь другого из чудных земных королевств. Эта восемнадцатилетняя девушка является никем иным, кроме как принцессой самого Ада. И имя ее… Октавия Гоэтия.       А началась эта история давным-давно. Можно сказать, с ее непосредственного рождения. Первые годы ее жизни были абсолютно беззаботными. В ее жизни это то единственное, что можно считать незамутненным, нетронутым скверной грядущих дней счастливым прошлым. И мама, и папа хорошо заботились о ней, хотя что в этом сложного, когда вы являетесь одной из самых влиятельных семей в Аду? Октавия мало что помнила о тех временах, кроме того, что и нее не возникало никаких вопросов по поводу семьи. Воспоминания подернулись дымкой, но в них была одна четкая линия – это ее отец. Столас Гоэтия был очень добр, даже с перебором добр и ответственно подходил к воспитанию дочери. Что уж говорить, если одним из ярчайших воспоминаний о детстве у Октавии остался момент, где ей приснился кошмар! В ту ночь отец сорвался посреди ночи и рассказал ей сказку о Луне, Солнце и дальних звездах, что там манили ее крохотный разум в те времена. Тогда она уснула прямо посередине рассказа и всю ночь ей снилось, как она летает среди звезд, рассматривая их своими огромными глазами, что были больше целых планет!       Но как бы то ни было прелестно, ни одна сказка не длится вечно. В случае Октавии же, все и вовсе закончилось довольно быстро. Отношения отца с ее матерью Стеллой дали трещину. Мама почти всегда была безучастной что к ней, что к самому Столасу, а глава семьи все чаще и чаще пропадал на работе, мотаясь по всему Кругу Ада. Все же он был не так давно Хранителем Гримуара, а это налагало какие-никакие обязанности перед Адом. Эта древняя книга таит в себе множество тайн и загадок, так и сама по себе является могущественным артефактом Гоэтии, что передается между членами семьи вот уже которую сотню лет. И насколько Октавия знала, у Столаса на тот момент было все, о чем мог мечтать любой демон – богатство, власть и что не мало важно, уважение. Даже в других Кругах Ада Столаса знали, как того, на кого можно положиться в трудную минуту. Не бесплатно, конечно же, ведь ни один уважающий себя демон не станет работать без заключения выгодного или, как в случае с лидером семьи Гоэтии, взаимовыгодным соглашением. Как минимум от демона-совы можно было не ждать внезапного удара в спину.       Однако… Октавия не знала, когда отец изменился до неузнаваемости. Возможно, она была слишком мала, чтобы понимать это, но когда она наконец начала понимать, что происходит вокруг, семейная идиллия пошла прахом. Отец, что когда-то всегда был рядом, принялся отдаляться от нее, и будучи тогда еще лишь малодушной девочкой, она не понимала, почему так. Нет, конечно же Столас все еще заботился о ней, но его редкие визиты домой не могли заполнить ту брешь одиночества, которую он оставлял после себя. К тому же, отношения с мамой все больше накалялись. Скандалы стали нормой для того времени, пока эти двое были вместе и все чаще Октавия запирала дверь в свою комнату дабы хоть как-то их заглушить. Дыра все росла и росла внутри демонессы, становясь самым настоящим центром тяжести, впитывая всю безмерную доброту. Словно черная дыра, что ненасытно поглощает материю, скручивая и спагеттизируя ее и ничто, Октавия чувствовала себя тогда точно также. Само ее сердечко обливалось кровью от тоски и обиды на отца. Почему он не рядом, когда он так нужен? Почему?! Но девушке оставалось лишь гадать, оставаясь взаперти и лишь изредка сбегая из дома, дабы познать мир. Оба родителя были недовольны такой самодеятельности, однако к тому времени Октавия потеряла всякий интерес к тому, что они говорят.       Но правда все же раскрыла себя. За годы, прошедшие без любви, демонесса успела выстроить тысячу и одну теорий того, почему в семье разлад. Она не находила никакого логического объяснения родительской нелогичности, ведь когда-то они так сильно любили друг друга! Какой имп пробежал между ними? Лишь год назад все сложилось воедино. То и в самом деле был имп. Один мерзкий низенький имп, которого отец знал с самого детства. И он… сделал это. Сделал то самое с проклятым импом! Изменил маме с самым низшим из всех демонических существ! Но хуже всего было то, что Столас отдал свой Гримуар этому… Блитцо! Как самый настоящий бессердечный убийца, он похитил жизнь ее отца, но с той лишь разницей, что Столас все еще живой. Правда… как можно назвать живым того, кто оставил после себя зияющую рану? Для Октавии он все равно что мертв, пусть она до сих пор не желает ему смерти.       Отец, пусть и предал ее, все еще остался для нее отцом. И демонесса не желала ему зла. Но как перестать на него злиться? Даже сейчас, находясь в другом измерении от Столаса, Октавия не могла перестать думать о нем. А что толку? Даже будучи на скамье подсудимых за передачу Гримуара низшему существу, отец даже не упомянул ее! Только и пел о своем новом возлюбленном и том, как же он всех переиграл. Тогда Октавия сидела, прикованная словно незримыми цепями к монитору телевизора. Ужас объял ее в те страшные минуты, ведь сердце все еще сжималось за родного отца. Но теперь… теперь ей было просто все равно.       – Должно быть он уже знает о том, что она сбежала из Ада, прихватив с собой Гримуар. Хотя, чего это я переживаю? Как если бы его будут трогать! Разве что Андреальфус не откажет себе в удовольствии понасмехаться над своим родственником.       При воспоминании о морозном дяде Октавия невольно поежилась даже несмотря на практически адскую жару вокруг. Когда после суда над отцом власть над Гримуаром. перешла ему, некогда дружелюбному дяде буквально крышу снесло от его могущества! Конечно, Октавия мало что знала о брате мамы. До этого он лишь изредка появлялся у них в доме с подарками, но при демонессе он никогда не показывал, насколько он помешан на силе и власти. Теперь же он не желал сдерживаться и первым своим правилом запретил Октавии покидать дом, выставив на охране огромного ледяного дракона. Гримуар увеличил магическую силу Андреальфуса в несколько раз, а потому Октавия не могла перечить ему, как бы ей того не хотелось. Кроме того, мама сама потакала ему и против слова Стеллы идти не хотелось. Все же она как-никак мама…       Но пустота внутри Октавии достигла пика. Отец пытался связаться с ней, но демонесса не желала с ним разговаривать. Просто… просто о чем? Чтобы в очередной раз услышать его глупое «прости, доченька, мне так жаль»? А какой репой он думал до этого, если она в самом деле ему так дорога? Ей не нужен нытик, что будет носить имя и лицо отца, а… а кто тогда? Октавия не знала. Днями напролет она старалась забыться, слушая музыку или просматривая глуповатые шоу от Вокс-Тек, однако их вес не мог перевесить отсутствие главного в ее жизни. Дни тянулись хуже, чем моцарелла, которой ни конца, ни края не видно. В какой-то момент Октавии даже показалось, что она начала сходить с ума от постоянного молчания и тишины огромного дома…       Именно поэтому она решила сбежать. Уличив момент, по магическим следам демонесса нашла тайник, в котором Андреальфус беспечно хранил Гримуар. Сделал его ледяной павлин прямо в доме, и хоть он и наложил на него заклинание анти-кражи, но не догадался стереть с него старые заклинания. Октавия знала, что помимо Блитцо хотел доверить хранение Гримуара ей, ведь Гримуар Гоэтии подчинится лишь тому, когда-то официально доверили его либо его владелец, либо сам Сатана, как глава всех Девяти Кругов Ада. Даже у Падшего Ангела Люцифера нет возможности управлять книгой без разрешения, а потому Октавия играла в авантюру с судьбой. Стер ли Андреальфус разрешение Столаса? Примет ли ее Гримуар или же напротив, отвергнет как недостойного наследника. С замиранием сердца девушка тогда прикоснулась к корешку древней книги, ожидая всего что угодно…       Принял. Принял как свою. А это значило лишь одно – теперь Октавия может сбежать так далеко, как это в принципе возможно. И для этого подойдет лишь одно место во всем существующем мире. К смертным. Октавии уже довелось быть там, и хоть ей там не то чтобы понравилось, она решила попробовать во второй и возможно, в последний раз. Неизвестно, кого пошлют за ней в погоню, но кое-что она все-таки успела разузнать перед побегом. Далеко не у всех демонов есть возможность путешествовать между Адом, Раем и миром смертных. Такое есть лишь у некоторых высших демонов, вроде Асмодеуса. Владыка Любви получил специальное разрешение от Сатаны на то, чтобы его импы могут совершать вылазки в мир людей ради того, чтобы влюблять людей друг в друга. Октавия ничего не знала о других, поэтому предположила, что Асмодеус один из немногих, кто в принципе получил такое разрешение, а значит, вернуть ее будет некому. Да, у других демонов есть возможность перемещаться в мир смертных, но что они сделают? Соглашение, подписанное Сатаной с Гласом Божьим запрещает обоим сторонам в открытую вмешиваться в жизнь простых людей. Конечно, небольшое и совершенно незаметное вмешательство мне еще возможно, но никто не позволит каким-нибудь двум оверлордам драться в полную мощь, разрушая города и кричать на весь мир о реальности Рая и Ада. Так что кавалерии можно не ждать – никто не сможет увести ее силой… наверное.       И пока что все шло хорошо. Октавия вот уже часов десять пробыла в другом мире, и никто даже ухом не повел! Однако прошло не так много времени, поэтому нельзя сказать ничего наверняка. Все же Андреальфус не носит книгу с собой постоянно, поэтому с момента ее пропажи могут пройти дни, возможно даже недели или месяца. Сидя на лавочке, девушка помахала рукой себе на лицо.       – Такая невероятная жара… М-да уж, наверное, не стоило перемещаться в Сиэттл. Хотя виды тут просто прекрасные!       Даже несмотря на пот в три ручья, Октавии здесь нравилось гораздо больше, чем в Лос-Анджелесе. Здесь гораздо меньше преступности, воздух свежее, да и попросту атмосфера более приятная. Меньше всяких желающих продать тебе что-то под видом бесценной реликвии или залезть в карман, а оттого Октавии было гораздо легче здесь находиться. Но все же жара…       – Нужно освежиться. – решила про себя девушка. – Конечно, окунуться на виду у всех не получится, но вот ополоснуть лицо думаю можно.       Оставив на скамеечке шляпу, Октавия прошлась по коротко стриженному газону к воде и набрав в легкие побольше воздуха, окунула лицо под воду. В Аду мало источников пресной воды, а даже те что есть загрязнены донельзя. И пусть рядом с рекой здесь и стоит табличка, предупреждающая о том, что купаться в воде запрещено, но даже такая слегка грязноватая вода была для Октавии нормальной. Все же она потом предполагала найти себе домик да начать обустраиваться на новом месте, а там можно будет промочить перышки без посторонних глаз. Открыв глаза под водой, Октавия увидела проплывавшую мимо нее рыбешку и улыбнулась. А ведь неплохо было бы перекусить! Интересно, чем питаются смертные в Сиэттле? Нужно будет наколдовать денег при помощи гримуара, а потом…       В этот момент что-то схватило ее за волосы и с силой вытащило из воды. От неожиданности девушка вскрикнула, но ее рот тут же зажала рука. В нос пахнуло смесью из дешевого одеколона и сигарного дыма – запах, который был хорошо знаком Октавии после пары тусовок с Луной. Тогда он просто обозначал разгульный образ жизни присутствующих, но сейчас он не сулил ничего хорошего.       – Та-а-ак, а ну-ка тихонечко. Не рыпайся, крошка. Просто отдай кошелек, и никто не пострадает.       – Чего-о-о? – тут же раздался за спиной Октавии недовольный гнусавый голос. – Так мы же ее опустить хотели!       – Ты совсем что ли дурила? Мы же на людях! Скажи спасибо что наш еще не арестовали! Так, давай быстро деньги сюда, а не то я тебя ножичком…       Пока идиоты болтали друг с другом, Октавия незаметно для них согнула ногу и с силой ударила его по колену. В человеческом обличье не видно, но у соводемонов отлично развиты ноги! Этому приему самообороны ее научила Луна после того, как к гончей пристал один крайне неопрятный псовый. Но сейчас это знание возможно, смогло спасти Октавии жизнь. Раздался крик и как только рука выпустила волосы, девушка тотчас метнулась в сторону, и как раз вовремя, ведь мимо нее, буквально в нескольких сантиметрах от ее лица прошел кухонный нож. Развернувшись к человеку лицом, Октавия заметила, что часть лиц двух мужчин скрыта за тканевой маской. Бандиты!       – Ах ты сука, да я убью тебя! – завопил один из них.       Проходившие мимо люди тут же начали посматривать на них. Они останавливались и тут же утыкались в телефоны, нажимая на кнопки записи. Заметив внимание к себе, стоявший чуть поодаль бандит явно струсил и потряс напарника за плечо.       – Братан, сваливаем!       – Да плевать! – бросил через плечо тот, что стоял ближе. – У меня уже трубы горят так, что терять нечего. Не отдашь по-хорошему? Значит будет по-плохому!       Рывком вырвав плечо, бандит с воплем набросился на Октавию и та едва успела уклониться. Почему люди просто толпятся вокруг? Разве не видят, что ее вот-вот убьют? Где вообще хваленая полиция? Ох, похоже нужно действовать самой. Уклонившись от очередного удара, девушка опустила правую руку вниз, желая призвать магию. Пусть по сравнению с отцом она и не слишком сильна, но на это отребье ее хватит! Крошечный огонек тьмы незаметно для людей начал собираться в ее ладони…       Как тут в лицо бандита с ножом прилетел кулак! Удар был такой силы, что мужчина с криком отлетел прямо в реку. Полы одежды Октавии всколыхнулись, и она поняла, что ее перегородила мужская фигура. Должно быть это именно тот, кто нанес удар. Что ж, спасибо что не придется выдавать себя использованием магии.       – Что уставился, идиот? Пшел вон, и дружка своего прихвати, пока я и тебе не врезал! – тотчас закричал спаситель. – А вы снимайте, снимайте! Лучше бы помогли девушке, чем в телефоны пялиться. Тошнит от вас…       Быстро вытащив находящегося без сознания соратника из воды, горе-бандиты поспешили скрыться. Толпа вокруг, пристыженная, тоже потихоньку начала редеть. Мужчина не отходил от нее, пока ратазеев не стало вовсе и лишь тогда выдохнул.       – Придурки. Неужели у них нет никакого сострадания к ближнему?       – Спасибо тебе. – робко заговорила с ним Октавия. – Ты… в порядке?       Обернувшись к ней лицом, мужчина ухмыльнулся. Как странно, только что он казался ей намного выше, а присмотревшись получше девушка осознала, что тот более чем на пол головы ниже нее! Ну, едва ли кто-то из людей сможет сравниться в ее почти что двухметровым ростом. Наверное, у страха глаза велики. Хотя мужчина… нет, скорее, молодой человек, не вызывал у нее чувства тревоги. Если сравнивать с другими людьми этого так и вовсе можно считать нормальным. Как минимум с визуальной точки зрения уж точно. Темноволосый, короткостриженый, на носу нелепые очки, явно для того чтобы видеть. Сам же парень одет в джинсы и кофту с капюшоном, через которую проглядывается небольшой рельеф мышц. Едва их глаза встретились, как мужчина тут же отвел их вниз.       – Я? Конечно же! Это отребье дважды подумает, чтобы приставать к кому не попадя! А вы…       – Да вроде бы цела. Бывало и лучше, но цела.       Парень исторг короткий смешок.       – Значит уже не зря прогулялся. Эм-м…       Кажется, парень очень сильно стеснялся ее. Может быть, это разница в росте настолько смущает смертных? В Аду ведь все совершенно по-другому – никто и не знает, что такое смущение. Почти все наглые и нахальные, а тут все так… приземленно. Не нужно ждать какого-то подвоха или наглости от собеседника, как когда-то в общении с отцом. Октавия слабо улыбнулась и протянула парню свою лишенную когтей и пуха ладонь. Да, здесь ей определенно нравится больше, чем в Аду. Она сделала правильное решение. А значит, пока заводить друзей!       – Октавия, будет знакомы.       – О, это… очень приятно! Какое необычное, однако, имя. А я… Меня зовут Феликс. Будем знакомы.       Мужчина так и затряс ее рукой и на его щеках проступил румянец. Кажется, он и в самом деле очень смущен. Надо бы взять инициативу в свои руки.       – Не хочешь прогуляться? Сегодня такая хорошая погода, надо бы освежиться. Может, по мороженому за знакомство?       В глазах у Феликса тут же блеснула искра, но в тот же миг он с силой тряхнул головой, будто бы прогоняя наваждение.       – Прошу меня простить, но не могу я…       – Это у тебя что, татуировка? Как круто!       Из-под кофты на запястье у мужчины выглядывало нечто похожее на свежее тату и едва Октавия обратила на это внимание, как парень мгновенно выдернул руку и поспешив задернуть рукав, отвернулся. На секунду демонесса заметила, как лицо мужчины подернулось от боли.       – Не смотри! Это ожоги. Я… провожу эксперименты дома.       – Извини пожалуйста, я ведь не знала! – Октавия тотчас поспешила попросила прощения. – Это настолько больно? Я могу чем-нибудь помочь?       Феликс усмехнулся.       – Тут уже ничему не поможешь. Можно сказать, что… я сам виноват в произошедшем, да.       – Хорошо. Так… ты увлекаешься наукой, да? А каким направлением?       Октавия попыталась увести разговор в другое русло. Жаль, что Гримуар не обладает никакими целебными заклинаниями. Если соводемон правильно помнила, то исцелять может лишь ангельская магия, а от нее Гримуар Гоэтии также далек, как и свет звезд сквозь линзы телескопа. Тоже магия, но абсолютно другого порядка. И Феликсу с его ранами она едва ли поможет. Однако стоило ей спросить про науку, как лицо парня тут же посветлело.       – Я? Ох… никто никогда не спрашивал меня об этом. На самом деле по настроению. Не могу не переключаться с направления на направление, они все такие интересные! Например, не так давно я пытался создать биотический протез на случай если один из экспериментов пойдет не так. Получились конечно не очень, мне все-таки хотелось сделать более сильную модель.       – Сильную? И погоди-ка… биотика ведь про механические протезы… Ты смог сделать самую настоящую ногу дома? И она в самом деле работала?       – Не ногу, а руку! Правда давление пальцев составляло всего лишь сорок килограмм. И это надо сказать, позор! Всего лишь сорок является нормой для человека. А мне надо больше, я хочу, чтобы наука не стояла на месте, а возвышала достижения людей! О, прости пожалуйста, что-то я заговорился. А ты тоже увлекаешься наукой?       – Мне… больше по нраву звездное небо. – честно призналась Октавия. – Оно такое таинственное и загадочное. Ты ведь видел прошлогодний звездопад?       – К сожалению, я тогда был очень сильно занят. Да и я слышал, что ради него нужно было ехать в другой город. Кажется, в Лос-Анджелес? А мне там не особо нравится. Мне кажется, и со «Спейс Ниддл» на них можно было бы неплохо посмотреть.       – Это та огромная вышка в центре города?       – А ты сразу видно, что не местная. – робко засмеялся Феликс. – Все верно, та вышка, с которой открывается удивительный вид на ве-е-есь Сиэттл. Там внутри еще и ресторан, поэтому… ну, если захочешь туда сходить, мы могли бы прихватить телескоп и… Я понимаю, если ты откажешься…       – Нет, почему, с удовольствием! Ты бы еще мог еще и показать свою бионическую руку. Она ведь все еще работает?       – Вообще-то я думал разобрать ее, но если тебе так интересно, то конечно, могу показать… – в этот момент Феликса словно осенило. – Ой, беда! Мне ведь нужно бежать! Так, дай-ка какую-нибудь бумажку, я запишу свой адрес и номер телефона. Я редко тут гуляю, так что может тут и не свидеться.       Пошарив в кармане, Октавия быстро выудила из нее телефон и Феликс быстро продиктовал ей свои данные, которые тут же оказались у нее в контактах. Пролистывая список, девушка тут же заметила новые пропущенные вызовы от отца и сразу же удалила их парой нажатиями на экран. До свидания, теперь у меня новая жизни и, кажется, новый парень! И он милее, чем любой из адских порождений.       – Ну все, я побежал! И да… будь осторожна.       Последнее Феликс бросил уже через плечо и как-то уж слишком беспокойно. Странно, неужели и Сиэттл страдает от невероятного уровня бандитизма? Да вроде бы нет. Подойдя к лавочке, Октавия натянула себе на голову шляпу и по привычке облегченно ухнула, когда ее голова принялась охлаждаться. К счастью, рядом с ней никто не проходил, а потому никто не услышал издаваемые ей совиные звуки.       – Нужно научиться не выдавать себя, если я хочу и дальше жить здесь. – решила про себя Октавия. – Да и неплохо было бы научиться самообороне! Пусть трюк Луны и сработал, но без Феликса с этим ублюдком я бы точно не справилась. Интересно, а можно ли чему-то такому научиться при помощи Гримуара? Нужно будет обязательно его почитать. Так, а зачем откладывать? Можно же посидеть в кафешке да ознакомиться! Тем более по такой жаре сам Сатана велел мороженое кушать.       Пока она шла вглубь города, обстановка вокруг менялась. Это у набережной не так много людей, а вот в самом Сиэттле – предостаточно. Огромные городе Америки напоминают гудящие от пчел улья и в этом они очень сильно похожи на Ад. Постоянное движение машин и шум клаксонов, гул тысяч голосов и криков людей, щелканье фотоаппаратов и вибрации от оповещений телефонов сливаются в единую какофонию и Октавии это не слишком-то нравилось. Здесь есть много полезных магазинов, но жить в самом Сиэттле она бы не хотела. Пожалуй, стоит купить какой-нибудь частный домик в отдалении от всей этой суеты. К тому же, так будет проще практиковать магию Гримуара и быть собой, пока никто не смотрит. Едва ли люди адекватно отнесутся к прохаживающей по улицам соводемону. Это ей еще повезло при визите в Лос-Анджелес, что ее спутали с косплеером! Теперь-то она скрывается и лишние глаза на беглянке будут ни к чему.       А вот и кафе! На самом деле, оно ничем не отличается от тех, которые Октавия посещала в Аду, правда здесь они были более сдержанными. Никакой вульгарность, лишь культурно расставленные пластмассовые столики под красно-белым тканевым навесом и такие же столики внутри. И очутившись внутри, Октавия сразу заулыбалась, ведь в отличии от душной улицы здесь было не только гораздо тише, но и холоднее. И все из-за множества холодильников с прохладительными напитками и самого главного – огромной металлической доски. Такая штука пришла и в Ад тоже и соводемон даже знала, зачем она здесь стоит. Роллы мороженого. Специально натренированный человек использует металлическую доску, пластая на ней мороженое, что из-за огромной минусовой температуры становится достаточно твердым, но не замерзая насовсем. В таком состоянии его можно соскрести в трубочки и подавать с разными сиропами. В Аду от этого угощения все были без ума… только Октавии приходилось наблюдать за ним лишь с экранчика телефона. Что ж, пора наверстать упущенное!       Встав в очередь из трех человек и вежливо подождав, пока настанет ее черед, демонесса пробежалась глазами по меню и заговорила со стоящим за стойкой мужчиной.       – Мне одну порцию «Черничного странствия» и-и-и-и… холодную бутылку «Спрайта» с собой, пожалуйста.       – Не желаете приобрести что-нибудь еще? Может, сэндвич с курицей? Никогда не знаете, когда проголодаетесь!       От упоминания мяса птицы у Октавии глаза поползли на лоб, но она вовремя сдержалась, чтобы от омерзения не ухнуть на все заведение.       – Спасибо, не стоит. У меня аллергия.       – Тогда извиняюсь. С вас двенадцать долларов. Не желаете оставить чаевые?       – Разве что два доллара…       – Ох, поверьте – для нас каждый цент дорог! Содержать малый бизнес здесь крайне затруднительно, не говоря уж о том, чтобы прокормить себя. Посетителей у нас немного лишь потому, что люди новым брендам не доверяют. Вот как снимут про нас вирусный тик-ток… Что-то меня понесло. Как вас зовут?       – Октавия. – демонесса вмиг напряглась. – А вам зачем?       – Я вас позову, когда будет готов заказ. Все же вы не единственная ждете мороженое в эту сумасшедшую жару. С ума сойти, словно Ад сошел на эту бренную землю!       – На самом деле, там точно также. – ухмыльнувшись, произнесла про себя наследница Гоэтии, отсчитывая зеленоватые купюры и протягивая их мужчине за прилавком. – А сколько ждать?       – Совершенно недолго. Вы пока присаживайтесь за свободный столик и ни в чем себе не отказывайте!       А Октавия и не собиралась отказывать. Обведя глазами заведение, она выбрала столик, что стоял в отдалении от других и заняла его. Незачем людям лишний раз таращиться на книгу в ее руках. Хотя кому какое дело до одинокой девушки? Сейчас же все сидят в телефонах, едва ли кто-то посмотрит на нее. Пока она шла к столику, Октавия не заметила ни единого посетителя с книгой или общающимся с кем-то. У каждого человека был смартфон, по которому они с кем-то да переписывались или листали ленту. И расчехлив свой собственный, Октавия тоже решила пробежаться глазами по новостям. Вокс-Тек тут не ловит, поэтому пришлось подключаться через новомодные людские соцсети. Ничего особенного, такой же Ад в онлайне, как и на ее родине. И чем мир людей отличается от Преисподней?       – «Сенсационная жара! Показатели бьют все рекорды за последние сто лет! Сегодня в Сиэттле столь же жарко, как в пустыне Невады. Тридцать семь градусов Цельсия, такого не было о-о-очень давно! Медицинские службы настоятельно рекомендуют воздержаться от посещения мероприятий и оставаться дома под кондиционером. Ни в коем случае не оставляйте в запертой машине детей и домашних животных, постарайтесь держать при себе холодную воду или прохладительные напитки, дабы не допускать обезвоживания. Только за этот день в медицинские учреждения Сиэттла поступило около пятидесяти человек с солнечным ударом, и это только зарегистрированные случаи! Так что берегите себя и своих близких.»       Зачитав это про себя, Октавия смахнула пот со лба, который уже успел стать холодным. И в самом деле, в такое пекло без холодненького никуда! Хоть соводемонам, как и любым демонам, привычна жара, и они не горят даже в огне, человеческое тело все же чувствует эту дурацкую погоду.       – И чего она вдруг взбесилась? Разве нельзя миру смертных встретить представителя Гоэтии достойно? – мрачно подумала про себя Октавия и пролистнула ленту дальше.       Следующая новость была конспирологией. Какие-то кретины утверждали, что вакцины — это зло, что снег сделан правительством из пенопласта, а на глубине обитает раса разумных прямоходящих рыб. Автора, разумеется, высмеивали кто во что горазд и комментаторы выстроились в очередь, дабы посостязаться друг с другом в невероятных прожарках человека. Перейдя на страницу пользователя, Октавия не удержалась от того чтобы прыснуть со смеху, ведь страница уже была переведена в статус закрытой, дабы никто не писал ему в личные сообщения. Ну а чего еще ожидать от конспирологов? Пусть еще спасибо скажет, что его не вычислили по айпи адресу и не прислали пиццу на дом! Интересно, а здесь так делают?       От скуки Октавия зашла в журнал звонков и отметила, что отец не звонил ей с того момента, как она телепортировалась сюда. Ну, покрытия Вокс-Тех тут нет, поэтому немудрено. Связи между мирами нет, иначе толпы грешников тут же начали бы звонить своим еще не умершим родственникам и пугать их, отправляя тех на тот свет от сердечного приступа. Ну кому в самом деле это нужно? Это же ведь к тому же еще и огромный траты на расходы, а зная от отца то, как ведет дела Вокс, на счету которого каждый доллар, о такой функции можно и не мечтать. Но все же… нет, нельзя придаваться ностальгии. Первый шаг самый важный и отступив сейчас она точно обречет себя на заточение в холодном замке до конца времен. Да и чем отец поможет сейчас? Пожалеет ее в который раз или скажет очередное «извини»?! Гнев огненным шаром раздулся внутри Октавии и она, тряхнув головой, попыталась прогнать его. Нет, пора учиться жить самой, а не полагаться на других.       – Заказ для Октавии, «Черничное Странствие» и бутылочка Спрайта!       А вот и начало обучения. Но сперва стоит охладить мозг как следует! Забрав заказ и вернувшись к столику с подносом, Октавия с шипением отвинтила крышку от бутылки с газировкой и сразу сделала несколько глотков. Ах, как же бодрит! Да еще и лимонным вкусом, ну красота! Пузырьки так и танцуют на языке… Вот он – вкус истинной свободы! Плотно закрыв крышкой бутылку и положив ее в сумочку, Октавия достала из него Гримуар и мимолетно сдув с него остаток пыли, распахнула его. Даже просто держа его в руках демонесса чувствовала могущество артефакта и стоило ей открыть его, как его страницы замерцали темно-синим светом.       – Сатана всемогущий, ну зачем же ты… – тотчас тихонько взмолилась Октавия. – Прошу, прекрати так делать, меня же рассекретят!       Словно услышав ее голос, книга тотчас перестала мерцать, и девушка облегченно выдохнула. Значит артефакт все-таки слушается ее без всяких заклинаний. Это уже хорошая новость. А теперь стоит найти какие-нибудь полезные заклинания. Глаза Октавии заскользили по узорной клинописи Гримуара. Ученица из нее конечно так себе, но Изначальный язык она успела выучить. Все же отец хотел, чтобы она унаследовала после него место, а потому научил этому витиеватому языку темной магии. Современные демоны все как один перешли на английский с некоторыми исключениями для тех, кто учился ему с нуля после из-за региона, в котором умер и кроме Изначальных Демонов и представителей Гоэтии никто уже и не может прочитать что написано этим незамысловатым языком из палочек и точечек. Крайне удобно, если Гримуар неожиданно попадет в лапы туповатого импа. От этого у Октавии болезненно кольнуло сердце.       – Выходит, отец научил Блитцо читать на Изначальном языке… Да нет, едва ли этот идиот запомнил то, как читать какую букву или их сочетание исходя из положения клинышек! Скорее всего он просто зазубрил строчку заклинания Разрыва между Мирами, вот и все. А ведь оно не настолько комплексное, как может показаться!       Переворачивая страницы, на которых были записаны истории прежних владельцев Гримуара, Октавия подхватила свободной рукой стаканчик с мороженым и поднеся его поближе ко рту, аккуратно взяла один из роллов губами и проглотила. Сладко-кислый пломбир, какая вкуснятина! Пожалуй, стоит наведываться сюда почаще. Кто знает, сколько эта забегаловка еще просуществует? В этот момент глаза Октавии наткнулись на первый список заклинаний и оставив все мысли позади, демонесса принялась внимательно читать.       – Заклинание оглушения, заклинание деволюции, заклинание Темного Колчана, заклинание Пакта… Что-то какая-то шляпа. А есть ли здесь, скажем, заклинание клонирования?       Сказал это негромко вслух, Октавия не ожидала, что книга вновь отреагирует. Как от могучего порыва ветра они поднялись ввысь и принялись шелестеть, перелистываясь сами собой! От испуга соводемон отдернула руку. Само собой листание страниц выглядело чарующе, заставляя Октавию не открывать взор. Происходящее вкупе с шелестом страниц действовало на нее гипнотически и когда наконец Гримуар открылся на нужной странице, демоница еще с минуту не могла прийти в себя. Перед глазами же предстала совершенно новая страница с заклинаниями, однако необходимое уже подсвечивалось слабым оранжевым свечением, чем-то похожим на огонь.       – Спасибо. – пробормотала Октавия, обращаясь к книге и поморщившись, прогнала остатки гипнотического влияния. – Так, сосредоточься! Надо бы скопировать необходимое… Кошелек тут же оказался на столе и Октавия вероломно вытащила из него стодолларовую купюру. Как однако приятно, что и здесь и в Аду используют одну и ту же валюту. Эта малышка – то немногое, что осталось от ее накоплений и именно с помощью этой банкноты она планирует существовать в новом мире. Ну а что? Не работать же ей в самом-то деле! У бедняжки практически вся жизнь прошла в четырех стенах, имеет же она право наконец-таки пожить на широкую ногу!       – Так, нужно сосредоточиться… – накрыв купюру собственной ладонью, Октавия облизала губы и прошептала, стараясь сохранять интонацию. – Effingo essentia: convocatis tenebris altum!       Ожидая значительного выброса магической энергии, соводемон напрягла пальцы правой руки, дабы дать магии как можно более контролируемый выброс. Сердце ее кольнуло и от него, как по многовольтовым кабелям ринулось, устремилась вперед магическая энергия. Темные молнии заискрились на кончиках пальцев и Октавия ощутила, как купюра под ее ладонью потолстела. И прибавилась еще. И еще. Еще, еще и еще! Уголок зеленых долларов уже показался из-под ее ладошки, а копирование все продолжалось! Лишь тогда Октавия осознала – она неправильно поняла действие заклинания. Да, оно и в самом деле работает… вот только владелец должен задавать ему параметры. Без этого заклинание будет работать бесконечно, высасывая силы из владельца!       – Вот дерьмо… – лоб Октавии покрылся испариной. – А-а-а, nolite? Sufficit? Terminatio!       Последняя форма прекращения сработала и покалывание в пальцах Октавии тут же остановилось. Облегченно выдохнув, демонесса потянулась к стаканчику с мороженым и вытащив из него еще один ролл, благополучно запихнула его себе в рот ради успокоения. Магия очень сложна в освоении и очень жаль, что отец не успел преподать ей хоть немного правил ее использования. Придется самой познавать Гримуар, но на это уйдет ни один и не два месяца! Все же со времен, что предшествуют даже самому смертному миру члены Гоэтии делали бессчетное количество записей. Это лишь со стороны Гримуар кажется увесистым, ведь на самом деле… он практически бесконечен. Эта книга не просто озерцо с информацией, а целый океан, в котором можно любопытному можно утонуть. Именно для этого и существует тот, кто хранит книгу, ибо в ней хранится путь к абсолютному могуществу.       Однако Октавии плевать на этот путь, ведь для нее Гримуар – это прежде всего путь к свободе. И отняв руку от купюр, соводемон довольно присвистнуло. Воистину, свободу в этой стране можно купить лишь за эти незамысловатые бумажки. Сложив их в одну стопочку, девушка быстро пересчитала их и довольно положила их в карман. С одной сотни до целых тридцати двух. Да на эти деньги уже можно жить!       – Как минимум теперь у меня есть возможность для того чтобы снять домик подальше от этого бесконечно жаркого места. – думала про себя Октавия, пока, самодовольно хрустя банкнотами запихивая их в кошелек. – Независимость от родителей, деньги, что может быть лучше? Ну разве что еще одна порция моро…       Посмотрев на стол, Октавия тотчас осеклась, ибо узрела нечто ужасное. Мороженое, ее прекрасное спасение от жары попросту исчезло со стола! Она даже не заметила, как это произошло, стаканчик просто пропал! А ведь там еще было около пяти роллов мороженого, практически целый шарик! Метнув взгляд в сторону двери, демонесса увидела, как низенькая сгорбленная фигура в повидавшего вида футболочке направляется прямо к выходу. И в руках в него виднелась заветный стаканчик!       – СТОЯТЬ, ВОРИШКА!       Фигура тотчас спохватилась и распахнув дверь побежала наутек. Но Октавия не собиралась сидеть сложа руки. Сколько бы денег не стоило то мороженое – оно все еще принадлежит ей! А потому сорвавшись с места, соводемон в несколько широких шагов оказалась у двери и побежала следом. Улица тотчас встретила ее духотой, но мысли о мороженом были сильнее. Поток людей буквально душил Октавия и она принялась работать локтями, старательно расталкивая тех, кто вставал на пути. Если что она в жизни и уяснила так это то, что просто так в жизни ничего не бывает. Хочет свое мороженое? Пусть заработает! Футболка воришки мелькала постоянно где-то на периферии и девушке всякий раз казалось, будто бы она теряет его из видимости. Благо рост с этим помогал – даром ли она почти два метра ростом?       Стараясь не отставать, Октавия быстро расстегнула сумочку и по-быстрому запихнула в нее Гримуар, дабы он не отсвечивал или, что еще более осмотрительно, не был вырван каким-нибудь другим вороватым любителем халявы. Она ведь не заметила даже того, как что-то утащил сладости из-под ее клюва, что же ей тогда делать, если вырвут из рук такую ценность? Тем временем фигура свернула в подворотню и едва добежав до нее, Октавия увидела перед собой заборчик с дверью, на котором виднелся оторванный клок футболки. Судя по замку на ней, дверь была закрыта, что лишь позабавило соводемона.       – Умным себя возомнил? Ох, как бы не так. Ты связался не с той девушкой!       Легонько оттолкнувшись от земли ногами, демонесса пулей взлетела ввысь и перелетев заборчик, сразу же оказалась на другой стороне. Кому нужна магия, когда у тебя есть сильные ноги? И ох, какая удача – это тупик! Воришка оказался заперт в четырех стенах перед запертой дверью в дом и ею. Агрессивно фыркнув, Октавия на себе шляпу и демонстративно топнула по направлению к похитителю мороженого.       – Хватит бегать. Отдай мне мороженое и я не буду тебя трогать.       В этот самый момент человек сбросил с себя в сторону фуиболку и вот уже перед ней стоял… имп! Чернорогий, низенький, совершенно нескладный, вся мордочка в ее мороженом, но в глазах у малыша читалось самая искренняя радость.       – Во имя всех имеющего Асмодеуса, я даже поверить не могу, что ты купилась! Невероятно, какие же глупые могут быть важные с виду демоны! Ох, извини меня конечно, но ХА, ты бы видела свое лицо! Такая злая, прямо как этот твой ледяной папаша.       – Это не мой отец… и погоди-ка, это тебя что ли прислали по мою душу?       – А то как же! – тут же расплылся в улыбке имп и протянул Октавии руку, дабы она увидела сверкающий кристалл на его запястье. – Видала какая крутотень? Позволяет открывать мне порталы между Адом и… а как этот мир-то хоть называется? Ах, плевать уже, мы так или иначе собираемся домой. Я – Вилорог, и сегодня я поймал милость за хвост!       Пафосно развернувшись в сторону двери, имп как бы невзначай тряхнул рукой и кристалл с еле слышимым треском разорвал пространство перед ним, явив Октавии разрыв, через который уже виднелись до боли знакомые чертоги Ада.       – Вот видишь, там, в этой дырочке находится до-о-о-ом. Знаешь, что такое дом? Д-И-О-М, дом. Или стоп, я как-то не так разложил по буквам? – Вилорог задумчиво почесал голову. – А, кому в самом деле не плевать! Давай, заходи внутрь, ты наверное та-а-а-ак расстроена тем, что потерялась…       Не успел имп толком среагировать, как нога Октавии со всех сил ударила его в грудь и попыталась отправить его прямо в портал. Но этот имп не собирался сдаваться так просто! Вцепившись когтями в неровную плитку, низшее демоническое отродье устояло перед тем, чтобы не провалиться обратно в Ад и издало агрессивное шипение.       – Ну почему, когда я хочу познакомиться с девушкой они вечно бьют меня по башке? Эй, Октопус или как там тебя, у меня между прочим приказ привести тебя обратно в Ад! Может до этого я и работал в штате влюбляльщиков Асмодеуса, но сегодня я не собираясь сдерживаться. На кону зарплата, которой можно покрыть весь календарный год!       – Всю мою жизнь моим близким было все равно на мои чувства. – процедила Октавия. – Думаешь, сейчас мне не все равно?       – Бу-у-у-ху-у-у! Семейная драма с импом посередине! – Вилорог изобразил ручками, что плачет. – Извини, милашка, но быть колбаской в этом хот-доге у меня в планы не входило. Тем более ты уже попала в мою ловушку. Это место закрыто от людских глаз. А где их нет… там черти водятся!       Не теряя более не секунды, имп сделал отчаянный прыжок к Октавии и рассек возрух прямо перед ней, словно желая ударить. Однако демонесса уже поняла, что он хочет сделать. Ни у какого низшего демона не хватит сил, чтобы убить высшего, если только не застать его врасплох. Тактика этого мелкого пройдохи отнюдь не в том, чтобы навредить ей, а попросту загнать в портал, по ту сторону которого ее ждет лишь тлен и плен. Нет, она уже твердо решила, что не вернется! Но в кое-чем этот Вилорог все же прав… здесь, в этом глухом закутке можно не сдерживаться.       Стоило Октавии отпрыгнуть, как на том месте, где она стояла, посвился сияющий портал. Одно ее желание – и вот обличье смертной испарялось, как туманная дымка над озером поутру. Тело снова покрылось пушком да перьями, лицо снова стал венчать клюв, а вместо глупых ногтей появились столь привычные коготки. Даже широкополая шляпа трансформировалась по прежней шапочки-бини. Когда же имп закрыл портал, то перед ним появилась уже настоящая Октавия Гоэтия, и чьих руках уже полыхала темная магия.       – Ваша семейка реально любит все настолько сильно усложнять? – закатил глаза Вилорог. – Ну ты конечно папина дочка, не иначе. Столас явно бы гордился то… Эй, полегче! Не дав ему договорить, Октавия метнула в него заряд Тьмы, и если бы не хваленая ловкость бесовского народа, он него бы не осталось и следа.       – Не смей произносить его имя, падаль.       – Ну и что я говорил? Никакого уважения к нам, импам! Сама посуди – я ведь всего лишь выполняю свою работу. Стоит ли на меня злиться?       – А я всего лишь стараюсь жить. Убирайся прочь. – огрызнулась на него демоница.       В ответ на это Вилорог лишь гоготнул.       – Значит, не договоримся. Хорошо, принцесса, значит мы с тобой потанцуем.       – Этот танец не будет долгим. Не забывай, что ты здесь не один, кто умеет создавать порталы.       – Да у тебя кишка тонка!       – Подойди – проверишь.       Глаза импа сузились, как и у Октавии. Глядя друг на друга, два демона опустили руки, то и дело поигрывая пальцами. Это напоминало ковбойскую дуэль. Здесь может проиграет тот, кто первым нападет, но в то же время и выиграть может тот, кто первым нападет. Все зависит от первого хода, первого действия, первого выстрела. Стараясь не отводить глаза в сторону, Октавия про себя повторила слова призыва портала. Быстро сделать его не получится, мало того, что придется делать все на ходу, так еще и надо в точности произнести слова заклинания! Единственным момент замешательства сейчас может стоить ей свободы на всю оставшуюся жизнь. Но тут… как дождь из криков среди ясного неба появилась идея. Она была настолько проста и абсурдна, что Октавия едва удержалась от улыбки. Нет, нельзя выдавать, что у нее появился план. Однако теперь ее действия были яснее ясного.       Стараясь отыгрывать роль как можно более реалистично, Октавия плотно закрыла глаза, словно вот-вот заплачет. Плечи соводемона поникли и представляя в голове свое собственное заточение, она издала всхлип.       – Хорошо, я… я была неправа. Этот мир… он… он ничем не лучше Ада. Мне казалось что здесь я смогу начать новую жизнь, но кого я обманываю? Тени про… прошлого едва ли дадут мне спокойно жить. Я сдаюсь. Прошу, Вилорог, отведи меня обратно.       – Погоди, чего? Вот так новость! То есть все-таки согласна сотрудничать? – лицо импа тотчас разгладилось. – Хвала Аду и Раю! То-то мне казалось, что сегодня мой удачный день! Да у меня харизма бьет как из брандспойта!       По импу сразу стало видно, что он тоже притворялся. Похоже, что ему совсем не улыбалось сражаться против наследницы Гоэтии, которая до кучи имеет при себе могущественный артефакт. Правда, некоторая осторожность все еще присутствовала в движениях Вилорога, ведь он все еще держался на почтительном расстоянии, по маленькому шажку сокращая расстояние. Нет, так дело не пойдет. Если он будет так далеко, то план не сработает! Нужно добить всякие ростки сомнения в нем и Октавия, осознавая это, закрыла клюв руками согнула колени, дабы выглядеть более сломленной.       – Дело вовсе не в твоей харизме, Вилорог… Я просто устала. Ты хоть представляешь, какого это – жить с клеймом позора? Когда твой отец…       – Да ты от него тоже… Ох, ну не плачь, ладно? Ненавижу, когда при мне кто-то плачет! Тебе и в самом деле не позавидуешь. – пожав плечами, имп махнул рукой и снова создал портал.  – Вот, можешь заходить. Если нужно, то я… не буду рассказывать о том, как ты заехала мне по мне. Может быть это смягчит твое наказание или что-то в этом роде…       – Мне страшно. – Октавия засопела носом и грустно заухала. – Могу я попросить… подержать меня за руку.       – Ах, это? Пустяки! Давай вернем тебя домой, блудный ребенок. Там тебя уже заждались…       Приняв протянутую руку Вилорога, Октавия выпрямилась во весь рост и благодарно улыбнулась ему, а имп, стараясь не отставать от нее в дружелюбии, улыбнулся в ответ. Улыбка у него вышла просто ужасной – все остренькие зубы были видны вплоть до десен, но он хотя бы старается. Быть может, повстречайся они в другом месте и в другое время, они бы даже подружились. Однако план Октавии уже начал претворяться в жизнь, и пока Вилорог смотрел на нее, коготь соводемона залез прямо в щель, в которой лежал кристалл Асмодеуса. Обычно импы плотно закрепляют его на запястье, но если подковырнуть его, то он должен вылететь.       И у нее получилось! Резко подняв большой палец кверху, волшебный камень выскочил из углубления, словно намазанным мылом. Вилорог тут же опустил глаза, а от подавленного выражения на лице Октавии не осталось и следа. Торжествующая улыбка расплылась на нее лице. Время в этот момент будто бы замедлилось и глядя на импа, демонесса увидела, как его глаза медленно расширяются от осознания ужаса. Его только что переиграли.       Не дожидаясь, пока Вилорог успеет хоть что-то предпринять, Октавия напрягла свою правую руку, которая все еще сжимала ладонь импа и кинула его в портал! Из-за того, что низший демон сосредоточился на камне, он расслабил хват своей, а потому когда девушка разжала руку, Вилорог с воплем полетел прямо в магический проход и оказавшись по ту сторону, принялся кувыркаться по красной земле. Не теряя ни секунды более, Октавия подхватила белый кристалл с земли и взмахнула им снизу-вверх, быстро запечатав проход.       – Шах и мат, ублюдок… – прошептала Октавия, все еще тяжело дыша.       Прислонившись к холодной стене дома, демоница сняла с себя бини и принялась помахивать им перед лицом. Сердце все еще билось с сумасшедшей скоростью где-то близко к горлу, а клюв то и дело непроизвольно постукивал сам о себя. Адреналин кончился и уступил место страху.       – Получается, ее уже ищут… но как Аду удалось так быстро меня отследить? – лихорадочно соображала она про себя. – Я ведь сменила лицо, практически не пользовалась магией, да и город достаточно густонаселенный. Неужели это все Гримуар? Он ведь сам по себе обладает огромной магической энергией. Ха, ну конечно же… Андреальфусу я не нужна. Скорее всего, этот павлин просто хочет забрать доверенную ему книгу.       Все еще сжимая магический камень в руке, Октавия гневно топнула ногой и с силой швырнула его в стену, отчего тот раскололся на тысячи мелких и что самое главное, бесполезных осколков, что застучали об опрокинутый и абсолютно пустой стаканчик из-под мороженого. Что ж, как минимум ей удалось сбросить преследование с хвоста, пусть и на время. Можно лишь надеяться, что Ад не пришлет за ней кого-то более приставучего либо же, наплевав на правила, забрать ее силой.       – Тогда нужно еще более детально изучить Гримуар на предмет полезных заклинаний. – перелезая через забор подумала про себя Октавия. – Надеюсь, этот день не станет еще хуже. Несколько минут спустя, он стал гораздо хуже.

***

      Помехи начались по всем каналам сразу. Медиа всего Сиэттла вскрикнули и в миг погасли экранами профилактики, а когда изображение все же появилось, то на них виднелся город со стороны. Ничего примечательно, правда. Не смотрящие в это время телевизор до этого могли бы попросту предположить, что это начало необычного репортажа или новостей. И новости и в самом деле были. Вот только говорил их совершенно недружелюбный голос за кадром.       – Годами этот город отвергал меня. Сиэттл… лучезарный город, полный смеха и радости. Вот только мне НЕКОГДА БЫЛО СМЕЯТЬСЯ! Вы, что вечно говорите о том, насколько дороги друг другу, но стоит случиться беде, как вам будет плевать. Зубами и когтями вы будете вырывать волю к жизни, ступая по трупам собратьев. Вы даже хуже животных, вы все – лишь грязь под ногтем того, кто сильнее! Столь незначительные, и все же вздымающий нос выше гор, к самому спутнику Земли. ВЫ НЕДОСТОЙНЫ МЫСЛИТЬ! Но… не расстраивайтесь, дамы и господа, ибо совсем скоро на землю спустится Рок, которого вы достойны. Рок, который уготовил для вас я, мученик, познавший немыслимую боль. Запомните мое имя, ведь я, Фенрир, пожру ваши невежественные души, и вы будете умолять меня, чтобы этот АД прекратился. Но я не стану слушать. МОЙ ГНЕВ НАСТИГНЕТ ВАС ЗДЕСЬ И СЕЙЧАС!       В этот момент ведь город затрясло. Здания шатались, мебель в них падала и рушилась, а люди в них… не были столь напуганы, как хотелось бы незримому злодею. Землетрясение все же вещь достаточно распространённая по земному шару, поэтому люди на улицах лишь старались держаться подальше от зданий, лишь бы в них не попало каким-нибудь случайным кирпичом или упавшим с двадцатого этажа кондиционером, которые из-за жары работали на полную мощность. Но лишь немногие бежали в страхе от береговой линии, ибо по ней вышагивало самое настоящее чудовище. Исполин, самый настоящий кайдзю, коих в мире смертных видали разве что с экранов кинотеатров.       Однако этот титан был более чем реален. Огромный ящер шагал по направлению к городу и от его громогласной поступи уже вибрировали стекла многоэтажек. Коричневая кожа на нем была натянута неравномерно, как если бы какой-то гигантский кукловод пожалел на него материала. Сквозь ее просвечивались вены, по которым текла черная как смоль кровь. На груди у него виднелось витиеватое переплетения, что выглядело как какое-то оскверненное и вывернутое наизнанку сердце. Выпрямившись во весь свой немалый рост, ящер возвысился над высотками своей увенчанной черными рогами головой на продолговатой морде и открыв рот издал протяжный рык. Вышагивая между зданиями, он будто бы невзначай ударил здание хвостом и строение, лишившись опоры, буквально ушло вниз, грохоча на весь Сиэттл!       И вот тут уже началась паника. Спасаясь от ужасного монстра, люди бежали кто куда. Некоторые помогали пострадавшим, выволакивая их на плечах из-под завалов, но куда бежать? Каждый шаг кайдзю сотрясал все вокруг, заставляя смельчаков валиться с ног и молиться, чтобы не оказаться под многотонной ногой. Крики раненых и напуганных слились в единый хор, который был в сладость демону… но не Фафниру. Стоя на смотровой площадке здания, демон наблюдал за разрушениями со стороны. И на лице волкодава искрилась белоснежная улыбка.       – Да-да-да! Убей их всех! Заставь заплатить за мои страдания! Муха-ха-ха-ха! Эта дань безусловно насытит тебя, повелитель!       Внутри демона шевельнулся червячок сомнения и он скривился. А что если где-то среди тех людей сейчас гибнет она? Та самая, которую он сегодня спас. Как ее звали? Октавия? И что же это за справедливость такая, если он идет по стопам тех, кого презирает?       – Неважно. – прошипел Фафнир сквозь сжатые зубы и сжал руку в кулак.       Даже сейчас, в своей демонической форме сквозь шерсть проглядывались шрамы. После смерти он стал Грешником, хоть по-настоящему согрешил всего и раз, но эти прижизненные напоминания перешли с ним и в другое бытие. Он стал монстром, настоящим порождением самых низменных фантазий, как и все твари в Аду. Однако, в отличии от других, он не был рад своему заточению в Преисподней. Напротив, он мечтал вернуться в мир живых и поквитаться с теми, кто причиняли ему боль. Всем тем, кто игнорировал его просьбы, словно он пустое место. Как одинокий волк… Ха, какая насмешка судьбы, что после смерти он стал именно волком.       – Ничего. Скоро все изменится. Этот кайдзю насытит госпожу смертями, и тогда я обрету свободу! Смогу жить как нормальный человек… Э? Что за…?       Приглядевшись, Фафнир увидел в отдалении, как выданным госпожой монстр пошатнулся, словно от удара! Нет, он точно не споткнулся, у него… кровь! Он что, с кем-то дерется? Неужели у мира смертных есть какой-то защитник? Или же это сам Рай накрыл весь план и решил самолично вмешаться? Но ведь госпожа заверяла, что все пройдет гладко! Как же так?

*Несколькими минутами ранее*

      Каменный забор ощутимо тряхнуло и перекувыркнувшись, Октавия упала лицом вниз. Бини надвинулось ей на глаза и только сейчас она поняла, что забыла превратиться обратно! А где-то издалека уже начали слышаться испуганные крики. Неужели ее заметили?       – Вот ведь дерьмо, вот ведь дерьмо!       Вскочив на ноги, демоница вжалась спиной в стену и выхватила из сумочки заветный Гримуар. Так, на какой там странице было заклинание Сокрытия Истинного Лица? На одна тысяча триста тридцать седьмой? Или же две тысячи седьмой? Агрх, будь проклят тот день, когда родители подарили ей плохую память! Лихорадочно листая страницы, Октавия абсолютно позабыла о том, что Гримуар сам может найти ей нужную, а крики вокруг действовали ей на нервы. Руки тряслись, буквы Изначального языка плыли перед взором, дыхание сбивалось, а земля уходит из-под ног… Секундочку, а почему все вокруг трясется? Да еще и грохочет чего-то…       Осторожно выглянув из-за угла, Октавия направила голову в сторону грохота и не сдержавшись, пораженно открыла клювик. Прямо по Сиэттлу вышагивал… дракон! Нет, не такой, какими их привыкли видеть смертные. То было самое настоящее порождение Ада под названием Дракон Первого Пламени. Демонице приходилось знать, кто они такие. Эти твари были первыми истинными Властителями Ада, бездумными терзателями и палачами. Их первобытный гнев изничтожал Грешников сотни лет и именно они послужили причиной для первых Ангельских Чисток, как и формирования Искоренителей задолго до того, как Первого Человека с его раздутым самомнением приставили этим заниматься.       Драконы Первого Пламени были огромны, гораздо больше, чем весь Сиэттл. Общими силами Ада под командыванием Сатаны и Асмодея, их удалось загнать в последний Круг Ада и навеки запереть там, сделав его самой настоящей зоной отчуждения для провинившихся. Немногие демоны удостоились чести быть казнены через отправку в этот Круг, ибо это судьба похуже смерти.       – Этот Дракон явно не настолько же стар, как его предшественники… Стоп, что я вообще несу? – помотала головой Октавия, постепенно приходя в себя. – Откуда здесь вообще взялся Дракон?! Неужели часть из них спряталась в мире смертных? Или же… его прислали, чтобы убить меня?!       Крики людей задели внутри демоницы струну, и она покрепче стиснула пальцами переплет Гримуара. Вот значит, как… теперь из-за нее должны страдать обычные смертные? Пусть Ад и считается пристанищем для отщепенцев, убийц и насильников, но даже это уже слишком. Нарушить запрет, убивать смертных просто ради того, чтобы в этой бойне погибла и она…       – Я не могу этого допустить. – цокнула клювом Октавия. – Гримуар, найди мне какое у тебя есть САМОЕ СИЛЬНОЕ ЗАКЛИНАНИЕ?       Магическая книга подчинилась приказу и принялась неистово переворачивать страницы. Октавия не заботилась о результатах поиска, а о том, как долго он может затянуться. Каждая прошедшая секунда может стоить людям жизни. Мысленно она подгоняла Гримуар листать быстрее, но это было лишь ее желание. Повлиять на скорость Октавия не могла. А потому, когда книга остановилась на многотысячной странице, демоница воздела руку к Дракону и не задумываясь о значении, стана нараспев читать заклинание.       – O, spiritus misericordes maiorum, inter paginas morantes, ad vim vestram clamo! Tempus magne necessitatis advenit et ego, dignissimus daemon Goetiae, quantum unquam egeo potentia, quae hostem meum in genua proicere possit. Quaeso, dona mihi virtutem vestram, nam ego nihil sum ante multiplicitatem vestram. Adspectate me et videte, nec enim inter caelum et terram est quisquam dignior! Obedite voluntati meae! Fiat!       Направив ладонь на гиганта, Октавия ожидала всего что угодно. Огромный огненный шар из руки или лазер, прорубающий Дракона пополам. Быть может, эпическое оружие древних демонов, которым они очищали Преисподню от тварей, делаю ее пригодной для вечных мук. Но то что произошло дальше выходило за рамки ожиданий демонессы. Гримуар буквально вылетел из ее ладони и зависнув в воздухе на уровне лица, принялся переливаться разной магией. Огонь объял страницы, но он тут же обратился инфернальным, ярко-зеленым пламенем! И он просуществовал недолго, ибо разряды электричества прошлись по всей площади, окольцовывая книгу, как если бы она во мгновении ока стала генератором. Октавия в этот момент боялась пошевелиться.       – Что это за заклинание такое? Оно…       В этот момент от корешка растеклась, словно тягучий мазут тьма, и расползаясь по всей площади… очистилась, явив взору Октавии мириады белых точек. Они постоянно то пропадали, то появлялись, имитируя безоблачное звездное небо… или же это и есть оно? Спустя мгновение из тьмы поднялся силуэт и сформировался в голову гневного ворона с очень длинным клювом! Стараясь сохранять спокойствие, Октавия посмотрела птице прямо в глаза, что оценивающе наблюдали за ней. В голове прошелестели слова заклинания и демоница поняла, что это магия Гримуара приняла облик одного из предков. Или же воззвала в духу реального предка? Кто знает, на что способна магия тысячелетий.       – Назови себя, хранитель Гримуара. – открыв клюв, произнес ворон хриплым голосом. – Октавия Гоэтия. – легонько поклонилась образу соводемон. – А вы…       – Малфас Гоэтия. – Дочь Столаса, верно? Держа Гримуар в руках, он не раз говорил, что ты достойна. Раз тебе удалось меня призвать, значит Священная Книга Тьмы действительно признала тебя достойной без вмешательства Сатаны. А значит, так считаем и мы.       – А Андреальфус? Он разве не достоин?       – Гоэтия непокорна. – хрипло прогремел Малфас. – Наша семья подчиняется Владыке Тьмы лишь из уважения, но мы не забыли, что без нас он бы не занял престол. Оттого Гримуар лишь отчасти подчинялся этому… слюнтяю. Твоя непокорность правилам лишь укрепляет уверенность в нашем выборе. Наследница Гоэтии Октавия, отныне ты носишь бремя рода.       Отрыв пошире клюв, дух издал горловое карканье. В то же время магия Тьмы сильнейшим потоком ударила Октавия в грудь. Прямо в сердце! Опершись о стену, девушка впилась в нее руками, но толку не было – по ее телу начал разливаться невероятный жар. Однако даже так, она не должна показывать себя недостойно, когда Малфас Гоэтия смотрит. Пусть это всего лишь призрак, но уважения он вызывает гораздо больше, чем все ее семейство вместе взятое. Но все же…       – Как же больно! – пронеслось у нее в голове.       Пламя раздувалось у нее в груди, заполняя каждую клеточку ее тела, напрягая ее до предела. Одежда от такого трещала по швам! Щелкнув клювом, Октавия изо всех сил старалась не закричать. Казалось, что перья по всему ее телу встали дыбом! Открыв глаза до уровня щелочек, демонесса только и могла что наблюдать, как поток магии все льется, льется и льется в нее. Постепенно ее разум… привык к жару и пришло четкое осознание, что все это – еще одно испытание. Огонь внутри нее начал раздуваться все пуще, но Октавия уже не боялась. Это пламя ее, ее и только ее! И она, храбро сжав руки в кулаки, вторила ворону своим совиным криком.       – И это все, что есть? Еще! Мне нужно еще!       К потоку Тьмы добавилась магия проводника, затем инфернальное пламя и только потом первородный огонь. Однако Октавия лишь усмехнулась, хоть от напряжения на ее глазах выступили вены. Когти заскребли по кирпичам, оставляя на них белые отметины. Казалось, что при каждом выдохе она выдыхает носом струи пара, настолько горячим стало ее тело. Клюв изогнулся в кривой улыбке. Ну же, демон Гоэтии, испытай меня! Я достойна своего имени!       Но тут… потоки магии разом иссякли. С последним из них моргнул и померк облик Малфаса и книга, лишившись магических сил, захлопнулась и упала на землю.       – Теперь я вижу – ты действительно Гоэтия, достойнейшая из нас. Ты вознесешь нашу семью к вершинам, которые я даже не могу представить. Храни Гримуар, твори чудеса, будь… сильной…       Последние слова эхом отдались в голове Октавии. Ее тело еще ныло от напряжения, но по крайней мере она осталась жива. Что это вообще было? Подобрав Гримуар с земли, демоница вдруг поняла, что руке что-то мешает согнуться. И посмотрев на руку… нижний клюв Октавии чуть не пробил пол.       Ее рука в прямом смысле этого слова РАЗДУВАЛАСЬ от мышц! Доселе тонкая рука теперь же представляла собой предмет для зависти любого бодибилдера. Нет, даже бодибилдерам будет далеко до такого размера. Отведя правую руку чуть подальше, Октавия чуть напрягла ее и тут же ухнула от того, как сильно бицепс увеличился в размерах! Осторожно потыкав его когтем, демоница поняла, что даже алмаз будет более хрупким, чем это. Ряды за рядами непробиваемой мускулатуры, и все ее.       Плечи также претерпели изменений. Теперь Октавия не была узка в них, а напротив, широка настолько, что ее едва ли можно было бы спутать с подростком. Полноценная сильная девушка в полном расцвете сил! Стукнув себя в живот, Октавия совершенно ничего и почувствовала и слегка напролившись, увидела, как из-под приводнявшейся из-за увеличившихся габаритов футболки виднелись кубики пресса. Такие не у каждого демона-качка есть, а у нее теперь всем на зависть. Что же до ног, то переступив с одной на другую, Октавия ощутила их невероятную мощь. Они и до этого были у нее не слабыми, но теперь икры буквально раздавались вдвое от малейшего напряжения.       – С ума сойти… – обескураженно прошептала Октавия. – Это что за заклинание такое? А оно мне абсолютно точно нравится! Эй, Гримуар, а ну-ка отвечай, что за крутышку ты мне посоветовал!       Книга в ее руке осталась неподвижной. Нахмурившись, Октавия слегка потыкала книгу когтем.       – Эм… Гримуа-а-ар? Ты что, уснул? Ну же, ты так хорошо справлялся с поиском…       Внезапно раздался грохот и Октавию обдало порывом невероятно сильного ветра. Соседнее здание сколлапсировалось от драконьего удара хвостом. Не обладай она огромной силой, то едва бы устояла на ногах.       – Ладно, разберусь с тобой немножко позже. – Гримуар тотчас оказался у Октавии в сумочке. – Пока разобраться с этим ящером-переростком!       Выбежав из переулка, Октавия поняла, что ее бег оставляет на асфальте следы. Сатана всемогущий, насколько же сильной сделал ее Гримуар? Неужели вся его сила досталась ей? Заметив стоящую неподалеку целую машину, демоница подошла к ней и заметила внутри трясущегося от страха водителя. Идея того, как проверить собственную силы, тут же созрела у нее в голове. Наклонившись, соводемон положила руку на крышу и состроив самое дружелюбное лицо в мире, заговорила.       – Здравствуйте! Не могу ли я одолжить вашу машину? Мне нужно стукнуть чем-нибудь того очень большого монстра.       Посмотрев на Октавию с секунду, глаза мужчину закатились, и он обмяк. Что ж, первый блин комом. Тем не менее, машина ей все еще понадобится. Протянув руку внутрь, сильная демоница открыла дверь и бережно обхватив мужчину, вытащила его из кабины.       – Да он же совсем невесомый! – с улыбкой отметила про себя соводемон. – Интересно, будет ли столь же невесомой машина?       Схватив машину за днище, Октавия с силой потянула на себя, ожидая сопротивление, однако машина буквально рванула вверх, оставаясь абсолютно невесомой для нее! Осторожно убрав одну руку, демоница совершенно не ощутила разницы. Ну вот совсем-совсем! Осознание собственной силы заставило ее сердце биться чаще. Да она же как самый настоящий супергерой!       – А что делают супергерои? Спасают мир от зла!       Глаза совы сфокусировались на Драконе. Этот малыш теперь совершенно не ровня ей! Отведя руку с машиной за спину, Октавия напрягла ноги и плечи для большей силы броска. Возможно, ей удастся покончить с ящеркой одним ударом. Вот он поворачивает голову, кладя свою лапищу на верхушку здания… сейчас! Со скоростью звука целая машина полетела в дракона… напрочь спилила одни из его шипов на голове. Промчавшись мимо, машина растворилась в небесах, улетев куда-то в небеса, оставив Октавию и Дракона Первого Пламени в замешательстве.       Но длилось оно недолго. Взревев от боли, Дракон толкнул здание лапой, и оно принялось рушиться. На одном из этажей зоркий глаз Октавии увидел фигуры людей, жмущихся друг к другу. Ну уж нет, теперь из-за меня никто не погибнет! Рванув с места, демоница напрягла ноги и подпрыгнула как вдруг… почувствовала, что гравитация земли больше не тянет ее вниз! Посмотрев под себя, Октавия поняла, что улица где-то там, на несколько метров под ней. Засмеявшись, демоница выставила руки перед собой и летя к рушащемуся зданию, крутанулась вокруг своей оси. Бескрылая, а может летать, как если бы умела это с пеленок! Когда ее руки коснулись стены, Октавия попыталась поставить здание ровно, но оно буквально рассыпалось у нее под пальцами. У окна в этот момент стояла толпа людей. Около пяти человек, среди которых была женщина, прижимавшая к себе маленького мальчика. Ребенок тихонько плакал от страха и на лицах присутствующих читался такой же неподдельный ужас. Однако стоило Октавии протянуть им руку, как люди тут же воспрянула духом. Первыми пропустили мать с ребенком, которая подняв мальчишку на руки, на неровных ногах поспешила к ней. Подхватив ее, а затем и остальных, демоница на огромном скорости устремилась подальше от здания и когда Октавия приземлилась то позади нее постройка успела полностью рухнуть. Замедлись она хоть на секунду и этих людей уже не было в живых.       – Кхе-кхе-кхе… Спасибо вам, кем бы вы ни были! – со слезами в голосе поблагодарила ее женщина. – Теперь мы в безопасности…       – Еще нет. Монстр еще на свободе, а у меня назначено с ним рандеву. – уже развернувшись к Дракону, Октавия от души хрустнула костяшками. – Уходите, скоро здесь будет жарко.       Не дожидаясь ответа, соводемон взвилась в воздух и до ее слуха долетели обрывки ободрений и радостных криков. Только что она спасла жизни и от этого по ее сердцу растекалось удовлетворение, словно самый сладкий нектар. Вот ради чего стоит жить! Но мало спасти нескольких, нужно спасти целый город. И уже в полете Октавия придумала план действий.       – Ну держись, малыш. Сейчас ты станешь моей тренировочной мишенью. Посмотрим, как хорошо ты выдержишь один удар хорошечный удар! Тьма всемогущая, хоть бы хватило сил…       Напрягая мышцы ног, демоница поравнялась с грудью Дракона и мгновенно остановившись, на предельной скорости устремилась вверх, выставив вперед сжатый кулак. Этот апперкот должен в худшем случае сломать несколько зубов, а в лучшем случае… БУМ! Удар оказался такой силы, что могучий дракон с ревом устремился в воздух, даже не имею крыльев! Отлично, на это она и рассчитывала. Теперь нужно не дать ему снова упасть на город. Подлетев ко все еще набиравшему высоту чудовищу, Октавия схватила того за хвост и принялась наскручивать. А Дракон-то совсем ничего не весит! Это этих чудовищ боялся сам Сатана? Ха-ха-ха, ну и позорище!       Продолжая раскручивать Дракона, Октавия быстро наметила место вдали от города занеся кулак над боком чудовища, ударила его в нужный момент. Удар был такой силы, что кости монстра сломались прямо под кулаком, демонесса точно ощутила, как они в мгновение ока стали ничем и лишь затем Дракон со скоростью пули устремился прочь от Сиэттла, попутно оглашая его прощальным ревом. Вот только Октавия чувствовала, что с ним не покончено.       – Скорее всего он просто ранен. Нужно изгнать его обратно в Ад или же добить. Тут уж как получится. Ха, да я настолько сильна, что даже Драконы Первого Пламени мне нипочём!       Не удержавшись, Октавия напрягла обе свои руки, ощущая, как мышцы на них поползли ввысь. Их твердь была сравнима с наслаждением после хорошего душа, как если бы ее тело рождается заново. Перерожденная, сильная, истинная наследница Гоэтии, нашедшая себя в жизни! И почему она до этого до додумалась оборудовать дома спортзал? Так бы и ее собственное заточение было бы не столь скучным! С другой стороны, а сбежала бы она, если бы дома было бы слишком хорошо?       – Не стоит загадывать, как бы было. Сейчас есть делать поважнее.       Пыль еще не успела рассеяться, как Октавия была уже рядом с Драконом. Он и в самом деле был ранен, но все еще жив. Когда демонесса сблизилась с ним, он молниеносно атаковал ее и спустя миг Октавия оказалась в его пасти! Правда была она там недолго, ведь распрямившись во весь рост, соводемон разомкнула его челюсти всего одной рукой. Дракон с усердием сопел и все еще старался проглотить ее, когда как для Октавии подобное усилие не стоило практически ничего.       – Какая досада! Ты слишком слаб для меня. Только и можешь, что обижать слабых? Тогда отведай-ка вот этого!       Быстро сдав назад, Октавия воспарила над головой Дракона и пока тот не успел отреагировать, сложила руки в замок и что есть сил обрушила его на лоб! Мышцы ее были напряжены до предела и это дало воистину превосходящий все ожидания результат. Голова чудовища разлетелась на части, словно гнилая тыква, покрыв тело демонессы своей черной кровью. Монстр даже не успел горестно взреветь в последний раз, он просто умер! Брезгливо стряхнув с себя кровь вперемешку с мозгами, Октавия обвела глазами то, что осталось от Дракона.       – Жалкое зрелище, едва ли достойное внимания героя. –  – Люди теперь будут точно будут прославлять меня! Интересно, какое бы имя себе взять? Разрушитель? Дробитель Черепов? Нет-нет-нет, звучит как имя какого-то злодея. Но перед этим… стоит изгнать останки обратно. Не стоит давать людям возможность понимать, что их атаковала тварь из Ада. Так… какое там заклинание создания портала еще раз?       В этот момент останки зашевелились, а кровь с земли и с самой Октавии принялась стягиваться обратно к трупу. Прямо на глазах у нее Дракон без головы поднялся на ноги, а вместо головы у него образовалось темное месиво, которое, спустя секунду, стало приобретать знакомые очертания. Ну уж нет! Еще один удар – и от новообразованной головы ничего не осталось. Труп снова упал ничком, но через небольшой промежуток времени снова начал шевелиться и регенерировать.       – Так что почему Сатана боялся Драконов Первого Пламени. Они вечно регенерируют! Тогда… как же мне его победить?       Пребывая в раздумьях Октавия не заметила, как огромная лапа ударила ее, но она так и осталась неподвижно висеть в воздухе. Послышался хруст костей, и Дракон неистово заревел от боли. Тем не менее, соводемона это отнюдь не радовало. Да, она неуязвима, но ей не улыбается сражаться с ним вечно. В этот момент ящер, видимо окончательно на нее разгневавшись и с шипением вобрав в свою полую грудь воздух, дохнул в нее пламенем.       – Серьезно, огонь? Против демона Гоэтии? – разочарованно вздохнула под струей пламени Октавия. – Он же не действует даже на самых слабых импов! Разве можно быть настолько безмозглым идио…       И тут до нее дошло. Перед мысленным взором промелькнул стаканчик с вытекающим из него холодным мороженым. Вот же оно, решение было прямо перед клювом! Огонь боится воды! В Аду ведь мало водоемов, поэтому бороться с Драконами в древние времена было затруднительно. Но тут… рядом с ней ведь целый океан! План тотчас созрел в ее голове и мгновенно подлетев к ящеру, Октавия крепко схватила его за загривок и оторвала от земли. Дракон яростно сопротивлялся, но его ярость была бессмысленной – Октавия была слишком сильна, чтобы он мог ей что-либо противопоставить. Летя над городом, демоница коротко посмотрела вниз, дабы осмотреть разрушения и увидела, как крохотные фигурки с земли машут неистово машут ей. Люди благодарны ей за спасение, но битва еще не окончена.       Когда она подлетела к океану, Дракон кажется понял, что она задумала и принялся биться вдвое усерднее. Он метался, визжал и ревел, однако все было тщетно. Зависнув над океаном, Октавия бросила последний взгляд на противника и разжала пальцы. Как в замедленной съемке ящер полетел вниз и плюхнувшись в воду, тотчас принялся тонуть. Однако не это было самое главное. Его неравномерно натянутая кожа принялась дымиться и плавиться, источая невероятный по силе смрад! Создавалось такое впечатление, будто бы Дракона нагревали из фена, а он не мог сопротивляться этому жару, лишь с той разницей, что это вода буквально разрушает его. Великий Первый Огонь, побежденный самым легким решением в мире.       Зажав нос, Октавия поспешила поскорее убраться от этого места. Булькая, останки дракона уходили на дно и вскоре от него ничего не останется для регенерации.       – Нужно поскорее высадиться на берег и наколдовать себе маскировку. – сказала себе под нос демоница, подлетая поближе к Сиэттлу. – Пусть я и спасла город, но все же хочется немного отдохнуть и переварить произошедшее. Как минимум я заслужила то самое мороженое из забегаловки.       Ага, как бы не так! Стоило ей только ступить на берег, как к ней уже бежали люди! Обычные люди с телефонами, паппарации и даже ведущие новостей с микрофонами и камерами наперевес. Они словно бы знали, когда Октавия приземлится! Тогда мягкий микрофон чуть ли не уткнулся ей в клюв, демоница потеряла самообладания и боязливо ухнула. Ну вот, совсем расслабилась!       – Не толпимся, не толпимся вокруг героя! Кхм, Джейн, Сиэттл-24. А это правда, что вы работаете на правительство и лично на президента? Вы с другой планеты? Или из другого мира? Что за ужасное чудовище противостояло вам?       – Эм-м… никаких комментариев. – смущенно пробасила Октавия, возвышаясь над толпой. – Я всего лишь одинокий герой, что не смог стоять в стороне перед нападением гигантской ящерицы. Она была довольно горячей, и я решила ее слегка остудить.       Толпа разразилась смехом.       – Ха-ха, вот это юмор! Что ж, не хотели бы вы сказать пару слов нашим зрителям? Расскажите хотя бы, какой у вас геройские имя или псевдоним? Мы на канале Сиэттл-24 ценим приватность!       Октавия задумалась. И в самом деле, какое же взять? Мимолетно взглянув на небо, соводемон заметила, что солнце начало клониться к линии горизонта и первые звезды начали виднеться на небосклоне. Воображение тотчас нарисовало картину того, как она летает среди них, как герой комиксов и имя пришло на ум само собой.

***

      – И имя героя нашего славного города Старбрейкер! Все верно, дамы и господа – возможно, наша героиня дала нам подсказку, и она является посланницей из далекого космоса! Самое время посетить «Спейл Ниддл» с телескопом! Так или иначе, без ее помощи наш город выглядел бы ничем не лучше, чем после фильма «Годзилла». Поднятая по тревоге Национальная Гвардия, армия Соединенных Штатов и лично президент выражает Старбрейкер признательность в разрешении конфликта, что подтверждает то, что она все же не является правительственным агентом. Сейчас новоиспеченный супергерой помогает в крупномасштабной спасательной операции…       Выключив телевизор, Фафнир с криком кинул пульт об стену. Все не просто плохо, а хуже, чем можно себе представить.       – Будь ты проклята, чертова Старбрейкер! И откуда ты вообще появилась на мою голову? Что я скажу госпоже? Что какая-то… сучка с небес убила его дракона?! Ох, беда, вот беда…       На негнущихся ногах пройдя в прачечную, волкодав закусил нижнюю губу и щелкнув пальцами, зажег свечи на пентаграмме призыва. Госпожа обучил его искусству связи с ним, ибо в мире смертных только так можно услышать его голос. Ради него, конечно же, пришлось убить ради свежей крови, но серьезно, кто будет горевать о фермерской корове?       – Моя госпожа… услышьте мой зов…       По капельке, медленно, но уверенно, кровь поднималась над кругом прямо в центр пентаграммы. Образовывая линии и черты драконихи, кровь постоянно циркулировала, создавая иллюзию движения. Когда связь установилась полностью, глаза у образа ярко сверкнули, и она заговорила зловещим, но затуманенным голосом.       – Говори, глупец.       – Моя госпожа Астарот, ваш Дракон Первого Пламени появился в мире смертных.       – Да-а-а… – сладострастно ответила демоница. – Я ощутила его сладкую дань. Ты хорошо потрудился, создав для него нужную погоду. Любой дождик мог бы уничтожить его!       – И все шло по плану, правда! Но… появилась какая-то сверх-сильная особа… – Была ли она ангелом?       – Не могу знать, моя госпожа. Единственное что я знаю, так это то, что ваш Дракон был… убит. Я был бессилен что-либо сделать.       Глаза Астарот гневно сверкнули и Фафнир тотчас сжался, словно от удара. Изгнанная из всех Кругов Ада, она тем не менее обладает огромной силой, гораздо большей, чем обычный Грешник. Меньше всего в жизни Фафнир хочет снова испытывать боль. Снова унижения и смирение с ситуацией…       – Как… любопытно. Ты говоришь, что Дракон был побежден существом невероятной силы… Я знаю лишь нескольких существ, что способны на такое. Мое предположение – это наследник Гоэтии. Они всегда были занозой между зубами!       – Высший демон?! Тогда мне конец! – прошептал Фафнир.       – Расслабься, мой мальчик. Тебя ведь еще не рассекретили, так? К тому же, даже эта дань удвоила мои силы! Можно считать, что план… с поправкой увенчался успехом.       – Тогда что мне делать, моя госпожа?       – Продолжай отыгрывать роль человека. Выясни, кто это существо и какие его слабые места. Думаю, твои изобретения помогут с этим. Уж если нам удастся убить того, кто смог укротить Дракона Первого Пламени… только представь, какая это дань будет для меня! Ни Рай, ни Ад вместе не смогут противостоять мне!       Расхохотавшись, Астарот погасила свечи, оставив Фафнира в полной темноте и абсолютном одиночестве. Грустно засопев, он на ощупь нашел дверь и вышел из комнаты, наглухо закрыв дверь. И снова он в той же ситуации, в какой был при жизни. Все вернулось на круги своя. Один против целого мира, с мечтой, которая как пылающее сердце из сказки ведет его в могилу. Закрыв глаза лапой, Фафнир позволил себе прослезиться. Вот так, снова он одинокий волк…       Однако вибрация телефона в кармане заставила его отвлечься от самобичевания. Это новая СМСка от той девушки. Оказывается, она все-таки выжила после нападения Дракона, но сегодня все же не сможет прийти. А решила посвятить себя волонтерской помощи пострадавшим, что заставило его сердце болезненно сжаться. Интересно, общалась бы она с ним если бы узнала, кто все это устроил? Сто процентов нет, но… пускай будет так. Ха, в этой СМСке она даже пошутила, что, поднимая все эти кирпичи и завалы может немного подкачаться, что не нужно будет ходить в зал! Это заставило Фафнира засмеяться и его смех эхом отдался от стен пустой квартиры на тринадцатом этаже.       Да, все же его положение не так уж и плохо, как при жизни.