Другая роль

      – Тейт Черил?       – Это я, – Тейт поднялся с кресла и, когда мужчина приблизился, они обменялись рукопожатиями.       – Лейтенант Дэвис.       – Очень приятно, – проговорил Тейт. Ему нечасто приходилось взаимодействовать с правоохранительными органами, так что сейчас он немного нервничал. Но так же он успокаивал себя тем, что это не должен быть долгий и тяжёлый разговор.       – Нам нужно вас допросить, – обозначил Дэвис. – Ваши коллеги уже всё рассказали, но мы хотели услышать ещё и вас.       Тейт только пожал плечами.       – На момент происшествия меня даже не было в помещении.       Это, он думал, следовало прояснить сразу. Возможно, это отменит все вопросы к нему, и сэкономит время им обоим?       – Так, – но Дэвис сощурился, – вы пришли, бросили кофе и повезли мистера Флетчера в больницу?       Звучало насмешливо, и Тейт, не сдержавшись, вскинул одну бровь.       – Если у меня единственного есть транспорт и силы, чтобы тащить взрослого мужчину, и доставить человека в больницу, почему я не могу?       Следом он решил добавить:       – Это мой коллега. Мои съёмки зависят от него. Мне же нужно, чтобы он как можно скорее получил помощь и поправился.       Дэвис сделал пометку в блокноте, и продолжил допрос:       – Вы работаете в паре с пострадавшим?       – Да. Мы играем любовников в сериале.       Дэвис скривил лицо, но комментировать эту деталь никак не стал.       – Расскажите, что вы увидели, когда вернулись в студию.       – Я вышел за кофе для себя и других сотрудников площадки. А когда я вернулся, он уже лежал на полу.       – Вы видели, как он упал? – продолжал допрос Дэвис.       И Тейт уже хотел было психануть. Его вообще слушают? Если он с самого начала обозначил, что его не было в помещении, когда всё случилось, сейчас прямым текстом буквально сказал: "Когда я вернулся, он уже лежал на полу", почему у него снова спрашивают какую-то ерунду? Но, к счастью, он вовремя вспомнил: полицейские так иногда делали. По крайней мере, в фильмах.       – Нет. Я только слышал звук.       – Какой звук?       – Глухой удар. Упало что-то тяжёлое, потом был крик, женский. Наши режиссёры и.. Прочие.       Дэвис снова сделал пометку.       – Кто-нибудь из съёмочной группы, по вашему мнению, мог быть виноват в происшествии?       Тейт моргнул, растерявшись.       – В каком смысле?       – В прямом, – невозмутимо отозвался Дэвис. – Некачественное обслуживание оборудования? Халатность? Нарушение техники безопасности?       – Я.. – Тейт растерянно покачал головой. – Не знаю? Меня там не было, я ничего не могу знать. Выясняйте это у тех, кто был.       – Вы кого-то подозреваете?       Тейт выдержал паузу. Его терпение уже медленно подходило к концу.       – Нет. Никого.       Дэвис смотрел на него несколько секунд, потом кивнул.       – Хорошо. В каком состоянии был пострадавший, когда вы подошли к нему?       – Он был без сознания, но дышал. Видимых повреждений не было..       – Его осмотрел и оценил кто-то компетентный, или вы полагались на свои заключения?       – Полагались на свои, – не без стыда признал Тейт. Он сам понимал, что они плохо сделали, когда полезли к Хейзу, но разве лучшим вариантом было сидеть и ждать? Пока врачи проберутся к ним через все павильоны студии? Хейз ничего себе не сломал, чтобы его было опасно трогать, ран у него не было, так почему они должны были сидеть и ждать? Правоту Тейта подтверждала и встреча их с медицинским персоналом. Никто его не отчитал и никак не прокомментировал их появление. Значит, ничего жуткого не произошло? Тейт успокаивал себя так.       – Все здорово перепугались, – решил добавить он. – Особенно дамы. Мы с.. Я не знаю их имён, но он костюмер. Мы оказались самыми близкими и решили, что ничего страшного не случится, если я сам доставлю его в больницу.       – Вы близки с пострадавшим? – следом поинтересовался Дэвис.       – Мы напарники по съёмкам, – повторил Тейт. – Обычные коллеги, но я уже сказал. Мы вынуждены проводить больше времени друг с другом, чем с остальными.       – То есть, нет?       – То есть, нет.       – Есть ли у вас сведения об употреблении пострадавшим алкоголя или наркотических веществ в последние сутки перед происшествием?       Тейту потребовалось некоторое время, чтобы осознать, что ему сказали. Он был научен слышать и слушать, и к сложным речевым конструкциям он так же привык. Но слова Дэвиса по каким-то причинам особенно отторгались его сознанием. Возможно, это какой-то особенный полицейский навык?       – Мы с ним не друзья, и я за ним не слежу. Не исключаю, что он мог выпить вечером, но немного. Он не алкоголик.       – Почему вы повезли его сами, а не дождались скорой?       – Потому что мы перепугались, – Тейт уже делал усилие, чтобы звучать спокойно, – и решили, что дело срочное. Я уже сказал: если у меня есть транспорт и силы, почему мы должны тратить время на ожидание?       Опять же, Тейт отлично понимал, что опасно лезть к человеку без сознания, если у него предполагается некая травма. Если у этого человека перелом чего-либо, помощь рискует только усугубить ситуацию, но в их конкретном случае единственной травмой был ушиб головой и следом – по голове. Ожидание могло если не убить, то точно усугубить ситуацию. Тейт себя так оправдывал.       – Вы звонили кому-нибудь из его родственников?       – Я..       Об этом было тяжело говорить, да и Тейт сам ещё не усвоил случившееся окончательно. Он сам не был человеком из здоровой хорошей семьи, но подобные ситуации у других он переносил тяжело и с удивлением.       – .. пытался. Его забрали на КТ, а я пошёл в машину, чтобы забрать наши сумки. У меня был его телефон, и я хотел набрать его родителям, но не нашёл ни одного близкого контакта. Даже родственников.       Здесь даже Дэвис стушевался.       – Оу..       – Учитывая, что у больницы тоже нет данных.       Тейт оглянулся на стойку администрации, где полчаса назад они с той милой женщиной пытались выяснить, кого следует поставить в известность о случившемся. Хейз был привязан к этой больнице – Тейт видел его документы, – так что здесь хранились его данные. И было очень странно, что здесь не было указано ни одного контактного номера. Тейт думал, так вообще нельзя? Подобные места должны любым способом выпытать у человека хоть одно контактное лицо, с кем можно связаться, в случае чего. Но настолько у Хейза никого нет?       – Может быть, он сирота или..       Он быстро осёкся. Не стоило так говорить, конечно.       – Не знаю. Не обладаю информацией.       Дэвис наконец оторвался от своего блокнотика и смотрел на Тейта пристально, не моргая.       – Вы что-то скрываете, мистер Черил?       – Простите? – Тейт повёл головой.       – Старая полицейская уловка, – усмехнулся Дэвис. – Спокойнее. Спасибо за содействие.       – Я могу идти? – уточнил Тейт. – Мне стоит оставить вам свой номер?       – Нам уже выдали все ваши контакты, – успокоил его Дэвис.       Тейт кивнул.       – Тогда я пойду. До свидания.       – Удачи, – отозвался Дэвис, и на этом они разошлись.       Тейт сразу направился к палате Хейза. По какой-то причине ему позволили проходить и туда, так что совсем скоро он увидел Хейза. К сожалению, тот так и лежал без сознания, но видеть его такого в больничной палате – среди оборудования, персонала, пусть его прямо сейчас здесь и не было, – было комфортно. Это не неподвижное тело посреди студии рядом с обломками реквизита. Но, конечно, Тейт бы больше предпочёл человека в сознании..       Неожиданно у него зазвонил телефон, и, испугавшись, он какое-то время растерянно топтался на месте. Потом вспомнил, что не стоит шуметь в помещении с человеком без сознания, и направился обратно на выход.       – Да?       – Тейт? – Лекса звучала как будто виновато. – Где ты?       – В больнице.       – К вам уже приезжала полиция?       – Да, мы поговорили только что. А вам они что сказали?       – Да ничего.. – растерянно протянула Лекса. – Осмотрели место. Запросили видео с камер.       – Мда, – протянул Тейт. – Надеюсь, обойдётся без судебных процессов.       – Не то слово. Только всё начало налаживаться, и тут это. Как Хейз?       – Пока не просыпался, – Тейт оглянулся на палату, будто проверяя. – Ему сделали КТ, но заключение пока не дали.       – Боже.. – выдохнула Лекса. – Позвони мне, пожалуйста, когда он очнётся. Мы очень хотим знать, в каком он состоянии.       – Конечно. Я останусь до заключения врача.       И, может быть, потом тоже.. Но это он озвучивать не стал.       – Спасибо тебе. И что увёз его, и что, эм. Там, с ним.       – Не за что, – буднично отозвался Тейт, и вдруг заметил приближение боковым зрением. – А..? Прости, мне пора.       Лекса успела вставить "Пока" прежде чем Тейт сбросил вызов. Мужчина, подошедший к нему, очевидно был врачом, и он заинтересованно смотрел на Тейта.       – Здравствуйте..? – осторожно начал он.       Тейт тоже испытывал растерянность. Как он сейчас должен сказать врачу, что ему нужно получить информацию о состоянии Хейза? При условии, что по бумагам Тейт Хейзу – никто. Больница имеет полное право отказать ему в предоставлении данных о своём пациенте. Это будет печально.       – Добрый день. Это результаты КТ Хейза Флетчера?       В руках доктора были какие-то бумаги, и Тейт подозревал, что это именно то, что ему нужно.       – Да. А вы..?       Мужчина быстро подглядел в документы. Похоже, где-то там было и личное дело Хейза? В котором, конечно, фамилии Тейта нигде не было.       – Супруг? – похоже, не увидев ничего, решил предположить доктор.       – Нет, мы коллеги. Я вызвался привезти его в больницу, но наша команда ждёт, когда нам сообщат что-нибудь о его состоянии.       Доктор Элиас – Тейт прочитал на бейджике, – моргнул.       – Пожалуйста, – попытался Тейт. – Все очень волнуются за него.       – Ну.. – мужчина уткнулся в бумаги. – Результаты КТ хорошие. Нет ни травм черепа, ни кровоизлияний в мозг. На данный момент предварительный диагноз: сотрясение мозга средней степени тяжести.       Тейт мало что понимал в медицине и тем более – такого рода. Как-то он играл в фильме, где был персонаж-врач, и у которого были реплики, связанные с подобным. Травмы головы, мозга, кома, шкала Глазго.. Но Тейту это знаний не прибавляло. И надо же, сейчас он даже хотел разобраться. Но беспокоить и отвлекать важного человека казалось плохой идеей, а потому..       – Когда он придёт в себя?       – Уже пришёл, – хмыкнул доктор. – Когда ему делали КТ, он открыл глаза.       Тейт судорожно выдохнул. Первой его мыслью было: "Почему никто не рассказал", но пришлось себя одёрнуть. Кто он такой, чтобы его информировали о состоянии Хейза? Об этом думали только что: в личном деле Хейза нет фамилии Тейта ни в одной графе. Это вполне равноценно "Данные предоставлять запрещено".       – Посмотрел на нас, но на речь он не реагировал. Но это нормально для первых часов после травмы. Мозг пытается восстановиться.       – М.. – Тейт растерянно отвёл взгляд. – И что дальше? Он останется тут?       – Конечно. Если он очнётся, будет в ясном сознании и будет хорошо себя чувствовать – мы выпишем его уже на этой неделе.       – А если нет?       – Прогноз благоприятный, – доктор устало прикрыл глаза. – Опять же, критических повреждений у пациента нет. Мы будем следить, разумеется, но на данный момент, можете успокоить всех ваших коллег, – скорее всего, через три недели ваш друг вернётся к вам.       – Он будет в порядке? – спросил Тейт. – Без последствий?       – Здесь сложно о чём-то говорить. Последствия могут быть самые разные. Головные боли, метеочувствительность, нарушения сна, памяти. У некоторых лиц это может пройти уже через месяц, а у кого-то затянуться на долгие годы.       – Это.. Плохо.       Доктор Элиас только пожал плечами. Тейт не то чтобы требовал или ждал от него поддержки и сочувствия: наверняка в его практике бывали случаи и страшнее, и доктор видел это с первых рядов. Почему сейчас он должен сочувствовать Хейзу, который ещё не так плох? Но, наверное, Тейту хотелось видеть больше сочувствия. Всё-таки, всё из перечисленного – опасно не только для жизни, но и для карьеры? Тейт бы не пережил, если бы из-за какой-то травмы он лишился возможности работать.       – Ладно, – он отмахнулся больше от своих мыслей. – Скажите, я могу присматривать за ним?       – Вы его коллега, – как будто напомнил доктор. – Такое, вообще-то, не практикуется. Не говоря уже о том, что присмотр ему, возможно, будет и не нужен.       – Могу я хотя бы подождать, пока он очнётся?       – Конечно, – неожиданно доктор согласился. – Но, пожалуйста, не беспокойте больного. Если он проснётся – сразу зовите медсестру.

******

      – Где я?       – В больнице.       Хейз прикрыл глаза, будто снова уснув, но совсем скоро с судорожным вздохом очнулся.       – Как я тут оказался?       Тейт заинтересованно придвинулся. Амнезия? Только этого не хватало.       – Ты не помнишь? Ты вообще.. Помнишь? Себя, людей?       – Конечно, – Хейз задумчиво нахмурился. – Я – Хейз Флетчер. Мне двадцать восемь лет. Пять на пять – это двадцать пять..       Тейт жалобно вскинул брови.       – Это такая проверка общей эрудиции, я надеюсь?       – Да, – успокоил его Хейз. – Я просто.. Не помню, что случилось. Почему я здесь? Но всё остальное я отлично помню. Вроде бы.       – Это хорошо. Ты упал и ударился головой, и потом на тебя сверху свалились декорации. У тебя сотрясение мозга, но серьёзных травм нет. Я имею в виду, внутренних кровоизлияний или травм черепа.       – Это хорошо.. – пробормотал Хейз, продолжая широко открытыми глазами смотреть перед собой. Его поведение и неподвижность – слишком уж бросающаяся в глаза, – смотрелись подозрительно, так что Тейт уточнил:       – Как ты себя чувствуешь?       – Странно. Эм, я не помню.. Где я?       Он растерянно уставился на Тейта, который не менее растерянно осел на стуле.       – Ты шутишь?       – Нет, я серьёзно. Где я? Что со мной случилось?       Хейз спрашивал слишком наивно, чтобы можно было решить, что он отыгрывает и издевается. Да и не в такой ситуации подшучивать над кем-либо. Тейт был уверен, что Хейз бы не стал так себя вести.       – Ты в больнице, – медленно повторил он. – Ты упал и ударился головой..       В этот раз Хейз воспринял информацию более остро и даже расплакался. Всхлипнув, он закрыл лицо руками и далее уже тихо заплакал. Тейт просто растерялся. Всё-таки, это было очень неожиданно. Только что Хейз забыл, о чём они говорили минуту назад, а тут уже начинает плакать из-за того, что он уже знал. А даже если и не знал.. Настолько эти новости жуткие? Ему даже ногу не оторвало, он не пожизненный инвалид. Чего плакать? Впрочем, наверное, это была стандартная реакция психики на потрясение. Тейт не мог знать о том, каково это.       – Хейз.. – попытался позвать он. – Я понимаю, что это не то, что ты хочешь услышать. Но тебе нельзя нервничать. Пожалуйста, не плачь.       Конечно, это не сработало – но Хейз так и так не плакал слишком долго и слишком сильно. Тейт просто не хотел бы: что видеть чужие слёзы – и тем более истерики, – что чтобы Хейз плакал. Он сейчас и без того был в стрессе, и ни к чему ему загонять себя ещё больше.       Успокоившись, Хейз убрал руки с лица. По-детски невинным взглядом осмотревшись – красные глаза и мокрое лицо добавляли его образу печали, – Хейз спросил:       – Где я?       В этот раз Тейт был готов лучше:       – В больнице.       Хейз тоже в этот раз справился лучше, и отреагировал совершенно спокойно:       – Что-то случилось?       – Ты упал и ударился головой.       – О, боже, – выдохнул Хейз. – Я буду в порядке?       – Врачи говорят, что да.       – Ладно.. Хорошо.       Задумчиво похмурившись, Хейз приподнялся и оглядел себя. Потом пошевелил всеми конечностями, поднял руки и подвигал ими, внимательно наблюдая за своими же действиями. Тейт предположил, что он так проверяет, не потерялась ли связь головы с телом. К счастью, всё было хорошо. Ну, по крайней мере, Тейт не видел ужаса на лице Хейза. А он бы испугался или хоть как-то отреагировал, если бы что-то было не так.       – Ты.. – Тейт решил попытаться расспросить его ещё раз. – Помнишь, кто ты?       – Да. Хейз Флетчер, мне двадцать восемь лет. Я актёр, мы сейчас снимаем сериал по книге "Снова ты".       – М-м, – довольно протянул Тейт. В этот раз без таблицы умножения, замечательно.       В палате повисла неловкая тишина, и не желая участвовать в этом, Тейт поднялся с места.       – Я позову врача. Тебя нужно осмотреть.       Хейз тоже принялся вставать.       – П.. Подожди, стой.       Двигаться ему было тяжело, но Тейт и не спешил – и не собирался сбегать, о чём, похоже, Хейз подумал, раз уж принялся так спешно садиться.       – Ты.. – с формулировкой мыслей он тоже испытывал трудности. – Как ты сюда попал?       – Я тебя привёз. Мне разрешили остаться до твоего пробуждения, н..       – А потом? – Хейз жалобно посмотрел на него. – Ты не можешь остаться?       – Мы друг другу никто.       Тут же Тейту стало неловко, и он исправился:       – В смысле, на бумаге.       Исправился?       – У меня нет прав здесь находиться, – тогда решил просто пояснить он.       – А если я попрошу? – Хейз продолжал смотреть на него щенячьим взглядом. – Пожалуйста. Ты же..       – Хейз, – остановил его Тейт. – Давай ты сперва отдохнёшь и придёшь в себя. Поговоришь с доктором. Я пока могу съездить к тебе и привезти твои вещи.       Вообще-то, Тейт хотел сделать это уже давно – даже не дожидаясь пробуждения Хейза. У него дома можно было взять хотя бы ванные принадлежности, чтобы Хейз мог принять душ; может быть, одежду или что-то ещё.. Но во-первых. Брать чужие вещи без разрешения грубо, как и вламываться в чужую квартиру и шариться там. Во-вторых, Тейт думал, что будет лучше, если он дождётся пробуждения Хейза. Не только чтобы спросить список вещей и что ему нужно, но и чтобы.. Хейзу было спокойнее. Кто-то должен был встретить его и объяснить, что случилось и где он. Не сказать, что Тейт справился с этим хорошо.. Но он предполагал, что проснуться в незнакомом месте, ещё и, как теперь стало понятно – без воспоминаний о том, как ты здесь оказался, – если не страшно, то тревожно. И как будто было бы здорово, если бы рядом было знакомое лицо.       – О.. – растерянно выдохнул Хейз. – Наверное, ты прав..

******

      – Я попросил, чтобы тебе разрешили за мной присматривать.       – Спасибо, – Тейт кивнул как бы в благодарность, хотя на самом деле благодарить тут было не за что. Не то чтобы он не хотел ухаживать за Хейзом. В некоторой степени он считал это своей обязанностью, и он бы вызвался сделать это снова. Попытался бы поговорить с врачом ещё раз, убедить, что больше просто некому, а Хейза оставлять одного нельзя. И в некоторой степени он был даже рад, что Хейз решил помочь ему, и ему самому не пришлось взаимодействовать с персоналом больницы.       – Тебе спасибо, – пробормотал Хейз, неловко пряча взгляд. – Эм. Могу я попросить о помощи?       – Что такое?       – Мне сняли весь пирсинг перед КТ, а..       Похоже, слов он не нашёл, так что просто поднял свои ладони, которые мелко тряслись.       – Это и без того мелкая работа, а я вот какой теперь. И зеркал здесь поблизости нет.       – Я постараюсь, – оставив пакеты, Тейт прошёл ближе к кровати. – Прости, если будет больно.       – Всё уже зажило, – Хейз отмахнулся. – Так что не волнуйся.       Подкатив стул ближе к кровати, Тейт уселся и оглядел лежавшие на тумбочке украшения Хейза. Их было немного, но было, над чем подумать. Сможет ли Тейт без подсказки вспомнить, что и где было? Вроде бы, он сравнительно часто видел уши Хейза. Ну а украшения из его бровей было легко определить сразу же.       – Что сказали врачи? – принимаясь за работу, спросил Тейт.       – Что.. – Хейза почему-то потряхивало. – У меня сотрясение средней степени тяжести.       Тейт кивнул. Интересно, а им Хейз задавал одни и те же вопросы по три раза? Или к тому моменту Хейз уже очнулся? Что с ним такое было, к слову? Должен же быть какой-то механизм у такой вот интересной формы потери памяти?       – Но у меня все шансы восстановиться и даже никак не пострадать. Я очень на это надеюсь.       Хейз закрыл глаза, когда Тейт принялся вдевать украшения в его брови. Тейт никогда не занимался ничем подобным, а потому даже испытывал некий интерес. Хейз, дрожащий и трепетно прикрывший глаза под его прикосновениями, ощущался немного даже.. Смешно? Но от этого его жеста было и страшно. Тейт не хотел случайно навредить ему, а потому внимательно следил за его поведением.       – Меня отпустят в течение недели, – после недолгой паузы продолжил Хейз. – Но ещё две недели мне будет показан постельный режим.       Прекрасно помня, как Хейз забывал о том, что ему сказали только что, и рыдал над полученной информацией о себе, – Тейт согласно покачал головой.       – Это правильно. Тебе нужно будет хорошо отдохнуть.       – Да? – Хейз как будто удивился. – Вообще-то, я хотел вернуться к работе. Никто же не будет следить за мной, так как они узнают..       – Даже не думай, – прервал его Тейт. – Тебе нужно восстановиться, а не загонять себя работой. Съёмки никуда не денутся.       – Время уйдёт, – справедливо заметил Хейз. – Мы и так задержимся из-за меня..       – Ничего страшного. Если ты нормально восстановишься, мы просто всё быстро нагоним.       – Ну да, – согласился Хейз. – Мы же молодцы.       – М. А у группы всё равно есть основная пара. Они могут пока заниматься ей.       – Ага. Как раз успеют, наверное. Или даже перегонят.       Хейз неловко посмеялся.       – Джаспер же стал лучше справляться. Может, они даже закончат..       Тейт хотел посмеяться. Закончат? Не смешите. Да, после того разговора с Хейзом – совпадение это было или нет, – Джаспера как будто подменили. Да, было неидеально, но заметно лучше, чем раньше – даже Тейт был готов это признать. И именно об этом говорила Лекса: "Только всё наладилось, и вдруг это". Только Джаспер начал играть хорошо. Только во всю команду будто вдохнули вторую жизнь – на радостях все начали работать в два-три раза эффективнее. И вдруг это – травма актёра. И так думать было нельзя, разумеется, но радовало, что это не основной каст – не Джаспер и не Джонас. Хейз может без вреда для других людей и съёмок в целом ненадолго выбыть из игры.       В итоге Тейт ничего не ответил, и Хейз, возможно, из-за повисшей тишины, возможно, из-за собственной усталости, уснул. Выглядело это странно: вот человек говорит с тобой, вот он закрыл глаза и уже мирно сопит. Ну, Тейт не возражал. Он ничего не смыслил в медицине, но ещё с детства у него установилось, что во время сна организм восстанавливается. Не зря же естественное желание при болезнях, и порой единственно, что человек может делать, – это спать? В таком случае даже хорошо, что Хейз уснул. Пусть спит, отдыхает, восстанавливается. И чёрт с этими съёмками, но лишь бы он поправился.       Тейту тоже обеспечили место – раз теперь у него было право здесь находиться, у него появилась и кровать. Не самая удобная, но Тейт не был совсем уж искушённым. Когда речь шла о сне, да.       Пока же он спать не хотел, но из дома Хейза он привёз книги – которые просил Хейз, и ещё пру штук, которые приглянулись самому Тейту. Без Хейза он работать не мог, а потому он планировал побыть с ним в больнице. Конечно, это не подразумевало, что они будут целыми днями сидеть и разговаривать, например.. Поэтому Тейт взял книги и для себя. Не скучать же ему тут.

******

      – Что ты читаешь?       Тейт показал ему обложку.       – Прости, взял у тебя, когда ездил.       – Да не, я не к тому, – отмахнулся Хейз. – Просто не видел тебя читающим. Думал, тебе не нравится.       Тейту действительно не нравилось. В детстве он ещё много читал, но со временем утерял интерес к этому явлению. В последнее же время ему всё чаще и чаще казалось, что нужно завести себе какое-то хобби – что-то помимо работы. Это должно было быть что-то простое, дешёвое, мобильное.. И, честно говоря, вид читающего Хейза – а он часто коротал за этим время, которое они тратили на ожидание на площадке, – и вид его книжных шкафов, вдохновляли его.       Правда, сейчас он взял не совсем книгу, а комикс – о тех самых Полубогах. В своё время он начитался мнений о себе в интернете – как главная роль в целой франшизе по комиксу могла уйти тому, кто даже не увлекается индустрией.. Пришла пора это исправить. Лучше поздно, чем никогда, всё-таки.       – Не нравится. Но, может, я смогу втянуться.       – Ты можешь сказать, если что, – предложил Хейз. – Я бы мог посоветовать тебе что-нибудь?       – Спасибо, – сухо отозвался Тейт.       Время шло к ночи, но вряд ли Хейз, проспавший полдня, хотел спать. Это подтвердили его вдохи и неуклюжее ворочание по кровати – похоже, он пытался найти позу поудобнее. В конце концов притихнув, он молча уставился на Тейта. Тейт видел это боковым зрением, чуял чужой взгляд кожей. Головой же он понимал, что Хейз захочет поговорить.. И вот, видимо, настал тот самый момент.       – Хочешь что-то сказать? – решил начать он.       – М, – Хейз слабо поморщился. – Просто смотрю.       Тейт напрягся. Обычно после таких слов следовало что-то вроде "Любуюсь", "Ты такой красивый", "На тебя так удачно падает свет".. Он не хотел слышать ничего подобного.       Но Хейз замолчал, хотя и на Тейта смотреть не перестал. Впрочем, Тейт не запрещал смотреть на него. Пусть любуются, сколько хотят, ну или что они там делают. Но лишь бы они делали это молча.       – Я-я.. – но вдруг Хейз заговорил, и Тейт даже вздрогнул от неожиданности. – Просто хотел сказать, ладно? На самом деле, я давно тебя заметил.       Когда стало понятно, что речь снова о том самом – отношениях, – Тейт отложил комикс и посмотрел на Хейза. Некоторых усилий следовало держать беспристрастное выражение лица. Так тема вызывала у него усталость, и он бы непременно закатил глаза.. Но Хейз смотрел прямо на него, и это было грубо.       – В смысле, ты давно мне нравишься. Ещё когда мы, ну.. Снимались в Полубогах.       Взгляд Хейза на секунду сместился к комиксу.       – Но тогда ты был, конечно, вне моей лиги. Я и подумать не мог о том, что можно подойти к тебе и вообще заговорить.       Тейт отлично помнил их съёмки в Полубогах, но они почти не пересекались там – ни на экране, ни в жизни. И Тейт бы в жизни не подумал, что уже тогда на него засматривались. Хейз ни словом, ни жестом не демонстрировал интерес к нему. Впрочем, сейчас причина была объяснена.       – И все эти три года.. – продолжал бормотать Хейз. – Я всё думал. "А вот если бы". А если бы, ну.. Мне хватило смелости всё-таки подойти к тебе? Хотя наивно было полагать, что ты бы вообще заговорил со мной..       Тейт хотел бы успокоить его. Сказать, что не стоит унижать себя такими словами о себе же. Но он не любил врать. Не в том смысле, что он был согласен с мыслью, что да, тогда Хейз был ещё слишком не того уровня, чтобы вообще говорить с прекрасным и таким важным Тейтом. Больше он хотел сказать, что не знал, как бы он в тот момент отнёсся к попыткам Хейза начать общение. Обычное-то, а что говорить о более близком.       – Эти съёмки были подарком судьбы, – Хейз неловко посмеялся. – Я так рад, что мы смогли побыть рядом, и.. Может, ты когда-нибудь передумаешь? Ну, насчёт меня..       – Хейз, – сразу прервал его Тейт. – Хватит, я прошу тебя? Ты бредишь.       – Я в полном сознании. Просто.. Мне тяжело говорить?       На это, честно говоря, Тейт даже не обращал внимания. Да, у Хейза была немного заторможенная и потерянная речь. Навыки дикции как будто откатились до уровня ребёнка. Но это можно было игнорировать, в отличие от того, что говорил Хейз.       – Может, тогда следует помолчать?       Он не хотел, чтобы это звучало грубо, но, похоже, так и вышло – Хейз виновато опустил взгляд.       – Прости меня. Я просто.. Правда влюбился. И эти три года я всё не мог перестать о тебе думать. Прости. Не подумай, что я давлю на жалость. Просто, может, мне станет легче, если я выскажусь.       Тейт не хотел видеть чужие унижения, но не знал, как попросить Хейза прекратить это. Тем более, что ему казалось, что Хейз не прекратит, даже если сказать ему. В конце концов, диалог у них уже был, но он ведь начал это снова? Потрясающая настырность..

******

      – Он же получает успокоительные?       Медсестра недоумённо сощурилась.       – Н-нет..? Они ему и не нужны.       – У него бредовое состояние.       – Что вы имеете в виду? – девушка резко подскочила. – Как он себя чувствует..?       Похоже, она решила, что ситуация требует срочного вмешательства, так что Тейт поспешил уточнить:       – Сейчас уже всё хорошо, он уснул. Но, может, ему стоит назначить что-нибудь?       Девушка, очевидно смущённая, внимательно его оглядела.       – Завтра его осмотрит врач и вынесет решение.       – Хорошо, спасибо.

******

      – Мистер Черил? Выйдите на минутку. С вами хочет поговорить лейтенант Дэвис.       Заслышав знакомое имя, Тейт нахмурился. Хейз же испуганно вытянулся. Ни про какие дела с полицией он не знал – Тейт не говорил ему, а ни с кем сторонним сам Хейз пока, к счастью или сожалению, не говорил. Впрочем, и шёл всего второй день его заключения. Доктор Элиас ещё ладно, а вот медсёстры выглядели так, будто убьют любого, кто посмеет мистеру Флетчеру отдыхать и соблюдать постельный режим.       Лейтенант ждал его прямо в коридоре, и далеко уходить от палаты не потребовалось.       – Здравствуйте.       – Добрый день. Что-то срочное? Вы же могли позвонить.       Мужчина устало поморщился.       – Я был тут по делам, так что получилось заехать и так. Тем более, что подобные вопросы лучше обсуждать со свидетелями лично.       Тейт повёл головой.       – Я слушаю?       – Лечащий врач мистера Флетчера сказал, что вы требовали назначения успокоительных для него.       – Не требовал, а предложил, потому что, возможно, в них есть смысл. У него был бред, а мы публичные личности. Он скажет что-нибудь, это услышит кто-то, могут поползти слухи. Это забота об его авторитете.       Дэвис смотрел на него тяжело, но в этот раз Тейту было легче переносить его компанию и "полицейские уловки".       – Вы подозреваете меня в чём-то? – прямо спросил он.       – Медсёстрам показался подозрительным ваш интерес, – спокойно пояснил Дэвис. – А так как дело расследуется, мы должны взять их подозрения во внимание и провести допрос.       – Мне ни к чему препятствовать его выздоровлению, – повторил Тейт. – Я наоборот должен способствовать ему.       – Но факт бредового состояния персоналом больницы зафиксирован не был, – заметил Дэвис.       – Простите, и слава богу. Я сказал только что: мы – публичные личности. Он что-нибудь наговорит, кто-нибудь унесёт это с собой из палаты, и потом многие люди будут месяцами разбираться, что это было, кто виноват и что им делать. Я думаю, вы понимаете, о чём я.       Дэвис, подумав немного, повёл головой.       – Ваш коллега в бреду говорит какую-то глупость, а потом всё ваше отделение страдает от проверок. Только по нам катком будут проходить в интернете. Что, в целом, равносильно, учитывая наши профессии. Только если вы можете договориться со своим начальством, мы никому ничего не докажем, если они уже во что-то поверили.       – Ну да, – задумчиво протянул Дэвис. – Работа с людьми – она такая.       Тейт не стал ничего говорить. Ни повторять в десятый раз "Мне ни к чему препятствовать его выздоровлению", ни уточнять, есть ли к нему ещё вопросы. Вместо этого он уставился н Дэвис в ожидании, что же он скажет дальше.       – Хорошо, – наконец заговорил тот. – Простите за беспокойство, но я должен был проверить.       – Без проблем.       Уже когда лейтенант ушёл, Тейт задумался: почему полиция не поговорит с самим Хейзом? Возможно, к нему ещё не положено пускать людей, и поэтому его пока никто ещё не опрашивал? Но это хотя бы отвело бы подозрения от Тейта. Не то чтобы он боялся проблем для себя. Он никому не врал, не вредил, так почему у следствия должны быть к нему вопросы? Наверняка когда Хейз сможет дать показания, с него снимут все подозрения. Если их успеют придумать, конечно. Но когда к Хейзу начнут пускать людей? Есть ли какие-то протоколы, регулирующие подобные вопросы?       И точно так же Тейту было интересно, расскажут ли Хейзу про вот эту вопиющую попытку выбить ему успокоительные? Звучит ведь и правда как сюжет для триллера. Героиня в больнице косвенно узнаёт, что её супруг требует для неё назначения препаратов, которые ей как бы и не нужны.. Жутко. Тейту, вероятно, стоило бы придумать себе какое-нибудь оправдание заранее..       В палате Хейз сразу же налетел на него с вопросами.       – Это была полиция? Что они хотели?       – Кажется, врачи сообщили о твоей травме в органы. И нас теперь проверяют.       – О, господи, – Хейз испуганно осел. – Какой ужас. Всё сильно плохо?       – Не уверен, – Тейт не стал врать. – Но, думаю, Кристин бы сказала, если бы съёмки оказались под угрозой? Значит, проблема улажена.       – О, боже.. – Хейз в панике закрыл лицо руками. – Простите меня, пожалуйста..       – Ты ничего не сделал, – напомнил ему Тейт.       – Я упал..       – Как ты посмел.       – И теперь у всех проблемы.       – Там мог оказаться кто угодно другой. И проблемы были точно такие же.       – О, боже.. – продолжал убиваться Хейз. – Я всё испортил..       – Хейз, – позвал его Тейт. – Успокойся. Ты ничего не сделал, а это была случайность.       – У нас могут быть проблемы, – попытался объяснить Хейз.       – Тебя сейчас должно беспокоить только твоё выздоровление, а не чужие проблемы. Так что успокойся и ни о чём не переживай.       Хейз и принялся ложиться уже по старой своей схеме – сначала на бок, а потом уже на спину. Ложиться на спину из положения сидя он не мог, так как у него тут же начинало тянуть в затылке. Он жаловался на это Тейту, врачам на утреннем осмотре, – так что Тейт знал об этой проблеме. Врачи объяснили это спазмом мышц шеи, но для Тейта все эти вопросы – и боли в шее, начинающиеся только если попытаться лечь на спину, и амнезия (пусть она и прошла в первый же день), – всё ещё были за гранью понимания, так что он даже не пытался вникнуть. Выслушивал жалобы Хейза, конечно же, слушал, что говорят врачи, но только чтобы быть в курсе событий. Ему ещё держать в курсе всю их команду, в конце концов.

******

      – Ты мог остаться дома.       – Ну, – Тейт пожал плечами, – я уже приехал. Надеюсь, ты не против.       Он и сам думал, что его компания может утомить Хейза, но его и не было здесь на полдня? Все получили возможность побыть немного в одиночестве и отдохнуть, теперь же хватит.       – И голоден.       При виде пакета из доставки Хейз воспрял.       – Жалоб на местную еду не было, но я подумал, что ничего страшного не случится, если я привезу что-нибудь.       – Конечно, не случится, – Хейз жадно забрал у него пакет и полез внутрь. – Ты читаешь мои мысли. Я сегодня ходил на томографию, видел, как кому-то родственники привезли КФС. Чуть не умер от зависти, а тут это.       Тейт сделал себе пометку, что Хейз, похоже, любит жареную курицу, и следом заметил: господи, он запоминает, что любит Хейз. Что с ним вдруг такое случилось?       Кажется, то же заметил и Хейз. Вмиг сникнув, он грустно посмотрел на Тейта.       – Зачем ты это делаешь? Ты же понимаешь, как это выглядит.       – Да, – признал Тейт. – Я думал, что только смущу тебя, но, наверное, пусть лучше это буду я. В тот раз ты бредил..       – Я не бредил, – вмешался Хейз, но Тейт двинул рукой.       – Не дай бог что-то подобное услышит кто-то ещё.       Хейз уже было открыл рот, чтобы что-то сказать, но в конечном счёте лишь отвернулся. И лишь бы не началось неловкое молчание, Тейт продолжил:       – Ещё я могу оправдаться тем, что кто ещё, если не я.       Хейз поражённо усмехнулся, отворачиваясь.       – Ну да, – следом признал он, – если бы не ты, я бы сидел тут один. И ни помыться, ни поесть вкусную еду извне..       – У тебя.. – осторожно начал Тейт. – Никого нет?       Это была отличная возможность сменить тему.       – М..       Пришлось дать Хейзу немного времени на то, чтобы достать из пакета все коробочки с едой. Под шум бумаги не хотелось разговаривать.       – А родители? – но когда всё стихло, Тейт продолжил.       – Мы разругались, когда я решил окончательно уйти в актёрство. Когда я прошёл отбор в Полубоги, к этому отнеслись как к подростковому бунту. И даже так были против. "А как ты потом будешь ходить по улицам", "Слава утомит тебя", "Ты не сможешь найти нормальную работу"..       Тейт удивлённо повёл головой. Нормальную работу – это какую? Чтобы как у всех? Тейт всегда был уверен, что многие обычные люди, не знающие всех прелестей профессии актёра, были бы только рады стать кем-то подобным. Да вообще заполучить некую подобную "творческую" профессию. "Творчество" в понимании многих – это ведь не работа.       Хейз, не спеша распаковывая еду, продолжал:       – После Полубогов я через какое-то время снялся в "Золотой лев".       Это была какая-то гей-драма, которую Тейт смотрел, но особо не помнил. Но в защиту и поддержку Хейза можно было сказать, что фильм был номинирован на три Оскара, что очень даже неплохой уровень. И хотя номинирован был фильм, вроде как, а не актёры, но что есть сценарий без отыгравшего его лица? Без Хейза (и другого актёра, конечно) что бы это было?       – Думаю, обратись я к ним после этого, на меня даже смотреть бы не стали.       – Они.. – Тейт немного занервничал. – Старомодные?       – Не то чтобы. Думаю, приведи я просто парня в дом, они бы поворчали, но приняли это. Но секс на камеру – это как будто много для них?       И не на камеру тоже, хотел отметить Тейт. Но это было бы очень грубо. Тем более, что всё отдавало тем, будто родители Хейза в некоторой степени традиционалисты. Найди нормальную работу, живи тихо и не отсвечивай, не дай бог о тебе будут знать люди, не мечтай о лучшем.. Ну и конечно, никаких мужчин (ну или с допущениями). Раз уж Хейз отдельно выделяет этот момент, надо полагать, он болезненный.       – Так что мы не общаемся, и.. Я с ними дел иметь не желаю.       Тейту показалось, что между ними было что-то ещё, что оборвало всю связь между ребёнком и родителями. Всё-таки, простая ссора насчёт карьеры не могла обрубить всё хорошее в семье? Либо там изначально всё было плохо, либо началось задолго до этого момента, а он просто уже всё подчеркнул. Но Хейз не хотел об этом говорить, очевидно, а Тейт не хотел слишком настырно лезть.       – Ясно. Но тебе в любом случае нужен хоть какой-то доверенный контакт.       – Увы, – хмыкнул Хейз. – Нет идей, кто бы это мог быть.       – Твой агент? – предложил Тейт, и Хейз удивлённо фыркнул.       – Агент? Что это за бред?       – У меня так. Что бы он сразу узнал о том, что я умер.       Хейз удивлённо на него уставился.       – Даже не знаю, кто из нас более жалок.       Тейт в этом ничего страшного не видел. Наоборот, он считал, что в первую очередь о его смерти или несчастном случае должен узнать главный в его жизни человек – агент, ответственный за работу. По крайней мере, он сразу свяжется с режиссёром текущего проекта Тейта, и они сразу начнут думать, что им делать с пропавшим актёром. Ну и так же у них был договорённость, что уже мистер Крейн будет распространять информацию о случившемся с Тейтом.       – Прости, – вдруг сказал Хейз.       – Ничего страшного.       – Мы бы могли стать экстренными контактами друг друга? – как бы ненавязчиво и вдруг предложил Хейз, и Тейт посмотрел на него. – Ну.. Раз так всё складывается. Ты всё равно здесь. И раз "больше некому" – это лишь оправдание, и даже не первостепенное..       – Хейз, – прервал его Тейт. – Не подумай, что я люблю тебя.       Тейт понимал, что выглядит странно. Он вызвался ухаживать за Хейзом в больнице, возит ему вещи и еду, не просто приезжает навестить его, а чуть ли не живёт с ним.. Но не подумай, Хейз, я не люблю тебя. Что за глупости..       – Я и не прошу, – успокоил его Хейз. – Но мы же можем? Ты же.. Ну, точно не сторонник идеи, что отношения можно начинать только по любви. Почему другие могли, а я нет?       Он звучал как обиженный ребёнок, и Тейт огорчённо выдохнул, уже просто не выдерживая. Честно – он уже был готов согласиться просто чтобы от него отстали. Раз Хейз так хочет, пусть? Пусть получит, что хочет. Они и так будто в отношениях. Замечание ведь хорошее – зачем Тейт это делает? Из жалости? Из сочувствия к бедному коллеге, за которым больше некому присмотреть? Хейз в уходе как таковом и не нуждался. Тейт мог привести ему вещи и уехать. Не мозолить ему глаза, не смущать и не вводить в заблуждение своим неоднозначным поведением. Но что он выбрал?       – Ты не хочешь дать мне шанс? – так и не дождавшись ответа, спросил Хейз.       – Хейз. Ты не знаешь, во что ввязываешься.       – Я понимаю.       – И это ненормально, что ты понимаешь, но всё ещё рвёшься. Тебя не должны устраивать такие отношения.       – Какие? – спросил Хейз.       А говорил, что понимает.. Ну, к счастью, Тейту было, что сказать. За все эти годы он уже успел понять, что делал не так в отношениях. Ну и ошибки других людей тоже, конечно. Не вся же вина лежала на нём одном.       – Ты будешь стараться. Я не смогу это оценить и ничем тебе ответить. Ты будешь страдать от безответности, а я буду гнобить себя за то, что ради меня стараются, а я неблагодарный урод. Зачем это нам?       – Может, мы бы смогли? – Хейз всё не желал сдаваться. – Мне было бы в удовольствие стараться ради тебя, а ты бы.. Смог порадоваться тому, что у тебя есть такой замечательный я?       Тейт хотел напомнить, что ещё ни разу не радовался – какими бы объективно замечательными партнёрами они ни были. Но любой человек склонен считать себя исключительным, а потому даже эти слова Хейз, наверное, не воспринял бы. Как и не воспринял все предыдущие.       – Всего один шанс.       – У нас уже была "всего одна ночь". Что теперь?       Хейз опустил голову, и Тейт со вздохом поднялся.       – Ешь уже, пока не остыло.       – Почему ты ничего не взял себе? – разбирая приборы, спросил Хейз.       – Я поел там.       – Мы бы могли поесть и вместе как-нибудь.       – Могли бы, – признал Тейт. – В следующий раз, может быть. Или когда ты поправишься, сходим куда-нибудь.       – Не как партнёры?       – Нет.