II история: Когда лёд встречает ленту

Понедельник. Утро. Лия просыпается с мыслью о нём. Не о тренировке. Не о рейтинге. Не о том, что нужно отыграть прошлое поражение. О нём. Она лежит в кровати, смотрит в потолок, прокручивает в голове вчерашнее. Он стоял в дверях тренажёрного зала и смотрел на неё. Он видел её настоящую. С лентой. С пирсингом. Без масок. Он сказал: «Ты первая, кто заставляет меня хотеть быть лучше». Он смотрел на её живот. На пирсинг. Она видела это в зеркале. — Моррис, ты идиотка, — шепчет она в подушку. — Ты стояла и смотрела на него целую вечность. Что он теперь о тебе думает? Она переворачивается на живот, утыкается лицом в одеяло. Надо вставать. Сегодня первая тренировка новой недели. Им нужно отыгрываться после позорного восьмого места. Она встаёт, идёт в душ. Горячая вода помогает немного прийти в себя. «Сегодня я буду собранной, — думает она. — Сегодня я не буду на него смотреть. Буду делать свою работу». Она почти верит в это. --- На кухне уже все. Бри жуёт тост, Эмбер разливает чай, Миша читает новости с телефона. Чжоу Линь сидит с идеально ровной спиной и пьёт зелёный чай маленькими глотками. Ильи нет. Лия садится за стол, наливает себе чай. Не пьёт. Смотрит в чашку. — Доброе утро, — говорит Эмбер. — Доброе. — Ты сегодня тихая. — Я могу быть тихой. — Можешь, — Эмбер улыбается. — Но обычно ты не выбираешь. Лия не отвечает. Входит Илья. Он в чёрной толстовке, наушники на шее, лицо как обычно — ничего не выражает. Он не смотрит на неё. Не здоровается. Не садится рядом. Проходит к столу, наливает кофе, садится на противоположный конец. Как можно дальше. Лия чувствует, как внутри что-то ёкает. Потом обрывается. Она не смотрит на него. Он не смотрит на неё. Бри переводит взгляд с одного на другого. — Что-то случилось? — спрашивает она. — Нет, — отвечают они одновременно. И отворачиваются друг от друга. Бри поднимает бровь. Эмбер качает головой. Чжоу Линь даже не поднимает глаз от чашки. --- Ледовая арена. Холодно. Камеры на своих местах. Продюсеры за стеклом. Илья на льду. Лия выходит следом. — Сегодня отрабатываем прошлую программу, — говорит он. Голос ровный, официальный. Как будто она не его партнёрша, а просто коллега. — Без новых элементов? — Без. Нам нужно стабильность. Лия кивает. Они начинают. Он катается вокруг неё. Не смотрит. Она делает «ласточку». Не смотрит на него. Всё правильно. Так и должно быть. Работа. Поддержка в рывке. Он поднимает её. Она смотрит в точку на стене, как он учил. Не на него. Но она чувствует его руки на своей талии. Тёплые. Даже через ткань костюма. — Носок, — командует он. — Тяну. — Линия. — Прямая. Он опускает её. Всё. Три секунды без взглядов. — Хорошо, — говорит он. — Ещё раз. Они снова поднимаются. Снова замирают. Снова опускаются. Илья отворачивается. Лия хочет сказать что-то. «Почему ты не смотришь на меня?» Но не говорит. Он делает вид, что не замечает её взгляда. Она делает вид, что не замечает его рук на своей талии. Она ошибается в следующей поддержке — опаздывает на полсекунды, баланс нарушается. — Вставай, — говорит он, не глядя. Она встаёт. — Ты не смотришь на меня, — наконец выдавливает она. — Смотрю. — Смотришь? Куда? — На технику. — А на лицо? — Техника важнее. Она чувствует, как в груди поднимается злость. — Илья. — Что. — Ты боишься на меня смотреть. Он останавливается. Смотрит ей в глаза впервые за сегодня. — Боюсь, — говорит он тихо. — Потому что если посмотрю — мы проиграем. Она смотрит на него. В его глазах — не холод. Там что-то другое. Там борьба. — А сейчас мы что делаем? — спрашивает она. — Побеждаем? Мы проиграли прошлую неделю. Мы хейтлайнеры. Дальше проигрывать некуда. — Можешь себе позволить проиграть? Ты так говоришь, как будто тебе всё равно. Она сжимает кулаки. — Не всё равно. Но я не хочу делать вид, что мне всё равно на тебя. Он молчит. — Лия, — говорит он наконец. — Мы здесь не для того, чтобы… — он замолкает, не договорив. — Чтобы что? — Чтобы чувствовать. Она смотрит на него долго. — А если я уже чувствую? Он не отвечает. Отворачивается. — Работаем дальше, — говорит он. --- Вторник. Илья объявляет новый элемент. Поддержка, которую у них ещё не было. — Ты будешь стоять на моём бедре, — говорит он. — Я держу тебя за талию и за руку. Мы вращаемся. Самая сложная поддержка в парном катании называется «риска». — Риска? — Потому что если ты упадёшь — упадёшь на лёд с высоты моего плеча. — Легко. — Не легче, чем падать с ковра. Она смотрит на него. Он на неё. — Ты справишься, — говорит он. — Откуда знаешь? — Потому что я держу. Первая попытка. Она ставит ногу ему на бедро. Он обхватывает её талию, берёт за руку. — Поднимаю. Она поднимается в воздух, ноги вытянуты, спина прямая. — Кручу. Он начинает вращение. Она кружится вокруг его оси. Их лица — близко. Очень близко. Она видит каждую его ресницу. Видит, как его глаза сосредоточены — не на льду, не на точке на стене. Он смотрит на неё? Нет, он смотрит сквозь неё. Или всё же на неё? Она не может разобрать. Она смотрит на его губы. На его скулы. На его глаза. — Смотри в точку! — командует он. Она переводит взгляд на стену. — Три, два, один. Опускаю. Он ставит её на лёд. — Получилось, — выдыхает она. — Получилось. Они стоят вплотную. Его руки всё ещё на её талии. Она чувствует тепло его пальцев даже через ткань. Они смотрят друг на друга. Один миг. Два. Он убирает руки. — Ещё раз. Она смотрит на его уши. Они покраснели. --- Среда. После тренировки Лия идёт в раздевалку. Душ она приняла у себя в комнате, но забыла там свою сумку. Форма, полотенце, колонка. Ей нужно забрать. Она заходит негромко. Не стучится. В конце концов, это общая раздевалка, время после тренировки, и она думает, что никого нет. — Ищу сумку, — бормочет она себе под нос, глядя на скамейки. И тут она видит его. Илья стоит у шкафчиков. Он снял толстовку. На нём только спортивные штаны, и он только что стянул футболку через голову. Его спина — обнажённая — повёрнута к ней. Лия замирает. Она видит его плечи — широкие, с рельефными мышцами. Лопатки, которые двигаются, когда он тянется за полотенцем. Позвоночник, который идёт вниз, к узкой талии. Талия. Она смотрит на его талию. У мужчин талия обычно не бывает красивой. У него — да. Тонкая, высокая, с рельефом косых мышц, которые уходят за резинку штанов. Она смотрит и не может отвести взгляд. «У него красивая талия», — думает она. Мысленно. Только для себя. И шрам. Маленький, белый, чуть ниже левой лопатки. Похож на след от удара? От операции? Она не знает. Она просто смотрит. Она не должна здесь быть. Она не должна смотреть. Но она не может отвести взгляд. Илья чувствует её взгляд. Поворачивается. Они смотрят друг на друга. Он без футболки. Она с открытым ртом. Её взгляд на мгновение падает на его пресс — плоский, жёсткий, с едва заметными кубиками. Потом быстро возвращается к глазам. — Прости, — выдыхает она. — Я… сумку… я думала… Она не договоривает. Пятясь, натыкается на скамейку, едва не падает, хватается за шкафчик. Илья стоит неподвижно. Не прикрывается. Не говорит ни слова. Лия выбегает из раздевалки, хлопнув дверью. Она бежит по коридору, не разбирая дороги, врезается в Бри, которая выходит из своей комнаты. — Ты чего? — Бри хватает её за плечи. — Я… ничего… я… — Лия тяжело дышит. — Я видела Илью без футболки. — И что? Ты что, мужчин без футболки не видела? — Он… у него… это… — Что? — У него талия. Тонкая. И шрам. И плечи. И… — она закрывает лицо руками. — Бри, что со мной? Бри улыбается. — С тобой всё правильно, — говорит она. — Ты просто влюбилась. В человека. Целиком. --- Четверг. Комната Бри. Эмбер сидит на стуле, Бри на кровати, Лия ходит по комнате. Она не может сидеть на месте. — Я не могу перестать думать о нём, — говорит Лия. — Я вижу его спину. Талию. Шрам. Я… я хочу его трогать. Это ненормально, да? — Нормально, — говорит Эмбер. — Это называется физическое влечение. — Но я не просто хочу его трогать. Я хочу, чтобы он на меня смотрел. Всё время. Даже когда мы не на льду. Даже когда я ем. Даже когда я чищу зубы. — Это уже что-то большее, — замечает Бри. — Я знаю. И я боюсь. — Чего? — спрашивает Эмбер. — Что он не чувствует того же. Что для него я просто работа. Что он отворачивается не потому, что боится своих чувств, а потому что ему всё равно. — Лия, — Бри берёт её за руку. — Ты видела его вчера на тренировке? — Видела. — Он сказал «боюсь, потому что если посмотрю — мы проиграем». Он не сказал «мне всё равно». Он сказал «боюсь». — Это разные вещи, — подтверждает Эмбер. — И потом, ты видела его сегодня в раздевалке? — продолжает Бри. — Он не прикрылся. Он стоял и смотрел на тебя. Без футболки. Без защиты. — Это потому что он был в шоке. — Или потому что хотел, чтобы ты смотрела. Лия останавливается. — Ты думаешь? — Я знаю. Мужчины не стоят голыми перед девушками, которые им безразличны. Они прикрываются. Илья не прикрылся. Лия смотрит на Бри. Потом на Эмбер. — Что мне делать? — шепчет она. — Ничего, — говорит Эмбер. — Просто будь рядом. — А если он не сделает первый шаг? — Тогда сделай ты, — говорит Бри. — Ты всегда была смелее. Лия садится на кровать. — Я не могу. Я боюсь, что он оттолкнёт меня. — А ты проверь, — Эмбер пожимает плечами. — Как? — Подойди. Возьми за руку. Посмотри в глаза. Не говори ничего. Просто будь рядом. Лия молчит. Потом слабо улыбается. — Вы две самые мудрые дуры, которых я знаю, — говорит она. — Спасибо, — отвечают Эмбер и Бри одновременно. --- Пятница. Перед выходом на лёд Лия стоит за кулисами. Она не болтает. Она сосредоточена. — Готова? — спрашивает Илья. — Готова. Он смотрит на неё. Впервые за неделю — смотрит в глаза, а не сквозь. — Сегодня мы не смотрим друг на друга, — говорит он. — Знаю. — Смотрим на лёд. — Знаю, Илья. — Тогда пошли. Они выходят на лёд. Музыка начинается. Они двигаются как одно целое. «Рыбка» — идеально. Тодес — идеально. Синхронные вращения — идеально. Она не смотрит на него. Он не смотрит на неё. Но каждый раз, когда он касается её — она чувствует его дрожь. Или это у неё дрожат руки? Они замирают в финальной позе. Зал ревёт. Они кланяются. Уходят со льда. --- Объявление рейтинга. Линда выходит на сцену. — Первое место, — она делает паузу. — Илья Малинин и Лия Моррис. Они первые. Отыгрались. Снова победили. Бри обнимает Лию. Эмбер хлопает по плечу. Миша кивает. Лия смотрит на Илью. Он стоит в двух шагах. — Поздравляю, — говорит он. — Ты тоже. Они не обнимаются. Не пожимают руки. Никто не видит, как его рука на секунду касается её запястья, когда все отворачиваются. --- Все разошлись по комнатам. Лия стоит у своей двери. Она не может зайти. Она ждёт. Сама не знает, чего. Дверь напротив открывается. Илья выходит. Они смотрят друг на друга через коридор. — Ты не спишь, — говорит он. — Ты тоже. — Я думал. — О чём? Он молчит. — О тебе, — говорит он тихо. Она делает шаг к нему. — Илья. — Что. — Я не хочу, чтобы ты отворачивался. — Я не отворачиваюсь. — Отворачиваешься. Всю неделю. Ты боишься. — Боюсь. — Чего? — Что если я перестану отворачиваться — я не смогу остановиться. Она подходит ближе. Вплотную. — А ты пробовал? Он смотрит на неё сверху вниз. Она смотрит снизу вверх — как всегда. — Нет. — Попробуй. Он не двигается. «Подойди. Возьми за руку. Посмотри в глаза», — вспоминает она слова Эмбер. Она протягивает руку. Берёт его за запястье. Чувствует биение пульса — быстрый, сильный. — Видишь? — шепчет она. — Ты не лёд. Он смотрит на её пальцы на своей руке. Потом на её лицо. — Лия. — Что. — Ты права. Я боюсь. Но я устал бояться. Он переворачивает руку и сжимает её пальцы. Они стоят в коридоре, держась за руки. Камеры снимают. Им всё равно. --- @IceQueen92 ОН ВЗЯЛ ЕЁ ЗА РУКУ В КОРИДОРЕ! НЕ НА ЛЬДУ, НЕ ПОСЛЕ ПОБЕДЫ, А ПРОСТО ПОТОМУ, ЧТО НЕ МОГ НЕ ВЗЯТЬ. Илья Малинин, король отстранённости, сдался. Камера сняла это. Я сохраню этот момент в истории. @FigureSkatingFan4Ever «Что если я перестану отворачиваться — я не смогу остановиться». — «А ты пробовал?» — «Нет». — «Попробуй». Это диалог века. Он признал, что боится своих чувств. Она предложила не бояться. Он попробовал. И не остановился. @GymnasticsLover13 Сцена в раздевалке. Он без футболки. Она пялится на его спину, плечи, талию, шрам. Она думает: «У него красивая талия». Не говорит вслух — думает. Это важно. Она ещё не готова сказать, но уже готова признать внутри себя. @HaterHunter «Техника важнее лица». — «А если я уже чувствую?» Илья — дурак. Он думает, что если не смотреть на неё, то ничего не почувствует. А она чувствует. И он тоже. И это видно за километр. @DramaAlert Поддержка «риска» — это опасно. Она стояла на его бедре, вращалась. Их лица — в сантиметре друг от друга. Он покраснел — уши выдали. Она заметила. Он не убрал руки дольше, чем нужно. Это уровень интима. @HopelessRomantic «Я устал бояться». Он сказал это. Илья Малинин признал, что боялся. И устал. И взял её за руку. Это первый шаг. Без поцелуя. Без слов «люблю». Просто «я устал бояться». Этого достаточно. @Someone_Watching Она протянула руку первой. Взяла его за запястье. Пульс — частый, сильный. Она почувствовала, что внутри него не лёд. Он перевернул руку. Сжал её пальцы. Они стоят в коридоре, под камерами. Им всё равно. В первый раз им всё равно. Это и есть любовь.