Точка невозврата

Полгода назад твой мир сузился до размеров душной, пропахшей сыростью и немытыми телами каморки. Торговое судно, на котором ты плыла, было захвачено пиратским бригом «Стервятник». Ты выжила в тот первый день резни только благодаря холодному рассудку. Когда пираты вытащили тебя на палубу, капитан Кроу — обрюзгший, покрытый шрамами садист — собирался перерезать тебе горло просто от скуки. Но ты заметила, как его боцман безуспешно пытается разделить награбленное, ругаясь и путаясь в простейших цифрах. Ты заговорила четко, громко, перекрывая шум толпы. Ты предложила им порядок в их хаосе. Тебя не убили. С тех пор ты стала их неофициальным счетоводом. Твоей задачей было вести списки, пересчитывать золото, следить за запасами пороха, пресной воды и провизии. Твои волосы вечно были стянуты в тугой, небрежный узел на затылке, чтобы волосы не лезли в глаза, а черные очки в роговой оправе приходилось протирать по десять раз на дню от въедливой корабельной пыли и копоти. Твои дни превратились в бесконечную, выматывающую рутину. Спать приходилось урывками, вполглаза, положив под подушку заточенный нож. Ты научилась не замечать криков за переборкой, когда Кроу развлекался с пленными. Страх выгорел в первый же месяц. Осталась только прагматичная привычка выживать. — Эй, очкастая, — дверь в твою каморку с грохотом распахнулась, ударившись о стену. На пороге стоял Пит, помощник боцмана. От него несло дешевым ромом и немытым телом так, что к горлу подкатил ком. Он швырнул на твой шаткий стол тяжелый холщовый мешок. Металл внутри глухо звякнул, пара монет выкатилась на исписанные чернилами листы. — Капитан велел пересчитать, — прохрипел Пит, вытирая рот грязным рукавом. — Только что сняли с торгового шлюпа. И чтоб без твоих фокусов. Запишешь меньше — я тебе пальцы переломаю. Ты молча отложила перо. Твои глаза холодно скользнули по лицу пирата. — Фокусы здесь показываешь только ты, Пит, — ровным, безэмоциональным голосом ответила ты, пододвигая мешок к себе. — В прошлый раз из партии рома пропало три бочонка еще до того, как они попали в трюм. И я точно знаю, кому ты их сбыл в порту. — Ты че несешь, дрянь? — пират шагнул вперед, угрожающе нависая над столом. Его рука потянулась к рукояти сабли. — Я несу то, что вижу в цифрах, — ты даже не моргнула, глядя снизу вверх. — Если Кроу завтра спросит, почему команде урезали пайку воды, я покажу ему твои смены на вахте и записи пропаж. Хочешь рискнуть? Пит зло скрипнул зубами. Он тяжело дышал, раздумывая, ударить тебя или нет, но в итоге просто сплюнул на доски возле твоих ног. — Слишком умная. Смотри, как бы однажды ночью ты не поскользнулась на палубе, — процедил он и вышел, громко хлопнув дверью. Ты осталась одна в полумраке. Такие разговоры были нормой. Ты не была жертвой, ты была механизмом, который заставлял этот корабль функционировать. Пираты ненавидели тебя за то, что ты видела каждую украденную ими монету, но не трогали, потому что без тебя Кроу давно бы пошел по миру. Ты копила эту злость в себе, ожидая дня, когда это корыто наконец нарвется на тех, кто окажется сильнее. Этот день настал во вторник. Ты сидела за столом, выводя очередную строчку в гроссбухе. Внезапно корпус брига резко дернулся. С потолка посыпалась труха, чернильница угрожающе покачнулась. Снаружи раздался громкий треск ломающегося дерева и скрежет абордажных крюков. А потом наверху начался погром. Крики, звон кинжалов, топот десятков ног. Но всё это длилось пугающе недолго. Вопли твоих мучителей, которые еще вчера угрожали тебе расправой, обрывались один за другим. Кто-то методично и быстро вырезал весь экипаж «Стервятников». Ты отложила перо. Сердце забилось чаще, но паники не было. Твои руки действовали быстро и точно. Ты выскользнула из каморки и прошла в соседний отсек трюма, где хранилась самая ценная добыча капитана. В углу стоял огромный, окованный железом сундук, забитый трофейными шелками и бархатом. Выкинув несколько рулонов на грязный пол, ты забралась внутрь. Зарылась в плотную ткань, свернувшись в клубок, и опустила тяжелую крышку, оставив лишь крохотный, незаметный снаружи зазор. Шаги на лестнице раздались через пару минут после того, как наверху наступила мертвая тишина. Спускались двое. Они шли спокойно, без суеты. — Зачистили, — произнес первый. Его голос был размеренным. — Капитан сказал не возиться со всяким мусором. Берем только то, что имеет ценность. — Тогда хватай этот ящик, Ясопп, — ответил второй. — Судя по замкам, тут точно не сухари. Сундук дернули так резко, что ты больно ударилась плечом о стенку. Сжав челюсти, ты уперлась руками и ногами в доски, чтобы не болтаться внутри. Тебя несли по узким коридорам, потом грубо перебросили через борт. Когда сундук с глухим, тяжелым стуком опустился на новую поверхность, разница стала очевидной мгновенно. Этот корабль не скрипел, не раскачивался на мелких волнах, он стоял на воде уверенно. Время превратилось в пытку ожиданием. Воздуха катастрофически не хватало, мышцы затекли, в висках пульсировала кровь. Снаружи начали раздаваться звуки. Громкие, расслабленные голоса, раскатистый смех, звон бокалов и запах жареного мяса. Эти люди не делили добычу с ножами в руках. Они праздновали легкую, ничего не стоящую им победу. Вдруг смех поблизости стих. Раздались неспешные, тяжелые шаги. Кто-то остановился прямо перед твоим укрытием. Металлический замок сухо щелкнул. Крышка с силой откинулась назад. Свет резанул по отвыкшим глазам. Ты рефлекторно зажмурилась, но тут же заставила себя открыть их, щурясь от яркого солнца. Ты не пыталась забиться в угол, не просила пощады. Ты просто смотрела на того, кто тебя нашел. Над сундуком стоял высокий мужчина с растрепанными красными волосами. На его левом глазу четко выделялись три старых, глубоких шрама. Черный плащ был небрежно накинут на плечи, скрывая то, что левый рукав белой рубашки был пуст. От него не исходило открытой агрессии, но одно его присутствие давило так сильно, что казалось, воздух вокруг стал плотным. Красноволосый Шанкс. Один из Императоров Морей. Человек, чья команда только что вырезала твой прошлый экипаж, даже не запыхавшись. Он держал в правой руке большую деревянную чашу с выпивкой. Слегка наклонив голову, он изучающе смотрел на твою перепачканную в трюмной пыли одежду, на строгие очки, на сжатые губы. В его взгляде не было ни капли жалости — только спокойный, оценивающий интерес. Позади него собралась толпа пиратов. Кто-то удивленно присвистнул. — Капитан, мы, походу, прихватили живой груз, — подал голос грузный пират с куском мяса на кости. — Чего с ней делать? На дно? Шанкс сделал медленный глоток, не сводя с тебя темных глаз. Ты не стала ждать, пока они решат твою судьбу. Опираясь на край сундука, ты медленно поднялась на ноги прямо внутри ящика, расправляя затекшую спину. — Если собираетесь убить, давайте без долгих разговоров, — твой голос был сухим и сиплым от долгой жажды, но прозвучал твердо. — Я полгода ждала, пока кто-нибудь отправит то корыто на дно. Но торчать в коробке мне порядком надоело. Пираты вокруг затихли. Такого ответа от безоружной, перепачканной девчонки, окруженной самыми опасными людьми в Новом Мире, явно никто не ожидал. Губы Шанкса дрогнули в легкой усмешке. — Убить? — он шагнул ближе, опираясь рукой о край сундука, оказавшись с тобой почти на одном уровне. — Мои парни только что перебили тех ублюдков, на которых ты работала. По правилам морей, ты теперь наша добыча. Он замолчал на долю секунды, а затем протянул тебе свою чашу с алкоголем. — За бортом глубоко и холодно. Это верная смерть, — его голос стал ровным, лишенным насмешки. — Выбирай. Либо ты идешь на корм рыбам прямо сейчас, либо берешь это, пьешь с нами и становишься частью команды. Но учти: мне нужны те, кто чего-то стоит. Нахлебников я не держу. Ты посмотрела на протянутую чашу, затем прямо в лицо Императору. Он не блефовал. Этот человек предлагал тебе выбор, которого у тебя не было последние полгода. Без лишних колебаний ты перешагнула через борт сундука, твердо встала на чистые доски палубы «Ред Форса» и забрала выпивку из его руки. Ты сделала большой глоток. Ром обжег горло, вышибая слезы из глаз, но ты заставила себя не закашляться. Вытерла губы тыльной стороной ладони и посмотрела прямо на Шанкса. Пираты вокруг разразились одобрительным гулом. Лаки Ру хохотнул, откусывая кусок мяса от огромной кости. Шанкс усмехнулся, забирая у тебя опустевшую наполовину чашу. Его взгляд потерял ту пугающую тяжесть, которая давила на тебя секундой ранее, но оценивающий прищур остался. — Бен, — бросил он, не оборачиваясь. — Выдай ей нормальную одежду и покажи, где камбуз. А потом пусть взглянет на твои журналы. Если она действительно понимает в цифрах больше, чем ты в стрельбе, нам крупно повезло. Бекман, высокий мужчина с зачесанными назад седыми волосами, невозмутимо выпустил струйку дыма и кивнул тебе: — Иди за мной. И постарайся не путаться под ногами. Следующие недели на «Ред Форс» стали для тебя периодом адаптации. Здесь не было плети, не было ночных драк за кусок гнилого сухаря или кружку пресной воды. Дисциплина держалась не на страхе перед наказанием, а на авторитете капитана. Тебе выделили крошечную каюту — бывшую кладовую для снастей, но в ней была настоящая, чистая койка. Ты отмыла въевшуюся в кожу грязь, стянула свои волосы на затылке куском плотной ткани, надела чистую, пусть и великоватую мужскую рубашку, и с головой ушла в работу. Бекман оказался прагматичным и умным мужиком, но его система учета была полным хаосом. Огромный флот, территории, поставки — всё это велось на обрывках пергамента. Ты переписывала списки припасов, рассчитывала расход провизии, сводила дебет с кредитом. Твоя полезность снова стала твоим щитом. Но здесь к тебе не относились как к говорящей мебели. Матросы здоровались, кок оставлял тебе нормальную порцию ужина, никто не пытался зажать в темном углу. Но спокойствия не было. Причиной был Шанкс. Он не давал о себе забыть. Часто появлялся в навигаторской, где ты работала. Мог зайти без стука, неся в руке бутылку, сесть прямо на край твоего стола, бесцеремонно задвинув сапогом кипу карт, и просто наблюдать. В такие моменты ты чувствовала, как дыхание становится неровным. Тебе казалось, что он занимает собой всё пространство каюты, вытесняя из неё весь воздух. Шанкс был слишком притягателен в этой своей небрежной манере, и это дико сбивало с толку. Ты понимала, что засматриваешься на него дольше, чем того требует работа, и в голове против воли всплывали неясные, будоражащие образы. Хотелось сократить это короткое расстояние между вами, почувствовать его тепло не в воображении, а наяву. Эти мысли путали всё в голове, мешая сосредоточиться на координатах, а твои волосы то и дело падали на лицо, пока ты пыталась скрыть за ними свое смущение. Однажды вечером он сидел именно так, молча глядя, как ты методично выводишь цифры. — Бекман говорит, ты сэкономила нам треть расходов на провизию за неделю, — произнес он, нарушив тишину. — Ваш старпом закупал вяленое мясо у перекупщиков в открытом море с бешеной наценкой, — ответила ты, не отрываясь от бумаги и машинально поправляя свои очки. — Я просто пересчитала курс и составила логистику через два нейтральных порта. Это элементарный расчет. Шанкс наклонился чуть вперед. Тень от его волос упала на шрамы, скрывая левую половину лица. — Ты быстро освоилась. Полгода торчала там, а теперь сидишь здесь и умничаешь перед Ёнко так спокойно, будто мы с тобой старые друзья. У тебя вообще осталось чувство страха? Ты отложила перо. Посмотрела на него снизу вверх. — Чувство страха заставляло меня молчать на том корабле, потому что лишнее слово означало пулю. Здесь логика подсказывает мне, что пока я экономлю ваши деньги, вы меня не тронете. А друзья мы или нет — я пока не решила. Шанкс замер. Его взгляд потяжелел, потерял всю показную веселость. Он долго смотрел на тебя, изучая каждую черту твоего лица, словно пытался найти слабое место. А потом молча встал и вышел, оставив бутылку на столе. Это была проверка, и ты ее прошла. Но напряжение между вами после этого разговора не исчезло — оно только стало плотнее, подпитываемое твоими тайными мыслями. Гроза грянула в Новом Мире через месяц. Это не был обычный шторм. Небо почернело за считанные минуты, превратив день в глухую ночь. Ветер ударил с такой силой, что огромный «Ред Форс» содрогнулся и накренился на правый борт. Ты находилась в своей каюте, когда вспомнила: на палубе, возле грот-мачты, остались лежать дорогие навигационные приборы, которые ты днем отдала на калибровку. Если их смоет — прокладывать курс в этой части океана станет почти невозможно. Не раздумывая, ты выскочила наружу. Ледяной ливень мгновенно ударил в лицо, вымочив одежду насквозь в первую же секунду. Вода заливала очки, ветер сбивал с ног. Держась за влажные тросы, ты пробиралась к ящикам. Палуба ходила ходуном. Вокруг бегали матросы, пытаясь закрепить такелаж. Ты добралась до ящика, схватила тяжелый латунный секстант, прижимая его к груди. И в этот момент в борт ударила большая волна. Удар выбил воздух из легких. Доски под ногами резко ушли вниз. Твои ботинки скользнули по мокрому дереву, и ты покатилась прямо к фальшборту. Ты отчаянно попыталась зацепиться свободной рукой за край, но мокрое дерево выскользнуло из пальцев. Тело перевалилось через ограждение, и под тобой оказалась только черная бездна океана. Чья то стальная хватка сомкнулась на воротнике твоей куртки. Тебя дернули вверх с такой силой, что ребра болезненно хрустнули. Одним рывком тебя перебросили обратно через борт и швырнули на палубу. Ты рухнула на колени, больно ударившись о доски, судорожно глотая воздух и откашливая соленую воду. Секстант с откатился в сторону. Над тобой стоял Шанкс. Его плащ тяжело хлопал на ветру, мокрые волосы облепили лицо. Сейчас в нем не было ни капли той расслабленности. В его глазах читалась холодная, неприкрытая ярость. — Какого черта ты вылезла из каюты?! — его голос прорезал шум шторма, ударив по ушам не хуже грома. Ты попыталась что-то сказать, показывая дрожащей рукой на прибор, но он не стал слушать. Схватив тебя за предплечье, он грубо вздернул тебя на ноги. Хватка его единственной руки была настолько сильной, что синяки останутся точно. Не обращая внимания на твое сопротивление, он потащил тебя за собой, лавируя между бегущими людьми. Он втащил тебя в надстройку, пинком распахнул тяжелую дубовую дверь своей каюты и втолкнул тебя внутрь. Дверь с грохотом захлопнулась, мгновенно отрезая вас от рева урагана. Внутри было полутемно. Только свет от качающегося фонаря выхватывал куски дорогого ковра и массивный стол. Ты стояла посреди комнаты. С твоих волос, лица и прилипшей к телу одежды ручьями стекала вода, образуя лужу на полу. Тебя крупно трясло — то ли от ледяного ливня, то ли от пережитого за секунду до этого ужаса. Шанкс стоял спиной к двери, отрезая путь к отступлению. Он тяжело дышал, его грудь быстро вздымалась под промокшей насквозь белой рубашкой, ткань которой натянулась на шрамах. Он сделал медленный шаг в твою сторону. Вода стекала с его промокшей насквозь рубашки. Ты стояла напротив, не пытаясь сжаться. Твои волосы липли к лицу, а очки запотели настолько, что ты видела Шанкса лишь как размытое пятно. Ты дрожала, но это был не страх. Это был адреналин после того, как секунду назад за твоими пятками разверзлась бездна. — Ты хоть понимаешь, что ты сейчас сделала? — голос Шанкса был тихим, почти шепотом. — Секстант... он дорогой. Латунь высокого качества, такую сейчас не достать... — ты попыталась говорить деловито, как привыкла за эти три месяца, но голос сорвался. — К черту латунь! — он шагнул вперед, мгновенно сокращая расстояние. Его единственная рука рывком сняла с тебя очки. Без них все стало еще более размытым, но его лицо теперь было слишком близко. Шанкс отбросил очки на стол — они с стуком упали на какие-то бумаги. Он схватил тебя за подбородок, заставляя задрать голову. Его пальцы были мозолистыми от меча и канатов. Шанкс медленно провел большим пальцем по твоей нижней губе, с силой надавливая на неё, пока она не вывернулась. Затем он просунул палец глубже, бесцеремонно проникая в рот. Он медленно провел им по твоим зубам, словно проверяя их крепость, исследуя тебя так же дотошно, как ты исследовала его накладные в навигаторской. — Ты всё еще не поняла, где находишься? — он надавил на язык, заставляя тебя издать невнятный стон. — Ты не на «Стервятниках». Там ты была лишь инструментом. Здесь... — он убрал палец, но его взгляд приковал тебя к месту. — Здесь ты часть моей команды. Моя. Ты сглотнула, чувствуя, как внутри всё сжимается от его близости. — Я просто не хотела... быть бесполезной. — Бесполезной? — Шанкс коротко усмехнулся. Его рука переместилась на ворот твоей мокрой рубашки. Он не стал возиться с пуговицами. Одним резким, движением он рванул ткань вниз. Дешевый хлопок с треском разошелся до самого пояса, пуговицы разлетелись по полу. Холодный воздух каюты обжег твою обнаженную грудь. Соски мгновенно затвердели, став болезненно чувствительными. Твои глаза расширились, когда ты увидела, как Шанкс жадно, не скрываясь, рассматривает твое тело. Он подхватил тебя под бедра и одним рывком усадил на край массивного стола, прямо на карты и журналы. Ты инстинктивно обхватила его талию ногами, притягивая ближе. Ткань его штанов была грубой, и ты отчетливо чувствовала через неё его возбуждение. Шанкс накрыл твои губы своими в жестком, требовательном поцелуе, не оставляя пространства для вздоха. Ты чувствовала его короткую, жесткую щетину, которая колола твою кожу при каждом движении его челюсти. Его рука переместилась на твою шею, пальцы плотно обхватили ее, заставляя тебя запрокинуть голову. Он властно надавил на горло, удерживая тебя на месте, пока его язык бесцеремонно исследовал твой рот. Твои руки вцепились в его плечи, а пальцы коснулись грубой ткани мокрой рубашки, пока он продолжал поцелуй. — Хватит дрожать, — хрипло бросил он тебе прямо в губы. Стоило тебе податься навстречу, как он перехватил тебя за талию и одним движением развернул спиной к себе, прижимая грудью к столу. Ты уткнулась щекой в холодное дерево, чувствуя запах чернил и старой бумаги. Твои ладони скользнули по гладкой поверхности, пытаясь найти опору. — Лежи смирно, — приказал он, прижимая тебя всем своим весом к столешнице. Его колено грубо раздвинуло твои ноги еще шире. Шанкс быстро расстегнул пояс, и ты почувствовала его член. Он вошел в тебя одним глубоким, резким толчком сзади. Ты вскрикнула, впиваясь ногтями в край стола, когда почувствовала, как его член силой вдавился в самую шейку матки. Ты физически ощутила каждый сантиметр его объема, который буквально распирал тебя изнутри, заставляя судорожно сжать челюсти. Он начал вбиваться в тебя — размеренно и тяжело. При каждом его выпаде стол жалобно скрипел, а ты впивалась ногтями в дерево, пытаясь удержаться. Шанкс не давал тебе передышки: он выходил почти полностью, заставляя тебя судорожно сжимать мышцы, а затем входил обратно с еще большей силой. Ты чувствовала, как его член скользит внутри, и от этого трения внизу живота всё стягивалось в тугой, пульсирующий узел, заставляя тебя судорожно сжимать мышцы при каждом его движении. Он ускорился, его толчки стали короткими и частыми. Хлюпающие звуки влаги становились всё громче, смешиваясь с твоими несдержанными стонами. Шанкс одной рукой притянул твои бедра к своему паху, заставляя принимать каждый толчок на максимальной глубине. Когда ты кончила с громким, хриплым стоном, Шанкс в тот же миг выдернул свой член из тебя. Его ладонь продолжала крепко сжимать твою талию, удерживая на месте, пока он кончал тебе на спину. Ты чувствовала горячие капли его семени на своей пояснице, пока он тяжело дышал тебе в затылок, навалившись всем своим весом. Шанкс не спешил отстраняться. Он еще какое-то время стоял так, прижимая тебя к столу и восстанавливая дыхание. Его ладонь на твоей талии медленно расслабилась, но он все еще нависал сверху, заставляя тебя чувствовать тяжесть своего тела. Он шумно выдохнул тебе в шею и, наконец, отпустил. — Ну что, — Шанкс усмехнулся. — Надеюсь, теперь ты чувствуешь себя достаточно «полезной» Он отошел на шаг, поправляя одежду, и бросил быстрый взгляд на беспорядок на столе — разбросанные карты и журналы его явно не волновали. Ты все еще опиралась на стол, чувствуя, как дрожат колени, и обернулась к нему, пытаясь привести мысли в порядок. — Мог бы быть и поаккуратнее, — бросила ты, вытирая тыльной стороной ладони губы. Шанкс усмехнулся, поправляя на плечах плащ, и посмотрел на тебя с ленивым интересом. — Ты сама этого хотела, — он перевел взгляд на твои руки, которыми ты пыталась нащупать очки на столе. — Вон они, слева от карт. Надень уже, а то смотришь так, будто я — это просто пятно на стене. Ты нашла очки, нацепила их и наконец четко увидела его довольную физиономию. — Очень смешно, — фыркнула ты, поправляя дужку. — Теперь уйди, мне нужно привести себя в нормальный вид. — Как скажешь, — он шагнул к выходу, но у самой двери притормозил. — Завтра в девять на мостике. Постарайся не проспать из-за «усталости». — Иди уже, Шанкс, — отозвалась ты, и он, коротко рассмеявшись, наконец вышел из каюты. Ты осталась одна, слушая, как капли дождя стучат по стеклу. Ты взяла чистое полотенце и вытерла поясницу, избавляясь от липких следов, а затем попыталась хоть как-то привести себя в вид. Но твоя одежда была насквозь мокрой и безнадежно испорченной, и только сейчас до тебя дошло, что ты всё находишься в его каюте. Ты стояла посреди комнаты, прижимая к себе полотенце, и растерянно оглядывалась по сторонам в поисках хоть чего-то сухого, понимая, что идти к себе через весь корабль в таком виде ты просто не можешь. Делать было нечего. Ты подошла к шкафу Шанкса и, стараясь не думать о том, насколько это нагло, вытянула оттуда чистую белую рубашку. Она была тебе огромной: плечи сползали, а подол закрывал бедра почти до колен. Ты быстро попыталась пальцами хоть немного распутать волосы, которые после всего случившегося стояли колом. Собрав свое мокрое тряпье в охапку, ты глубоко вдохнула, приоткрыла дверь и выглянула в коридор. Тихо. Ты рванула вперед на цыпочках, надеясь, что все уже спят или пьянствуют на палубе. До твоей каюты оставалось всего пара шагов, когда дверь напротив распахнулась, и на пороге появился Ясопп с бутылкой в руке. Ты замерла на месте. С твоего подола капала вода, рубашка Шанкса на тебе висела как чехол от танка, а из-под очков ты смотрела на него максимально виноватым взглядом. Ясопп медленно поднес бутылку к губам, сделал глоток, не сводя с тебя глаз, и так же медленно опустил её. Его взгляд прошелся по знакомым пуговицам на твоей груди и остановился на твоем лице. — Э-э... — он озадаченно почесал затылок. — Слушай, я, конечно, знал, что капитан любит делиться... Но не знал, что гардеробом. — Дождь, Ясопп, — выпалила ты, чувствуя, как лицо начинает пылать. — Я просто... попала под очень сильный дождь. Прямо в каюте. — Ага, — Ясопп понимающе усмехнулся и сделал шаг назад в свою каюту, освобождая тебе дорогу. — В каюте Шанкса всегда аномальные осадки, я в курсе. Беги уже, «пострадавшая», пока Бекман тебя в таком виде не выцепил — он-то лекцию про субординацию на полчаса затянет. Ты не заставила себя ждать и буквально влетела в свою дверь, слыша за спиной его приглушенный смех. Закрыв замок, ты сползла по дереву на пол, мечтая только об одном — чтобы завтра утром у всей команды случилась резкая амнезия.