Ванная комната.

Рука клялась и божила​​сь, что после дебюта не будет смотреть на Фариту этим взглядом. И вот она снова на сцене, и Каваи не может отвести взгляд. Фарита переходит от низкой ноты к высокой, зал рукоплещет. Фарита в новом наряде для сольного выступления, фанаты делают фото со всех возможных ракурсов. Фарита поправляет волосы. Фарита обнимает её, и сердце замирает. Фарита в легком платье. Фарита смеётся. Фарита. Фарита снова. Затем опять Фарита, потом ещё и ещё. В ванной Рука специально не включала верхний свет. В темноте легче вырисовывались картинки. Любое воспоминание тут же вставало перед глазами. Совместные поездки и ночевки в отеле. Прогулки по паркам, посиделки за едой. Выбирать было из чего, в голове Руки уже образовалась картотека общих моментов. А ещё они один раз поцеловались. Не то чтобы это значило много. Просто детский пустяк. Телефон, лежащий на краю раковины, завибрировал. Рука весь последний час сидела на краю ванны, и теперь, встав, кожа бёдер неприятно отлипла от влажной поверхности. В голове прояснилось. На секунду девушка очнулась от очередных воспоминаний, смешанных с фантазиями. После потянулась, чтобы сразу проверить уведомления. Экран осветил помещение, и Каваи чуть прищурилась, отвыкшая от света. Ничего важного не произошло, лишь пара изменений в расписании. Занятие по вокалу сместили на два часа раньше. Затем на телефон пришло новое уведомление, вибрация прошлась от всего предплечья и дальше по телу. Фарита предлагала сходить в кино на новую романтическую комедию, раз у них появилось свободное время. На экране появилась их совместная переписка, которую та наполнила тонной восторженных стикеров. Подняв голову, Рука не ожидала, что встретиться с настолько оголодавшим взглядом. Исподлобья девушка смотрела на саму себя. Чем-то напоминала волчонка. Длинные волосы прилипли к шее и плечам, а по груди продолжали течь капли воды. Взгляд опустился ниже. От прохлады розовые соски давно затвердели. Из интереса Рука задела их ладонью, и прикосновение показалось ей даже острым. Затем экран погас, и вернулась темнота. Рука положила телефон обратно, на ощупь. Пальцы сами потянулись вниз. После воды они стали шершавыми, и ощущение было грубоватым. ​В голове повисла звонкая тишина. На какое-то время ушли размышления, забылось чувство вины, самобичевание. Это все было таким лишним, ненужным сейчас. Хотелось, чтобы осталась лишь она. Рука наклонилась над раковиной и расставила ноги шире, чтобы было удобнее. Одну ладонь положила на холодную поверхность. В более устойчивой позе можно было продолжить дальше. Пальцы медленно прошлись по половым губам снизу вверх. Слегка надавливая в паре мест. Затем сверху вниз, потом снова вверх. Клитор приятно пульсировал в ожидании прямого контакта. И даже сейчас возбуждение было очевидным. Жар постепенно распускался, как тропический цветок в окружении влаги и мрака. Перед глазами снова возникла Фарита. Веселый смех в их последнюю встречу. В кафе Рука, как бы в шутку, напомнила об их поцелуе. И сразу Фарита погрузилась в воспоминания о предебюте. Как они, ещё будучи стажёрками, ходили вместе везде, как могли заснуть в одной постели. И поцелуй она помнила детской забавой. Чем-то милым, почти невинным. Просто две подруги, которые учились целоваться. Для Руки же это была приятная, особенная боль. Её личная трагедия. В отличие от Фариты, она воображала себя как тонущая в море и цеплялась за воспоминания, как за спасательный круг. На самом же деле Рука лишь глубже погружалась под воду. Наконец кончик среднего пальца дотянулся до самого чувствительного места. Естественной смазки было много, она продолжала скапливаться меж бёдрами. Влажный звук немного резал уши после долгого времени в тишине. Палец начал кружить вокруг клитора плавными движениями. Да, конечно, она пойдет с ней в кино. И будет шутить о том, что это их очередное свидание. И может даже купит подарок. Какую-нибудь новую безделушку. Чтобы висело на тонкой шее Фариты и можно было лишний раз без зазрения совести пялиться, не отводя взгляд. На бледный изгиб горла, на ключицу. Потом, опустив взгляд, и на грудь тоже. Движения пальца становились быстрее. Холод раковины впивался в низ живота, и лишь это не позволяло окончательно тронуться умом и застонать во весь голос. Это было так приятно, так необходимо и так вовремя. Удачное стечение обстоятельств. В следующий раз фильм выбирать будет Каваи. Обязательно ужастик, что-нибудь, чтобы можно было от страха хвататься за Фариту. А та такая заботливая, что может быть и обнимет в знак утешения. После этой мысли палец уже двигался, как бешеный. Каждое касание загоралось вспышкой между ног. Всё тело, холодное и мокрое, согрелось приятным теплом. Оргазм приблизился быстро, словно машина, ехавшая на полной скорости, которую по всем законам физики утянуло сбить столб. Рука крепко сжала зубы, дабы удержать стон в себе. Бёдра свело, и пришлось лечь всем весом на раковину, чтобы не упасть. В голове гудел шум, и словно издалека до Каваи доносились собственные глубокие вздохи. По телу проносились пульсации жара, теперь почти обжигая. Чтобы придти в себя, потребовалось не мало времени. Рука с трудом разогнула уставшую спину. Ноги почти не слушались, всё ещё дрожа после мастурбации. К этому моменту глаза вновь привыкли к темноте, и маленькой щели под дверью хватало, чтобы осветить одежду и полотенце, кинутые комом на полу. Не то чтобы она отличалась аккуратностью. Не наедине с собой. Ответила на сообщения Рука позже, оправдываясь, что телефон выскользнул из мокрых пальцев и долго не включался. Не смотря на стыд от очередной лжи, Рука была вполне довольна этой выдумкой. Завтра после кинотеатра заботливая Фарита потащила её в магазин техники и всю дорогу обнимала, мило ругая за неосторожность.