Вечность безудержной страсти

Глава 2.              Турнир Трех Волшебников  Юные студенты Хогвартса внимательно слушали речь Дамблдора.  - Итак. Хогвартс выбран местом проведения легендарного события. Турнира Трех волшебников.  По столам прошел восторженный гул, ученики заметно оживились, их лица заискрились любопытством. Директор продолжил: - Тем кто не знает, напоминаю. В этом турнире три школы участвуют в различных магических состязаниях. Каждую школу представляет один избранный ученик.- Дамблдор медленно обвел взглядом Большой Зал. -Скажу откровенно. Тем кто будет избран будет очень не просто. Так как, должен признаться, эти состязания не для малодушных. Но об этом позднее. - его тон стал заметно тише. -А сейчас, прошу, поприветствуйте очаровательных учеников из Шармбатонской Академии Мадам Максим. - Восторженно крикнул Дамблдор.  Большой зал разразился новым гулом. Все ученики устремили взгляд на открывающиеся двери.  В Зал уверенно вошли сначала девушки, невесомые… Они были словно сами сотканы из утреннего тумана. Их шаги были лёгкими и синхронными, будто они не шли, а скользили по каменному полу. На них были длинные, струящиеся мантии нежно-голубого оттенка. Ткань мягко переливалась при каждом движении, и будто светилась, отражая теплый свет Большого Зала.  По столам прошёл восхищённый шёпот. Кто-то из младших учеников даже привстал, чтобы лучше рассмотреть. Ого… -выдохнул Рон, не отрывая взгляда. - Ты это видишь? Гарри лишь молча кивнул, наблюдая за продвигающимися вперед девушками.  Когда девушки выстроились, следом за ними вошли юноши - и зал снова оживился, но уже иначе.  Первым ощущением была холодная уверенность. На них были одеты такие же небесно-голубые костюмы, изысканные линии которых подчёркивали широкие плечи. Поверх изящного костюма на них были пальто, с густым белым воротником. Волосы юношей были аккуратно уложены. Гермиона отметила что весь их облик излучал сдержанную роскошь и изысканность. Их лица были серьезными, в них считывался холодный расчет.  Все они, выглядели неестественно идеальными, будто сошли с обложки магического журнала. Каждый из них, и юноши и девушки, отличались привлекательной внешностью.  Когда ученики Шармбатона заняли свои места за столом, в зале на мгновение воцарилась тишина — будто само пространство ожидало следующего появления. Двери вновь распахнулись. Сначала в зал ворвался холод. Будто вместе с собой они привезли зимнюю стужу, которая проложила им дорогу по Большому Залу. Следом появились юноши Дурмстранга.  Если Шарбатон  отличались невесомой роскошью, то здесь все было совсем иначе. Их шаги отдавались глухим эхом по каменному полу. Тёмные мантии с меховой отделкой, высокие воротники, тяжёлые сапоги - всё в их облике говорило о суровых условиях и жёстком воспитании. Сила, тяжесть, и уверенность молодых юношей окутала весь зал. Во главе шел коротко стриженный юноша, его глаза искрились уверенностью. Нахмуренные брови делали его взгляд холоднее. Черты лица - острые, резкие. За ним следовали другие широкоплечие парни с серьёзными лицами, и девушки, не менее внушительные.  В юных девушках Дурмстранга соединилась сила, уверенность, но в то же время красота и аккуратность. Они выглядели действительно опасно. Глаза каждой девушки были до мурашек холодные, даже острые. Они были полной противоположностью девушек из Шармбатона, но в этом и заключалась их притягательность. Они уверенно смотрели ученикам Хогвартса в глаза, будто читали каждого человека как открытую книгу. В них не было той лёгкой, почти воздушной красоты, их привлекательность ощущалась сильнее и глубже.  В конце, за студентами шла живая легенда - Виктор Крам.  Он не улыбался, но в его осанке чувствовалось спокойное превосходство. В отличии от сокурсников, он был одет в массивную шубу. Его тяжелые сапоги особенно громко стучали по каменному полу большого зала. В нем не было притворства, он был настоящим, хоть и суровым на первый взгляд.  За Виктором следовал Игорь Каркаров. Он рывком пожал руку Дамблдора, и что то шепнул ему на ухо. Когда они заняли свои места, по Залу снова поднялся тихий гул. Это была смесь восхищения и любопытства.  И всё же… Как и у Шармбатона, в них тоже было что-то неестественное. Но если первые казались воплощением идеала красоты, то дурмстрангцы выглядели как идеал силы. Дамблдор остановил оживленные разговоры учеников.  - Желающие участвовать в конкурсе на звание чемпиона должны разборчиво написать своё имя и название школы на куске пергамента и опустить его в Кубок, — сказал он. — Им даётся на размышление двадцать четыре часа. Кубок будет выставлен в холле. И завтра вечером выбросит с языками пламени имена чемпионов, которые примут участие в Турнире Трёх Волшебников. Конечно, избраны будут достойнейшие из достойнейших. Кубок на всю ночь останется в холле и будет доступен всем, кто хочет участвовать в Турнире. К участию в Турнире будут допущены только те, кто достиг семнадцати лет. А чтобы те, кому нет семнадцати, не поддались искушению, я очерчу вокруг него запретную линию. Всем, кто младше указанного возраста, пересекать эту линию запрещено. И последнее: желающие участвовать в конкурсе, примите к сведению — для избранных в чемпионы обратного хода нет. Чемпион будет обязан пройти Турнир до конца. Бросив своё имя в Кубок, вы заключаете с ним магический контракт, который нарушить нельзя. Посему хорошенько подумайте, действительно ли вы хотите участвовать в Турнире. Ну а теперь, кажется, самое время идти спать. Всем, всем доброй ночи. Все учащиеся поднялись и, по приказу директора, отправились в свои комнаты. Гермиона Грейнджер вышла из Большого зала и решила быстро заглянуть к Мадам Помфри за зельем Сна Без Сновидений. Хогвартс затих. Лишь лёгкие шаги Гермионы эхом отдавались в коридоре, пока она сжимала в руке два флакона с зельем. Услышав чей-то шёпот, она инстинктивно юркнула в нишу в стене и затаилась, прислушиваясь. Из-за угла показался Драко Малфой. Он шёл, слегка отступая назад, притягивая к себе девушку — это была Пэнси Паркинсон. Гермиону охватило острое любопытство. Пэнси оживлённо что-то рассказывала, смущённо улыбаясь: она краснела, смотрела на свои ботинки, теребила пальцы и украдкой заглядывала ему в глаза. Она явно флиртовала. Малфой же почти не реагировал, он стоял к Гермионе спиной и отвечал сухо.  Спустя минуту безуспешных попыток подслушать, Гермиона замерла. Пэнси поднялась на носочки и, закрыв глаза, медленно поцеловала Малфоя в щёку. Что-то странное вспыхнуло в груди Гермионы. Сердце будто на секунду сбилось с ритма. Но Малфой спокойно, даже почти бережно, взял Пэнси за плечи… И уверенно отодвинул её от себя. Он тихо что-то сказал. Блеск в её глазах погас. Пэнси натянуто улыбнулась, быстро кивнула и, развернувшись, почти сбежала. Гермиона прижалась спиной к стене, и расплылась в довольной улыбке.  В изумлении она чуть было не ударила себя по лицу, и быстро сменив довольную мордашку на строгий взгляд, аккуратно вынырнула из ниши. Малфой всё ещё стоял спиной к ней. Гермиона прошла мимо с высоко поднятой головой. - Не боишься гулять так поздно, Грязнокровка? — произнёс он, сделав акцент на последнем слове. - Мне некого бояться, Малфой, — тихо ответила Гермиона Малфой медленно зашагал вперед, будто ожидая того что Гермиона начнет ступать назад. Он был словно хищный зверь, который наконец добрался до своей добычи. - Надо же… — он усмехнулся. — Не слишком ли ты самоуверенна? Гермиона не ответила. Она держалась прямо, но когда он подошёл совсем близко, дыхание предательски сбилось. Малфой внимательно, почти нагло разглядывал её лицо. - Разве тебя не учили, что подглядывать нехорошо, грязнокровка? — протянул он уже холоднее. — Шляешься по Хогвартсу… подслушиваешь… Да ты, оказывается, извращенка, Грейнджер? Гермиона вспыхнула, но собралась: - Ты того не стоишь, Малфой. Мне незачем следить за твоими жалкими разговорами. Уйди с дороги. - А если не уйду?.. - Мистер Малфой. Неожиданно появившаяся из-за угла Минерва Макгонагалл перебила его.  Они оба вздрогнули. Профессор Макгонагалл стояла в конце коридора, её строгий взгляд скользнул между ними. -Я надеюсь, вы можете объяснить, почему двое студентов разгуливают по школе после отбоя? Малфой мгновенно выпрямился, словно ничего и не происходило. -Я провожал мисс Паркинсон, профессор. -А мисс Грейнджер? — холодно уточнила она. Гермиона сжала флаконы сильнее. -Я была у мадам Помфри, профессор. За зельем. Макгонагалл перевела взгляд на флаконы и коротко кивнула. -Тогда вам обоим следует немедленно отправиться в свои спальни. И, мистер Малфой… — её голос стал ледяным, — я бы советовала вам выбирать слова осторожнее. Малфой слегка наклонил голову: -Разумеется, профессор. Когда Макгонагалл скрылась за поворотом, повисла тишина. Гермиона уже собиралась уйти, но голос Малфоя снова остановил её: -Грязнокровка. Она не обернулась сразу. - Ты правда думаешь, что я не заметил? - Она медленно повернулась. -Чего именно? На секунду его привычная насмешка исчезла. -Того, как ты смотрела. Гермиона почувствовала, как внутри всё сжалось. -Спокойной ночи, Малфой. И, не дожидаясь ответа, она развернулась и быстро пошла по коридору.  Свернув за угол Гермиона остановилась, что бы отдышаться. Она положила свои холодные руки на пылающее от смущения лицо, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.  -Что это вообще было?.. — прошептала она себе под нос. Мысли путались. Слова Малфоя, его взгляд... Гермиона резко выдохнула, словно отгоняя лишнее, и заставила себя собраться. -Глупости, — твёрдо сказала она. — Полные глупости. Сжав флаконы крепче, она быстрым шагом направилась к башне Гриффиндора, решив больше не возвращаться к этому разговору. Если она только знала что её ждёт впереди.