На поводке у садиста

Медленно открываю глаза, слыша какой-то глухой звук за дверью. Что-то не так. На секунду прикрываю глаза, надеясь, что мне показалось. Прислушиваюсь - тишина. Звук воды затих, и Лиса не выходит. Чёртова девчонка. Раздражение тонкой иглой впивается в затылок. Я рывком поднимаюсь с кресла, выбрасывая в окно недокуренную сигарету, и в три шага оказываюсь у двери ванной. Толкаю её. В нос бьёт влажный, тяжёлый пар, смешанный с запахом её геля для душа и едва уловимым металлическим привкусом страха, который, кажется, пропитал здесь стены. Она лежит на боку, неестественно подоткнув под себя руку. Бледная кожа на фоне серого кафеля кажется почти прозрачной, а синяки на теле, оставленные моими ладонями, теперь выглядят как несмываемое клеймо собственности. -Лиса, -мой голос звучит сухо, без тени сочувствия. Она не откликается. Подхожу ближе, присаживаюсь на корточки и грубо переворачиваю её на спину. Глаза закрыты, ресницы подрагивают, а на затылке уже начинает наливаться шишка - приложилась она знатно. Я провожу пальцами по её шее, нащупывая пульс. Бьётся. Нечастый, нитевидный, но живой. Секундная вспышка злости сменяется холодным расчётом. Поэтому я беру ковш, стоящий на краю ванны, наполняю его ледяной водой и выплёскиваю ей прямо в лицо. Она не отвечает. Одним сильным рывком подхватываю её на руки - легко, будто она ничего не весит. Тело обмякает в моих руках, голова откинута назад, полотенце сползает... Чёртова девочка. Ты портишь мне все планы. Я переношу её безвольное тело на кровать. Накрываю пледом. Поправляю одеяло. Это не то, чего я ждал. Раньше она отключалась исключительно из-за меня, из-за рефлекса, который я выработал в ней. Но сейчас она посмела отдаться воле случая и потерять сознание от удара. Меня раздражает это её самоволие. Есть в ней что-то, чего я не могу сломать. Что-то, что заставляет меня хотеть её ещё больше. Даже когда я зол. Даже когда она уже на грани. Я сажусь в кресло напротив, не сводя с неё глаз. Даже во сне она хмурится - словно продолжает сопротивляться. Глупая. Бесполезная. Но чертовски красивая в своей сломленности. На её теле - мои следы. В её душе - только мои правила. Она думает, что теряет сознание от слабости. Но я знаю: она отключается, потому что её тело больше не может вместить то, что я в него вложил. Боль. Страх. Желание. Всё это теперь часть её. Даже когда она спит. Я смотрю на её приоткрытые губы, на то, как судорожно вздымается её грудь. Проходит пятнадцать минут. Двадцать... Тридцать... Я не привык ждать. Я не привык к паузам, которые продиктованы не моей волей. Я заливаюсь чёрным, злым смехом. Чёрт бы побрал её хрупкость. Ведь предупреждал, что правила здесь устанавливаю я, а она посмела просто выключиться, лишив меня того триумфа, к которому я шёл весь вечер. -Ну же, Лиса, открой глаза. Кричи снова! Покажи мне, что ты всё ещё здесь, со мной, в этом аду, который я для тебя построил! Я обращаюсь к ней, но ничего не происходит. Только её мерное дыхание под одеялом выдаёт в ней жизнь и то, что она всё ещё здесь. Со мной. Ну что же. Представление закончилось неожиданным антрактом. Актёры устали и ушли в гримёрку. Но я знаю: это не финал. Это только перерыв. Следующий акт будет другим. Она ещё не знает, что я приготовил. Но скоро узнает. -Когда проснёшься, мы начнём заново - на том моменте, на котором я посчитаю нужным. «Спи. Завтра продолжим». Я отправляю ей короткое сообщение. Обхожу дом, расставляя всё на свои места, забираю флеш-карты из камер с собой. Затем выхожу из дома. Дверь с тихим щелчком закрывается за мной. Достаю из кармана пальто дубликат ключей и запираю её. Конец первого акта "Проигрыш - это приглашение играть жёстче" Продолжение следует....