Крах Азгеды| The 100

Никакая война не обходится без                   жертв. И не важно, придут                    стороны к мирному соглашению                 или перегрызут друг другу глотки–                под ногами уже валяются горы               трупов, убитые твоим врагом. — Нееет, он правда вёл себя хорошо. — улыбаясь, протянула я, медленно проходя с Лексой коридоры первых этажей. Утром она наведалась ко мне с просьбой прогуляться и рассказать о вчерашнем занятии с Эйданом. Я была не против. Солнечный свет заливал каменные стены Полиса, делая их почти уютными — такими, какими я никогда не видела серые коридоры Азгеды. — Эйдан никогда меня не слушает, несмотря на всё своё уважение ко мне, которое старается показать. — Хэда продолжала говорить со мной, но всё её внимание было направлено на Кларк, идущую к нам навстречу. В её взгляде было что-то тёплое, почти нежное. — Хэда. Принцесса. — низко поклонилась девушка. — Не хотите прогуляться со мной до Аркадии? Я не ответила блондинке, ожидая ответа Лексы. Здесь, в Полисе, все решения принимала только командующая, у меня же не было никакого голоса. Впрочем, его у меня не было и в своём королевстве, но я не расстраивалась. Мне это не нужно. По крайней мере, я так себе говорила. — Можем взять лошадей. — кивнула Лекса, подзывая к себе охрану. Пока брюнетка была занята организацией нашей прогулки, мы с предводительницей вражеского народа отошли в сторону. Я чувствовала себя неловко, стоя с ней наедине, но старалась не показывать этого. — Что с тобой было вчера? Всё в порядке? Ты будто от кого-то бежала. — шёпотом поинтересовалась Кларк, взволнованно глядя на меня из-под светлых ресниц. — Разве тебя это волнует? — огрызнулась я. Слова вылетели быстрее, чем я успела их обдумать. — Беллами что-то сделал тебе? — она мимолётно огляделась по сторонам, словно парень был где-то рядом и мог нас услышать, но, не заметив ничего странного, немного успокоилась. В её голосе прозвучала тревога — настоящая, неподдельная. — Это тебя не касается! — слишком резко выпалила я, сама не ожидая от себя такой грубости. — Калитея, я пытаюсь подружиться. Неужели так сложно хотя бы раз ответить нормально? Я резко вдохнула, слишком пристально оглядывая её лицо, словно могла найти в нём ответ. Но на самом деле мне нечего было сказать. Слова застряли в горле, превратившись в колючий комок. Я потихоньку стала превращаться в свою мать, которую всегда презирала. Это он виноват во всех негативных чувствах, которые меня окружают. Из-за него я целыми днями хожу в напряжении и грублю всем подряд, сама того не желая! А может, я пытаюсь свалить всю беду на Беллами только потому, что не хочу признавать свою истинную сущность? «Как никак, ты ядовитый цветок, Аконит.» — Всё в порядке? — подала голос Лекса, и я отвела взгляд от Кларк, моргая несколько раз, чтобы прийти в себя. — Да, выдвигаемся. — сказала блондинка, всё ещё искоса кидая взгляды на моё лицо. --- Кони уже были в упряжке, и я с лёгкостью запрыгнула на своего, вспоминая детство. У нас в королевстве были дюжины лошадей, и, наверное, я с отцом прокатилась на каждой. Это было единственное, что мы делали вместе — просто ездили, молчали, дышали свежим воздухом. Тогда я ещё могла быть просто девочкой, а не принцессой. Лошадь, данная мне сейчас, была полностью чёрной, с длинной красивой гривой и единственным узорчатым пятном на носу, которое я сразу заметила. У Кларк конь был светло-коричневый, а у Хэды — практически такой же, только с белыми крапинками по всему телу. Рассматривать окрас лошадей было моим любимым занятием раньше, когда мы ездили верхом, поэтому я повертела головой в разные стороны, рассматривая животных делегации командующей, без которой не могла обойтись наша прогулка. Тёплый ветер трепал мои волосы, и на мгновение мне показалось, что всё почти хорошо. — Зачем тебе в Аркадию? — поинтересовалась Лекса, когда мы отъехали от Полиса на достаточное расстояние. — Нужно проведать маму и всех остальных, говорят, у них там не всё гладко из-за каких-то чипов, которые раздаёт бывший канцлер. — Канцлер? — тихо спросила я. Я ощущала себя пещерным человеком, потому что не знала половины слов, о которых часто говорила Кларк. Каждое новое название напоминало мне, насколько жизнь в космосе отличалась от нашей. — У нас на Ковчеге так звали командующего. Или короля, как тебе будет удобнее называть. Смысл тот же. Я кивнула, переключая своё внимание на природу вокруг. В этих местах я никогда не была, да я вообще не была нигде, кроме Полиса и своего дома, поэтому разглядывать всё вокруг было интереснее, чем думать об Азгеде. Лес тянулся до горизонта — зелёный, живой, шумящий. — Хэда! Сюда, скорее! Я мигом перестала улыбаться, пялясь на листья деревьев, и соскочила с коня вслед за Лексой и Кларк. Сердце пропустило удар, а потом забилось чаще, чем положено. Часовой, окликнувший Хэду, был просто в ужасе. Он активно махал руками и быстро тараторил что-то, заикаясь и спотыкаясь на ровном месте. Его лицо было белым как мел, а глаза — огромными, полными того самого страха, который я так хорошо знала. Добежав до нас, мужчина стал умолять последовать за ним. Дважды просить не пришлось. Мы прошли только пару шагов, после чего я встала на месте как вкопанная. Мои плечи опустились то ли от шока, то ли от сожаления, а рот раскрылся от ужаса. В один момент я пожалела, что последовала за часовым, что согласилась на прогулку и вообще приехала в Полис. Я пожалела, что вообще родилась. — Что здесь произошло? — тоже в шоковом состоянии спросила Лекса, медленно двигаясь за Кларк. Передо мной, на большой поляне, всё было залито красным. Здесь было столько трупов наших людей, что у меня разбегались глаза. Все, абсолютно все были мертвы. Тела лежали в неестественных позах, раскинувшись по траве, и красное смешивалось с зелёным, превращаясь в цвет, которого не должно быть в природе. Запах крови ударил в нос, и меня затошнило. — Раны от пуль. — заметила блондинка, осматривая ближайшее тело. Её голос был спокойным, но я видела, как дрожат её пальцы. — Хэда, прошу, пойдёмте... — продолжал часовой, заводя нас всё дальше. Недалеко я заметила Октавию, ошарашенно сидевшую на земле около одной выжившей женщины. Это была темнокожая воительница, которую я узнала, подходя ближе. Она была одной из приближённых в делегации Лексы. — Индра, что здесь произошло? — Командующая, не брезгуя, упала на колени перед женщиной, крепко сжимающей нижнюю часть своего живота. Индра была ранена, но не настолько сильно, чтобы было сложно говорить. — Они напали, пока мы спали. Часовые ждали угрозы с севера из Азгеды. — на этих словах я напряглась, стараясь не шевелиться, чтобы воительница не обратила на меня внимание. Каждое её слово падало на меня, как камень. С севера. Из Азгеды. — Первыми убили лучников, а потом... — ослабевшим голосом хрипела она, продолжая говорить. — Как Кейн мог так поступить? — я не знала, кто такой Кейн, но слова Кларк были пропитаны болью от предательства. Женщина содрогалась от боли, пока предводительница небесного народа накладывала подручными тряпками жгут, стараясь остановить кровотечение. Кларк работала быстро, уверенно, и я вдруг поняла, что она привыкла к этому — к крови, к смерти, к попыткам спасти тех, кого уже не спасти. — Это был не Кейн. Виноват Пайк. — добавила Индра, шикая на Кларк и пытаясь встать. Боль скрутила её, и она снова опустилась на землю. Лекса поднялась с земли, ещё раз осматривая горы трупов. Она досадно поджала губы, наверняка не зная, что делать и что говорить. В её глазах я увидела то, что так хорошо знала по себе — бессилие. — Как тебе удалось выжить? — наконец, недоверчиво спросила командующая. Индра медленно перевела взгляд на Октавию, всё ещё молча сидевшую перед ней. Я была удивлена, как нежно женщина держала её за руку, боясь отпустить. Эта чужачка явно была важна ей, что не укладывалось у меня в голове, хоть Октавия и произвела неплохое впечатление. Ну давай же, Калитея. Пойми, что не все Скайкрю — враги. — Беллами. — многозначительно ответила Индра, не отрывая взгляд от брюнетки. Мне казалось, что я задыхаюсь, поэтому я резко вдохнула через рот, тем самым привлекая всеобщее внимание. Черт. — Что? Беллами был с ними? — ошарашенно переспросила Октавия. В её голосе звучало неверие, смешанное с чем-то более глубоким — болью, которую она пыталась скрыть. Никакая война не обходится без жертв. И не важно, придут стороны к мирному соглашению или перегрызут друг другу глотки — под ногами уже валяются горы трупов, убитые твоим врагом. — Он хотел пощадить раненых, но его не слушали. Когда он понял, что они делают, было уже слишком поздно. — Индра приложила руку к своей перевязанной ране. Кровь проступила сквозь ткань, и я отвела взгляд. — Беллами убедил Пайка оставить меня, чтобы я передала послание: если мы не уйдём — нам конец. — Все мы знаем, что он пощадил Индру только из-за тебя, Октавия. — добавила Кларк. Кем ему была Октавия? Она была ему дорога? Неужто у Беллами был хоть один любимый ему человек? И почему же ради этого человека он не прекратил перестрелку? Разве любовь не сделала из него что-то стоящее? И о чём я вообще, нахрен, думаю? — Отправьте гонцов! Я призываю армии двенадцати кланов. Завтра мы уничтожим Аркадию и всех за её пределами. — скомандовала командующая, буквально задыхаясь от злости. Её голос гремел над поляной, и я впервые увидела Лексу такой — не сдержанной, не мудрой, а просто женщиной, потерявшей своих людей. — Стой! Дай мне время во всём разобраться. — попросила Кларк. Но Лекса лишь кивнула часовым, и те в ту же минуту схватили блондинку под руки, не давая ей и шанса уйти. — Я не могу отпустить тебя, Кларк. — со всей нежностью в голосе ответила ей командующая, и у меня появились сомнения на их счёт. В этом голосе было что-то большее, чем просто забота о союзнице. — Так значит, я теперь пленница? — Да. — чётко ответила Лекса, а мне не оставалось ничего иного, кроме как последовать за ней. Если бы я ушла, меня никто не остановил. Но мне некуда идти. — Как это произошло? — Лекса не могла усидеть на месте, нервно шагая из стороны в сторону. Её шаги отдавались глухим стуком по деревянному полу шатра, и этот звук гипнотизировал, нагонял тревогу. — Кейн проиграл выборы Пайку. Теперь всё изменилось. — устало пояснила Октавия, как будто всё ещё не отошедшая от жутких новостей. Её голос был пустым — так говорят люди, которые видели слишком много за один день. — Ваши люди голосовали за это? Я присела на деревянный стул у двери, не желая влезать в разговор, да и вообще что-либо говорить. Теперь я абсолютно точно была уверена, что почти все небесные люди хотят лишь войны. По крайней мере, те, что пришли сюда и расстреляли людей, пришедших их защитить. Что ещё нового я должна узнать о тебе, Беллами Блейк? — Нет, я не верю в это. — отрицала взвинченная ситуацией Кларк. Её голос дрожал, и я видела, как она сжимает кулаки, пытаясь держать себя в руках. — Откуда тебе знать, Кларк? Тебя там не было! — прошипела в ответ Октавия. Между ней и блондинкой сразу почувствовалось необъяснимое напряжение, витавшее в воздухе. Мы все предпочли промолчать. Да я и не хотела знать, что между ними произошло. — Армия землян будет здесь меньше чем через сутки. Я должна увидеть Беллами. Раз он спас жизнь Индре, то, возможно, его получится переубедить! — начала Ванхэда. — Пайк теперь доверяет Беллами. Нужно добраться до него, так мы сможем заполучить и Пайка. — Ты не сможешь просто зайти в Аркадию, а затем выйти. — Лекса права. — поддержала командующую Октавия, размышляя о чём-то. — Но я смогу провести тебя. Я смотрела на хрипевшую Индру, затем на Октавию, то и дело переводившую взволнованный взгляд с землянки на блондинистую небесную девушку в палатке. Мне вдруг захотелось пойти с ними, услышать разговор и понять, почему же они так поступили. Почему не решили всё мирным путем? — Я могу... пойти с вами? — осторожно спросила я, и все взгляды в шатре оказались на мне. --- Уже через некоторое время мы пробирались по тёмному туннелю. Я не задавала лишних вопросов, радуясь уже тому, что меня взяли с собой на вражескую территорию. И что со мной не так? Зачем нужно было идти прямо в логово небесных людей? Мои глаза разбегались, пока мы шли по коридору в непонятную комнату. Тут всё было таким механическим, словно я оказалась в сказке. Железные стены с обугленными проводами, разбитые стёкла и двери, открывающиеся автоматически! В этом месте определённо был разгром, но, учитывая, что эти люди буквально свалились с неба, я старалась не удивляться. Воздух здесь пах металлом и горелой проводкой — запахами, которых я никогда не знала. — Я приведу Беллами, а тебя, Ако... Калитея, спрячу за разваленными железками в комнате. Не будешь шуметь — не найдут. — объяснила Октавия. — Прошу, просто Тея. — попросила я, слегка улыбнувшись. Пока мы проделывали путь до лагеря, я доверила ей свой титул и секрет, а она пообещала сохранить его и не рассказывать Беллами. Я всё ещё не решалась спросить, кем она ему приходится, раз Октавии можно попадаться ему на глаза, а нам нет. В целом, меня это не волновало. Совсем. А вот неудобное маленькое место под обломками корабля, куда меня запихнули, меня волновало. Я понятия не имею, как они согласились взять меня, чтобы подслушивать разговор, но я постараюсь не выдать себя с потрохами, шевелясь, чтобы найти удобную позу. Металлические обломки впивались в бока, воздух был спёртым, а сердце колотилось так громко, что казалось, его стук слышен на всю комнату. — Теперь я закончила. — говорит Октавия, отворяя дверь, и я замираю, стараясь даже не дышать, когда в маленькой щели вижу его озлобленное лицо. Свет из коридора падал на его черты, делая их ещё более резкими, ещё более чужими. Он выглядел уставшим. Измученным. И, как ни странно, виноватым. Я вжалась в своё укрытие, чувствуя, как холодный металл впивается в спину, и задержала дыхание, готовясь слушать.