zatoichi

Проводные наушники, в которых играет уже всеми заезженная песня Коржа. В кармане ветровки пачка мальборо с кнопкой. Дни текут скучно, серо и тускло. В преддверии выпускных экзаменов на улицы все реже стала выходить молодежь. Дворы стали значительно тише, пизделки за шмот и выяснения кто тут пидор – пропали вовсе. На старенький айфон 6s приходит уведомление, и Чонгук уже с точностью до ста процентов знает от кого. 

Групповой чат «БДСМ и мы» 

Кот:  – НА ПЯТОЧЕК БЫРОМ! НА НАШИХ ТОЛПОЙ РАМСЯТ! @all  Чонгук срывается на бег. Адреналин берет верх разума. До машины еще три квартала, потом прогревание, светофоры и риск что малолетка почувствовавший резкий прилив сил бросит кирпич на лобовое.  Ровно через пять минут Чонгук был на «пяточке». Картина, развернувшиеся перед ним, повергла в неистовый шок. Пятеро конкретно ахуевших пиздюков зажимают около стены паренька по младше. Тэхен вроде? С ним Чимин контакт держит. Пару раз ходил с ними на вписоны к Сохи и Чанёлю.  Юнги мутит рамс с двумя поодаль. Видимо, те оказались более разумными в нынешних реалиях, ведь решили успокоить назревший конфликт с одним из старших, а не полезли месить еблеты в кучу.   – Пиздюшня берега попутала? Или мне сейчас это все мерещится? – подходя к Чимину и Хосоку говорит Чонгук. Быстро со всеми поздоровавшись, он идет в сторону Тэхена. – Малые, съебались в страхе конкретном, если сосчитаю до трех, и вы все тут еще будете - пеняйте на себя.  Все взгляды приковались к нему. Трое парней с жестом полной капитуляции стали медленно пятиться назад. Один, тот что по старше, сплюнул сморчок в  ноги Тэхена, и только после этого стал за остальными уходить. Они знали что Чонгук никогда не даст заднюю, и если он сказал - то обязательно сделает. Легче отступить, чем замутить стычку со старшим района.  – Попиздовали за остальными. Если еще раз, кто нибудь из моих пацанов увидит что вы доебываете нашего, я лично на вас своих псов спущу. – Раздав подзатыльники прибавляющие плюс десять к скорости, сказал Юнги, и те быстро ретировались из их поля зрения.  Тэхен же, так и остался стоять у стены, он будто бы уже стал ее неотъемлемой частью, такой же белый, но от страха. Сердце где то до сих пор в пятках, дышит так загнано, будто за ним гналась стая волков. На ногах потертые вансы в шашечку. Порванные на коленях скини джинсы. И явно это была не задумка производителя, ведь присмотревшись можно увидеть кровоподтеки. Из губы сочится маленькая струйка крови, что уже начала стекать по подбородку. И Тэхен как обычно в своем ориг трешере.  – Отлипни от стены, тебе ее поддерживать от падения не надо. Стоишь как вкопанный – протягивая руку говорит Чонгук. И получив в знак согласия вытянутую в ответ руку, он загребает младшего в объятия. Он треплет его по голове запутывая волосы.  – Че погнали к Джуну домой? Надо малого залатать, а то стал олицетворением песни кровостока. – смеясь говорит Чимин. Они с Тэхеном дружат с младших классов. И постоянные подколы стали уже обыденностью. И как раз таки Чим, привел его в компанию, где Тэхена приняли как родного. Они не стали осуждать его за вид, вкус или повадки. Его это очень радовало. Хосок включил на колонке фараона, совсем недавно вышел новый трек, а это значит что местные бабули на лавочках под подъездом, обязательно должны его оценить. И никто вовсе не обращал внимания на их возгласы «пидорасы» и «уёбки малолетние» наоборот, их это в неком роде веселило. А хули, пенсия не шарит за их вайб. 

«Я слеп, но не глуп. И я слышу на запах гнилых самураев, что курят бамбук. Что ждут меня час на промозглом ветру. Я скручу расходной и исчезну в дыму. Оставив их трупы лежать на полу» 

– Опережая взгляд, имя мне затойчи! – Чонгук, тихо себе под нос подпевал. На улице уже во всю расписался закат. Небо окрасилось в фиолетовые цвета. В окнах домов красуется флюоресцентная лампа. И проходя мимо, не обошлось без подколов про выращивание ганджи. Хотя, по всей видимости, это обычные бабули в хрущевках, занимающиеся рассадой для своего огорода на даче. 

«Я курю OCB и мой путь бесконечен. Беспечно пройду босиком через речку Время — вода, утекает, как течь. Травка, картечь, интуиция, меч. Я иду в темноте, недокуренный кейджи» 

Проходя последний квартал до дома Намджуна, Чонгук с Юнги остановились, глядя куда то в даль. Там, около мусорных баков раздавался неистовый писк. Юнги пошел первым на встречу звуку, а за ним и Чонгук. Там, в груде мусора, строительного материала и пустых бутылок из под водки, свернувшись калачиком, лежал котенок. Черный как уголь, видимо, его мамаша ушла за пропитанием, и этот безнадега остался один на холодной земле.  – Малыш совсем… – поднимая того на руки и пряча сразу под свой анорак говорит Мин. – Пацаны, этот пиздюк теперь с нами двигается. Ща малого подлатаем у Джуна и все ко мне завалимся! – Возвращаясь обратно к толпе произносит он. Одной рукой держа котенка, а второй ища руку Чимина.  Никто в компании не был против их отношений. Юнги не признавал того, что он гей. Даже был сторонником этого. До тех пор, пока не увидел в коридоре средней школы - Пак Чимина. Его розовые волосы, что были похожи на сахарную вату, сразу приклеили взгляд Мина к нему. Он полюбил все то, что любит Чимин. Карамельный попкорн, ходить в парк вечером, свитера от Гоши Рубчинского, колу без сахара, фотографировать закаты. Он полюбил самого Чимина. На этой почве он завел себе стаффордширского терьера. И теперь, Чим стал у него оставаться чаще, а походы в парк, приобрели новый смысл, только теперь, для них троих.  – КАКОЙ ПУПСИИИК – жалобно протягивая восклицает Чимин. – пожалуйста, давай оставим его! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!!  – Булка, конечно мы его оставим, главное его познакомить с Одиссеем, остальное не важно. – перекидавая руку через плечо Пака говорит старший. 

🐱🐱🐱 

– Бля вы внатуре ко мне толпой приперлись? А нахуя блохастого взяли? Или он согласился на пачку китикета? – Намджун открыв дверь знатно прихуел смотря на них всех. В частности он пристально смотрел на Юнги, ведь тот, совсем не частый гость в его владениях.  – Я надеюсь ты сейчас про котенка в мои руках, иначе я тебе по чердаку уебу сразу. – Юнги заходит первый, развувается и пододвигает свою обувь в сторону, освобождая место другим.  Самым последним заходит Тэхен, неспешно снимая свои вансы, и аккуратно ставя их на обувницу. У Джуна он впервые, раньше они зависали либо под падиком на лавочке, до первых возгласов бабулек и летящих в них костылей, либо же у Хосока. Он проходит вглубь квартиры за остальными. Ремонт обычный, в доме тепло и уютно, пахнет свежей выпечкой и женскими духами.  – Намджун! Почему ты не сказал что у нас гости будут? Я бы приготовила по больше. – Из кухни выходит женщина, лет сорока. Одетая в фартук, на ногах мягкие розовые тапочки, на плече весит полотенце. – Боже мой! Малыш, что случилось с тобой? Пошли в комнату, я обработаю тебе твои раны. – Её взгляд сразу направляется на побитого Кима, кровь на губе уже успела застыть, а порванные джинсы приклеиться к свежим ранкам на коленях. – Джун~и, угости всех чаем! И предложи им мои булочки!  – Да Джун~и, угости нас чаем – стукнув друга по спине угарает Хосок.   – Да нам мелкого подлатать. Сорян чувак, мы не знали что матушка дома. Мы потом пойдем все к Коту на хату, у него зависнем. – Прерывая искры злости, которые летят у Намджуна из глаз за подъеб Хосока, говорит Чон.  – А че стало? Бежал и не смотрел под ноги? – Нам расставляет чашки, и ставит электронный чайник в режим кипячения. Достает из духовки свежие сдобы, приготовленные его мамой накануне, раскладывает чайные пакетики по кружкам, и насыпает в них сахар.  – Малолетки в себя поверили, распизделись на нашего. Чонгук в роли сторожевой собаки был. – Чимин усаживается на диван в кухне, и крутя свой белокурый локон процеживает – а потом эти двое нашли котенка на помойке, и планы резко изменились. Мы думали у тебя перекантоваться до завтра. – указывая на Чонгука с Юнги говорит Пак.  – У меня места хуй-ма, где вы блять собрались тут перекантовываться? Пошли бы к Сокджину, дом то явно больше моего будет. – Ким старший развивает кипяток по кружкам и ставит перед каждым на стол. Достает из шкафчика чайные ложки и кладет рядом.  – Мальчики, угощайтесь, я только пол часа назад приготовила эти пышки. Если не хватит - берите конфеты в пиалке, не знала что вы прийдете. – На кухню заходит мама Намджуна, а следом за ней уже не такой поникший Тэхен. Она выдала ему старые штаны Джуна, которые ему уже оказались малы, на его губе виднелся пластырь, а раны на коленках были обработаны йодом.  – Спасибо тетушка Ким! Очень вкусно – запивая сдобу свеже заваренным чаем, чеканит Чонгук. – Принцесса, присаживайся рядом – хлопая ладонью по стулу рядом с собой говорит он.  – Я просто посижу, ничего не буду, спасибо. – Он присаживается тихо, и рука Чонгука опускается на его плечо чуть сжимая.  – Покушай! Очень вкусно. – Чимин, подтверждая свои слова, облизывает крем с уголков своих губ.   Разговоры перешли на более глубокие мысли. За окном уже полностью стемнело, город окутал черный шлейф ночи. Парни стали двигаться к выходу. Котенок на груди Юнги уже полностью отогрелся и стал тихонечко мурлыкать. Тэхен стал более раскрепощенным, вливался в диалог, поддерживал темы, шутил и сам смеялся с подколов Хосока. Они ретировались из квартиры Намджуна на улицу. В подъезде раскрасилась живопись – теги молодых жильцов на стенах, просто какие то надписи в роде «Хосок-лох» «Лисо шлюха» «J+M=L», обоссаный угол, детские коляски на лестничных пролетах, потрепанные временем перила и подоконник на третьем этаже устеленный окурками. Выйдя на улицу Киму в лицо ударил свежий ветерок. Волосы стали развиваться. Жизнь продолжается с наступлением весны. На учебу стало плевать, всем смыслом стали похождения с компанией и вечерними посиделками на «пяточке» с бутылкой блейзера и одной сигаретой на всех.  – Я домой пойду, уже поздно – Тэхен переминается с ноги на ногу, хоть он уже и около месяца с ними, но все еще становится не ловко когда дело идет до прощания. Как? Обнять? Пожать руку? Или просто сказать «пока»? Первым к нему подходит Чимин, обнимает крепко-крепко обвивая руками его шею, затем напоследок проводит рукой по его волосам и отходит, уступая другим. Следом за ним, подходит Юнги, жмет ему руку, и отбивает кулачком в грудину, от чего Кима немного отшатывает назад. Затем, подходит Хосок, закидывает руку через шею, зажимая его под собой и треплет рукой зажатой в кулак по волосам, на голове начинается жжение от чего младший начинает шипеть.  – Я провожу. Темно уже. – Чонгук закидывает всем общий и уходит вместе с Кимом в противоположную от них сторону. Они идут в тишине около пяти минут, дом находится поодаль ото всех, но местность знакомая, в этой же стороне живет Сокджин.  – Не стоило, я бы дошел сам. – вдруг разряжает тишину Тэхен.  – Мне не сложно, да и при том, мне как раз нужно забрать тачку. – Отвечает ему Чонгук и немного улыбнувшись стал идти дальше. – Топовые сохры кстати.  – Спасибо. – чуть покраснев отвечает младший. – Я дальше пойду сам, тут не далеко осталось, моя матушка не знает что я с вами, будет не довольна если увидит. – искусство вранья у него в крови уже.  – Ладно, бывай малой, больше не попадай в неприятности! – обнимая на прощанье говорит Чон и развернувшись на пятках уходит в сторону частного сектора за своей машиной.  Пройдя еще пару кварталов, Тэхен заходит в подъезд. Металическая дверь скрипнувшая от закиси петель с хлопком закрылась за ним, старый и пошарпанный подъезд освещает одна лампочка, которая не раз заменялась на новую, ведь старую дибо разбивали, либо нагло пиздили. Дверь квартиры открывается. Тут уже не пахнет уютом, теплом и любовью как дома у Намджуна. Ощущение ламповости не присутствует от слова совсем. Ким залетает в свою комнату на лету. Быстро переодевается и выходит совсем тихонечко, что бы не привлекать к себе внимание. Вставляет наушники и включает свой плейлист из ВК

«Пачка сигарет в моём кармане

Заставляет жить меня этот день

Я возьму телефон, позвоню своей маме

Мама, почему я хочу умереть?»

– Хули так поздно? С губой че стало? - на кухню заходит Сокджин и сразу обращает внимание на побитого младшего. Он достает из холодильника холодную бутылку пива и открывает об керамическую раковину, бросая крышку от него сразу в мусорку. – Упал. – нагло врет Тэхен. Он не привык распинаться перед братом после совершенного каминг-аута пять лет назад. Именно тогда, старший брат прекратил с ним общение практически полностью. Младший однажды просто пришел и поделился с ним тем, что понял свою истину. Его совсем не привлекали девушки, только если в плане стиля и внешнего вида. У него даже не было желания передернуть на гетеро порнуху. И с тех пор, у Сокджина к нему появилось отвращение. Все семейные посты на стене в ВК где присутствует Тэхен, он удалил. Снял со стен их фотографии с детства. Сделал вид, будто бы младшего вообще не существовало. В последнее время он для него стал просто сожителем. Но все же, иногда проблескивали переживания за него. Например, когда тот приходил побитый, или когда тот влился к ним в компанию через Чимина, и ему в след могли выкрикнуть что нибудь грязное. Но виду никогда не подавал, особенно при кентах.  – Завтра все пацаны ко мне завалятся. Не отсвечивай по хате. – делая большой глоток спиртного говорит Джин.  А Тэхен никогда и не выебывался при друзьях. Сокджин не хотел что бы они знал о нем, и Ким младший это понимал, поэтому тихонько сидел в своей комнате, практически всегда запираясь на замок, или за час до прихода парней уходил из квартиры.