Непонятное

…Грязные руки оглаживали грудь Габриэля, не позволяя узнать, кому они принадлежат. Грубые губы осыпали шею укусами. — Тебя ждёт очень весёлый вечер, сладенький, — послышался хитрый голос над ухом. Люцифер продолжал оставлять метки везде, куда только мог дотянуться. Он плавно переходил к низу, пока другая пара рук раздвигала бёдра. Габ, желая убедиться в своей теории, поднял взгляд — и наткнулся на Сэма. Напряжённого, но такого игривого. Не успел он отвести взор от Винчестера, как его резко развернули на сто восемьдесят градусов и вжали в холодную стену. От неожиданности Габриэль неровно выдохнул, переводя дыхание. — Не расслабляйся, — окликнул его Сэм и приподнял для лучшего вида. Хоть свет и не был ярким, чтобы разглядеть всё, самое главное освещалось отлично. Люцифер мгновенно подключился и подстроился под Винчестера, заодно получая свой кусочек. Не сказать, что Габри, видя такую сцену, смущался или чувствовал унижение — скорее, подступающее возбуждение. Его член требовательно просил продолжения, болезненно подрагивая. Сэм сразу заметил его развращённый вид — будто он сам напрашивался. Люц, не церемонясь, вжался в брата, с наслаждением ощущая свою власть. Дыхание тут же сбилось у обоих — без возможности перевести дух. Пальцы небрежно проникли внутрь, растягивая на сухую. Габ издавал стоны, похожие на вой, — они сливались с волной возбуждения. Никто не собирался ждать, пока он привыкнет к резким ощущениям и даст одобрительный знак. Тем более Сэм, который запихивал в него уже четвёртый палец, наслаждаясь звуками, исходящими изо рта архангела. Люцифер тем временем оглаживал своим стволом бедро братца, мысленно настраиваясь на бешеный ритм. Сэм резко вытащил все пальцы и вновь загнал их ещё глубже, вырывая из уст Габриэля сумасшедшие стоны. Эта игра нравилась всем троим, но времени и терпения затягивать с ней не было. Постепенно заменяя пальцы членом, Люц смог вторгнуться в территорию Габа и начал движение. Сначала лёгкие и незаметные, затем наращивая темп. Как только удовольствие стал получать и младший архангел, присоединился Сэмми. Винчестеру с Люцифером особенно нравилось двойное проникновение. Вместе они частенько его практикуют, даже не говоря об этом прямо. Слова им не нужны. Никому. С каждой секундой обстановка накалялась. Толчки становились грубее и быстрее, сменяясь более агрессивным ритмом. Сэм ничуть не отставал от напора Люцифера, иногда встречаясь с ним в голодном и требовательном поцелуе. Габриэль же чуть ли не взрывался от ощущений. Боль, страсть и возбуждение смешались в кучу, даря незабываемые чувства. Ритм всё больше походил на зверский, животный. От наслаждения ничего не осталось — голод охватил Люцифера. Боль стала единственным чувством младшего архангела, не позволявшим просто потерять сознание. Тягучая и липкая кровь медленно стекала по ногам Габа, создавая своеобразную смазку для дьявола. Винчестер предпочёл переключиться на рот, задирая его затылок вверх для более удобной позы. Неизвестно, сколько прошло для ангела времени. Он лежал полностью опустошённый, теряясь в состоянии между эйфорией и жгучей болью. Тело ломило, грязные от пота волосы неприятно прилипали к голове. Губы были в слюнях, сперме, солёных слезах — непонятно. Про нижнюю часть его тела можно и не говорить, лишь обобщить — пиздец. За стенкой слышались разговоры двух людей. А может, и не людей вовсе. Архангела окутывала усталость, сменяясь беспокойным, но таким долгожданным сном.