*Death gives you a little gift*

В ногах была приятная легкость. Тихо ухмыльнувшись, Кэйа мысленно еще раз поблагодарил Гермеса за щедрый дар и резким движением разбил сферу перехода. Закрытый доселе проход мгновенно разверз перед ним непрогоядную тьму со слабым свечением в конце. Еще несколько секунд, и он снова окажется на очередной арене. Снежинки и тонкие льдинки тихо звенели при каждом шаге, тускло освещая каменный холодный пол коридора. Кэйа быстро шлепал голыми пятками по плоским булыжникам, крепко сжимая рукоять щита. Легкая усталость легла на исцарапанные плечи, а дыхание чуть сбилось, но Кэйа и не думал об отдыхе. Время поджимало. Он уже давно перестал считать попытки побега, с почти философским безразличием погружаясь в кровавые воды Стикс с каждой новой смертью. Теперь он считал только удачные, когда удавалось встретиться с отцом лицом к лицу у самых врат на поверхность. Если сегодня повезет в Храме Стикс, эта будет уже четвертой. Однако, пока что он застрял в Элизиуме, мучительно продираясь сквозь толпы ясномечников и наплывы огненных колесниц. На последней арене вообще, вон, еще треклятые бабочки закусали его до крови, пока он пытался разбить две сферы, уворачиваясь от атак лучников и ярких лучей кристаллов. В такие моменты он в полной мере осознавал, как сильно отец его ненавидел. Булыжники сменились мягкой травой, и стоило шагнуть за ворота очередной арены, как где-то в бесконечной высоте торжественно и неотвратимо прозвенел похоронный набат. Кэйа моментально расплылся в улыбке, проверяя подсумок на наличие лишней бутылочки нектара. — Люк! В тот же момент прямо перед ним материализовалась мрачная фигура в темном с золотыми украшениями балахоне. Глубокий капюшон прикрывал алую, словно кровь, густую шевелюру и отбрасывал тень на худое лицо. Дилюк, сама Смерть во плоти, лучший работник Аида в этом месяце, как и всегда, парил в дюймах над землей, крепко сжимая рукоять огромной косы. — Кажется, тебе снова нужна моя помощь. Кэйа закусил губу, в попытке убрать с лица глупую улыбку. Дилюк с абсолютно беспристрастным лицом смотрел на него сверху вниз и ждал ответа. Кэйа удобнее перехватил щит и откинул упавшие на лицо длинные пряди. — Не откажусь, знаешь? — Он так и не смог заставить себя посерьезнеть и теперь открыто флиртовал, в конце концов бутылочка нектара еще ни разу не прилетала ему в лоб за дерзость. — Но это не значит, что я тебе поддамся. Дилюк тихо хмыкнул и резким движением пару раз рассек лезвием воздух, готовясь к их маленькому соревнованию. Дилюк первым предложил померяться силами еще с сотню встреч назад, и теперь каждая из них в первую очередь была состязанием, и только потом долгожданным свиданием, которого Кэйа ждал каждый раз даже сильнее, чем шанса выбраться наконец на поверхность. — Тогда готовься проиграть! — Дилюк взмахнул рукой, и с десяток печатей призыва прожгли зеленую траву. Фыркнув, Кэйа бросился в бой сразу, стоило первому хаму материализоваться буквально в паре шагов. Пара ударов, и Кэйа рывком метнулся к новому врагу, обрушивая на него тяжелые удары щитом. Дилюк, как и всегда, плавно скользил над землей, сгоняя всю нечисть в кучу, чтобы скопом забрать всех вместе. С наглой ухмылкой Кэйа, на всю пользуясь скоростью, подаренной Гермесом, врывался в его магическое поле и успевал размозжить головы паре-тройке ведьм, а после ловил недовольные хмыканья в спину. Дилюк — бог смерти, от него не убудет, а Кэйа — просто Кэйа, мятежный сын своего отца, вся цель которого сводится к бесконечноиу побегу за перерождениями. Над головой продолжал звенеть набат, приближая конец с каждым мгновением. Отвлекшись, Кэйа несколько раз пропустил удары, что теперь зияли рваными ранами на плече и груди, но оно того стоило. Смотреть, как Дилюк, широко замахнувшись косой, пачками отправлял нежить восвояси, стоило и смерти прямо здесь. Кэйа перестал считать свои победы после десятой, как заведенный, обрушивая удар за ударом на врагов и живым валуном врываясь в их самую гущу. Он хотел победить, но и проиграть был не против. У них все равно целая вечность впереди для таких состязаний. Последний призрак рассыпался в труху от мощного выпада, и набат стих. Кэйа выпрямился, тяжело дыша, и обернулся. Дилюк, такой же идеальный, как и всегда, безмолвно парил у выхода с арены. Ждал его. — Ничья, надо же, — ровно произнес Дилюк, протягивая ему сердце кентавра, стоило Кэйе подбежать ближе. — Ты достиг определенных успехов. — Я просто позволил тебе убить чуть больше, — Кэйа фыкнул в ответ и, быстрым движением выудив из подсумка бутылочку золотистого нектара, протянул ее в качестве ответного подарка. — Вот, прими это. Дилюк, как и всегда, удивленно вскинул брови и недоверчиво покосился на склянку. — Дружеский жест, разумеется, — заметив чужой взгляд, Кэйа моментально выстроил границы. Дилюку всегда было некомфортно от подобных знаков внимания, хоть он и охотно на них велся, ворча лишь для вида. — Все же как славно мы вместе справились с нечистью, не находишь? Думаю, мы отличная команда. Насупившись, Дилюк взял склянку, мимолетно коснувшись пальцами ладони Кэйи. Холодные. — Не понимаю, на что ты надеешься, продолжая предлагать мне такие ценные дары, — нектар исчез в складках хитона, мелькнув золотистой звездочкой на черноте ткани. — Но я благодарен. До встречи, Кэйа, постарайся не умереть слишком быстро. Кэйа едва успел вдохнуть, как Дилюк просто растворился в воздухе, оставив после себя пару рассыпающихся бабочек. Неприятное чувство недосказанности до сих пор висело меж ними, но на любой смелый жест Кэйи Дилюк исчезал, когда понимал, что его загнали в угол, и все начиналось заново. Сколько уже таких бутылочек он отдал только чтобы поговорить с ним лишние пару минут? Десять? Больше? А Дилюк все так же оставался осторожен и холоден, как его несущие смерть пальцы. Тяжело вздохнув, Кэйа помотал головой. Потом. Он подумает обо всем потом, а сейчас его ждал бой с надоедливым нарциссичным балаболом и его угрюмым рогатым другом. *** Ступни уже касались дна, и Кэйа нехотя встал, чувствуя, как заживают последние раны, омытые вечными водами Стикс. Оставив пару пятен крови на ярком ковре при выходе из купальни, он уныло поплелся в свою комнату. Кушетка у входа была пуста, отца на месте тоже не было. Мимо проплывали тени, а в углу двумя из трех огромных голов тихо похрапывал Цербер. Остановившись возле лежанки, Кэйа ласково потрепал бодрствующую голову пса и тихо рассмеялся, когда Цербер любовно лизнул его в ответ. Поддавшись странному порыву, он неторопливо шагнул в административное крыло, кивнул стоящему на посту Ахиллесу, и сердце забилось чаще, когда на балкончике обнаружилась знакомая фигура в черном, парящая над толстым ярким ковром. — Не ожидал увидеть тебя здесь так скоро, — Кэйа подошел ближе, Дилюк бесстрастно окинул его взглядом, словно ждал их встречи. — Снова неудача? — Вопрос только чтобы поддержать беседу, не более. Дилюк прекрасно знал все места, где и как умер Кэйа. — Ох уж этот маленький грызун! — Сокрушенно покачав головой, Кэйа потер лоб. — Почему такое крошечное создание кусается так больно? — Возможно, тебе стоит в следующий раз быть расторопнее, чтобы справиться с ним. Дилюк говорил негромко и ровно, совершенно безэмоционально, но Кэйе этого было мало. — Возможно, тебе стоит в следующий раз прийти мне на помощь? — Шутливо дернув бровями, Кэйа тихо рассмеялся. Оба прекрасно понимали, что у Дилюка слишком много работы, чтобы вот так просто приходить по первому зову. Он и время на встречи с Кэйей во время его очередного побега выкраивал с трудом, да и в доме надолго не задерживался. И кто бы запретил Кэйе фантазировать о том, о сем, и вообще о всяком, когда Дилюк упорно держал дистанцию и пресекал любые попытки пересечь черту. Разве что подарки принимал почти безропотно. Впрочем, подарок для него у Кэйи был и в этот раз. Он давненько держал его при себе, но никак не находил случая вручить. — Кстати, вот, — Кэйа снова ловким движением достал из сумки вычурную бутылку, но теперь с кое-чем более ценным. — Не подумай ничего, просто у меня их много накопилось, решил угостить тебя. Слышал, это вкусно. Дилюк к его удивлению тихо рассмеялся, но в этот раз не сомневался ни минуты, пряча бутылку за пазухой. — Хотел бы я знать, где раздают Амброзию в таких количествах, чтоб делать из нее запасы, — Дилюк не прекращал смущенно улыбаться, и Кэйа не мог сдержать улыбки в ответ. — Спасибо, Кэйа. Мы можем разделить ее вместе, если ты не занят? Кэйа хотел бы закричать, что для Дилюка он всегда свободен, но смог только кивнуть и выдавить: — Почему нет? У меня есть минутка. И к огромному удивлению Дилюк не растворился в воздухе, как делал обычно, а ступил на пол, сбрасывая заклинание левитации. — Хорошо, — как ни в чем не бывало, он первым медленно прошел в сторону комнаты отдыха. Кэйа, стараясь сохранять невозмутимый вид, засеменил следом под хитрым прищуром Ахиллеса. В главном зале по-прежнему не было никого, кроме спящего Цербера и толпы неприякаянных душ. Тихо потрескивали факелы на стенах, а голые ступни щекотали толстые пушистые ковры. Кэйа шел вровень с Дилюком, то и дело косясь на его тонкий угрюмый профиль. Он впервые предложил провести время вместе, и теперь внутри все трепетало в предвкушении. Комната отдыха, не в пример главному залу, оказалась куда оживленней. Почти все столики были заняты тенями, а повар за стойкой методично нарезал очередную луковицу. Им удалось найти свободное местечко возле доски почета, на которой снова красовалось лицо Дилюка. Кэйа тихо хихикнул. Так странно было сидеть здесь не в компании молчаливого портрета, а настоящего Дилюка, который уже разливал амброзию по изящным кубкам. — Хах, не ожидал, честно говоря, от тебя такого жеста, — тихо заметил Кэйа, покачивая в ладони пузатый золотой кубок. Золотистая жидкость красиво поблескивала в свете множества свечей. — Отчего вдруг ты решил не сбегать по делам так скоро? Дилюк медленно сделал первый глоток и едва заметно приподнял в улыбке уголки губ. Взгляд его смягчился и посветлел. — Что бы ты там себе ни думал, — медленно протянул он, тщательно подбирая слова. — Я ценю твои подарки и усилия, которые ты прикладываешь, чтобы их добыть. Твоему упорству воистину можно позавидовать. Должно быть, сразить Чемпионов Элизиума было нелегко. Кэйа с удивлением осознал, что щеки обожгло смущением, а мысли в панике разбежались. Дилюк… хвалил его? Он нервно отпил из своего кубка в попытке заполнить неловкую паузу. — Не труднее, чем выслушивать оды Тесея самому себе, — Кэйа нервно фыркнул и уставился на переливающийся золотом напиток. Амброзия и впрямь на вкус была такой, какой он себе и представлял — божественный нектар, что теплом разливается на языке и приятно оседает внутри, даруя невиданную легкость и негу. Теперь понятно, почему дядька Дионис с таким восторгом принимал от него заветные бутылочки. — Могу себе представить, — Дилюк кивнул в ответ, не прекращая улыбаться. — Он и при жизни скромностью не славился. Кэйа только неловко кивнул, не зная, как себя вести. Нет, он и ранее флиртовал с Дилюком, иногда на грани, но никогда не получал в ответ ничего, кроме усталых вздохов и быстрых прощаний. Дилюк упорно не флиртовался, хоть и принимал подарки, и Кэйа считал, что горькая его участь — любить безответно и вечно до скончания времен. А тут, оказывается, Дилюк его подарки… ценил. И был благодарен. — Полагаю, у тебя есть некоторые вопросы, — тихо прошелестел Дилюк после очередного глотка. Наверное, именно так звучала сама Смерть, когда приходила к смертным на закате жизни — осторожно и мягко, укутывая в объятия вечного сна. Кэйа кивнул. Дилюк первым заговорил о том напряжении, что висело меж ними, но никто из них не решался первым разрубить этот гордиев узел. — Но, боюсь, сейчас у меня нет для тебя подходящих ответов, — Дилюк продолжил, заглянув ему прямо в глаза. — На самом деле мне и самому хотелось бы понять, что именно между нами, Кэйа? Кто мы друг другу? В горле моментально пересохло. Дилюк боялся. Боялся горячности и необдуманности, с которой Кэйа раздаривал найденные в подземельях нектары направо и налево. Боялся, что просто был одним из многих богов, чье расположение Кэйа хотел купить драгоценными дарами. Дилюк просто хотел определенности. Кэйа сцепил пальцы в замок и глубоко вдохнул. Казалось, даже гул теней вокруг стих. — Надеюсь, ты согласишься, что мы с тобой в некотором роде стали друзьями, — осторожно начал Кэйа, не сводя взгляда с лица Дилюка. Тонкие алые брови едва заметно дернулись к переносице. Кэйа, сглотнув, продолжил. — Но я был бы не против… Нет. Мне бы хотелось, чтобы мы стали к друг другу ближе. Если ты понимаешь, о чем я. Дилюк, нахмурившись, молчал. Понял, но в искренность не поверил. — Я не шучу, Люк, — Кэйа чуть подался вперед. — Может, нектар я подарил многим, но амброзию первым в подземном мире попробовал именно ты. — Как великодушно с твоей стороны, — Дилюк вновь насупился и быстро осушил свой кубок, пряча початую бутылку обратно за пазуху. — Пожалуйста, подумай над моими словами, — Кэйа порывисто накрыл ледяную бледную ладонь своей. — Я дал тебе искренний ответ, и хотел бы получить взаимную честность. Дилюк молча кивнул и медленно высвободил руку. На секунду задумавшись, он быстро пошарил в карманах и что-то протянул Кэйе. — Вот, — он разжал пальцы, и на ладонь приземлилось что-то маленькое и мягкое. — И ты прими мой подарок. — Но ты уже дарил мне бабочку… — Кэйа неверяще поглаживал пальцами потрепанного плюшевого мышонка, — Ты уверен? Это же твой любимый Морт… — Бери его с собой и, если понадобится помощь, просто позови меня, — перебил его Дилюк, смущенно отведя взгляд, и поднялся. — Спасибо за подарок и компанию, Кэйа. Надеюсь, скоро увидимся. — Люк!.. Но тот мгновенно растворился в воздухе. Кэйа вздохнул и широко улыбнулся. Малыш Морт со смешным розовым носом-бусиной дурашливо ему улыбался и был теплым от его рук. Поддавшись порыву, Кэйа губами коснулся потрепанного ушка, ощущая, как в груди теплой волной разливалось счастье.