Пересечь черту⚡️

      Дни продолжали идти вперёд, незаметно стирая острые углы между вчера и сегодня.       Университет жил своей привычной жизнью: шумные коридоры, лекции, бессонные ночи перед зачётами и люди, которые постоянно куда-то спешили. Хёнджин тоже спешил.       Только в последнее время ему казалось, что усталость стала слишком тяжёлой. Она оседала на плечах, путалась в мыслях и тянулась следом, как тень. Родители и тётя так и настаивали, чтобы Хван бросил рисование, но парень так и продолжал посещать кружок рисования.       В тот день он задержался дольше обычного. Джэхён попросил занести ему папку с конспектами, потому что сам не смог приехать в тот день.       Хёнджин шёл короткой дорогой, почти не поднимая глаз. Просто хотел быстрее вернуться домой. Но внезапно где-то впереди раздался резкий визг шин.       Он невольно поднял голову – и замер. Чуть поодаль на небольшом поле стояла чёрная иномарка. Глянцевый кузов тускло отражал свет фонаря. Хван медленно подошёл ближе и вдруг различил знакомый силуэт. Свет падал прямо на него, выхватывая из темноты черты лица. — Кто это?       Он не решился окликнуть. Вместо этого остался в тени, наблюдая. Что-то внутри настойчиво удерживало его на месте. Ноги будто налились свинцом, а сердце тревожно сжалось в груди.       Парень стоял возле машины, тяжело дыша. Его грудь часто поднималась и опускалась, будто он только что пробежал несколько километров. Несколько секунд он просто смотрел в пустоту, затем резко открыл дверь и сел за руль. Двигатель зарычал, и машина сорвалась с места.       Хёнджин так и остался стоять, не сводя с неё взгляда.       Прошло некоторое время. Машина остановилась на том же месте. Минхо вышел наружу и с силой захлопнул дверь. — Чёрт... Почему не получается? — процедил он сквозь зубы.       Он упёрся ладонями в бок машины и опустил голову между руками. Плечи были напряжены до предела, словно он держал на себе вес гораздо больше собственного.       Тишину внезапно разрезал звонок телефона.       Минхо достал смартфон, мельком взглянул на экран и ответил, включив громкую связь. — Да? — Ты скоро вернёшься домой? Где ты вообще? — раздался строгий голос отца.       Минхо прикрыл глаза. — Занят. — Я же сказал тебе прекратить заниматься этой ерундой! Сколько можно? Всё впустую!       Каждое слово звучало как удар.       Минхо ничего не ответил. Лишь медленно выдохнул, до побелевших костяшек сжал кулаки и сбросил вызов.       Хёнджин замер. Впервые он видел его таким. Не того высокомерного Хо, за которым Ханыль едва поспевал. Не уверенного в себе парня, который всегда смотрел на окружающих сверху вниз.       Перед ним стоял совершенно другой человек. Уставший. Измотанный. Злой не на других – на самого себя.       На его сбитых костяшках ещё виднелись свежие ссадины. Под глазами залегли тени, а в глазах, которые обычно казались холодными и надменными, сейчас читалось только бессилие.       И почему-то этот Минхо показался Хёнджину намного настоящим. В груди неприятно кольнуло.       «Он... так сильно старается...» — неожиданно для самого себя подумал Хван.       И впервые ему захотелось не спорить с Минхо, не злиться на него и не избегать. А понять.       Хёнджин ещё несколько секунд стоял на месте.       Ветер шевелил листья над головой, где-то вдалеке проехала машина.       Минхо снова сел за руль. На этот раз без злости. Без показной уверенности. Он просто завёл двигатель и выехал на дорогу. Медленно, будто был слишком уставшим даже для того, чтобы злиться. Хёнджин проводил взглядом красные огни машины, пока они не исчезли за поворотом.       Только после этого он двинулся дальше. Но почему-то всю дорогу домой в голове звучал голос из телефона.       «Сколько можно? Всё впустую».       Слова были до боли знакомыми. Почти такими же, какие он сам слышал дома каждый раз, когда речь заходила о рисовании. От этой мысли стало не по себе. Хёнджин нахмурился и ускорил шаг.       Но нет, это ничего не меняет. Минхо всё ещё оставался самоуверенным придурком, который раздражал его одним своим существованием. Просто теперь... Хёнджин впервые понял, что тому тоже приходится за что-то бороться.       На следующий день Хван неспешно шёл по университетскому коридору, уткнувшись в экран телефона. Студенты сновали мимо, гул голосов смешивался с эхом шагов, но он почти ничего не замечал вокруг.       Именно поэтому столкновение оказалось неожиданным.       Телефон едва не выскользнул из рук. Хван резко поднял голову и встретился взглядом с Минхо.       Тот смотрел на него холодно и неприветливо, будто само их столкновение уже раздражало его.       Несколько секунд они молчали. Затем одновременно шагнули влево. И снова оказались друг напротив друга.       Хван недовольно приподнял бровь. Минхо поджал губы. Оба сделали шаг вправо. Снова одновременно. Повисла неловкая пауза. — Свали, а, — сухо бросил Минхо.       Хван медленно убрал телефон в карман и усмехнулся уголком губ. — Это ты мне мешаешь.       Челюсть Минхо заметно напряглась. Он сжал пальцы в кулак, не сводя с него тяжёлого взгляда. — Ты сейчас издеваешься или как?       В глазах Хвана мелькнуло что-то насмешливое. — Уйди, я сказал.       Не дожидаясь ответа, Минхо резко обошёл его плечом и пошёл дальше по коридору. Хван проводил его взглядом, всё ещё сохраняя лёгкую ухмылку на губах.       Но стоило фигуре Минхо скрыться за поворотом, как улыбка медленно исчезла. В памяти неожиданно всплыл вчерашний вечер.       Тусклый свет фонаря. Чёрная машина. Сбитые костяшки. Усталый взгляд человека, который думал, что его никто не видит.       Хёнджин нахмурился и тряхнул головой, словно пытаясь избавиться от ненужных мыслей.       «Какая мне вообще разница?»       Вопрос прозвучал убедительно только в его собственной голове. Он достал телефон и продолжил путь, но взгляд то и дело цеплялся за пустой коридор впереди.       Странное чувство не отпускало. Будто за холодным взглядом, колкими словами и вечным раздражением скрывалось что-то ещё. Что-то, чего он пока не понимал. И, возможно, понимать не хотел. Или хотел слишком сильно.       Хёнджин тихо усмехнулся своим мыслям и ускорил шаг.       За окнами университета лениво качались ветви деревьев, а весенний ветер разносил по двору лепестки цветущих вишен.       Жизнь продолжала идти вперёд. Лекции сменяли лекции, дни – дни. Но иногда достаточно одного случайно увиденного момента, чтобы человек, которого ты считал совершенно чужим, вдруг перестал быть просто раздражающим именем в списке студентов.       Где-то глубоко внутри зародилось странное желание – однажды поговорить с Минхо по-настоящему. Не спорить, не язвить, не обмениваться раздражёнными взглядами, а просто понять. Потому что что-то в нём откликалось на ту усталость, которую он увидел в глазах Хо. Но Минхо был похож на запертую комнату: стоило подойти ближе, как дверь тут же захлопывалась. И пока что он явно не собирался никого впускать внутрь.