Фундамент хаоса

— Стайлз, если ты еще раз дашь ему в руки шуруповерт, я приклею тебя скотчем к сосне. К той самой, на которой Питер вчера пытался закрепить стропила, — голос Дерека звучал ровно, но вена на виске опасно пульсировала.Стайлз, сидевший на корточках посреди будущей гостиной, даже не обернулся. — Во-первых, Илай — прирожденный инженер. Посмотри, как он уверенно держит инструмент! Во-вторых, он не включен. Наверное. Двухлетний Илай, перепачканный в опилках и шпаклевке так, будто он сам был частью фундамента, радостно взвизгнул «Ддыщ!» и приложил тяжелый шуруповерт к колену Дерека.— Видишь? Он проверяет твою рефлекторную дугу, — резонно заметил Стайлз, поднимаясь и отряхивая джинсы. — А вообще, Дерек, расслабься. Хэйл-хаус строится на века, пара лишних дырок в полу его не погубит. — Эти дырки в моей психике, — проворчал Дерек, подхватывая сына на руки. Илай тут же попытался засунуть пальцы отцу в рот, проверяя наличие клыков.Снаружи раздался грохот и отборная ругань Джексона. Судя по звуку, Скотт снова пытался помочь с установкой окон, но забыл, что его сила «истинного альфы» плохо сочетается с хрупким стеклом. — Идем, Илай, — Стайлз подмигнул мелкому, — пойдем посмотрим, как дядя Джексон учит дядю Скотта новым словам, которые мы с тобой папе не скажем. Дерек вздохнул, глядя на эту парочку, и вопреки всему почувствовал, что в этом недостроенном доме, пахнущем свежим деревом и полным бардаком, наконец-то стало по-настоящему тепло. На заднем дворе послышался звон бьющегося стекла, а затем подозрительно вежливое: «Ой».— «Ой» — это не то слово, которое я хочу слышать от Альфы, когда мы устанавливаем панорамные окна за три тысячи долларов штука! — взвыл Джексон где-то в районе террасы.Стайлз, уже направившийся к выходу, притормозил и обернулся к Дереку, который всё еще стоял с Илаем на руках, воплощая собой памятник стоическому терпению. — Слушай, Хмуроволк, у тебя такой вид, будто ты выбираешь, кого первым закопать в фундаменте: меня или Джексона. Выбирай Джексона, у него кости крепче, арматура сэкономится. Илай, услышав знакомое «Хмуроволк», радостно заерзал и выдал свое коронное: — Папа бу-бу-бу! — Вот видишь! — Стайлз победно ткнул пальцем в сторону ребенка. — Даже твой сын признает, что ты слишком много ворчишь. Это генетическое. Это передается через хмурые брови. Дерек молча пересадил Илая себе на плечо. Малыш тут же вцепился в его идеально уложенные (до этого момента) волосы. — Если я пойду туда и увижу, что Скотт просадил окно, я не буду никого закапывать. Я просто заставлю вас всех спать в палатках. С Питером. В одной палатке. Стайлз картинно вздрогнул. — Ладно, это был удар ниже пояса. Даже для оборотня. Они вышли на веранду. Картина маслом: Скотт с виноватым видом держал в руках пустую раму, а Джексон методично бился лбом о дверной косяк. Рядом Лидия с планшетом в руках что-то сосредоточенно вычеркивала, даже не глядя на них. — Дерек, хорошая новость: вентиляция в доме будет отличная, — бодро начал Скотт, пятясь назад. — Плохая — нам нужно новое стекло. И, возможно, новый Джексон, этот сломался. В этот момент Илай, решив, что папа слишком долго молчит, дотянулся до пластикового стаканчика с остатками латте Стайлза, стоявшего на перилах, и с филигранной точностью опрокинул его прямо на черную футболку Дерека.Тишина на стройке стала почти осязаемой. Стайлз замер, прикидывая траекторию побега до джипа. Илай радостно захлопал в ладоши, глядя на коричневое пятно. — Дыщ! — гордо прокомментировал мелкий. Дерек медленно закрыл глаза, глубоко вдохнул, считая до десяти (или до того момента, когда убийство станет законным), и негромко произнес: — Стайлз. — Да, любовь моя? — пискнул тот. — У тебя есть ровно десять секунд, чтобы забрать у меня ребенка, прежде чем я начну использовать твою рубашку в качестве тряпки для пола. Стайлз среагировал со скоростью, которой позавидовал бы даже Скотт в полнолуние. Он подхватил хохочущего Илая, ловко выудив его из рук Дерека, и попятился к выходу, прикрываясь ребенком как живым щитом. — Так, Илай, план «Эвакуация»! Папа превращается в Кинг-Конга, а у нас закончились бананы! — протараторил Стайлз, уже нащупывая ключи от джипа в заднем кармане. — Дерек, дорогой, ты выглядишь... органично. Кофейные пятна подчеркивают цвет твоих глаз. Честно! Не бей Джексона, он нам еще нужен для переноски тяжестей! — Стайлз! — рыкнул Дерек, пытаясь оттереть липкую лужу с груди, но сделал только хуже. — Уходим, уходим! — Стайлз запрыгнул в джип, усадил Илая в кресло и дал по газам раньше, чем дверь (которой еще не было) могла бы захлопнуться.Через пятнадцать минут они уже парковались у огромного строительного гипермаркета. Илай, воодушевленный свободой, пытался грызть ремень безопасности. — Итак, мелкий, — Стайлз вытащил его из машины и усадил в тележку для покупок. — У нас важная миссия. Нам нужно: а) новое стекло, чтобы Дерек не съел Скотта; б) новая футболка для папы, желательно с надписью «Я люблю своего гиперактивного мужа»; и в) что-то, что заставит Лидию нас не убивать. Илай серьезно кивнул и указал пальцем в сторону отдела с садовыми гномами. — Гном! — Нет, мы не потащим в дом гнома, Дерек и так считает, что у нас в стае слишком много лишних существ... — Стайлз осекся, глядя на огромного гипсового гнома с топориком. — Хотя подожди. Если мы приклеим ему брови как у твоего отца, это будет шедевр. Пока Стайлз увлеченно выбирал между «Сверхпрочным клеем» и «Клеем, который выдержит ярость оборотня», Илай решил внести свой вклад в дизайн. Он дотянулся до стопки образцов обоев и с восторженным воплем вытянул один рулон, запуская цепную реакцию.Через секунду Стайлз обнаружил себя погребенным под лавиной рулонов «Нежного персика» и «Скандинавского серого». — Папа, ддыщ! — радостно констатировал Илай, восседая на вершине бумажной горы.В этот момент телефон Стайлза пискнул. Сообщение от Дерека: «Питер привез пиццу. Он сказал, что Илай — единственный в этой семье, у кого есть вкус, раз он облил меня этим пойлом. Возвращайтесь. Но без гнома. Я чувствую по связи, что ты думаешь о гноме».Стайлз замер, подозрительно глядя в камеру наблюдения. — Он колдун, Илай. Твой отец определенно злой колдун. Стайлз решил, что «Скандинавский серый» — это слишком скучно для дома, где каждый второй полнолуние превращается в волка. Поэтому, когда джип, подозрительно позвякивая содержимым багажника, затормозил у стройки, из него первым делом был извлечен рулон обоев цвета «Ядовитый неон» и тот самый гном. — Я дома! И я привез подкрепление! — прокричал Стайлз, балансируя с Илаем на одном бедре и огромным пакетом из фастфуда в другой руке.Дерек, уже переодевшийся в чистую (но всё такую же хмурую) серую футболку, вышел на крыльцо. Он молча перевел взгляд с сияющего Стайлза на гипсового гнома, которому Стайлз по дороге успел подрисовать маркером густые моноброви. — Стайлз, нет, — коротко сказал Дерек. — Дерек, да! Посмотри на него, это же вылитый ты в профиль! Илай, скажи: «Это папа»? — Папа! — радостно ткнул пальцем в гнома Илай и тут же потянулся к Дереку, требуя внимания.Пока Дерек забирал сына, Питер, вальяжно расположившийся на штабеле досок с куском пиццы, подал голос: — Должен признать, сходство пугающее. У гнома только взгляд чуть более живой и дружелюбный. — Еще одно слово, Питер, и ты будешь помогать Скотту вставлять окна. Зубами, — отозвался Дерек, но Илая прижал к себе уже без всякого раздражения.Вечер опустился на Бикон-Хиллз неожиданно тихо. Стройка замерла. Стая, измотанная сражением с гипсокартоном и чертежами Лидии, расположилась прямо на полу будущей гостиной, среди банок с краской и опилок. Пицца исчезала со скоростью, доступной только сверхъестественным существам.Стайлз сидел, привалившись спиной к колену Дерека, и наблюдал, как Илай пытается накормить кусочком пепперони своего нового каменного друга-гнома. — Знаешь, Дер, — негромко сказал Стайлз, когда шум споров Скотта и Джексона о том, кто из них сильнее (и кто в итоге разбил окно), стал фоном. — Через пару месяцев тут будут шторы, диван, на котором нельзя будет прыгать (но мы будем), и тишина. Тебе не будет не хватать этого хаоса? Дерек посмотрел на него, потом на сына, который уже начал клевать носом, уткнувшись лбом в бок гипсового гнома, и едва заметно улыбнулся. — Учитывая, что ты всё еще здесь, а Илай растет... тишины мне не видать еще лет двадцать. — О, минимум тридцать, — заверил его Стайлз, переплетая свои пальцы с пальцами Дерека. — Я планирую еще установить здесь систему «умный дом», которая будет разговаривать твоим голосом и советовать всем надеть шарф. Дерек только вздохнул, но руку не убрал. Стайлз замер, когда его взгляд упал на Илая. Малыш, окончательно утомившись от роли главного прораба, уснул прямо там, где сидел — прислонившись головой к гипсовому гному. Его маленькая ладошка всё еще сжимала корочку от пиццы, а на щеке красовался мазок белой шпатлевки. — Картина «Будущее Бикон-Хиллз в надежных руках», — прошептал Стайлз, стараясь не рассмеяться.Дерек осторожно поднялся, стараясь не потревожить спящую стаю (Скотт и Кира уже дремали на рулонах утеплителя, а Джексон умудрился заснуть сидя, сохраняя надменное выражение лица). Он подошел к сыну и, подхватив его на руки, прижал к себе. Илай только сонно чмокнул губами и уткнулся носом в шею отца, мгновенно находя там привычное тепло и запах леса. — Пора его укладывать, — тихо сказал Дерек, кивнув в сторону лестницы на второй этаж, где в детской уже стояла единственная собранная кровать. — Я пойду вперед, проверю, не оставил ли там Питер какой-нибудь подарок с подвохом, типа книги «100 способов захватить власть в стае до трех лет», — Стайлз на цыпочках двинулся к лестнице.Они поднялись в комнату, где пахло свежим кедром. Стайлз быстро откинул одеяло с рисунком маленьких волчат (которое он купил тайно, и за которое Дерек обещал его выселить, но так и не выселил). Дерек бережно опустил Илая на подушку.Когда они вышли в коридор, прикрыв дверь, Стайлз не удержался и привалился к стене, глядя на Дерека. — Знаешь, я тут подумал... Гном нам всё-таки нужен. Он будет напоминать нам о дне, когда мы чуть не лишились панорамного окна и твоих последних нервных клеток. Дерек подошел вплотную, загородив собой всё пространство, и Стайлз на секунду замолк, захваченный этим коротким моментом тишины. — Стайлз, — Дерек положил руку на косяк рядом с его головой. — Если этот гном завтра окажется на моей прикроватной тумбочке, я его выброшу. — Врешь, — улыбнулся Стайлз, притягивая Дерека за воротник футболки. — Ты его уже полюбил. Ты просто боишься в этом признаться, потому что у вас одинаковый прищур. Дерек только обреченно выдохнул в паре сантиметров от его губ. — Ты невыносим. — Поэтому ты и купил мне кольцо, — парировал Стайлз и, наконец, поцеловал его — медленно, со вкусом опилок, кофе и того самого дома, который они наконец-то строили вместе.Снизу раздался грохот и голос Питера: — Ребята, я не хочу вас прерывать, но ваш гном только что упал на ногу Джексону, и, кажется, он проклят!Дерек прикрыл глаза рукой. — Нам нужно переехать в другой город.— Поздно, Хейл. Мы уже залили фундамент. Дерек и Стайлз замерли в коридоре, прислушиваясь к нарастающему шуму снизу. — Я клянусь, эта статуя на меня посмотрела! — донесся возмущенный голос Джексона. — Дерек, твой муж купил одержимый садовый инвентарь! Он кусается! — Он не кусается, Джексон, у него просто есть стандарты! — крикнул Стайлз в ответ, даже не пытаясь сдержать смех. Он посмотрел на Дерека, который выглядел так, будто всерьез размышлял, не прыгнуть ли ему в окно прямо сейчас. — Ну же, Альфа, спасай стаю от керамического правосудия. Они спустились вниз. Картина была эпичной: Джексон стоял на диване (который еще даже не распаковали из пленки), Лидия пыталась сфотографировать его позор для истории, а Питер с самым невинным видом подталкивал гнома носком дорогого туфля поближе к ногам Джексона. — Оно двигается! — Джексон указал пальцем на гнома. — Я видел! — Это называется «гравитация», Уиттмор. Или «Питер Хейл», что в данном случае одно и то же, — Стайлз подошел к гному и торжественно водрузил его на каминную полку. — Всё, теперь он — Хранитель Очага. Его зовут Сэр Ворчун Первый. Прошу любить и жаловать. — Я назову его в честь тебя, Дерек, — хмыкнул Питер, уклоняясь от летящей в него подушки.Постепенно хаос начал утихать. Лидия, проверив график работ, скомандовала всем расходиться. Скотт, потирая заспанные глаза, пообещал завтра привезти «самое прочное стекло в мире», а Джексон ушел, напоследок бросив на гнома подозрительный взгляд.Когда в доме наконец воцарилась тишина, Стайлз и Дерек остались одни в огромной гостиной, освещенной только парой строительных прожекторов. Под потолком еще летала пыль, а в углах стояли банки с краской, но это уже был их дом. — Знаешь, — Стайлз подошел к Дереку со спины и обнял его, уткнувшись носом между лопаток. — Илаю здесь понравится. Тут много места, чтобы прятать твои ключи от машины и мои комиксы. Дерек развернулся в его руках и прижал Стайлза к себе, кладя подбородок ему на макушку. — Нам нужно будет поставить забор. Высокий забор. — От охотников? — уточнил Стайлз. — От Питера. И от твоих идей покупать садовых гномов. Стайлз тихо рассмеялся, чувствуя, как бьется сердце Дерека — ровно и спокойно. — Слишком поздно, волчара. Мы уже семья. А в приличных семьях всегда есть хотя бы один странный гном и один гиперактивный человек. Они стояли так долго, наслаждаясь моментом затишья перед завтрашним новым днем стройки, пока на втором этаже не раздался тихий, сонный голос Илая через радионяню: — Папа... би-бип... — Кажется, кому-то приснился джип, — прошептал Стайлз, улыбаясь. — Идем, — Дерек взял его за руку. — Пора спать. Завтра нам всё-таки нужно вставить то окно. Утро в строящемся Хейл-хаусе началось не с пения птиц, а с ритмичного «Бум... Бум... Бум...» и подозрительного металлического лязга.Стайлз открыл один глаз и обнаружил, что подушка Дерека пуста, а солнечный луч настойчиво щекочет нос. Судя по звукам, на первом этаже разворачивалась либо битва титанов, либо Илай нашел что-то тяжелое. — Боже, только бы это был не мой системный блок, — пробормотал Стайлз, сползая с кровати.Когда он, пошатываясь и путаясь в собственных ногах, спустился вниз, его взору предстала монументальная картина. Дерек, в одних спортивных штанах, сосредоточенно пытался прикрутить ручку к новой входной двери. А рядом, на полу, сидел Илай. В руках у мелкого была огромная металлическая миска для собаки и старый гаечный ключ, которым он увлеченно колотил по миске, аккомпанируя каждому движению отца. — Папа! Тюк! — прокомментировал Илай, увидев Стайлза, и с удвоенной силой опустил ключ на миску. Дзынь!Дерек вздрогнул, и отвертка соскользнула, оставив крошечную царапину на свежей краске. Он медленно выдохнул через нос — этот звук был подозрительно похож на рычание. — Доброе утро, строители-ударники! — бодро провозгласил Стайлз, перепрыгивая через банку с грунтовкой. — Я вижу, у нас сегодня музыкальное сопровождение в стиле «индустриальный рок»? — Стайлз, — голос Дерека был опасно тихим. — Забери у него ключ. И миску. И, если можно, его тягу к разрушению.— Э, нет, Хейл, это самовыражение! — Стайлз подхватил Илая под мышки, подняв его в воздух. Малыш заболтал ногами, всё еще не выпуская свой «инструмент». — Маленький Альфа должен уметь производить как можно больше шума. Это базовый навык выживания. — Твой базовый навык выживания сейчас под угрозой, — Дерек наконец закончил с ручкой и выпрямился, поигрывая мускулами спины так, что Стайлз на секунду забыл, как дышать. — Где кофе? — О, кофе... Кофе — это сложный вопрос, — Стайлз замялся, пятясь к кухне. — Видишь ли, когда Скотт вчера уходил, он случайно задел шнур кофемашины... и, в общем, она теперь издает звуки, как раненый банши, но ничего не варит. Дерек замер. В его глазах отразилась вся боль мира. Без кофе утро на стройке официально превращалось в филиал ада. — Но! — Стайлз быстро поднял палец. — Я заказал доставку. И она должна быть здесь через пять минут. Плюс, я купил те пончики с розовой глазурью, которые ты якобы не любишь, но съедаешь первым. Дерек посмотрел на сияющее лицо Стайлза, на взъерошенного Илая, который теперь пытался надеть миску себе на голову, и его суровый фасад окончательно дал трещину. Он подошел и притянул обоих в короткое, но крепкое объятие. — Вы невыносимы, — прошептал он в макушку Стайлза. — Ага, — согласился тот, довольно зажмурившись. — Но зато с нами не скучно. Слышишь? Это джип Скотта. Сейчас начнется настоящий концерт. И действительно, во дворе раздался визг тормозов и радостный вопль Скотта: «Ребята, я привез новое окно! И в этот раз я взял с собой Лидию, чтобы она меня контролировала!» Установка панорамного окна в гостиной превратилась в операцию национального масштаба. Лидия стояла в стороне с лазерной рулеткой и видом генерала, принимающего парад. — Скотт, если ты отклонишь раму хотя бы на миллиметр влево, я заставлю тебя перекрашивать весь фасад зубной щеткой, — ледяным тоном произнесла она.— Понял, принял, не дышу, — прохрипел Скотт, удерживая массивную стеклянную конструкцию на вытянутых руках. Его глаза опасно светились красным от напряжения.В это время Стайлз, официально отстраненный от «серьезных дел», был назначен ответственным за развлечение Илая. Но, как обычно, у Стайлза было свое видение педагогики.— Смотри, Илай, это называется «Дом с привидениями: Начало», — прошептал он, накрывая малыша и себя огромным куском защитной пузырчатой пленки. — Мы — невидимые ниндзя. Нас никто не видит. Илай под пленкой зашелся в восторженном визге, который эхом разнесся по пустому залу. Скотт от неожиданности вздрогнул, и стекло жалобно звякнуло о бетон. — Стайлз! — рявкнули Дерек и Джексон в унисон. — Что «Стайлз»? Мы тренируем скрытность! — его голова в пластиковом капюшоне высунулась из-под пленки. — Продолжайте, не отвлекайтесь на элиту шпионажа. Через десять минут, когда окно всё-таки встало в проем и было зафиксировано, наступил самый ответственный момент. — Нужно проверить герметичность, — серьезно заявил Джексон, доставая баллон с монтажной пеной.Это было его ошибкой. Илай, завидев, как из тонкой трубки лезет что-то, напоминающее взбитые сливки, вырвался из рук Стайлза и с криком «Каааша!» бросился в гущу событий. — Стой, Илай, это несъедобно! — завопил Стайлз, бросаясь на перехват.Но было поздно. Илай, обладающий скоростью маленького оборотня, успел шлепнуть ладошкой прямо по свежевыпущенной струе пены. А через секунду, испугавшись липкого ощущения, он машинально вытер руку об... штанину проходящего мимо Дерека.В наступившей тишине было слышно только, как Лидия сделала глубокий вдох.Дерек посмотрел на свою ногу, где теперь красовалось белое, быстро расширяющееся облако монтажной пены, надежно склеивающее ткань штанов с его кожей. Потом он посмотрел на Илая, который с любопытством наблюдал, как пена становится всё больше. — Стайлз, — очень спокойно произнес Дерек. — Скажи мне, что у нас в багажнике есть растворитель. — Э-э-э... Есть ацетон для ногтей Лидии и мое безграничное обожание? — Стайлз нервно хихикнул, подхватывая Илая на руки и стараясь не вляпаться в «кашу». — Зато посмотри на это с другой стороны: теперь ты официально часть интерьера! Ты — несущая конструкция!— Я сейчас сделаю из тебя несущую конструкцию, Стилински, — Дерек начал медленно стягивать ремень, но не для того, о чем можно было подумать, а чтобы просто выпутаться из штанов, пока пена не приклеила его к полу намертво. — О-о-о, стриптиз на стройке! — воодушевился Стайлз, закрывая глаза Илаю ладонью. — Джексон, не смотри, у тебя разовьется комплекс неполноценности! Дерек стоял посреди гостиной в одних боксерах и с максимально философским выражением лица, в то время как его джинсы, намертво приклеенные к полу монтажной пеной, возвышались рядом как современная арт-инсталляция. — Это концептуально, — заметил Питер, появившийся в дверях с очередным стаканом кофе. — Я бы назвал это «Крах маскулинности перед лицом быта». — Питер, исчезни, пока я не приклеил твой рот тем же составом, — процедил Дерек.Стайлз тем временем тащил Илая в сторону ванной комнаты, которая пока представляла собой только плитку и одинокий кран. — Так, мелкий вредитель, сейчас мы будем проводить сеанс экзорцизма для твоих ладошек. Ты в курсе, что ты теперь официально самый дорогой строитель в этом округе? На твои штаны ушло больше ресурсов, чем на фундамент! Илай, которому явно нравилось быть центром внимания, только весело болтал ногами и пытался поймать Стайлза за нос липкими пальцами. — Папа бум! Папа голый! — О да, это он умеет, — хохотнул Стайлз, включая воду. — Только не говори об этом дедушке , когда он приедет, ладно? У него и так сердце слабое. Спустя полчаса, когда Илай был отмыт (а Стайлз — полностью мокрый от брызг), они вернулись в зал. Дерек уже нашел запасные штаны и теперь вместе со Скоттом и Джексоном пытался выровнять ту самую дорожку перед домом, которую они только что залили цементом. — Так, внимание всем участникам кружка «Умелые лапки»! — провозгласил Стайлз, выходя на крыльцо. — У меня есть идея, которая сделает этот дом по-настоящему нашим. И нет, Дерек, это не покупка еще одного гнома. Дерек подозрительно прищурился, не разгибая спины. — Стайлз, если это связано с фейерверками или живыми павлинами... — Обижаешь! Всё гораздо душевнее. Пока цемент не застыл, мы оставим здесь свои отпечатки. Стайная традиция, все дела. Скотт первым радостно вскинул руку. — Я за! Чур, я рядом с Дереком. Они выстроились вдоль дорожки. Сначала Дерек — его ладонь была самой большой и тяжелой, он оставил глубокий след, словно заземляя этот дом. Рядом Стайлз прижал свою ладонь, намеренно коснувшись пальцами отпечатка Дерека. Скотт, Лидия (которая умудрилась сделать это изящно, не запачкав рукава), Джексон и даже ворчащий Питер оставили свои метки. — Теперь главный архитектор, — Стайлз поднес Илая к самому краю. — Давай, боец, впечатайся в историю. Илай посмотрел на серую массу, потом на отца, и вместо того, чтобы просто поставить ладошку, с восторженным воплем «Дыщ!» плюхнулся в цемент целиком, приземлившись на пятую точку.Наступила мертвая тишина. Джексон закрыл лицо руками. Скотт икнул.Дерек медленно перевел взгляд с отпечатка попы своего сына в центре свежей дорожки на Стайлза. — Ну... — Стайлз нервно поправил кепку. — Зато мы всегда будем знать, какого размера он был в два года? Это... это очень символично! Дом, построенный на... э-э... крепком основании! Дерек вздохнул, но в уголках его губ промелькнула тень улыбки. Он подхватил грязного, как чертенок, Илая на руки и посмотрел на свой недостроенный, шумный и абсолютно сумасшедший дом. — Пожалуй, это лучший след, который мы могли оставить. Как раз в тот момент, когда Стайлз пытался убедить Дерека, что «отпечаток задницы Илая — это новый тренд в ландшафтном дизайне», на подъездную дорожку, хрустя гравием, вырулила патрульная машина. — О, нет, — простонал Стайлз, вытирая испачканный в цементе лоб. — Только не сейчас. У меня нет лицензии на разведение цементных детей. Из машины неспешно вышел шериф Стилински. Он поправил фуражку, окинул взглядом полуголого Дерека, мокрого Стайлза и Илая, который теперь выглядел как маленькая статуя горгульи, покрытая серыми пятнами. Его взгляд задержался на дорожке, где красовался «символ семьи». — Знаете, — начал шериф, медленно подходя к ним, — за тридцать лет службы я видел многое. Я видел места преступлений, которые выглядели чище, чем эта стройка. Но ЭТО…Он указал пальцем на отпечаток Илая. — Стайлз, скажи мне, что ты не пытался замуровать моего внука в фундамент. — Пап, это искусство! — Стайлз всплеснул руками, разбрызгивая остатки цемента. — Мы создаем историю! Это временная капсула! — Это будет очень твердая история, когда она застынет, — хмыкнул шериф, протягивая Дереку пакет из пекарни. — Держи, сынок. Тебе явно нужно подкрепиться, прежде чем ты решишь, что одинокая жизнь в лесу без этой семейки была не такой уж и плохой идеей. Дерек принял пакет, благодарно кивнув. В этот момент Илай, почувствовав запах свежих пончиков, активировался. Он вырвался из рук Дерека и, размахивая серыми ладошками, бросился к дедушке. — Деда! Ням! — прокричал он, оставляя на безупречно чистой форме шерифа пару отчетливых цементных пятерней. Ноа Стилински посмотрел на свою форму, потом на сияющее лицо внука, и просто вздохнул, опускаясь на колено, чтобы обнять мелкого прораба. — Ладно. Всё равно я собирался уходить на пенсию. Одной грязной рубашкой больше, одной меньше… — Вот! — Стайлз победно посмотрел на Дерека. — Даже отец одобряет! Это не бардак, это «насыщенная семейная жизнь». Вечер мягко опускался на Бикон-Хиллз. Стройка наконец затихла. Стая разъехалась, оставив после себя гору пустых коробок из-под пиццы и новенькое, сияющее окно. Шериф уехал, пообещав прислать клининговую службу (и счет за чистку формы).Стайлз и Дерек сидели на крыльце, вытянув ноги. Илай, окончательно выбившийся из сил, спал на коленях у Дерека, завернутый в чистый плед. — Знаешь, Хейл, — тихо сказал Стайлз, глядя на звезды, которые в лесу казались огромными. — Мы ведь правда это сделали. У нас есть дом. У нас есть... всё это. Дерек посмотрел на него, и в полумраке его глаза на мгновение вспыхнули теплым красным светом . Он притянул Стайлза к себе, целуя его в висок. — Да. Но завтра мы покупаем нормальный ковер. Чтобы закрыть этот чертов отпечаток в гостиной. — Ни за что! — прошептал Стайлз, засыпая на плече мужа. — Это сердце нашего дома. Два месяца спустя Тишина в новом Хейл-хаусе была явлением редким и подозрительным. Обычно она означала, что либо Илай нашел маркеры, либо Стайлз затеял очередной «безопасный» научный эксперимент на кухне.Дерек открыл глаза. Солнечный свет заливал их спальню через то самое панорамное окно, которое Скотт всё-таки вставил со второй попытки. Внизу послышался приглушенный топот маленьких ножек и заливистый смех. — Твое дежурство, — пробормотал Стайлз, не открывая глаз и зарываясь лицом в подушку. — Я вчера три часа объяснял Илаю, почему он не может взять с собой в кровать того самого гнома. — Ты сам его купил, — отозвался Дерек, но послушно поднялся.Спустившись на первый этаж, он замер. Дом уже не пах опилками и пылью — теперь здесь пахло кофе, жареными тостами и чем-то неуловимо домашним. Илай, одетый в пижаму с супергероями, сосредоточенно ползал по той самой дорожке, которая теперь вела от лестницы к кухне.Тот самый «отпечаток попы» теперь был обведен золотой краской. Стайлз всё-таки сделал это — превратил строительный конфуз в семейную реликвию. — Папа! — Илай вскинул голову и показал на стену. — Смотри! На свежевыкрашенной стене в гостиной красовалась огромная, кривая, но очень яркая надпись «СЕМЯ», сделанная синим мелом. — Семья, — поправил Дерек, подходя к сыну и поднимая его на руки. — Почти получилось, мелкий. — Семя! — настаивал Илай, обхватывая шею Дерека.В этот момент на лестнице появился Стайлз, взъерошенный и в футболке Дерека, которая висела на нем как платье. Он оперся на перила и с улыбкой окинул взглядом гостиную: новенький диван, на котором уже валялись игрушки, гном Сэр Ворчун, почетно занимающий место у камина, и два самых важных человека в его жизни. — Ну что, Альфа, — Стайлз спустился вниз и прижался к плечу Дерека. — Дом стоит. Сын растет. Стены разрисованы. План на жизнь выполнен? Дерек посмотрел на синий мелок на руках сына, на сияющие глаза Стайлза и на залитую светом гостиную. Где-то в лесу завыл Скотт — стая уже была на подходе для субботнего завтрака. — Нет, — Дерек коснулся губами лба Стайлза. — План только начинается. Илай в их руках радостно заерзал, предвкушая новый день, полный хаоса, смеха и, возможно, еще пары незапланированных дырок в стенах. Ведь в этом доме стены были лишь оболочкой, а настоящий фундамент был сделан из чего-то гораздо более прочного, чем цемент.