Хороший мальчик

Сайно нравилось зажимать Тигнари по квартире. Нравилось жаться к нему всем телом, чувствуя, как Тигнари льнёт в ответ и плавится в вездесущих руках. Целовать, вылизывая такой сладкий, желанный рот, шептать на ухо несуразные комплименты и заставлять его коротко стонать. Всё это нравилось Сайно до мелкой дрожи, когда его начинало потрясывать от перевозбуждения и желания слиться с Тигнари, чтобы стать ещё ближе. То, как порой любимые губы растягивались в пошлой улыбке, а взгляд потемневших от возбуждения глаз пробирался под самую кожу, неизменно заставало Сайно врасплох. И это ему тоже очень нравилось. Так было и сейчас. Сайно налегает на Тигнари, явно желая поскорее оказаться с ним на кровати. Или под ним - так тоже было неплохо. Он почти путается то ли в своих, то ли в чужих ногах, задевает языком притягательные клыки и пылко кусается за нижнюю губу. Не так уж и долго они не виделись, чтобы так безобразно себя вести. Однако Сайно чувствует, что умрёт, если прямо сейчас не ухватится за бёдра Тигнари и не толкнётся в чужой пах, сквозь ткань проезжаясь своим стояком по чужому. Тигнари жарко вздыхает прямо в рот, и Сайно подаётся ещё ближе, вынуждая мужчину упереться в край кровати. Окончательно завалить себя ему не дают. Сайно ощущает, как его мягко толкают в плечо, вынуждая развернуться, и он с заминкой, но повинуется. Каким образом Тигнари оказывается за его спиной, Сайно пропускает. Он буквально на секунду задумывается, что же предподнесёт ему Вселенная в лице Тигнари, когда слышит характерный щелчок. Что более важно - Сайно чувствует металл наручников на запястье. — Нари.. — ошарашенно шепчет Сайно, стараясь развернуться, но его слегка толкают вперёд. — Я же пошутил, — зачем-то пытается оправдаться он. Сайно уже понимает, что дороги назад у него нет. Да и нихуя он не шутил, если честно. Это понимал и Тигнари, судя по ласкающему холоду, обвившему уже второе запястье. — Правда? А я думал, это предложение, — Тигнари прижимается плотнее к голой спине, и Сайно чувствует чужой стояк где-то около ягодиц. Он рефлекторно подаётся назад, стараясь хоть как-то усилить контакт и получить большее. Или отдать, что Сайно нравилось определённо больше. Когда его руки в дополнение тянут за цепочку наручников назад, он и вовсе не сдерживает задушенного полустона. Сайно буквально чувствует чужую хищную улыбку кожей, и борется с желанием всё равно развернуться, чтобы слизать её. — Сядь, Сайно, — ласково шепчет Тигнари. Горячее дыхание оседает на чувствительной шее, и Сайно мелко вздрагивает от занывшего низа живота. Он уверен, что таким тоном зачастую отдают указания любимым собакам, но всё равно подчиняется. Возможно, как раз из-за этого, но Сайно абсолютно всё равно на причины своего поведения. Сопротивляться возбуждённому Тигнари, заполучившему свой контроль, было сложно. А когда на запястьях ещё и ощущалась тяжесть металла, это и вовсе становилось невозможно. Сайно медленно опускается на кровать и чуть проползает вперёд. Судя по удачно складывающимся обстоятельствам, именно ему сегодня сужденно стонать во всё горло. Сайно уже представляет, как Тигнари будет крепко, но по-нежному вжимать его голову в кровать, как он не сможет абсолютно ничего сделать из-за скованных за спиной рук.. Ему всё ещё трудно признаваться в том, что ему нравится подобное, но Сайно предпочитает просто отдаваться моменту. И Тигнари. Когда матрас прогибается под чужим весом, он сглатывает вязкую слюну и силится хоть немного обернуться, чтобы взглянуть на Тигнари. Сайно уже собирается улечься грудью на кровать, но его подталкивают дальше. — Нет, садись к стенке, — даже не видя чужого лица, Тигнари, видимо, чувствует его недоумение. — У меня на тебя сегодня, м-м.. Скажем, другие планы, — вздрагивая от лёгкого поцелуя в плечо, Сайно судорожно вздыхает, но всё же выдавливает из себя слабый кивок. — Какие? — очень явно изображая спокойствие, интересуется Сайно. Просто чтобы не молчать и хоть как-то отвлечь себя. Он послушно усаживается у самой стенки, разворачиваясь и наконец-то глядя Тигнари в лицо. И это.. блять. Сайно уверен, что сможет кончить, просто смотря на своего парня. На эту похабную улыбку, не предвещающую ничего щадящего, на горящие похотью глаза.. Сайно на мгновение даже забывает, что о чём-то спрашивал, чувствуя, как кровь ещё больше приливает к стоящему колом члену. — Не переживай, ты скоро увидишь, — он на мгновение замолкает. — ..Сайно, — шепчет Тигнари, таким ласковым тоном, очень несочитающимся с его внешним видом, что ноги Сайно раздвигаются сами собой. Он отлипает от изголовья кровати и подаётся вперёд, когда Тигнари нависает над ним. Он тянется навстречу чужим губам, но мужчина замирает в сантиметре от него, лишь лукаво улыбаясь. Сайно жалостливо ломает брови, шепчет недовольное "Нари", но тот лишь чуть отстраняется, в ответ на очередную попытку. Оставляет между губами манящее расстояние, сводящее Сайно с ума. Сайно же чувствует, как его рассматривают, тонет в расширенных зрачках чужих глаз, и нетерпеливо ёрзает под таким пристальным взглядом. Игра явно уже началась. Сайно облизывает пересохшие губы и замирает в ожидании хоть каких-нибудь действий. Только тогда, кажется, Тигнари отмирает, прикусывает чужую нижнюю губу и сразу же проталкивает язык Сайно в рот. Тот же от такого слабо стонет. Хочется рефлекторно обхватить Тигнари за шею, запустить ладонь ему в волосы или провести по чувствительному плечу, но получается лишь больно проехаться запястьями о наручники. Сайно шипит в поцелуй, но тут же ещё больше углубляет его в силу своих возможностей. Руки Тигнари скользят по телу и Сайно чрезвычайно горячо от каждого касания. Прогибаясь навстречу ласковым ладоням, он сдавленно мычит, когда чужая рука накрывает его член. Сайно невольно вскидывает бёдра, и Тигнари пользуется этим моментом, чтобы подцепить чужие трусы и стянуть их с Сайно. От него, вообще-то, тоже хочется полноценного оголения, но Тигнари по-прежнему остаётся в домашних шортах. Долго его счастье, правда, не длится - Тигнари не даёт до конца насытиться поцелуем. Хотя чувство насыщения никогда и не приходило к Сайно. Он был каждый раз голодный, готовый действительно съесть Тигнари. Отстраняясь, Тигнари смотрит на него сверху-вниз. От подобного внимания Сайно чувствует себя откровенно голым. Даже не в физическом смысле, хотя, казалось. Он абсолютно нагой душой перед Тигнари, безвольный, и совершенно не хочется сопротивляться этим эмоциям. Когда его гладят по щеке и обхватывают подбородок, Сайно смотрит преданной собакой, разве что в рот не заглядывая. Хотя, ладно, заглядывая - поцелуев ему было катастрофически мало. — Будь послушным мальчиком, ладно? — Тигнари легко хлопает его по щеке, и Сайно несколько раз кивает, ещё не до конца понимая смысл чужих слов. — Вот и хорошо, — он вновь склоняется, на этот раз оставляя невесомый поцелуй в уголке рта, и ретируется к тумбочке. Сайно знает, зачем, но по-прежнему не может понять, что конкретно его ждёт. Неопределённость отзывается нетерпеливым покалыванием кончиков пальцев, и он внимательно следит за чужими телодвижениями. Достав смазку, Тигнари откладывает её и неспешно стягивает с себя шорты вместе с трусами. Взгляд скользит по чужому красивому телу, и Тигнари, поймав его, ухмыляется. Смотреть на во всю облюбованые изгибы ощущалось каждый раз, как в первый. Когда Тигнари оголялся, Сайно чувствовал неизменный трепет. Будто видит действительно что-то сакральное, снизошедшее до его жалкой души. Потому что, Сайно был свято уверен, Тигнари идеален во всём. Такому правда, хоть иконы пиши. Сайно облизывает его, не касаясь и, судя по шальному взгляду Тигнари, тот это прекрасно чувствует. Он усаживается на виду у Сайно, ведёт руками по собственному торсу и призывно разводит ноги. Ну нет. Брови сами собой летят вверх от открывшегося ему вида, и Сайно начинает понимать, что к чему. Наручники теперь жгут кожу не металлическим холодом, а жаром, нагретые от разгорячённого тела, и ощущаются куда более явно из-за прямой демонстрации того, чего он сейчас не может коснуться. Когда Тигнари скользит ладонями по собственной груди и опускается к бёдрам, у Сайно от накатывающего нетерпения так и чешутся руки, заставляя бессильно дёргаться. Но он послушно терпит. Правила этих игр он уже прекрасно понял. Да и ему ведь это тоже нравится, если быть совсем уж честным. Нравится терять контроль, как над ситуацией, так и над собой. Нравится, как Тигнари похотливо облизывается, наблюдая за его реакцией, и под такими взглядами Сайно ощущает себя что ни на есть жалко. До этого момента Сайно ещё думал. Точнее - он мог слабо соображать, шевеля шестерёнками, что-то там анализировать.. Но вид Тигнари, обхватывающего свой член ладонью и не прекращающего смотреть на Сайно, выбивает из головы абсолютно всё. Тигнари со стоном выдыхает, проводит кулаком по длине, и Сайно чувствует, как с головки собственного члена тянется вязкая нить предэякулята. Он не смотрит вниз, чтобы убедиться в этом, потому что взгляд его прилипает к такому прекрасному Тигнари, ласкающему себя. Сайно сгорает от нестерпимого желания. Уже неважно, блять, чего именно ему хочется - парень невольно тянется вперёд, но самостоятельно возвращает себя к изголовью. Нельзя. Он знает. — Смотришь? — с насмешкой интересуется Тигнари, останавливаясь для того, чтобы взять в руки флакончик смазки. Никто и не сомневался, что он откровенно издевается и на этом явно не закончит, но Сайно всё равно нетерпеливо кусает щёку изнутри. — Ты меня пытаешь? — сдавленно интересуется Сайно, сглатывая возникший в горле ком. Смазка капает с чужих пальцев на постель, но Тигнари даже глазом не ведёт. Он скользит влажной ладонью всё ниже, останавливается у входа и судорожно вздыхает, прежде чем войти в себя первым пальцем. — Ещё нет.. — Тигнари пошло улыбается, толкаясь ещё глубже, и с его губ срывается стон. Сайно становится почти плохо от того, что это происходит без его непосредственного участия. Но он пообещал быть послушным мальчиком. Довольно скоро к первому добавляется второй, и Сайно бессильно наблюдает, как пальцы из раза в раз скользят внутрь. Как от смазки они блестят на свету, как Тигнари гнёт, когда он попадает по нужной точке. Сайно от такого ещё хуже. Он судорожно вздыхает каждый раз, когда его слуха касаются тихие стоны, и совершенно не знает, куда деть себя. И куда - свой взгляд, бесконечно скользящий от чужого сосредоточенного лица, до низа, где творилось настоящее безобразие. Сайно хмурится и облизывает пересохшие губы, собирается в очередной раз жалостливо окликнуть Тигнари, но мужчина останавливается самостоятельно. Поплывшим взглядом рассматривая чужое лицо, он как-то по-особому хищно улыбается и привстаёт на коленях, чтобы приблизиться к Сайно. От одного лишь намёка на желанную близость Сайно весь дрожит. Тигнари такой вид явно забавляет, он не сдерживает короткого смешка, привставая возле Сайно на коленях. Тем не менее по долгому взгляду, которым его награждает Тигнари, становится понятно, что ему тоже очень хочется. Но он явно решает мучать не только Сайно. Ласково оглаживая чужую щёку, Тигнари склоняется, чтобы оставить несколько поцелуев на чужом лице. Сайно тянется навстречу, всем своим видом стараясь показать, какой он хороший и терпеливый. Даже руки себе не стёр ещё — ну не заслужил ли? И Тигнари благосклонно одаривает его, накрывая головку члена ладонью, проводит несколько раз по всей длине, размазывая предэкулят. Сайно невольно двигает бёдрами навстречу таким неспешным, тягучим ласкам, и ломает брови, заглядывая Тигнари в глаза. Облегчения он вообще не испытывает. Наоборот, хочется только большего. Чтобы Тигнари, наконец, оседлал его, подразнил неспешным темпом, пока не начнут дрожать ноги. Это тоже, несомненно, будет крайне мучительно, но Сайно предпочтёт быть использованным, чем сидеть без дела. Ему кажется, что вот-вот, и Тигнари действительно перемахнёт через него, усаживаясь.. И это действительно происходит. Но по-другому. Тигнари садится чуть выше члена, оказываясь к Сайно спиной, и парень крайне обречённо мычит ему на ухо. Он чувствует, как член оказывается где-то между чужих ягодиц, и это окончательно выключает ему мозг. Это издевательство. Сайно слепо тычется Тигнари в изгиб шеи, которую тот любезно подставляет и ему уже хочется выть от того, какие жестокие вещи с ним проворачивает Тигнари. — Я сделал.. — Тигнари с каким-то садистким удовольствием ёрзает на нём, и Сайно прерывается на резкий вздох, больше смахивающий на скулёж. — сделал.. что-то не так? Нари, — он шепчет в чужое покрасневшее от возбуждения плечо, раскрывая рот и рассыпаясь в судорожных поцелуях. — Нет, — Тигнари откидывает голову назад, упираясь затылком в чужой изгиб шеи. Сайно чувствует, как чужой взгляд впивается в его раскрасневшееся, искажённое отчаянием лицо. — С чего ты это решил? — кажется, решив доказать ровно обратное своим словам, Тигнари опускает ладонь вниз. Сайно прекрасно видит, как чужая ладонь скользит всё ниже по телу, оставаливаясь у члена и совершенно не уделяя внимание ему. Ему сегодня дана участь наблюдать за всем с первых рядов. При этом ещё и являясь главной жертвой. Потому что никак иначе Сайно назвать это не может. Тигнари, он уверен, специально подставляет плечо под его рот. Это приходится очень кстати, потому что от досады Сайно впивается зубами в чувствительную кожу, выбивая из Тигнари порывистый стон. Он с остервенением притирается губами к шее, возвращается обратно к плечу, и от каждого несдержанного полустона Сайно бросает в дрожь. Видеть, как Тигнари обхватывает член, как неспешно дрочит себе, явно наслаждаясь процессом.. При этом ещё и сидя на нём. Это было поистине невыносимо. — Просто, ты.. мучаешь меня, — Сайно запинается. Рука Тигнари, одновременно такая нежная, но творящая ужасные вещи, скользит всё ниже. — С двойным усердием.. — это Сайно уже шипит. Потому, что Тигнсри проникает в себя сразу двумя пальцами, и тыльная сторона ладони проезжается по его члену. От такого немеет затылок, а тело ещё больше бросает в жар. Сайно на мгновение кажется, что так они с Тигнари скоро припекутся друг к другу, но следующие телодвижения мужчины выбивают из головы все мысли. — Но тебе ведь нравится, — он явно хочет усмехнуться, но вместо этого из Тигнари вылетает тихий стон. Сайно это бьёт по ушам. Он чувствует, как Тигнари вздрагивает от попадания по простате, и, честно, Сайно уже готов ныть. Или выть. Наверное, всё вместе. — Ты весь мокрый, — словно в укор ему шепчет Тигнари. — Только посмотри, как с тебя течёт. Сайно не хочет, но Тигнари по-хозяйски запускает ладонь ему в волосы. Тянет голову вниз, заставляя упереться подбородком в плечо, и Сайно, к сожалению, действительно видит. Всё, как он и думал. Единственное, что он не представлял себе — что тыльная сторона ладони Тигнари будет влажная от естественной смазки. От настолько пошлого зрелища Сайно вмиг вспыхивает. Он издаёт какой-то жалкий, крайне смущённый звук, жмурясь, и жмётся к красивому шраму, надеясь переключить чужое внимание с собственной слабости. И это действительно выходит. Тигнари, только сильнее сжимая светлые волосы в кулаке, тяжело дышит и откидывает голову назад. Открывает полигон для остервенелых вылизываний, продолжая свою мучительную пытку. Наблюдая за тем, как часто вздымается чужая грудь, как по желанному члену скользит его ладонь, Сайно несдержанно кусается. Сайно всего ведёт, ему становится почти физически невыносимо. Стёртая кожа на запястьях горит и отзывается ноющей болью, когда он в очередной раз безуспешно дёргает руками. Совершенно бесполезное действие в его положении, но Сайно этого уже не осознаёт. Тело ломит от невозможности адекватно докоснуться до Тигнари и, кажется, сейчас он точно умрёт от перевозбуждения. Прижимаясь к чужому уху, Сайно осторожно кусает Тигнари за мочку, прежде чем начать шептать: — Нари, пожалуйста, — он судорожно сглатывает. — Пожалуйста, я больше не могу, — Сайно, слизывая испарину, ведёт носом по взмокшей шее, тычется в её изгиб. И, наверное, вкуснее запаха возбуждённого Тигнари он ничего не вдыхал. Он кружит голову, заставляет кровь бурлить, и Сайно в очередной раз убеждается, насколько ему сейчас мало. Тигнари, на удивление, не отвечает. Из-за их близости Сайно чувствует, как по его, такому мучительно горячему парню, проходится волна некотролируемой дрожи. И Сайно вновь кусается, не сдерживая недовольного мычания. Выходит оно правда далеко не недовольным, а скорее разбито-жалким. Подобные звуки из своего рта слушать крайне стыдно, Сайно в очередной раз затапливает прилив смущения, заставляющий гореть заживо. Тигнари выгибает, он подаётся бёдрами вперёд, толкаясь себе в кулак и вынуждая Сайно тяжело всхлипнуть от того, как его член проезжается между чужих ягодиц. Сайно скулит любимое имя, пытается завалить Тигнари вперёд, но его почти что грубо отдёргивают за волосы. Не рассчитав — да он и не был способен сейчас на это, — Сайно гулко ударяется затылком о стену. Он закрывает глаза, жалостливо ломая брови домиком, и думает уже начинать рыдать, когда Тигнари, будто в отместку, ёрзает. — Мы куда-то торопимся? — начинает вновь подтрунивать Тигнари. Сайно от безысходности, явно упрашивая, трётся влажной от пота щекой о чужую голову. Ещё не плачет, но глаза уже предупредительно покрасневшие, поволоченные тягучим, ломающим сознание возбуждением. Это явно заставляет Тигнари осечься. Он на мгновение замирает, сверля такого по-очаровательному тоскливого Сайно взглядом. — Иди сюда, — порывисто шепчет мужчина и, будто с цепи сорвавшись, тянет чужую голову к себе. Приходится неудобно вывернуть шею, но это уже не волнует ни его, ни Сайно — желание поцелуя превратилось в жажду. Она, наоборот, заставляла ещё сильнее изворачиваться, стремясь поскорее восполнить этот пробел. Тянуться на встречу, не обращая внимания на режущий запястья металл. Впиваясь в чужие губы, Тигнари сразу же сталкивается с настойчивым языком. Сайно, кажется, решает высказаться именно таким способом, потому что при первой же возможности проталкивает язык как можно глубже, желая вылизать Тигнари рот до самой глотки. Внутри мелькает смазанная надежда, что Тигнари решил окончательно снизойти до него. Бёдра рефлекторно подаются выше, в попытке получить хоть какие-нибудь желанные прикосновения, подначить его.. Вместо этого чужие пальцы вновь скользят вниз, и Сайно не в силах сдержать откровенный скулёж прямо в поцелуй. Тигнари, толкаясь в себя тремя пальцами, срывается на сбивчивый, успокаивающий шёпот. Сайно, правда, эти чужие "сейчас, сейчас" не успокаивают от слова совсем. Ему кажется, что вот сейчас его точно настигнет конец, если Тигнари продолжит в том же духе. Сайно не знает, куда деть своё внимание. Он, бессильно прикрыв глаза, разрывается между непрекращающим собственную растяжку Тигнари, тяжестью его тела на себе, и горящими содранными запястьями. Ему так мало, так плохо, так чересчур. Когда Тигнари обхватывает его член, Сайно неверяще качает головой, поджимает губы, и со стороны, наверное, выглядит крайне обиженно. По крайней мере именно так Сайно себя сейчас чувствует. Очень хочется всерьёз задуматься над тем, где он мог оступиться, но он слишком сосредоточен на ощущении чужой руки на своём разгорячённом члене. И парень уже действительно ни на что не рассчитывает, но Тигнари решает его приятно удивить. Он привстаёт на коленях, позволяя Сайно вдохнуть полной грудью, но ему нужно было не это. Тигнари подрагивающей рукой направляет член в себя. Сайно кажется, что он задыхается, когда головка касается входа. Наверное, он кончит, как только Тигнари хоть немного опустится — настолько уже невмоготу. Долгожданный жар чужого нутра ощущается одновременно и как ломоть хлеба для крестьянского мальчика, и как самая сладкая пытка в жизни Сайно. Тигнари, закинув руку ему на плечи, неспешно опускается обратно, и в горячем выдохе открывает рот. Настолько неспешно, что Сайно натурально сходит с ума. Он, кажется, окончательно теряет себя, не сдерживая жалкого, высокого стона, и тычется Тигнари в удобно подвернувшееся плечо. Чувственно, почти по-животному лижется, заставляя Тигнари разом осесть на него и захлебнуться в стоне. — Быстрее, — сдавленно шепчет Сайно. Он упирается пятками в постель, вскидывая бёдра и чуть подкидывая Тигнари на себе. В ответ чужая ладонь вновь грубо сжимается в волосах, запрокидывая голову, и Тигнари затыкает его поцелуем. Степень его возбуждения становится понятна по тому, как мелко дрожит рука, обхватывающая шею, и как Тигнари не держат собственные ноги. От этого он то и дело сбивается с ритма, сильно просаживаясь и сдавленно мыча в поцелуй. Но по-прежнему упрямо не даёт Сайно хоть как-то помочь, предпочитая мучать и себя, и его нестройными толчками. Выгибаясь в пояснице, Тигнари, кажется, напрямую попадает куда надо. Он больно кусается за нижнюю губу, впивается пальцами в кожу головы и возвращает вторую руку на свой стояк, двигая в такт толчкам. И так сладко стонет, что Сайно на мгновение думает, что наручники сейчас перережут ему вены, от того, как сильно он рефлекторно дёргает руками. Внутри Тигнари горячо и очень тесно. Эти ощущения сваливаются на Сайно, как в первый раз, и он слабо мычит на каждый толчок, чувствуя, как вокруг его члена сжимаются податливые стенки. Когда влажная пелена застилает взор, парень жмётся щекой к Тигнари и одичало гладится о него, испытывая удушающий голод. Тигнари отчаянно хочется просить, его хочется умолять хоть немного принять в этом участия. Но Сайно не может вымолвить ни единого слова, из него вылетают лишь слёзные стоны, прерываемые редкими поцелуями. Но Тигнари явно слышит немые молитвы. Усевшись обратно, насаживаясь до самого основания, он хнычет, притираясь к чужой голове, и окончательно откидывается на чужую грудь. — Давай, Сайно, можно.. — не успевает Тигнари договорить, как Сайно вскидывается, и мужчина давится стоном. Поглядывая на чужое лицо, он замечает, как у Тигнари то и дело закатываются глаза, а губы невольно трясутся от подобной активной стимуляции. — Хороший, — Сайно отчаянно поднимает бёдра, и пошлые шлепки о чужие ягодицы оглушают, заставляя покрываться стыдливыми пятнами. — Такой хороший!.. - Тигнари жмётся губами к чужому взмокшему виску, и, опускаясь к щеке, слизывает одинокие слезинки. На очередном толчке его откровенно выгибает. Он, всхлипывая, ускоряет ладонь на собственном члене, из последних сил подмахивая усилившимся толчкам, и бурно кончает, пачкая живот. Сжимается так, что Сайно на мгновение глохнет, слыша только бешенный стук сердца, и видит перед глазами яркие звёзды. Он протяжно стонет, так отчаянно желая вцепиться в Тигнари руками, что слёзы действительно текут от невозможности это осуществить. Ещё через пару тягучих, но сильных толчков, Сайно безмолвно раскрывает рот, по возможности всем телом прижимаясь к Тигнари и изливаясь внутрь него. В комнате до ужаса душно. Сайно чувствует, как до сих пор горит, как самая мощная печка, поэтому неудивительно, что Тигнари вскоре скатывается с него куда-то в бок. Обессиленно сползая по стенке, Сайно приотрывает глаза, чтобы лениво взглянуть на своего самого любимого мучителя, и расплывается в привычной ласковой улыбки от такого вида. Тигнари, такой же покрасневший и взъерошенный, не до конца осознанно смотрит в ответ. Он привстаёт и тянется сцеловать выступившие слёзы, мягко оглаживая любимое лицо. Сайно от такого окончательно плавит и всё, чего сейчас хочется — это обнять Тигнари и поваляться с ним ещё часок, просто миленько обжимаясь, но.. — Звони, — Сайно откашливается. Горло пересохло от постоянных стонов, и говорить крайне трудно. — позвони Хайтаму.. — Зачем? — от подобных слов Тигнари моментально приходит в себя. Он вскидывает бровь, непонятливо окидывая Сайно взглядом. — Это же.. Это пизженные наручники. У меня нет ключей, — Сайно почему-то выглядит виновато. Надо было, наверное, предупредить раньше, но очень уж ему на самом деле нравилось происходящее. Да и даже мимоходом рассказывать Тигнари, что нагло увёл эти наручники у одного мента пару лет назад, пока сосал ему.. Ну нет. Да ни в жизнь Тигнари от него такого не услышит. — Нужна болгарка, — окончательно поясняет Сайно. Под чужим ахуевшим взглядом ему становится ещё стыднее, но делать нечего. Надо пилить.