Эхо чёрного заслона

Есть момент — прямо перед тем, как всё гаснет, — когда шум исчезает. Ни города, ни трафика, ни голосов в канале. Остаёшься только ты. Я всегда думал, что в этот момент будет спокойно. Очевидно, я ошибался. Комната тесная, полутёмная. Единственный источник света — древний монитор, вытащенный со свалки и кое-как оживлённый крадеными деталями. Он завис на диагностике. Я стою над установкой, проверяю соединения в последний раз. Движения пальцев быстрые и дёрганые. Не из-за спешки — из-за понимания: если всё пойдёт не так, я буду завидовать тем, кто отделался смертью. Я чувствую — корпы приближаются. Это не видно — это чувствуется. Если достаточно долго бегаешь по Сети, начинаешь ловить такие вещи: слишком аккуратные проверки, слишком чистые закрытия, слишком много внимания к твоим маршрутам. Корпораты не охотятся на призраков просто так. А это значит — я стал проблемой. Слишком большой, чтобы просто проигнорировать. Я заходил за Чёрный заслон больше раз, чем кто-либо из этих корпоративных ублюдков испортил жизней. Я видел вещи, которые не должны существовать. Это уже не про данные, не про код. Там что-то другое. И после такого ты не «выходишь». Ты либо исчезаешь, либо становишься чьей-то собственностью. Меня не устраивает ни то, ни другое. Установка собрана из хлама и случайных деталей, и я не уверен, чего там больше. Я знаю это, просто глядя на неё. Половина железа — со свалки, остальное собрано на коленке. Провода идут не туда, куда должны. Интерфейс закреплён плохо, как и в спешке созданное ПО. Любой резкий скачок — и всё развалится. Любой нормальный человек бы остановился. Я провожу рукой по корпусу, проверяя фиксацию. Я не был нормальным. Есть миф о том, как работает оцифровка сознания. Что это быстро. Чисто. Как щёлкнуть переключателем. Враньё. Я опускаюсь в кресло. Фиксаторы подстраиваются под вес. Интерфейс встаёт на место. Тишина — на долю секунды. Потом что-то цепляется. И сразу за этим — всё начинает разваливаться. Мысли расползаются, как перегруженный поток. Воспоминания трескаются под давлением. И я всё это чувствую, осознаю, и в агонии единственное, что я могу, — надеяться, что сердце не остановится раньше, чем завершится процесс. Тишина. Потом — пустота. Без времени. Без тела. Остались только осколки. Я пытаюсь сложить себя обратно, как мозаику, которой уже не хватает частей. Я остаюсь в этой пустоте, и единственное, что мне остаётся, — это ждать чуда. А потом — сигнал. Чужое подключение. Грубое, неровное, без проверки. Кто-то просто вставил осколок, не думая, что внутри. «Как глупо», — пронеслась вскользь мысль. Мир собирается обратно. Свет. Шум. Чужое тело. Маленькая квартира. И парень. Слишком молодой для такого подключения. Слишком неосторожный. И вот тогда я понимаю: я всё ещё существую… https://boosty.to/ghost.tx/donate